Развод в 40. Мой босс — отец его любовницы

— Поняла.

— Правда?

— Правда.

Он встаёт.

У двери оборачивается.

— И не надо завтра делать вид, что всё нормально.

— Не буду.

— Папе скажи тоже.

— Сам скажи.

— Уже.

Илья уходит. Дверь оставляет приоткрытой.

Я ложусь поверх покрывала и смотрю на свет из коридора. В гостевой нет замка.

Но сегодня он не нужен.

***

Утром Дениса нет.

На кухонном столе лежит записка: «Машину не бери». Рядом ключи. Он мог забрать их с собой, но оставил, чтобы я увидела запрет.

Я фотографирую записку и отправляю Асе.

Илья завтракает хлопьями. Наушников нет, телефон лежит экраном вниз.

— Доброе утро, — говорю я.

— Не очень.

— Согласна.

Я наливаю воду в чайник. Лилии по-прежнему стоят в ведре. За ночь раскрылись ещё два бутона. Запах стал тяжёлым, сладким.

Беру ведро и выношу на балкон.

— Они замёрзнут, — замечает Илья.

— Знаю.

Телефон звонит. Незнакомый номер.

— Вера Алексеевна? — спрашивает мужчина. — Глеб Сафронов, юридическая служба господина Орлова. Я направил вам проект соглашения. Алексей Романович просил получить ваши замечания до одиннадцати.

Вот и отчество.

— Уже направили?

— Пять минут назад. Там два документа: изменения в инвестиционный договор и отдельное соглашение об авторском надзоре. Вознаграждение указано за оставшийся срок проекта.

— Денис видел?

— Пока нет. Сначала вы.

— Хорошо. Я посмотрю с адвокатом.

— Разумеется. Мой номер есть в письме.

Он отключается.

Илья доедает хлопья и относит тарелку в мойку.

— Орлов? — спрашивает он.

— Его юрист.

— Папа сказал, ты натравила на него Орлова.

— Я рассказала, что произошло. Орлов сам решил, как поступить со своим проектом.

— А с Кирой?

— Её убрали из рекламной кампании.

Илья открывает воду. Моет тарелку дольше, чем нужно.

— Она ему кто теперь?

— Всё ещё дочь.

— Даже после такого?

— Родство не отменяется за плохой поступок.

Он выключает воду и ставит тарелку в сушилку.

— А с папой тоже?

Я понимаю, что он спрашивает не о себе.

— Он навсегда останется твоим отцом. Что делать с этим дальше, решишь сам.

Илья кивает и уходит собираться в школу.

Я открываю письмо.

Соглашение занимает девять страниц. На первой указаны три стороны: компания Дениса, компания Орлова и я. Полное имя — Вера Алексеевна Лаврова. Ниже отдельной строкой: «профессиональное имя — Вера Миронова».

Улыбка появляется сама.

Я звоню Асе по видеосвязи. Она отвечает из машины, телефон закреплён возле руля.

— Только не говори, что Денис ночью заложил ещё и холодильник.

— Пришло соглашение от Орлова.

— Пересылай.

— Уже.

Ася бросает взгляд куда-то вправо, паркуется и берёт телефон в руку.

— Девять страниц до кофе. Прекрасно. Дай мне час.

— Они ждут до одиннадцати.

— Пусть ждут. Орлов не обеднеет.

— Там отдельный гонорар.

— Насколько отдельный?

Я называю сумму.

Ася перестаёт листать.

— За два месяца?

— И двадцать два дня.

— Вер, на эти деньги можно полгода снимать квартиру и не выбирать между зубной щёткой и хорошим экспертом.

— Я ещё не согласилась.

— Поэтому я сначала прочитаю, а потом буду радоваться.

Она отключается.

Я открываю рабочую почту. Доступ есть. Пропуск тоже должен работать. В календаре появилось приглашение на ежедневное совещание с Орловым в девять утра.

Ежедневное.

Два месяца и двадцать два дня.

Телефон снова звонит. На этот раз номер с визитки.

— Вера Алексеевна, — говорит Орлов. — Документы получили?

— Да.

— Вопросы?

— Пока один. Вы всегда назначаете совещания на девять без согласования?

— Нет. Иногда на восемь тридцать.

Я смотрю на чашку с недопитым чаем.

— Каждый день обязательно?

— Первую неделю. Потом решу, можно ли вам доверять.

— Вчера вы вроде уже решили.

— Вчера я решил, что доверяю вам больше, чем Денису. Планка была невысокой.

Сухая злость в его голосе направлена не на меня. Всё равно чувствуется.

— Кира как? — спрашиваю я.

В трубке короткая пауза.

— Вы действительно хотите знать?

— Нет.

— Тогда зачем спросили?

— Привычка быть вежливой.

— Оставьте её для подрядчиков. Со мной можно отвечать честно.

Я провожу пальцем по строке «Вера Миронова».

— Хорошо. Не хочу знать.

— Вот так быстрее.

— Алексей Романович, вы понимаете, что Денис воспримет соглашение как объявление войны?

— Он уже отключил вам пропуск и попытался забрать проект. Войну объявили без меня.

— Вы легко говорите. Это не ваша семья.

— Уже касается моей.

Он не уточняет, имеет в виду Киру или деньги. Наверное, и то и другое.

— Если я подпишу, кому буду подчиняться?

— По дизайну — никому. За результат и сроки отвечаете передо мной.

— То есть вы мой новый начальник?

— Вас это пугает?

Я смотрю в сторону коридора. Илья застёгивает куртку возле зеркала. На кухонном столе лежат ключи от машины, которую Денис запретил брать. На балконе мёрзнут лилии.

— Пока нет.

— Разумный ответ.

— А какой был бы неразумным?

— «Куда я денусь».

Пальцы сильнее сжимают телефон.

Орлов не мог слышать наш разговор в номере. Значит, Денис рассказал. Или Кира.

— Кто вам сказал?

— Кира. Вчера вечером. Она пыталась объяснить, почему была уверена, что вы подпишете.

— И что ещё она рассказала?

— Достаточно, чтобы я не задавал вам этот вопрос всерьёз.

В трубке раздаётся голос секретаря. Орлов кому-то отвечает, потом снова обращается ко мне:

— Прочитайте соглашение. Если юрист одобрит, подпишете у меня в офисе после обеда.

— А если не одобрит?

— Исправим.

— Если я вообще откажусь?

— Тогда закончим отель на старых условиях. Я не покупаю людей вместе с проектами, Вера Алексеевна.

Он отключается.

Я ещё несколько секунд держу телефон возле уха.

В прихожей Илья надевает рюкзак.

— Мам, можно спросить?

— Конечно.

Он возвращается на кухню и закрывает дверь в коридор. Смотрит на ключи, потом на меня.

— Папа вчера сказал, что квартира в залоге и её могут забрать.

— Могут, если компания не выплатит кредит. Но всё сложнее, Ася разбирается.

— Он сказал, если я останусь с ним, квартиру потом оформят на меня.

Я медленно кладу телефон на стол.

— Когда сказал?

— До того, как ты пришла. Ещё сказал, если выберу тебя, мы оба уйдём отсюда и ты сама пожалеешь.