Не сказка

ГЛАВА 10. СОВЕСТЬ — ДЕЛО ГИБЛОЕ. ОСОБЕННО ЕСЛИ ТЫ В БЕГАХ

Я-то думала, его всего лишь пронесёт. Ну правда… максимум — пару часов позора, и всё.

А дальше — как в дешёвых историях: они «чудесным образом» узнают, что неподалёку поселилась знахарка, приходят ко мне, я такая вся благородная — спасаю страдальца и… выбиваю себе скидку на проезд.

Красиво? Красиво.

Как-то на Земле слышала шутку: жизнь — как зебра. Полоса чёрная, полоса белая… И, видимо, я тогда искренне решила, что ступила именно на белую.

Потому что всё складывалось слишком удачно.

В этот промежуток времени от обоза сбежал лекарь, а местного врача вызвали в ближайшую деревню.

А с лечением таких последствий оставался только один вариант — целитель. А целитель — это деньги. Большие.

А родственники… родственники оказались теми ещё скрягами.

И вот тут всё сошлось. Они услышали про «знахарку». Про меня. И позвали.

Предложили лечить главу семейства в дороге, объяснив это тем, что у них якобы поджимают сроки, и мне с ними по пути.

За проезд платить не надо.

Вот этот момент меня тогда и добил.

Потому что именно в эту секунду где-то внутри тихо, очень тихо, что-то сказало:

— Вика, ты сейчас играешь не в ту игру.

Но я уже не остановилась.

О том, что направляюсь в ничейные земли «к внучке», я позаботилась заранее. Аккуратно. Ненавязчиво. Старчески пожаловалась прислуге. Пару вздохов. Пару слов — и всё.

Теперь можете оценить степень моего падения.

Сплетни — инструмент. И пользоваться ими надо с умом.

Я понимала, что происходит. Они спешили не потому, что хотели спасти. Они ждали.

Ждали, когда караванщик умрёт.

Чтобы прибрать к рукам дело.

И вот тут совесть уже не шептала. Она скребла.

— Только не твоими руками.

И я… взялась лечить его так, будто от этого зависела моя собственная жизнь.

Хотя, если честно — так оно и было.

Каждая капля отвара — как на вес золота. Каждое зелье — с оглядкой.

Я ведь знала причину. Потому что сама её и устроила.

И именно поэтому боялась больше всех.

Передозирую — убью.
Недолечу — убью.

Выбор… шикарный.

Скрыть что-то внутри обоза от путешествующих торговцев невозможно. Поэтому все быстро прознали о состоянии главы каравана. Многие обсуждали это вслух.

Я даже слышала, как спорили на золото.

Ставили ставки — сколько тот продержится и сумею ли я его вылечить.

Обычная знахарка ведь. А случай тяжёлый. Тут бы целителя…

И вот это… ударило сильнее всего.

Потому что там, где для них — развлечение, для меня — шанс не стать убийцей.

Как уже говорила, знахарь — это далеко не лекарь.

Если проводить аналогию, то знахарь — это скорее наш фармацевт. Многое знает о лекарствах, их свойствах. От элементарных болячек даже может помочь, подсказав, что принять.

А вот самим процессом лечения занимаются лекари. Это уже врачи.

И наивысшая каста — целитель.

Этот кадр лечит силой манны. Даже смертельно раненого может поднять. Но и плату берут баснословную.

Чаще дар целителя встречается у нелюдей. Так решило провидение: у людей слишком короткая жизнь, а редкий дар нужно сохранять.

Кстати, о нелюдях.

В дороге я слушала. Всегда слушала.

И узнала кое-что интересное.

Самые сильные целители — у рода ха Сфашей. И так уже веками.

Неожиданно, если честно. Обычно в фэнтези этот дар приписывают эльфам. А тут — наги.

— Странное это дело. Столько веков подряд — и такое количество целителей. Нечисто тут. Темнят змайсы, — спорили на одной из остановок мои попутчики. — Слишком много совпадений.

— Да что тут странного? Кровь с чужими не смешивают. Породнились между собой — вот и весь секрет! — выдвинул предположение ещё один «учёный муж».

Я же, устраиваясь поудобнее на досках в уголке крытой повозки, куда меня определили, только хмыкала про себя.

Отлично понимая, что причина кроется в чём-то другом. Но точно не в близкородственных браках.

Потому что даже базовые знания из моего мира говорили: если бы всё было так просто — они бы уже вымерли.

Значит, дело в другом. И это «другое» мне очень не нравилось.

Вообще, если слушать — можно узнать многое. Даже без интернета. Правда… информация часто кривая.

Если отбросить домыслы, можно предположить одно: раса нагов довольно закрытая. И к ним лучше не соваться.

Про драконов и эльфов, кстати, говорили куда больше.

***

И ещё одно открытие не оставило меня равнодушной. Оказывается, эльфы… не такие, как в книжках. Я даже однажды услышала фразу: «старый пройдоха эльф», — и не смогла её забыть. Слово «эльф» и прилагательное «старый» явно шли вразрез с моим представлением об этой расе.

Спасибо, Толкин. Ты меня обманул.

Так что я уже предвкушаю лёгкий диссонанс в ближайшем будущем. Когда своими глазами увижу старого эльфа.

Развлекаюсь как могу. Ищу позитив во всём, даже в собственных чувствах. В принципе, не страшно. Главное — чтобы не шизофрения. А так… всё будет пучком.

Десять дней. Десять чёртовых дней я вытаскивала этого мужика с того света. И всё это время внутри сидело одно:

— Это ты его туда отправила.

Кризис миновал. Мужчину с трудом, но выходила. Завтра об этом узнают родственники — моя совесть чиста. Остальные тоже убедятся, когда во главе обоза встанет знающий человек.

Оставалось только одно — стрясти своё. Потому что ставки были. Только один мужчина поставил золотой на меня, остальные — против. Значит, его выигрыш должен быть хорошим.

Иногда я смотрю на себя и не узнаю. Та, что пришла в этот мир, давно исчезла. Я сильно изменилась после попадания на Элтаэ.

Сначала — почти скатилась до воровства и вандализма, когда уходила с насиженного места. По факту, сборы трав, зелий и настоек были не мои, а покойной старушки.

Теперь же вынуждена идти на вымогательство, требуя свою долю как предмет спора. Ужас, до чего докатилась. Везде ищу выгоду. И всё это под соусом: «Хочешь жить — умей вертеться». Красиво звучит… пока не начинаешь применять.

Жизнь заиграла для меня новыми красками. Мда…

Поездка в крытой повозке — не самый комфортный вариант. Два месяца дороги. В крытой повозке. Тряска. Укачивание. Боль в спине. Но всё равно лучше, чем пешком. Намного лучше.

Честно, где-то через несколько дней после выздоровления моего пациента я начала задумываться: а есть ли тут порталы? Но спросить было не у кого. Задай такой вопрос — сразу выдам себя с головой.

Кляла себя на чём свет стоит. Не могла, что ли, этим поинтересоваться у… царство небесное, За-Алет? Так нет же. Мы язык учили, ага…

Вика, будь честна сама с собой. Ты просто отсиживалась в дыре. Пряталась от реальности. Умница… допряталась. Теперь слепая, как котёнок. А теперь — иди и разгребай.

Но, как ни странно… это дало результат.

В обозе мои «умения» оценили. Это дало возможность заработать. В долгой дороге чего только не случается. Но я была при деле. Даже не успела привести свой план в действие и поживиться, потребовав процент со спора.

Так что по прибытии в Дурбан прибавила неплохую сумму к наторгованному на ярмарке. У меня уже появился какой-никакой капитал. Наконец-то я не чувствовала себя нищебродом.

Поэтому решила снять комнату на постоялом дворе и наконец-то почувствовать себя нормальным человеком. Без этого маскарада.

С наслаждением сняла силиконовый нос и поспешила избавиться от грязной амуниции. И не важно, что бадья деревянная, а вода еле тёплая — в любом случае это рай на земле.

Два месяца без нормального мытья… даже вспоминать не хочется. От меня такое амбре шло, что самой становилось тошно.

— Вот она, твоя сказка, Вика.

Грязь. Страх. Постоянная игра. Никакой романтики. Осталось последнее — попасть в Академию. И закрыть этот чёртов круг.

Я потянулась за одеждой, взяла мыло. Наклонилась к бадье…

И в этот момент услышала:

— Так-так-так…

Сердце сбилось сразу. Как будто кто-то сжал его в кулаке. И я поняла. Совесть — это одно.

А вот расплата… она только началась.

ГЛАВА 11. ХУЖЕ ВСЕГДА МОЖЕТ БЫТЬ

— Так-так-так…

Сердце ухнуло куда-то вниз. Я замерла. Абсолютно. С мылом в руке. Голая. В чужой комнате. С запертой дверью.

Которая, судя по всему… больше не была запертой.

Я ведь дверь на засов закрывала. Ещё и проверила для надёжности, прежде чем полностью раздеться. А он умудрился зайти так, что я даже скрипа плохо смазанных петель не услышала.

Хотя, когда заселялись, он отчётливо был слышен.

Эти мысли крутились в голове, пока я сверлила взглядом мокрую одежду.

Медленно. Очень медленно. Я повернула голову.

В дверном проёме, облокотившись плечом о косяк, стоял мужчина. Детина внушительной комплекции.

Высокий. Слишком спокойный. И… слишком внимательный.

Красивый. Просто загляденье — хоть сейчас на обложку журнала.

Взгляд скользнул по комнате. Задержался на разбросанных тряпках, на бадье, на полу… и остановился на мне.

Без стеснения. Без суеты. И даже без капли удивления. Как будто он ожидал увидеть именно это.

Он оттолкнулся от косяка и сделал шаг внутрь.

— Не мешаю? — лениво протянул он, уголком губ усмехнувшись.

Меня пробило холодом. Не тем, что от воды. А от понимания.

Это не случайность.

Он здесь не потому, что перепутал дверь. Он зачем-то за мной следил.

И в нём сразу было видно нелюдя. Волосы — красные-красные. Из тех, от которых любители аниме визжат, а нормальные люди — бегут.

Я резко схватила первое, что попалось под руку — тряпку, платье, да хоть мешок — и прижала к себе, прикрываясь.

— Ты… — голос предательски сел. — Как ты сюда попал?

Он чуть склонил голову. Будто вопрос его развлёк.

— Дверь? — небрежно уточнил он. — Символическая преграда.

Портило этот экземпляр только одно — оценивающий взгляд на моё мокрое тело, обмотанное простынёй, что выдали мне вместо полотенца.

И он на этом завис. Надолго.

Я отступила. Инстинктивно. Не нравится мне всё это.

— Стоять, — выдохнула я, сама не веря, что это вообще прозвучало.

Он остановился. Но не потому, что испугался, а потому что… захотел.

И это было ещё хуже.

— Интересно, — протянул он, прищурившись. — Два месяца в маскараде… и вот так просто снимаешь лицо?

Меня будто ударили. Внутри всё сжалось.

Меня нашли.

— Не понимаю, о чём ты, — попыталась сыграть. Но даже сама услышала, как фальшиво это звучит.

Он усмехнулся. Медленно. Хищно.

— Конечно.

Его взгляд скользнул к столу. Где лежал мой «нос». Парик. Тряпки. Всё. Всё, что я так старательно скрывала.

Он оглядел это оценивающе, но с места не сдвинулся. Честь ему и хвала.

— Впечатляет, — спокойно сказал он. — Для человека.

Вот это слово. Как игла. Для человека.

— Никогда не думал, что сашш Даард решит тащить за собой свою любовницу и прибегнет к подобной маскировке. К тому же — ещё и человечка… — если он так пренебрежительно относится к моей расовой принадлежности, встаёт вопрос: а к какой расе относится он?

Я вскинула взгляд на нежданного посетителя внимательнее, надеясь определить масштаб своей будущей ж… моего невезения. Оценка была неутешительной. От досады сжала зубы.

— Очень любопытно. — теперь прохрипел мужик, стоило ему увидеть колечко, которое я повесила как подвеску на шею.

Кольцо от его внимания завибрировало, заставив меня вздрогнуть.

Раньше таких фокусов оно не выкидывало. Словно подталкивало к активным действиям.

— А ты кто вообще? — спросила резче, чем хотела.

Он не ответил сразу. Подошёл ближе. Достаточно близко, чтобы я почувствовала запах. Не резкий. Но… как от зверя. Как от чего-то… не совсем человеческого.

— Ты знаешь, сколько шума наделала одна маленькая поляна? — тихо произнёс он.

У меня внутри всё оборвалось. Поле. Дракон. Змея. Кольцо.

— Не понимаю, о чём ты, — повторила я, уже почти автоматически. Хотя меня трясло от притока адреналина.

Он остановился рядом с тумбочкой. Прямо передо мной. Наклонился чуть вперёд и посмотрел глаза в глаза.

И вот тогда я увидела его зрачок. Не круглый. Вертикальный. Как лезвие.

Меня прошило.

— Плохо врёшь, — почти ласково сказал он.

Я дёрнулась назад, но упёрлась в край бадьи.

Бежать некуда. Оружия — нет. Магии — тоже, по сути, нет. Прекрасная ситуация, Вика. Просто блестящая.

— Ладно, — выдохнула я, резко сменив тон. — Допустим. И что дальше?

Он приподнял бровь. Я продолжила, чтобы заговорить ему зубы и потянуть время:

— Убьёшь? Заберёшь? Допросишь? Давай сразу к делу. У меня день был тяжёлый.

Он на секунду замер, а затем вдруг… рассмеялся. Тихо. Коротко.

— Нравишься ты мне, — сказал он.

К твоему сожалению, это не взаимно, мелькнула мысль. Слишком «липким» он ощущался.

— Это сейчас было признание или приговор?

— Пока… наблюдение.

Он выпрямился и отошёл на шаг. И это было странно. Он не нападал. Не хватал. Просто давил своим присутствием. И это нервировало всё сильнее.

— У тебя есть то, что ищут многие, — сказал он уже серьёзно. — И ты ещё жива.

Я рефлекторно сжала кулак, прижимая кольцо. Угрожает, скотина… парнокопытное.

— Не стоит, — спокойно добавил он и снова отошёл к двери. — Я бы уже забрал.

Честно? Я не поверила. Но продолжала тянуть разговор, параллельно соображая, как выбраться из ситуации, где выхода, кажется, нет.

— Тогда что тебе нужно? — тихо спросила я.

Он промолчал. Окинул меня взглядом. С головы до ног. Снова.

В отчаянии обвела взглядом своё временное пристанище. Куда бежать? Как? Без вещей, без маскировки и снова — без единой копейки за душой?

— Вариант первый, — тем временем продолжил он. — Я ухожу. А через пару часов сюда приходят другие.

Я напряглась. Прекрасно. Просто идеально.

— И они будут менее… вежливы, — добавил он.

Отлично. Значит, действительно придётся бежать. Колечко стало нагреваться, будто реагируя на мои мысли.

— Вариант второй? — спросила скорее для галочки. Меня сейчас больше занимали странные метаморфозы с золотцем на шее.

Он чуть наклонил голову.

— Ты идёшь со мной… — пауза — …и, возможно, доживаешь до завтра.

Я уставилась на него. Он вообще нормальный? Размечтался.

— Звучит… обнадёживающе.

— Стараюсь.

Я быстро перебрала варианты.

Сбежать? Сражаться? Смешно. Довериться? Ещё смешнее.

И ведь, по сути, он был прав. Если он нашёл меня — другие тоже найдут.

Но это парнокопытное решило сократить дистанцию. Подошло ближе. Протянуло руки.

И вот тут я поняла — игра закончилась.

Потому что дальше началось что-то совсем другое.

Я уже не слышала, что он там говорил. «Дар» под кожей зашевелился. Загудел. Пополз. Словно внутри меня что-то переливалось с места на место.

Ощущения были мерзкие. Пугающие.

Кольцо нагрелось. Сильно. Будто пыталось вытянуть силу из дара знахарки. А тот — сопротивлялся.

Внутри меня шла настоящая борьба.

И в какой-то момент я отчётливо представила, как меня просто разрывает изнутри. Как ту змею на поляне.

Нет. Спасибо. Надо бежать. Сейчас. Плевать на здравый смысл. Всё внутри меня кричало: прочь от него.

Я вскочила, схватила мокрую тряпку и со всей силы швырнула ему в лицо. И рванула к окну.

Артефакт словно ожил. Пробил меня разрядом, подталкивая вперёд. И я больше не думая ни о чем сиганула в окно.

Не заботясь открытием створок, и тому есть ли там запасная подушка. Как настоящий каскадёр прыгнула в него (и это второй этаж!).

Да, второй этаж. Да, я сбрендила.

Паника — она такая. С разумом не дружит.

А колечко это походу дела, имеет разум, если подталкивает к таким безрассудствам. Как-то иначе объяснить свои действия и последующие события не могу.

Как в самых известных блокбастерах, с Жан-Клод Вандамами и Джеки Чанами... Вылетает из окна тело, вместе с осколками стекла. Эффектно, ничего не скажешь.

Разума в этом теле в тот момент точно не было. И вот это самое тело, готовое превратиться в отбивную…

…попадает в руки другого нелюдя.

Который, к слову, ещё страшнее. Лысый. И половина лица — уже не совсем лицо.

— Нашёл…сс…

Красная лента языка мелькнула прямо у моего лица.

Я перестала дышать. И вот почему я не умею падать в обморок? Сейчас было бы очень кстати.

ГЛАВА 12. ОН МЕНЯ НЕ СПАС. ОН МЕНЯ НАШЁЛ

Попала в руки нага и сидишь себе, ресницами хлопаешь. Ибо сил шоло… нет, шелох… в общем, вы поняли — дар речи потерян. Задумываться, в какую передрягу попала, сил нет. Тут бы не забыть, как дышать.