Невольная истинная-2

Мери открыто улыбалась, вела своих девочек, одетых в сверкающие шелковые платьица синих оттенков, через зал и остановилась в указанной точке.

А когда полилась музыка, они закружились в танце, и Мериди повернулась ко мне спиной. Открытый вырез, будто нарочно, подчеркивал яркий узор метки. Благо та была скрыта магией и никто, кроме меня, ее не видел.

— Ты пропал, — шепнул мне на ухо друг.

В самую точку.

Я любовался Мери, как редким сокровищем. Она сияла. Завораживала. Кружила голову.

Ну почему я такой придурок? Всю жизнь от любви бежал. Яростно и безжалостно шел к своей цели, растаптывая цветы. А ценность особенного и редкого цветка под ногами не заметил. Сорвал и выкинул. Не прорастет он теперь в моей гиблой почве.

— Она же браслет надела. Видел? Мы связывались, — я показал свое запястье и просиял улыбкой.

— Радость-то какая! — закатил Нэйд глаза. — Ты придумал, как указ его величества обойдешь, если Торн его добьется?

— Я за нее нахуй короля пошлю! Пусть только попробует вынести этот паршивый указ. Вот увидишь, все разломы сука открою!

Я смотрел на Мери и сжимал кулаки. Никому. Никогда. Она не достанется.

— Хочу на это посмотреть, — Нэйд стукнул меня в плечо.

Мериди расхохоталась, кружа малышек. Многослойная шелковая юбка летела вслед за ее поворотами и словно отливала магией.

Музыка закончилась. Девушка встала как раз напротив нашего балкона и вскинула голову. Улыбка вмиг сползла с ее лица. Она смотрела на меня, не моргая, а когда малышка Тэя дернула ее за рукав, не сразу очнулась. Отвлеклась на девочек снова, и начался новый танец.

Сын одного из делегатов подошел к Мери и протянул руку. Я весь окаменел.

Она смущенно приподняла занятые ладошками сестер руки, показывая, что уже занята, и, поклонившись, продолжила непринужденно танцевать.

Я расслабленно откинулся на спинку кресла.

— Иди станцуй с ней. Я девчонок покружу, — с мягкой улыбкой предложил друг.

— Ненавижу эти телодвижения, — я скривился от новой волны воспоминаний.

— Как знаешь. — Нэйд поднялся с места, расправил крылья и слетел с балкона в центр зала. Подошел к детям, галантно поклонился и подхватил девчонок на руки.

Стоило Мери остаться одной, как драконы налетели на девушку коршунами. Сука! Я кого-то сегодня убью!

Девушка, мило улыбаясь мужчинам, попятилась к лестнице. Испуганно вскинула на меня взгляд. Сбежит сейчас. Уже юбку схватила пальцами, подтянула повыше, серебристые туфельки сверкнули из-под многослойного подола.

Я вздернул крылья. Они сами понесли меня к Мери. Приземлился на ступенях, вмиг разогнав желающих танцевать и преграждая путь беглянке. Склонился и протянул руку. Та подрагивала от волнения.

— Разрешите вас пригласить, герцогиня. — Уставился в большие штормовые глаза.

Девушка сдержанно кивнула и осторожно коснулась моей ладони.

— Я думала, что они меня растерзают, — судорожно прошептала она, сближая наши тела кротким шагом.

— Кто тронет, умрет. — Я подтянул девушку к себе и повел в центр зала.

Гости кинулись врассыпную, освобождая нам путь. Застыли стройными рядами. Только Нэйд, кружа хохочущих девчонок, мог одновременно с графом находиться в танцевальном кругу. Остальные должны только смотреть.

Знать Сорейна долго будет обсуждать мой первый за время правления танец! Плевать. Пусть шепчутся.

Я посмотрел в глаза своей невероятной девочки и мягко обхватил ее изящную спину чуть выше талии.

— Как же ты прекрасна, Мери, — проговорил, с восторгом любуясь ее неземной красотой.

— Это все Гера… — Мериди скромно захлопала ресницами, — нашла мне платье. Сказала, что оно особенное. Я не смогла ей отказать.

Мама любила этот цвет. Гертруда дала Мери ее платье. Лишний раз хотела напомнить о счастливом времени в замке. Получилось! Я давно такой нежности и теплоты внутри не чувствовал.

— Ей сложно отказать, — улыбнулся и сделал первый шаг.

Музыка полилась иначе. Я плавно повел девушку. Она следовала за мной с удивительной грацией, словно парила над каменным полом. Ее платье кружилось вокруг, создавая легкую волну, а локоны чуть подрагивали в такт движениям. Драгоценные камни на серьгах мерцали при каждом повороте, будто крохотные звезды.

Мы сделали оборот. Я повернул корпус, слегка усиливая нажим ладони. Мери развернулась, на мгновение отстранилась, а затем приблизилась. В этот миг я поймал ее взгляд.

Он искрился, будто в небесной синеве спрятались звезды.

— Кажется, женская половина присутствующих сейчас меня сожрет, — заметила Мери, хихикнув. Она разглядывала меня с каким-то другим интересом. — Твои крылья — необыкновенные.

Сердце тарахтело в груди взбесившимся мотыльком, бьющимся о стекло. Каждое ее слово, как вспышка света. Я провел кончиками пальцев вдоль метки по изящной спине, и моя запылала под одеждой. Прижал к себе Мери так тесно, что уперся в бедро девушки окаменевшим пахом.

— Что ты делаешь со мной… — Взлетел под купол потолка, крепко сжимая ее в объятиях.

Она тихо ахнула.

Закружил Мериди в воздухе, осыпая нас фиолетовыми искрами магии, что вырвалась из черных крыльев шлейфом.

— Это ты меня зачаровал, я не при чем, — засмеялась она, запрокинув немного голову. Пальчики крепко держали мою ладонь, вторую руку Мери завела мне на затылок. — Голову потеряла, видишь… Наверное, Торн ее отрубил еще в подземелье, и я попала в такой вот личный сад. Это ведь в прах превратится все, да?

— Нет, — шепнул я, с жадностью разглядывая пульсирующую венку на ее тонкой шее. — Если останешься в моих садах навечно, — потянуло к ее губам.

Мери немного отстранилась, игривость, что полыхала в глазах, сменилась серьезностью.

— Думаешь, он меня не достанет, пока я под твоей защитой? Ты недооцениваешь герцога, он найдет способ вернуть меня. Да и оставаться здесь, с тобой, в статусе кого? Девки, которую ты по надобности трахаешь, меня не спрашивая? А когда ты наиграешься, что будет? Как Селену, выбросишь? А точно… мужу вернешь, — Мери поджала губы, — как тогда.

Все внутри оборвалось. Вернулся леденящий душу холод. Пока Торн жив, Мери никогда не будет полностью моей. Никогда!

— Я убью его, — резко приземлился и заключил ее в кокон крыльев, закрывая от глаз всего мира, заключая в темноту, в которой вечно существую. — Совсем скоро.

Глава 5

Я так запуталась.

Душа кровоточила, стоило вспомнить, как я вообще в Белый замок графа попала, а тело и сердце противостояли ей, твердя, что Адриан — мой истинный, мой единственный, мой мужчина. Я другого и не хочу. Что он сожалеет и вовсе не такой жестокий, как видится на первый взгляд. Даже Селену пощадил, хотя она, если вдуматься, угрожала и его жизни тоже.

Только реальность намного сложнее, чем мы думаем: она искарежит, изломает и не позволит прочувствовать счастье в полной мере. Поэтому я не верила в кратковременные радости. Да, меня манило все новое, все то, что я в жизни не смогла попробовать, но… оказавшись в толпе разноцветных костюмов и платьев, внезапно поняла, что все это мне чуждо. Я будто из другого мира.

Родители из знатного рода, оба дарвийцы, и до моих пятнадцати лет мы не знали бед, посещали пышные балы, я училась в хорошей школе и получила азы, а после… заболела мама. И нам пришлось буквально побираться, а науку магии я так и не постигла, особенно ее контроль. Этот пробел в обучении несколько раз чуть не стоил жизни моих родных. Отец до сих пор на коляске. У него не тяжелая травма, лекарь легко поставит на ноги, но на это никогда не хватало денег, а когда я накапливала, продавая цветы из своего сада, папа вытаскивал все сбережения и тратил на алкоголь.

Позже я сдалась, девочки подросли, увеличились и расходы, а отец просто не желал вылечиться.

Ради девочек я, конечно, храбрилась, веселилась на балу, а внутри все горело, продолжая меня рвать на куски.

Что с нами будет дальше?

Замкнув во тьме своих крыльев, Адриан будто показывал, какое будущее меня ждет, и это дико пугало. Я не могла ему полностью довериться, не получалось.

— К полету готова? — он распахнул черные мерцающие полотна под овации гостей, и меня окутало мягким светом торжественного зала.

Хотела сказать нет, но кивнула, ведь с детства мечтала о полетах. Да я в небо днями смотрела, выглядывая случайно пролетавшего дракона, чтобы полюбоваться. Как я могла отказать?

В Ветроне драконов почти нет, разве что наш король и его дочь — первые альены, да и несколько сотен тех, что на службе нашей страны. Но к ним только особая каста ветронцев может приблизиться, я точно не из таких.

Адриан украдкой чмокнул меня в висок и заулыбался. Махнул рукой, и все гости толпой потянулись к лестнице, чтобы подняться на башню и оттуда наблюдать за парадом. Мы же с графом и Нэйд с девочками вышли на замковую площадь. На улице стемнело, в небе уже мерцали далекие звезды.

К нам с девочками подбежали прислужники, а мужчины двинулись вперед. Отошли на безопасное расстояние и вмиг, одновременно в два хлопка перевоплотились. Сестры восторженно запрыгали, увидев так близко огромных драконов. Серебристый с мелкими белыми вкраплениями генерал и черный еще более массивный, сверкающий фиолетовыми переливами Адриан.

Слуги сначала девочкам помогли забраться в двойное седло Нэйда, надежно их пристегнули, а потом подвели меня к графу, который выставил трамплином крыло и повернул на бок звериную морду с невероятно завораживающими ярко-фиолетовыми глазами с черными вертикальными зрачками.

Шаг. И я будто парю.

Еще. По плотной коже крыла на носочках, боясь поранить дракона каблуками. Надо было разуться.

Замереть, подтянуть юбки невесомого фиолетового платья, что словно сливалось с магией графа.

И еще шаг.

Чтобы плавно опуститься в удобное сидение, застегнуть ремень и коснуться пальчиками, пробежаться снизу вверх, высоких черных драконьих рожек.

— Потрясающий, — прошептала я.

Он заурчал, как котенок.

Рокот вибрацией прошел по массивному телу. Адриан оттолкнулся и взлетел так резко, что меня вжало в спинку седла потоком ветра. Поднимался все выше и выше с каждой секундой, а потом завис под едва заметным магическим куполом, что укрывал графство. Рядом с нами застыл и генерал. Девочки счастливо смеялись, расставив руки в стороны, словно парят.

Открылся великолепный вид на обширное владение Сорейн. Оно светилось миллионами огней. Величественное и прекрасное.

Мы чего-то ждали.

И вдруг сначала на горизонте появилась сверкающая точка, затем другая, третья. Вскоре небо заполнилось драконами. Огненные, с красной чешуей, с одной стороны, и ледяные, отливающие серебром, с другой. Их крылья создавали мощные воздушные потоки, а дыхание иногда вырывалось струями пламени и морозного тумана.

Первыми в движение пришли алые драконы. Они взмыли вверх, затем резко опустились, выстроившись в вертикальную линию. К ним присоединились другие, формируя угловатые очертания древней руны. А в момент завершения построения все разом выдохнули пламя, голубое и оранжевое — и символ в виде герба графства вспыхнул в небе раскрытой пастью дракона.

Сестры заверещали от восторга, а я стиснула ноги и тоже едва сдержала крик. Никогда еще подобного не испытывала. Разве что… когда Адриан целовал меня между ног.

Волна жара мягкой волной обняла тело, спину защекотало, я пригнулась и, вцепившись в шею дракона, со стоном выдохнула. По холке зверя прошлись золотистые искры и в этот миг герб взорвался водопадом. Небо озарилось так ярко, как днем.

Нэйд устремился вперед и в полете исчез. Девчонки будто в невесомости небес оказались совсем одни. Завопили восхищенно. Двинулись к полчищу драконов, что стали выстраиваться живым тоннелем, почтенно пригибая головы перед невидимым генералом с детьми.

Следом сорвался Адри. Из перепончатых широко распахнутых крыльев вырвалась фиолетовая магия. Мы летели меж стройных рядов воинов и осыпали их искрами. А в конце пролета граф развернулся в сторону замка и оглушительно заревел на войско раскатом грома.

Драконы рассыпались по небу и улетели за горизонт. Мы ринулись к площади. Плавно приземлились. Сверху с башни доносились овации гостей. Нэйд проявился. Подбежали прислужники.

Меня слегка потряхивало, но ощущение неуверенности в завтрашнем дне и сомнения смыло напрочь. Я отстегнулась, развязала застежки туфель, скинула их и осторожно спрыгнула на площадь. Бросилась к своему дракону и крепко обняла его за шею, чмокнула в черный нос.

Он осторожно приластился, чтобы не задеть меня шипами и застыл. Посмотрел на вершину главной лестницы. Я проследила за его взглядом. В окружении стражи там стоял мой отец.

Глава 6

Мери всмотрелась и, качнув головой, вдруг отступила. Прижалась к моему драконьему боку и спрятала лицо.

Девочки, которых слуги уже спустили с Нэйда, подбежали к Мериди и спрятались за ее пышной юбкой.

— Ридди… — прошептала меньшая, дергая девушку за рукав, — это папа? Он злой сейчас или…

— Он всегда злой, Тэя! — зарычала на сестру румяная от полета Лира. — Он нам папа только формально! Забыла, что ему не было до нас дела? Можно нам уйти, Ридди? Пожалуйста.

Тэя тоже закивала головой, потянулась к Мери на руки.

Мериди вцепилась в руку Лиры и, прижав к себе мелкую, пошла в другую от отца сторону. Она ступала прямо, но плечи заметно подрагивали.

Мы с Нэйдом перевоплотились.

— Почему ты мне не доложил, что он уже прибыл? — рыкнул я на друга.

— Должен был завтра. Видимо, раньше лекари справились.

— Выдели ему покои в северном крыле рядом с Герой пока. Потом решим.

Нэйд ушел исполнять приказ.

Я догнал девчонок и Гертруда вышла из-за поворота. Сходу ринулась к детям.

— Я видела как вы летали! Птички мои! Понравилось? — увлекла она сестер разговором и потянула к ним руки.

Мери настороженно оглянулась, девочки ее не отпускали.

— Мне страшно, — шепнула Тэя. — Не бросай нас.

— Ни за что. — Она вскинула на меня взгляд, и я понял, что всю дорогу до замка она тихо плакала. На щеках были влажные дорожки, а ресницы слиплись.

Так больно стало в груди. Видеть, как она грустит, невыносимо. Хочется обнять и не отпускать.

— Идемте к водопаду. Поужинаем в шатре, — указал я взглядом на каменную дорожку, ведущую вглубь двора.

Я хотел после парада повести туда Мери. Слуги уже все подготовили.

— Мой любимый шоколадный торт будет? — сощурилась Гера.

— Конечно. И малиновый тарт, — я улыбнулся девчонкам.

— А папа туда не придет? — озираясь, процедила Лира и в этот момент стала так похожа на мою Мери. Непросто папаньке будет восстановить отношения с дочерьми.

— Нет, — подмигнул я Лире.

— А что такое тарт? — Тэя обняла Мери и прижалась к ее щеке щекой.

— Помнишь, — улыбаясь, хотя в голосе чувствовалось напряжение, сказала Мери, — я пекла вам открытый пирог с земляникой?

Тэя закивала.

Лира вдруг подступила ко мне и тоже попросилась на руки.

Я ее подхватил, как пушинку, прижал к груди.

— Адри, ты смотрел, как мы танцевали? — таинственно прошептала она.

— Может, девочкам нельзя к тебе так фамильярно обращаться? — заметила Мери, кусая губы. — Граф все-таки…

— Моим малышкам можно все, — посмотрел я Мери прямо в глаза. — Только на вас и смотрел, — шепнул заговорщицки Лире.

— Я умею танцевать, — похвасталась она. — Ридди нас учила. И читать учила, и писать. А еще…

Мериди зарделась.

— Ну хватит, Лира-болтушка, все секреты выдашь графу, ему станет с нами скучно.

Я рассмеялся.

— Обожаю секреты, — потрепал ее за щечку.

— Распоряжения раздал, — подошел к нам Нэйд, — Куда идем?

— К водопаду в шатер, — прищурился я, заметив его шальной взгляд. Развеселил генерала полет с детьми. Давно я таким расслабленным его не видел.

— Отлично! Ненавижу светские беседы за общим столом. Эклеры будут?

Да они издеваются!

Я прыснул.

— Будут.

Заебись! Провел я вечер с Мери наедине.

Посмотрел на девушку и невинно пожал плечами.

— А ты какой десерт любишь?

Мери открыла было рот, но Тэя опередила:

— Ридди мороженое любит, как мама делала! С мятой и лимоном! — и, хихикнув, спрятала личико на груди девушки.

Она, смеясь, закатила глаза.

Мы двинулись по тропе шумной толпой. Такое чувство теплое окутало с ног до головы, когда мы весь путь спорили, какие сладости вкуснее, что странно было подобное ощущать. Будто замок с появлением Мери ожил, расцвел дивным садом. Мне нравилось ни о чем важном не думать, а просто радоваться новому дню.

Вскоре мы вышли к водопаду, что ниспадал с отвесной скалы. Вода в нем казалась не прозрачной, а перламутрово‑серебристой, словно соткана из звездной пыли. При падении в озеро она не шумела, а издавала едва уловимый звук, напоминающий шепот. Еще одно магические место на территории замка. Я редко его посещал, а зря. Уже успел забыть, как здесь красиво.

Шатер возвышался на берегу мерцающего озера, словно сотканный из тумана. Его ткань переливалась всеми оттенками синего и серебристого. По краям полотнища украшены вышитыми рунами, которые мягко светились в темноте.

Вход обрамлен аркой из переплетенных ветвей и плюща.

Тэя мигом слезла с рук и побежала к берегу.

— Только осторожно, к краю близко не подходи, — строго сказала Мери.

— А здесь купаться можно? — Лира обняла ладошками мои щеки, чмокнула в губы, отчего я обомлел, и тоже попросилась на землю.

Я спустил ее с рук, будто молнией пораженный.

— Можно. Там рыбки светятся, — указал я на воду. Она здесь всегда теплая. — Сейчас вам принесут купальные костюмы. Потерпите немного, — щелкнул я пальцами, подзывая прислугу. Отдал распоряжения. Мороженое вмиг должны доставить, чтобы не растаяло.

— Рыбки любят хлеб, можно с рук покормить, — взяла девчонок в оборот Гера. — Смотрите, плывут уже. Чувствуют.

— А если яйцо вареное кинуть, приплывет самая большая. Во-о-от такая, — показал Нэйд размер рыбы, преувеличивая в несколько раз.

Я смеялся и смотрел на Мери.

Она прислонилась спиной к дереву на берегу и тоже смотрела на меня. Долго, пристально, а в глазах мерцала знакомая зелень.

— Не нужно было столько всего… — шепнула она.

— Почему? — подступил я почти вплотную. — Тебе не нравится?

Эстиер! Что нужно этой женщине? Я скоро чокнусь.

— Нравится, — она отлепилась от дерева и заглянула в мои глаза, — даже очень. Для меня никто никогда ничего не делал просто так… это пугает.

— Не бойся, — с нежностью, что клубилась в груди, провел тыльной стороной ладони по ее щеке. — Я тебя… — замялся. Мысли путались. Я захлебывался необыкновенными чувствами. Не знал, что это такое. И пугался новым ощущениям. — Не трону.

Она перехватила мою руку, сжала ее холодными пальцами, тихо и быстро проговорила:

— Один раз ты уже обещал, больше не стоит. Тем более, сейчас метка не позволит мне не хотеть тебя, это и идиоту понятно, пусть я после этого и чувствую себя… — Мери помотала головой, свободной рукой дернула заколку и распустила волосы, вновь всмотрелась в мои глаза: — Одно скажи: если ты Торна так ненавидишь, почему на свадьбе не убил его вместе со мной? Зачем мстить так изощренно? Или ты думал, что любая, кто с ним поведется, готова будет разделить с тобой ложе, просто потому что ты такой неотразимый? Я хочу услышать правду, Адри, потому что не знаю, как к тебе относиться. Я… запуталась.

— Все сложнее, чем ты себе представляешь. Нельзя просто взять и своими руками убить Торна. Это преступление, за которое будут последствия на уровне правительства Ароны. Есть другие способы убрать его с пути. Я это сделаю, когда все сойдется так, как мне нужно. Мери… Я украл тебя, чтобы он страдал. Как моя мать страдала. Я тогда видел в тебе только инструмент для достижения цели. Но я… Жалею. Поверь, — я стиснул ее ладонь и опустил взгляд, больше не в силах смотреть в горящие ненавистью глаза девушки.

Она попыталась отодвинуться, но не смогла.

— Значит, я просто инструмент? — прошептала неистово. — Ты понимаешь, что сам разрушил то, что могло быть… ведь метка все равно бы проявилась, будь мы просто рядом, но нет же… Скажи, что мне делать с твоей жалостью теперь? Целиком глотнуть или на куски разрезать? — она тяжело выдохнула через зубы. — Я тоже дура… думала, что, выйдя замуж, пусть не по любви, но за влиятельного и сильного мужчину, найду в его лице защиту и надежность, а нашла лишь боль и разочарование. Пусти, — оттолкнулась Мери, но слабо как-то. Она вновь полыхала зеленью. — Я рядом с тобой теряю себя, свое равновесие, во мне ничего не осталось хорошего. Только эта безумная дикая похоть! Чтоб тебя, Адриан! — придвинулась ко мне, коснулась губ губами, но вновь отстранилась, ошарашенно замотала головой.

— Мери, — я обхватил ее затылок и прижался лбом к ее лбу до боли сильно, — что мне сделать, чтобы ты простила и забыла? Скажи. Что угодно. Любая твоя воля. — Как же болело все внутри, выкручивало жгучим вихрем сердце. Выть хотелось. Как я до этого докатился?

— Сотри мне память, Адри… я не знаю, как желать тебя, как любить, но при этом все помнить… — Она снова плакала, тихо, без истерик, вода скатывалась по щекам и падала на землю, разбиваясь. Мери рассказывала очень тихо, чтобы остальные не слышали нашего разговора: — Мои родители поженились по любви, отца сломила смерть мамы, и я тогда, справляясь со своим горем, понимала его. Тащила девочек, как взрослая. У меня и юности не было, детство перескочило сразу в серьезные проблемы и важные решения. Но отец… Да, время его изменило и вряд ли он тот, кого знала моя мама, но папа любил ее отчаянно и не выжил бы, если б не мы с девочками. Я не смогу иначе. Мое сердце откроется лишь раз. Эта червоточина в виде насилия всегда будет стоять между нами.

Ее слова… ножом вспороли все мои затянутые временем раны. Как плакала мать, как мучилась из-за любви. Как погибла из-за этого безумного чувства. Мы с Мери катимся в ту же пропасть. И пусть я сдохну от тоски. Взвою, как того пожелал Торн. Но не позволю своей девочке страдать.

— Потерпи совсем немного, Мери, — отстранился, будто кусок плоти из себя вырвал. — Память стереть не могу, но… выжгу метку и убью Торна, — развернулся и увидел, как радостно мой всегда строгий генерал плещется в озере с детьми.

— Нэйд! Идем!

Глава 7

Я присела на берегу и, глядя, как девочки купаются, опустила голову на сложенные на коленях руки.

Больно, жуть как.

Словно меня уже выжгли, и я стала абсолютно пустой.

Адриан с Нэйдом ушли, а рядом со мной присела Гера.

— Люблю парад. Раньше он не был таким масштабным, когда Орест правил. Адри многое изменил. Тебе нравится Сорейн?

— Здесь красиво. — Я пожала плечами. — Чтобы понять, нравится или нет, пожить нужно. За день-два не поймешь.

— Это да. Дренер богаче, конечно, — подхватила она камушек и бросила в воду. — Но там не так уютно. За все шесть лет, что мы жили в герцогстве, я не смогла привыкнуть к его холодным мрачным стенам, — вздохнула она тяжко. — А вообще. Неважно где. Важно… с кем.

Я кивнула.

С кем? Искренне хотелось остаться с Адрианом, но… вот это «но» все портило.

— Думаете, что я корыстная, что за герцога пошла?

Гера улыбнулась и приобняла меня за плечи.

— Да ради этих малышек я бы и за демона лысого пошла, — хохотнула она. — Девочки, к столу!

К детям подбежали служанки и обернули их махровыми полотенцами. Повели переодеваться.

— Пойдем. Тебе надо поесть. Скоро ветром сдует.

— Думаете, я слишком жестока… с ним?.. — поднимаясь, я показала взглядом в сторону, куда ушел Адриан.

— Не знаю, милая, — вздохнула она, устремив взгляд в пустоту. — Нет того, чего бы он не вынес. Преодолеет и это.

— А я? — вырвалось.

— Значит, и ты, Мери. Ты же его истинная. Такая же сильная духом. Иначе не бывает. — Она повела меня в шатер, куда уже вихрем ворвались девчоки.

Я заулыбалась и поняла, что делаю это не через силу, как на балу. Мне действительно стало легче, когда выговорилась. Да только не сделала ли я хуже?

— А кто хочет завтра на конные прогулки по зачарованному лесу? — Гера уплетала шоколадный торт, пока слуги подносили девочкам напитки.

— Лошадки? — Тэя оторвалась от стакана и уставилась на меня.

— Я хочу! — вставила Лира.

Я покачала головой.

— Вряд ли получится, Гера. Никто из нас не умеет ездить верхом. Я училась немного, но это было очень давно.

— Пф! А мастер по верховой езде нам на что? — подмигнула она детям.

— И я, и я! Я тоже буду катацца! — заерзала на месте малышка.

— Тише, — я поправила ее на кресле, чтобы не слетела. — Сиди ровно, а то мастер не пустит тех у кого плохая осанка.

Сестренка тут же вытянулась и заулыбалась белыми зубками.

— Красавицы! Вы всему научитесь и будете самыми завидными невестами, — Гера с нежностью посмотрела на девочек.