На перепутье. Даард.

Печать должника, драконья работа, а значит, круг сужался.

Не каждый драконий род рискнул бы связываться с артефактом власти ничейных земель. Не каждый имел доступ к древним формулам. И не каждый обладал достаточно старой кровью, чтобы печать среагировала так яростно на попытку Дахора её сломать.

Даард начал перебирать имена. Если к печати эльфийки приложили руку те же, кто прежде пытался добраться до его сэйры, значит, эта история тянулась не от сегодняшнего обвала. Он отпустил эльфийку настолько, чтобы она могла стоять сама, но кончик хвоста остался рядом с её ногами. Не позволял отойти.

— Не двигайссся.

Она замерла, он поднял руку. Когтем рассёк кожу на ладони. Кровь выступила мгновенно — тёмная, густая, с тяжёлым запахом змайсовой силы.

Эльфийка резко втянула воздух.

— Что вы…

— Молчать. — змайс провёл когтем по воздуху, вычерчивая короткие, резкие линии.

Кровь не падала, а зависала тонкими нитями, складываясь в знак рода Маарц, затем в личную метку, которую Дахор узнает безошибочно. Воздушный вестник получался грубым. Слепота и недавняя потеря сил мешали. Но для Дахора хватит.

Даард вложил в послание сжатый образ: обвал, разлом, эльфийка жива, он жив, печать драконья, связь с Итоем не исключена, возможны кланы Истхарской линии, Шаарг, Харвейн, ла Риан. Отдельным, более жёстким импульсом — имя Вики и след того дракона, который прежде выходил на неё.

Кровавый знак вспыхнул, сжался в чёрно-алую птицу и сорвался в узкий проход наверх, просачиваясь сквозь каменные щели. Только после этого Даард повернул голову к пленнице.

— Драконы, — неожидано произнёс он.

Эльфийка не шелохнулась, но сердце сбилось. Одного удара хватило.

— Вот так. — Даард едва заметно улыбнулся.

— Я ничего не сказала.

— И не нужно.

Она побледнела.

— Вы не можете знать.

— Могу. — он скользнул ближе, не быстро, быстро он уже двигался раньше.

Сейчас медленно — чтобы она успела понять, что расстояние между ними исчезает только потому, что он так решил.

— Твоя печать пахнет древней драконьей кровью. Старой формулой, родовой. Такие вещи не валяются в лавках.

Она молчала.

— Значит, тебя послал не один безумец. За тобой стоит дом. Или несколько домов.

Её пальцы дрогнули. Даард услышал.

— Хорошшшо, — тихо сказал он. — Значит, несколько.

Аширо резко подняла голову.

— Я не могу говорить. — но тут же опустила взгляд.

— Я и не прошу. — он наконец убрал хвост от её ног, но это не сделало её свободной.

Скорее наоборот, если побежит, он поймает её по дыханию и по запаху страха. И, возможно, уже не станет беречь.

— Проход есть? — осторожно спросила она.

— Есть.

— Вы его… чувствуете?

Даард повернул к ней лицо, даже без зрения этот жест заставил её замолчать.

— Воздух движетссся справа. Там выход.

Он двинулся первым, верхняя часть тела оставалась почти неподвижной, но хвост работал безошибочно: проверял трещины, цеплялся за выступы, удерживал равновесие там, где двуногая давно бы сорвалась вниз.

Аширо шла рядом, немного позади. Обломки цепей всё ещё висели на запястьях и звенели при каждом движении.

Черный змайс остановился.

— Руку.

— Зачем? — замерла она.

— Ты шумная.

Эльфийка медленно протянула запястье, не сводя с него взгляда. Зачарованный металл уже почти не тянул из неё силу — взрыв выжег большую часть плетения. Но “почти” не значило “свободна”.

Советник сжал кольцо оков, железо хрустнуло. Внутри неё тут же шевельнулась надежда. Магия вернётся и она сможет отвести внимание и бежать.

Второе кольцо оков треснуло в его пальцах, Аширо опустила ресницы, скрывая вспышку облегчения.

— Благодарю.

— Не ссстоит. — он бросил обломки под хвост и чуть повернул к ней голову — Особенно если уже прикидываешь, как залезть мне в голову.

Она похолодела.

— Я ничего не…

— Не говорила, — перебил он. — Знаю.

Даард скользнул ближе. Слепые глаза смотрели мимо, но он казалось видел ее насквозь.

— Но запах надежды у тебя слишком резкий.

— Запах… надежды? — сжала пальцы эльфийка.

— У страха один вкус. У расчёта — другой. У внезапной мысли “теперь я смогу сбежать” — третий.

Он наклонился ниже, почти к её уху.

— Не трать силы, сая. На мне стоит защита от ментального вмешательства. Хорошая. Родовая. И после Итоя — усиленная.

Её сердце сбилось, змайс услышал.

— Вот так. Теперь думаешь, попробовать ли телекинез.

Аширо резко подняла взгляд.

— Вы слишком самоуверенны.

— Нет. Я просто знаю вашу расу.

Он отстранился и двинулся дальше.

— Эльфы сначала лезут в голову. Если не выходит — двигают предметы. Если и это не помогает — начинают говорить.

— Последнее у вас получается хуже всего. — после секундной паузы заметил он.

Аширо вскинула подбородок.

— А змайсы, видимо, сначала душат, потом думают?

— Иногда думают заранее. Поэтому ты всё ещё жива. — она промолчала, но внутри злость наконец вытеснила часть страха.

Некоторое время слышны были только их дыхание, шорох чешуи по камню и далёкий стон земли над ними. Потом ход пошёл вверх. Запах леса стал отчётливее: влажная почва, гнилая листва, ночная прохлада. Где-то недалеко была вода. Не подземная — открытая. Ручей или болотистая низина.

Она инстинктивно дёрнулась.

— Не трать силы, — холодно сказал он. — Понадобятссся.

Выход оказался провалом между корнями древнего дерева. Каменная щель резко закончилась влажной землёй, осыпавшимися пластами почвы и переплетением корней.

Даард первым выбрался наружу, втянул воздух и замер. Лес. Ночь. Они далеко от Академии. Не настолько далеко, чтобы считать себя в безопасности, но достаточно, чтобы магический фон источника ощущался глухо, приглушённо, как далёкий жар за стеной.

А потом разлом за их спинами вздрогнул. Даард успел выдернуть эльфийку наружу за мгновение до того, как проход окончательно осыпался. Земля просела, корни треснули, камень внутри схлопнулся с глухим стоном.

Их выбросило на небольшую поляну. Над головой темнело небо, рассечённое ветвями. В траве лежал холодный туман. Где-то стрекотали ночные насекомые. Далеко ухнула птица.

Эльфийка, которую он наконец выпустил, пошатнулась и опустилась на траву, жадно вдыхая воздух. Даард остался стоять возвышаясь над ней, страх снова стал острее. Советник повернул к ней голову.

— Боишшшьсся?

Она не ответила. Правильно. Ложь он бы услышал и без дара Дахора.

— Мой страх вас удивляет?

— Нет. Он доказывает, что разум у тебя всё ещё работает.

Аширо сглотнула.

— Что вы намерены делать?

Вот теперь вопрос был уместен. Даард медленно втянул воздух. Драконья печать. Эльфийская кровь. Итой, пойманный на лжи. Дракон, который охотился на Вику. Сердце Пламени. Воронка. И его зверь, который слишком спокойно воспринимал эту обманщицу рядом.

— Разберусь, — сказал он.

— В чём?

Он не ответил эльфийка едва заметно напряглась, но Даард услышал и шипя заметил.

— Ты знаешшь больше, чем можешшь сказать.

— Печать не позволит.

— Значит, найдём способ спрашивать иначе.

Она побледнела, но не отступила. Возможно, потому что отступать было некуда.

— Вы собираетесь пытать меня здесь?

Даард чуть наклонил голову.

— Если бы собирался, ты бы уже кричала.

Этого хватило, она замолчала.

— Пока ты нужна живой, — продолжил он. — И рядом.

— Как пленница?

— Как ответ.

Она посмотрела на тёмный лес за его спиной.

— А если я попытаюсь уйти?

Даард не улыбнулся. Но воздух вокруг словно стал холоднее.

— Тогда я пойму, что ты глупее, чем выглядишшь.

Она опустила взгляд.

— Поняла.

Хорошо. Именно так. Без лишней дерзости. Без опасного кокетства со смертью. Она боялась его — и должна была бояться.

Даард поднял голову, оценивая запахи. Где-то глубже в чаще была низина. Вода. Укрытие. Влажная земля, способная сбить след, если их будут искать обычными методами.

Но Дахор станет искать не обычными. Итой, если действительно причастен, тоже знает, куда ударить.

Значит, стоять на месте нельзя.

Но далеко уходить слепым, с повреждённым телом, пленницей и зверем, который вместо ясности подсовывает инстинкты, — глупость.

А Даард не был глупцом.

— До восстановления зрения далеко не пойдём, — сказал он. — Два дня, возможно, меньше. Идём.

— Куда? — спросила она, не надеясь на ответ.

— Вглубь леса. Там вода и укрытие.

Она с трудом поднялась. Через несколько шагов Даард остановился.

— Ближе.

Она замерла.

— Зачем?

— Я слеп.

— Но вы…

— Я не беспомощен, — перебил он. — Но если ты отстанешшь, мне придётссся возвращатьссся. Не вынуждай меня тратить силы.

Она подошла ближе. Недостаточно. Хвост скользнул назад и легко коснулся её голени, направляя.

— Рядом.

Она подчинилась, сердце билось быстро и неровно, но шаги оставались сдержанными.

— У меня есть имя, — тихо сказала она спустя несколько мгновений.

Даард не ответил.

— Аширо.

Имя легло в сознание неприятно чётко. И слишком легко соединилось с запахом, дыханием, сбившимся сердцем и той неправильной реакцией зверя. Пауза затянулась.

— Идём, Аширо, — наконец произнёс он.

Зверь внутри довольно затих, советник скрипнул челюстью.

Лес сомкнулся за их спинами. Поляна исчезла в тумане, а впереди были ночь, мокрые ветви, неизвестность и два дня, которые Даарду предстояло пережить без зрения.

С эльфийкой рядом. С обманщицей. С той, кого его зверь не желал отпускать. По причинам, которые Даард пока соглашался называть только тёмной магией.

ГЛАВА 11. СНАЧАЛА ВЫЖИВИ, ПОТОМ СОБЛАЗНЯЙ

АШИРО

Лес к ночи затихал, даже шум водопада, доносившийся сквозь деревья, не успокаивал, а только сильнее подчеркивал чуждость этого места. Влажный воздух лип к коже, в траве шуршало что-то мелкое, а туман, стелившийся у земли, временами казался живым.

Аширо сидела на камне, обхватив себя руками, и исподтишка наблюдала за змайсом.

Саш Маарц выбрал место для ночлега так, будто делал это не раз: спиной к скале, рядом вода, впереди открытый просматриваемый участок, слева корни старого дерева, под которыми можно было укрыться от ветра.

Даже слепой, он оставался опаснее любого зрячего. Это нервировало и пугало, очень.

Он почти не говорил с тех пор, как они выбрались из разлома. Только короткие, точные указания, после которых спорить не хотелось. И всё же за этим холодом Аширо слишком хорошо чувствовала другое.

То, как его хвост без колебаний подхватывал её там, где она могла оступиться. Как он неосознанно задвигал её себе за спину, когда лес отзывался подозрительным шорохом. То, как ни разу не отпустил далеко от себя, хотя причин доверять ей у него не было.

И это было страннее всего. Человеческая часть бывшего советника ее люто ненавидела. Зверь — нет. Она медленно выдохнула. Если это не использовать, она дура. Если использовать неумело — покойница.

Она перевела взгляд на его силуэт.

Даард расположился у корней, полускрытый тенью. Огромный тёмный хвост кольцами лежал на земле, чуть поблескивая влажной чешуёй в размытом лунном свете. Голова опущена. Глаза, ещё пустые после ранения, ничего не видели. Но Аширо почему-то казалось, что стоит ей сделать одно неверное движение — и он поймает это быстрее, чем она успеет моргнуть.

Нужно было решаться. Либо сейчас, либо ждать, пока он вернёт её императору. А там — темница, допрос, печать, боль… и, возможно, смерть.

Нет. Она не для того выживала всё это время, чтобы покорно пойти на убой. Если судьба подсовывает нового хищника, надо сделать так, чтобы он захотел оставить добычу себе.

А если повезёт… может, этот змей и правда однажды сожрёт её мужа-дракона. От этой мысли в груди шевельнулась тёмная, почти постыдная надежда.

Аширо поднялась, осторожно и медленно. Так, чтобы он услышал приближение и не решил, что на него бросаются. Советник не шелохнулся, только когда до него осталось несколько шагов, произнёс ровнодушно:

— Если ты решила сбежать, выбирай направление умнее. Справа овраг.

Аширо замерла.

— Я не собиралась бежать.

— Ложь. — несмотря на его резкость она заставила себя сделать ещё шаг.

— Тогда почему подпустили так близко?

— Потому что, если бы ты шла убивать, сердце билось бы иначе.

Аширо едва не вздрогнула, рядом с ним слишком трудно оставаться неразгаданной. Это было неприятно.

— Чего ты хочешь? — спросил он.

Аширо опустилась на колени напротив, не слишком близко, но и не на безопасном расстоянии.

— Выжить.

Даард чуть повернул голову.

— Честнее. — Даард чуть повернул голову и продолжил давить, словно наслаждался ее унижение, вот же хладнокровный.

— Я и так честна.

— Нет. Ты сказала вершину. Я спросил корень.

Она сжала пальцы. Конечно, следовало догадаться, с ним иначе и не получится.

— Я не хочу возвращаться в темницу.

— Это мне уже известно.

— И не хочу, чтобы меня снова отдали Его Величеству.

— Это тоже.

— Тогда вы понимаете, зачем я здесь.

Молчание казалось длилось слишком долгое время. Вытаскивая на поверхность неприятные чувства. Потом Даард едва заметно усмехнулся.

— Нет. Я хочу услышать, как именно ты это назовёшь.

Шарх.

Он заставлял её произнести это вслух. Горло свело не от стыда даже — от злости. На себя. На мир. На то, что выживание снова приходится покупать самым мерзким из доступных способов.

И от этого стало холодно даже в тёплом влажном воздухе. Но выбора не было.

Аширо чуть подалась вперёд.

— Если ваш зверь уже считает меня своей… — она заставила голос звучать тише, мягче, — Разве не разумнее оставить меня при себе... не только как пленницу?

На последних словах она медленно подняла руку и коснулась края его плеча. Только кончиками пальцев. Легко, почти невесомо.

Тело змайса под ладонью не дрогнуло, но хвост на земле сдвинулся. Совсем немного и этого хватило, чтобы по коже Аширо пробежал холод.

Он слышал, реагировал, значит, она не ошиблась. Осмелев она скользнула пальцами выше, медленнее.

— Я могу быть полезной, — прошептала она. — Не только как нить к ответам. Я могу…

Хвост ударил в землю так резко, что Аширо вздрогнула всем телом.

Даард перехватил её запястье. Не больно. Но так жёстко, что стало ясно: ещё миллиметр — и больно будет.

— Не продолжай.

Голос был негромким, но Аширо замерла. Он медленно потянул носом воздух, будто вбирая её запах глубже, чем следовало бы. Мышцы под кожей напряглись, челюсть стала жёстче.

Тело всё-таки отозвалось, она это почувствовала, и потому рискнула.

— Почему? — тихо спросила она. — Вы ведь хотите этого не меньше моего.

В следующее мгновение он рывком подтянул её ближе. Так, что она оказалась почти прижата к его груди, а тяжёлое кольцо хвоста уже замкнулось у неё за спиной.

Не чтобы ласкать, а чтобы напомнить, с кем она играет. Аширо перестала дышать. Лицо Даарда оказалось совсем рядом. Слепые глаза не видели её, но и без зрения было очевидно, что он знает, куда впиться.

— Ошибаешшьсся, — произнёс он почти ласково. — Я хочу не тебя. Я хочу понять, кто ты, на кого работаешь и почему мой зверь ведёт себя так, будто ты имеешшь право подходить ко мне ближе, чем на расстояние броска.

Его пальцы скользнули выше по её руке — медленно, вдумчиво. Достаточно ощутимо. Так, чтобы её тело само вспомнило о страхе.

— А вот ты, эльфийка, хочешь выжить. И решила купить сссебе это право через тело.

Он произнёс это без брезгливого выплёвывания. Слишком ровно и точно. И от этого стало стыдно. Почти по-настоящему.

— Я…

— Тихо.

Одно слово — и она замолчала.

Даард наклонился ближе. Его дыхание скользнуло по её щеке, по виску, по шее. Не поцелуй. Не ласка. Осмотр хищника, который решает, насколько опасна добыча, осмелившаяся сама лечь к нему в пасть.