Вампирское сердце

Отвернулась. Люстр и светильников не было - вместо них под сводами парили десятки маленьких черных сфер, привязанных цепями к потолку, пульсирующих ровным красновато-малиновым светом сквозь витиеватые решеточки. Алое в них переливалось, создавая игру теней на стенах.

Стены. Я с трудом сфокусировала взгляд. Темное дерево, инкрустированное перламутром и костью, чередовалось с панелями из полированного обсидиана. На одной висела коллекция масок. Они казались дорогими и яркими, броскими пятнами. Но стоило приглядеться, как необычное украшение начинало создавать зловещий эффект - матовый цвет некоторых из них напоминал сморщенную человеческую кожу. У других кружева переплетались с клыками, которых было чересчур много даже для вампиров. А драгоценные рубиновые глаза и вовсе словно следили за мной.

Снова отвернулась. Взгляд упал на распахнутый стеллаж с вином, но… вот тут меня словно пробрало с ног до головы.

В бутылках было не вино.

Каждый волосок на теле зашевелился. Я зажмурилась и сглотнула. Сухой язык во рту казался распухшим, мешающим дышать. Стало только хуже.

Мне нужно было добраться до этого стеллажа… как можно скорее.

Но до него было слишком далеко. На пути раскинул свои полузвериные лапы странный механический рояль - чудовище с медными трубками и стеклянными колбами, в которых что-то мерно капало.

А еще громадная кровать, которую нужно было обойти. Она стояла на небольшом возвышении, скрытая за полупрозрачным балдахином из черной ткани, расшитой мельчайшими красными капельками камней. Каркас - кованое серебро в виде переплетенных растений. Простыни - черный шелк, скомканный, сбившийся…

…прячущий ворохе ткани - идеальную мужскую фигуру.

В груди сжалось, поднялось к горлу. Меня бросило в жар. Хотя с самого утра я почти непрерывно чувствовала жуткий холод.

Я замерла, не понимая, как этот мужчина еще не заметил моего присутствия. Был так сильно занят?..

Действительно.

Она лежал на спине, частично скрытый балдахином. Я видела только часть лица в профиль - волевой подбородок, скулы, и темные волосы, волнистой волной рассыпанные по подушке. Они не были черными, скорее густой шоколад в отблесках кровавой ночи.

Мощная обнаженная грудная клетка поражала идеальностью мышц. Взгляд скользил по его изгибам почти против моей воли, не давая отвернуться, опускаясь все ниже.

Одно колено мужчины было согнуто, простыня сбилась к бедрам. Одна рука запрокинута за голову. Другая…

Штора скрывала самое интересное, но ритмичные движения ткани, легкий скрип серебряных пружин и сдавленный, горячий звук, сорвавшийся с его губ, не оставляли сомнений в происходящем.

От этого зрелища глубоко в животе начало тянуть. В ушах и так не слабо шумело с самого пробуждения, теперь же еще и запульсировало.

Словно кто-то ударил меня плетью, я… хотела дотронуться до него.

Никогда еще меня так не выбивало из собственного рационального сознания.

- Да…

Я должна была отвернуться. Уйти. Провалиться сквозь пол. Но буквально не могла управлять собой. Все смешалось в голове.

В этот момент взгляд будто сорвался с крючка, пойманный новым охотником, скользнул мимо мужского тела и уперся в маленький прикроватный столик, который был не так уж далеко от меня.

Кубок.

Серебряный, с чернью. Почти полный.

Внутри плескалась темная, густая жидкость, от которой пахло так, что могло бы, наверное, вовсе свести меня с ума. Если бы я прямо сейчас не рванула к нему и не выпила все залпом.

Собственно… так я и сделала.

Вкус ударил в меня темной молнией - терпкий, металлический, чуть сладковатый.

От него тошнило… и становилось легче. Голова шла кругом, колени подогнулись, но я удержалась. Мыслей не осталось.

С каждым глотком мир обретал четкость, боль в глазах утихала, переставала раскалываться голова. А еще - по венам словно заструилось искрящееся серебро…

Божественно. Это было божественно. Хотя и хотелось расцарапать себе горло и выплюнуть это, чтобы больше никогда.

Никогда…

Я оторвалась от кубка только когда он опустел. Провела языком по губам, слизывая последние капли. И замерла.

Тишина в комнате стала другой. Напряженной.

Я медленно повернула голову.

Балдахин отдернут. На кровати, опираясь на руку, сидел он. И смотрел на меня.

Глаза - ярко-алые, как расплавленные рубины, - горели бешенством, смешанным с абсолютным, вселенским неверием в происходящее. Грудь высоко вздымалась. Мягкие волосы, едва прикрывающие совсем чуть-чуть заостренные уши, упали на лицо, обрамляя его, отбрасывая витиеватые тени на кровавые радужки.

Вторая рука незнакомца лежала поверх брюк, которые он в спешке, видимо, даже не пытался застегнуть до конца, оставив верхнюю пуговицу свободной.

Ткань многозначительно натянулась.

- Плешивая стрыга, ты кто такая? - Голос низкий, с хрипотцой, пролитой металлом.

- Ох…

Впервые за последние часы мир перестал плыть, зрение сфокусировалось окончательно - и я наконец поняла, кого именно застала за столь интимным занятием.

Вампир.

Он был красив той опасной, текучей красотой, от которой хочется или бежать без оглядки, или шагнуть в омут, зная, что утонешь. Он напоминал дикий виноград - гибкий, цепкий, способный и напоить сладким нектаром, и задушить в объятиях до хруста костей. Мускулистые плечи, гладкая кожа, хищный изгиб губ. И эти глаза, в которых сейчас полыхало возмущение.

До меня доходило медленно.

Я покраснела. Впервые за сегодня. Кровь прилила к щекам.

- Э-э-э… - голос прорезался, но звучал сипло, как у вороны. - Это я то плешивая стрыга?.. В общем… вы что-то перепутали.

- Я спрашиваю, что ты тут делаешь?! - почти зарычал он, чуть махнув головой. От этого короткие волнистые волосы упали вперед, а сзади… сзади его прическа оказалась длиннее и собрана в небольшой хвост. Смотрелось… красиво.

- Это… вы что делаете? - я кивнула на его руку, все еще покоящуюся на пуговицах брюк.

И вдруг меня прорвало. Нервный, истерический смешок вырвался из горла, против воли. Я зажала рот ладонью, но плечи уже многозначительно затряслись.

- Любопытно… - прошипел он, багровея. Румянец гнева пробился даже сквозь аристократическую вампирскую бледность. - Вообще-то я у себя дома! - рявкнул он, резко садясь и наконец застегивая брюки до конца. Движения рваные, злые.

Сексуальные…

“Ох ты ж, упивцы-ревнивцы… никак не могу перестать фантазировать о том, что он только что делал.”

Да не было мне смешно. Было очень даже… м-м-м… Смешной была сама ситуация. Но вряд ли стоило это сейчас объяснять.

- И могу делать все, что мне вздумается! - продолжал он тем временем злиться. Вполне обоснованно, я считаю. Но что ж теперь… - А вот что делаешь в моем доме ты?!

- Нет, вы, конечно, можете… - я пыталась успокоиться, но какой-то нервный болезненный смех все еще вырывался наружу вместе с остатками шока. - Все, что вам вздумается… И даже вот это вот… но…

- Что «но»?! - стиснув зубы проговорил он, сверля меня взглядом.

- Ничего, ничего! - я выставила одну руку вперед, а второй все еще пытаясь прикрыть рот. Ну куда вот меня понесло, а?.. Плечи все еще тряслись. - Сочувствую просто.

- ЧЕМУ ты сочувствуешь? - он подскочил с кровати, и я поняла, насколько он выше. И шире в плечах. И вообще - опаснее в сто раз.

Ну чего вот мне не молчалось?

- Мы уже перешли на ты, да? - ляпнула я первое, что пришло в голову, а приходило мне явно что-то не то.

Он замер. Сделал глубокий вдох. Явно не для того, чтобы дышать, а чтобы сказать мне что-то неприятное. По тени, скользнувшей на его лице, я поняла: он считает до десяти, чтобы не разорвать меня на месте. А я, не до конца понимая, как это выходит, вдруг взглянула на него “по-новому”.

И вновь увидела те самые черные “струны”.

Впервые я заметила их у мертвых культистов, затем у рыжей девушки в переулке, и вот теперь здесь.

От этого вампира.

В целом не было ничего необычного в Сумеречном зрении. Его особенности изучают еще на первом курсе. Некроманты с разной степенью четкости способны видеть Сумеречную магию. Обычно это выглядит как черные клубы дыма. До того, как треклятые последователи Ишхары меня уби… что-то сделали со мной, я была способна различать Сумеречную магию, как темный туман.

Теперь же все изменилось. И вместо привычных картин я видела четкие черные нити, что тянулись во все стороны.

И у вампира, что стоял передо мной, это были целые канаты, плотные, пульсирующие. Они закручивались вокруг его тела спиралями, прочным коконом, словно вторая кожа из чистой магии.

Я проследила взглядом основные пучки “струн” и увидела, куда они ведут - в его солнечное сплетение.

В этом месте у любого мага находится анарель - источник. Но никто никогда не говорил, что у вампиров тоже есть анарель. На пятом курсе, когда мы изучали высшую нежить, нам рассказывали, что у вампиров, личей, дивов и прочих самых страшнючих тварей империи все иначе. Никакого анарель у них нет и быть не может. Они мертвы и сами буквально состоят из Тьмы. А потому в источнике не нуждаются.

Однако из центра груди этого вампира лился мягкий лиловый свет, густой, чуть сияющий. И все «струны» магии, все нити, что что выходили из солнечного сплетения, имели этот металлический лиловый отблеск.

Можно сказать это было “вампирское сердце” его силы. Любопытно, аж жуть!

Вот бы посмотреть поближе…

- Ты меня слушаешь? - рявкнули надо мной. - Я спросил, чему ты сочувствуешь?

Я моргнула, возвращаясь в реальность.

- В общем… - я сглотнула, чувствуя себя нашкодившим котенком. - Сочувствую, что некому доверить такое… - я кивнула на его брюки, - …ответственное дело.

Глубокие ярко-красные глаза расширились.

Я занервничала.

- Хотя, может, не такое уж оно и ответственное, - ляпнула я, чтобы сказать хоть что-то и успокоить этого типа. И снова закусила губу, понимая, что меня несет.

- Что? - выдохнул он одними губами.

На его скулах заходили желваки. Он медленно, очень медленно поднес руку к лицу, потер переносицу, словно унимая головную боль, и процедил сквозь зубы:

- Наилисс.

- Чего?.. - пискнула я. Даже решила, что он опять обзывается.

Но на этот призыв в комнате вдруг материализовалась женщина. Соткалась из Тьмы так быстро, что я даже не успела заметить заклятье.

Высокая, под два метра, с косой платиновых волос, уложенных короной на голове. Глаза - мертвые, пустые, как у рыбы на прилавке. И тоже красные. За ее спиной, натягивая тяжелые цепи, фиксирующиеся на ее тонких руках, рвались вперед две твари.

Некрогарпии.

У меня в груди все обмерло.

Нужно было остановиться, извиниться что ль… Но страх во мне теперь проявлялся как-то совсем по-новому. Я просто понимала, что мне конец, да и все.

Некрогарпий прежде я видела только на картинках в учебниках. Это была очень редкая нежить. Крылья, как у стервятников, но перепончатые, с когтями на сгибах. Лица - жуткий гибрид людей и животных, пасти полны игольчатых зубов. Они рычали, дергались на цепях, а слюна, горящая зеленым, капала на мраморный пол и шипела. Похоже, была отравленной - не помню такого в курсе монстрологии…

- Позволите убить чужачку? - голос женщины был ровным, гладким. Даже где-то мелодичным. Но ни намека на эмоции.

Я отшатнулась, вжимаясь в стол позади.

- Нет-нет, пожалуйста! - выдавила из себя, чувствуя, как тело сковывает и слегка вибрирует. Вот он - мой новый страх. Но даже он был каким-то… плоским. Ненастоящим. - Я… ничего не хотела! Я не знаю, как тут оказалась! Я уйду! Просто уйду, и все! И, пожалуйста, делайте тут, что хотите! Я ничего никому не скажу!

Вампир снова потер переносицу, закрыв глаза. Стиснул зубы.

Некрогарпии зарычали громче, словно почуяв добычу. Меня. Одна дернулась так сильно, что Наилисс (так видимо звали женщину) качнулась вперед.

Еще секунда - и меня разорвут на части.

- Нет.

Голос вампира прозвучал тихо, но твари замерли, как вкопанные.

Я перевела на него взгляд. А он смотрел на свою левую ладонь. Не на правую!

Я почему-то отметила это сразу же: он глядел на ту руку, что лежала у него под головой в тот самый момент… Видать, не выходило у меня из головы увиденное.

А он просто смотрел, словно там было что-то написано. Что-то, что заставило его сказать:

- Не надо, Наилисс. - Он поднял голову, и лицо его стало непроницаемым, как одна из масок на стене. - Все в порядке. Я разберусь сам.

Женщина-вампир моргнула - первый признак жизни за все время.

- Как прикажете, господин Lahveigh Bjol`de.

Она поклонилась, резко дернула цепи, разворачивая гарпий, и исчезла за так же бесшумно, как появилась.

Меня слегка передернуло. Вот она - магия вампиров в действии. Не нужно никаких заклинаний, никакого анарель - Тьма просто подчиняется и все…

Страшно…

Но внутри меня только пустота.

Мы остались одни.

Тишина давила на уши. А в голове эхом все повторялось и повторялось:

Lahveigh Bjol`de.

Lahveigh Bjol`de.

Lahveigh Bjol`de…

Я была бы полной дурой, или круглой двоечницей, если бы не знала, что это. Lahveigh Bjol`de - в переводе с эшгенрейского, языка нежити и темных богов, означало - Серебряный страх. И было титулом четвертого древнего вампира Ихордаррина. Левой руки Темного князя вампиров, распорядителя кровавых вечеринок и организатора торжеств детей ночи.

Фирель анх-Травиана.

“Вот так не повезло…”

Он сделал шаг ко мне. Потом еще один. Я вжалась в стену сильнее, но он не остановился, пока между нами не осталось всего несколько сантиметров воздуха.

Он был выше. Мне приходилось задирать голову, чтобы видеть его лицо. Глаза теперь горели ровным алым светом, без бешенства, но от этого становилось только страшнее. Его губы - я смотрела на них против воли - были влажными.

Запах.

От него пахло…а, нет смысла теперь скрывать даже от самой себя - кровью. Той самой, что я только что выпила. Тонкий, дразнящий аромат, смешанный с чем-то личным, глубоким. С его запахом.

Это пробирало насквозь.

Я хотела провести языком по его губам. Подойти ближе, попробовать еще…

Он заметил.

В его глазах мелькнуло что-то - удивление? интерес? - и он медленно поднял руку. Я замерла, чувствуя, как кончики его пальцев почти касаются моей щеки.

Что-то происходило… Воздух словно наэлектризовался, а падала в его огромные алые глаза, обрамленные тьмой ресниц.

Хотелось коснуться его. Как я мечтала пару мгновений назад - дотронуться до его обнаженной гладкой груди, пройтись пальцами по изгибам мышц, узнать, такие ли они на ощупь, как мне казалось…

Но его пальцы так и не двинулись дальше.

Рука застыла в миллиметре от кожи, а потом он резко отдернул ее, словно обжегся. Скривился. Посмотрел на меня с брезгливостью, от которой захотелось провалиться сквозь мрамор его чудовищно дорого пола.

- Ты из Безумных, - сказал он не спрашивая. Констатировал факт. И вдруг сплюнул на пол, прямо себе под ноги. - Тьфу, плесень.

Я моргнула, не понимая, о чем он вообще говорит.

С какой стати я должна быть из Безумных?..

- Разберусь с тобой потом. - Он уже говорил в пространство, разворачиваясь и направляясь прочь, в боковую дверь, которую я даже не заметила. - Если скучно станет.

И ушел.

Просто ушел. Оставил меня одну посреди этой роскошной комнаты, с запахом крови из его кубка на своих губах и его презрением в памяти.

Дверь, за которой он скрылся, даже не хлопнула. Тихо, по-вампирски, она просто стала частью стены.

А из главного входа вдруг появился слуга.

Это был сухой, как вобла, мужчина неопределенного возраста во фраке, который, кажется, помнил еще те времена, когда в Ихордаррине в качестве деликатеса ели некролягушек. Он молча кивнул на выход и проговорил:

- Вы идете со мной.

И я пошла.

Слишком много всего случилось за последние часы, чтобы спорить. Да и что-то подсказывало: если ослушаюсь, меня скрутят в бараний рог быстрее, чем успею чихнуть.

С другой стороны, вампир я теперь или нет?..

Этого типа я оглядела внимательнее и поняла, что он совершенно точно - человек. А значит, теоретически опасности для меня не представляет. Так ведь?..

Мы спускались. Долго. Лестницы, пролеты, коридоры. Богатство и роскошь этажей этого замка (а оказалась я, несомненно, в каком-то замке) сменились сначала простыми, но добротными интерьерами для гостей, потом - попроще, для прислуги, а потом…

Потом мы пришли в подвал.

Но не страшный, сырой и промозглый, как положено подвалу. А сухой, чисто выметенный и с газовыми лампами на стенах.

- Так, а почему вы меня совсем не боитесь? - проговорила я слегка сбивчиво. - Авось пристукну вас сзади, вы и не заметите?

Дворецкий остановился у одной из деревянных дверей, окованных металлом, и бросил на меня какой-то до обидного презрительный взгляд. Затем отпер тяжелый засов и жестом пригласил войти, со словами:

- Зачем вам меня стукать, госпожа? В моей крови вампирский антидот. А это ваши покои, - сухо добавил он. - Выходить запрещено. Кстати, если вы меня пристукнете, вас гарантированно убьют. А так есть шанс пожить подольше.

Комната оказалась простенькой, но милой. С краю стояла черная металлическая кровать со странными небольшими заборчиками по краям. Создавалось впечатление, что это не кровать, а какая-то коробка с постельным бельем. Рядом тумбочка на одной ножке в виде лапы, стул, стол и небольшой шкаф.

- Ну а если я убегу?

Дворецкий хмыкнул.

- Куда вы убежите, госпожа? Замок Серебряного страха охраняю не я один. Вы будете убиты прежде, чем доберетесь до холла. А теперь будьте любезны пройти внутрь.

Я шагнула через порог. Окон тут не было, как и дверки, за которой бы скрывалась уборная.

- Что это за комната такая? - нахмурилась. - Я узница?

- Это покои для низших слуг, вампиров, обслуживающих мероприятия, - ответил дворецкий. - Таких бывает много, для них сделан целый этаж. Но сейчас он пуст, мероприятий такого характера не намечается.

Он вышел. Лязгнул засов.

Я осталась одна, вряд ли что-то важное поняв из его ответа. Кроме, конечно того, что просто так мне отсюда не выбраться.

Плюхнулась на кровать, провела рукой по лицу, остановилась на губах. Большой палец скользнул под них и уперся в острый, как игла, клык.

Закрыла глаза, судорожно вздохнув.

А затем перестав дышать.

Открыла глаза я минут через пять.

- Ну… как я и думала, - проговорила я тихо, глядя в потолок и чувствуя, что не могу унять дрожь в голосе.

За эти пять минут я не вздохнула ни разу.

Глава 6. Морган и некрогарпии

- Так вот, Карцер, представляешь, она вынуждена сдавать кровь для вампиров, чтобы сводить концы с концами, и ее чуть не выпивают другие вампиры, которым добровольная кровь не по вкусу. Как тебе ситуация? - я вопросительно уставился на собеседника, словно он мог ответить что-то вразумительное.

Хотя что значит “как будто”?

- Хр-р-р-фр!!! АУФ! - Карцер был немногословен, но как всегда все по делу.

- Вот и я так думаю. А вообще, знаешь, она хорошенькая… тебе нравятся рыжие?

- Хррр!

Карцером звали моего пса. Самого обычного пса, размером с живого лабрадора. Он был такой же добродушный, всегда готовый прийти на помощь, заискивающе глядя в глаза. Со всех сторон такой же… только полностью мертвый. Я еще в юношестве сумел поднять давно умершую животинку и, как ни странно, даже умудрился сохранить ему разум. Понятия не имею, как это вышло, но не устаю радоваться этому уже много лет.

Получилась у меня жуткая животина с ярко-алыми глазами. Умный, хитрый и очень преданный. Ну и совершенно неприхотливый, что крайне удобно, чего уж там. С ним не надо было гулять, как с обычным псом, и можно совершенно не волноваться по поводу блох. Тем в его полулысой шкуре совершенно нечем питаться.

Я переоделся, сменив форму гульсара на свою обычную одежду. На мне не было ран, что после схватки с упырями - нонсенс. А вот парочка синяков от драки с Галуром явно будут досаждать еще не меньше недели. Что еще раз подтверждает факт: Галур, паскуда, попротивнее вампиров будет.

Но беспокоило меня другое: из головы не выходила Илайна, та странная девушка из переулка. Имя у нее еще такое - мягкое и податливое, как яблочная тянучка.

Но как она смотрела на вампиров! С интересом, граничащим с безумием. А на меня?

Как она смотрела на меня?..

Тьма его знает. Но даже Алиера на меня так не глядела никогда.

- Ну что, дружище, пошли развеемся? А то денек сегодня - мерзкий, словно задница гарпии.

- Грр!! - с радостью согласился Карцер.

Послушный пес.

Естественно мы направились в мужскую святую-святых.

Гараж.

Весь он - плод моих трудов, как и шикарный некромобиль, стоящий внутри. Неколько лет я собирал его по деталям, едва ли не из костей и палок. То была точная копия кабриолета верховного маршала Туманной империи… вековой давности. Штучный экземпляр! Детали найти было той еще задачкой, но я справился.

Теперь никто бы и подумать не смог, что такая роскошь стоит в хлипеньком гараже простого вице-гульсара императорского корпуса. Ну ладно, бывшего вице-гульсара.

Сердце этой “малышке” тоже создал я сам. В одиночку выследил банши, но не прибил, как полагается по уставу, а заковал в кристалл, который теперь обеспечивал некромобилю запредельную динамику.

Да, противозаконно. Да, без лицензии такое вытворять запрещено. А любой жрец вообще скажет, что это аморально. Но мне плевать, потому что теперь моя красотка “жива”.

На левом крыле красовался серебряный шильдик с названием «Zondalgul», и каждый раз, когда я на него смотрел, в душе теплело.

- Запрыгивай, дружище, пора позволить ветру развеять нашу тоску, - бросил я, ожидая, пока Карцер усядется на пассажирском кресле. - Ты же тоже тоскуешь, верно?

- Угр-р-р, - что-то провыл-прорычал друг. И мы помчали.

Подальше от столицы, подальше от темных зданий, разукрашенных неоновой призрачной подсветкой и каменными тварями. Поближе к местам, где водились те же твари, только настоящие.

За городом начинались холмы, а между ними нитью вилась магистраль. Мотор рычал, где-то в глубине темного кристалла под капотом неистовствовала банши, и некромобиль летел вперед, придавая вкус жизни и смысл встречать новый день.

Дурные мысли довольно быстро выветрились из головы, как и полагалось. А затем мое внимание привлекло нечто любопытное.

На повороте мы с Карцером лихо обогнали “Драугарри”. Такую тачку редко встретишь на трассе. Тем более за пределами Ихордаррина!

ИНЗИ (Императорский Некромобильный завод Ихордаррина) совсем недавно начал выпуск небольших, но очень дорогих и быстрых болидов на темной тяге. По слухам, за дополнительную плату, в них могли установить до трех темных кристаллов! А это похлеще чем одна моя несчастная банши.

- Гляди-ка, Карцер, с нами хотят потягаться, - в зеркале заднего вида “Драугарри” стремительно набирала скорость, - ну что, дадим бой?

Пес плотоядно завыл, словно был на охоте и собирался ухватить за задницу жирненькую утку. Кстати, когда мы вот так выбирались за город, он периодически так и делал. Тогда на ужин у нас было неплохое жаркое.

Но сегодня добычей оказалось нечто другое. Моя “Зондальгуль” вырывалась вперед на поворотах, а чья-то возмутительно красивая “Драугарри” отыгрывалась на прямой, и дальше все повторялось. Незнакомец был хорош на трассе, и в какой-то момент я даже понял, что улыбаюсь.

Но вот “Драугарри” вышел вперед, скрылся за поворотом, и Карцер разочарованно завыл. Костяной гребень у него на спине встал дыбом, словно “утка” вырвалась из пасти.

- Ничего, погоди, сейчас мы его… - начал было я, резко выворачивая руль.

А через мгновение, выйдя на прямую, увидел резко тормозащий некромобиль соперника, который был буквально облеплен некрогарпиями.

- …упырь меня задери, - закончил совсем не так, как планировал.

Работа никак не хотела отпускать бывшего охотника.

Вокруг не было ни единой живой души. Без моей помощи у водителя “Драугарри” не было ни единого шанса. Мерзкие крылатые твари рано или поздно откроют самую дорогую консерву в их “жизни”, и растерзают бедолагу.

Честно говоря, я впервые видел, чтобы такая толпа некрогарпий разом нападала на человека. Да еще и в быстро едущем некравто… Ну да мало ли чего не бывает, верно?..

Я аккуратно затормозил Зонду, переехав двух некрогарпий, выскочил и ринулся в атаку.

Ну а что было еще делать?..

Следом с диким воем бросился в бой Карцер. У него тоже не было выхода.

Все мы иногда делаем не то, что хочется, а то, что должны.

Мой бывший начальник и наставник кавалергарпий Дейран в редкие моменты хорошего настроения, говаривал, что во мне живет сама Тьма.