Маргарита

Маргарита все думала насчет карты, собственного обморока и, самое главное, — тех голосов, которые засели у нее в голове. Она положила перед собой ту самую золотую пластину и смотрела на нее, не веря, что она чиста. Девушка постоянно касалась металла, прокручивала в голове тот момент, что тут был рисунок, но сейчас все было иначе. Каждая минута приносила ей страдания, потому что ей завладели безумные мысли, не дававшие возможности отдохнуть. Время стало тем самым лезвием, которое калечило ее, хотя принято считать, что оно, напротив, лечит.

Девушка постоянно ерзала на месте, не могла усидеть. Она то вставала, проходя пару кругов по кухне, то обратно садилась, думала, что так сможет убежать от своих мыслей, но ничего не выходило. Словно туман, ее начала заволакивать тревога. Если бы она очутилась в своем сознании, то он бы сейчас представлял лес из одинаковых деревьев, которые своими кронами плотно закрывали бы небо, а призрачное покрывало укутало в свои объятия так, что смотреть вдаль было бессмысленно. За ее спиной постоянно кто-то проносился, шурша по сырой траве с опавшими листьями, но после каждого оборота назад она никого не видела. Это пугало и сводило медленно с ума, ведь столько было закрыто от ее взора пеленой неведения.

Маргарита смогла погрузиться в себя, пытаясь думать и находить объяснения, но все это разбивалось, отчего она начала терять контроль. Когда настала последняя точка ее терпения, она взяла карты и направилась к себе в комнату, чтобы лечь спать. Она посчитала, что в данном случае сон, каким бы ужасным он не был, был лучше тех мыслей, которые ее атаковали.

Положив карты на прикроватную тумбочку, она легла на кровать, осознав, усталость от всех мыслей, что обессилили ее физически. Лежать было так приятно, но при этом ужасно было понимать, что теперь жизнь девушки, и во сне, и наяву, оставляла ей одни и те же паршивые эмоции, уносящие краски жизни. И хоть тревога играла по нервам Маргариты, она глубоко выдохнула и сказала сама себе вслух: «Просто тяжелый день, надо пережить это, и станет лучше».

— Станет! — вторили вновь голоса, говоря уже более не впопад.

Они раздавались повсюду, смешавшись со смехом, воем, криками. Маргарита быстро и бегло оглядела комнату. Она догадалась, что во всем этом замешаны карты, а потому резко положила их на тумбочку. Свет от ночника еле прорезал тьму, а потому самые дальние углы так и оставались погруженными во мрак. Голоса были настолько четкими, словно вокруг нее собрался целый консилиум, но она накрыла себя одеялом и провалилась тут же в глубокий сон.

Глава 6

«Где я?», — была первая мысль, разрезавшая подсознание Маргариты. Она хотела произнести любой звук, который выражал бы удивление, но не смогла открыть рот. Его словно не существовало, как и не существовало языка, будто все, что сейчас у нее было — это простое восприятие ее существования. Девушка мало что понимала, словно разум был ограничен и не давал ей ни подумать о лишнем, ни попытаться что-то сделать, обрекая на паралич воли и действия. До этого момента она была уверена в безупречной власти над собственным телом, словно сам мозг служил лишь ещё одной, покорной воле, конечностью. Но теперь реальность безжалостно опровергала её заблуждения.

Так или иначе, Маргарита сейчас осознавала, что разум на пару с подсознанием специально ставили блок к полноценному восприятию окружающего. Незыблемая тишина сопровождалась лишь ее ровным дыханием. «Но почему я так долго страдаю во снах?» — очередной вопрос разрезал голову, а затем их становилось слишком много. Столько странных мыслей посетило ее в секунду, пока она пребывала в неком трансе. Череда тяжелых вопросов окружила ее в круг и хотела наброситься, сжать, но как только это должно было произойти, черное облако тут же растворилось и улетучилось. Девушка четко понимала — она в безопасности, что наконец колокол ее души не бьет тревогу по всему телу. Отпустив гнет прошлого, Маргарита сконцентрировалась на ощущениях тела, переставшего быть ватным или неосязаемым. По нему теперь текла новая жизнь, прилив огня, искрящийся во все стороны. Ей даже казалось, что она ощущает кончиками пальцев покалывание, резко сменяющееся жжением. Но это доставляло ей лишь радость и полное чувство раскованности, будто наконец ее не сжимали оковы страха и боли. Ей было так хорошо, что она не верила в свое состояние легкости. Маргарита даже захотела остаться навсегда в этом куполе, не приносящем страданий жизненных невзгод. Но она была здесь не за этим.

Неожиданно кто-то коснулся руки девушки, отчего та обернулась, но не увидела ничего кроме тьмы. С кончиков пальцев резко пропал тот особый шлейф тепла, отчего на мгновение стало непривычно пусто. Она хотела высвободить руку из мягкой ладони, которая давала ей странный, новый поток импульсов.

— Не стоит, я не желаю тебе зла, — произнес умиротворенный женский голос.

— Кто ты? — спросила Маргарита, ослабив хватку.

— Как бы это странно ни звучало, но ты — это я, и наоборот, — произнесла незнакомка, убрав руку.

— Ничего не понимаю, — пробубнила Маргарита себе под нос.

— Позволь мне тебе помочь, — ласково проговорила женщина.

— Да, спасибо. Хотя… А где я тогда сейчас? — спросила она уже неуверенно. — Это же не мой дом. Но тут так спокойно. Я под веществами? — задала вопрос она, выстроив такую логическую цепочку у себя в голове, ведь только этот аргумент давал ей объяснение такому воздушному состоянию.

Описать ощущения, которые испытывала Маргарита, было сложно. Она не знала ранее такого чувства свободы и чистоты. Девушка понимала, что ее тело парило, словно находясь в невесомости, отчего она легко могла прокрутиться и не коснуться ничего вокруг. Вместе с этим она ощущала, будто душа отделилась от нее и обрела свободу и вольность. Она, словно призрачный мотылек или скорее дивное видение, вытворяла пируэты, танцуя и показывая свою грацию, моментами возвращаясь в тело девушки и тут же его покидая, чтобы хоть на мгновение вновь стать отдельным и целым элементом, пока не соединялось с телом вновь. Небывалое ощущение безграничной свободы тела и мысли приносили Маргарите умиротворение, коего так не хватало, и вот теперь, когда его было с лихвой, становилось даже тяжело от его наличия. Но эту идиллию прервал ответ незнакомки.

— Ха-ха. Нет, конечно. Это будет не совсем просто, но я все же постараюсь. Скажи мне, что ты видишь?

— Ничего, темнота, — уверенно заявила Маргарита, оборачиваясь по сторонам.

— Хорошо, а теперь попробуй представить себе что-то. Может, любимое место.

Когда незнакомка попросила Маргариту вообразить особенное, возможно, родное и в то же время близкое место, она сама, не зная почему, вспомнила случай из детства, когда гуляла с бабушкой по ВДНХ. Для нее это было особое воспоминание, которое она бережно хранила в малахитовой шкатулке подсознания, чтобы сберечь только для себя, как самое дорогое сокровище. Это было так давно, но все запомнилось настолько детально, что, казалось, это случилось только что.

Девушка вспомнила себя еще ребенком, когда они с бабушкой прогуливались по главной аллее комплекса, проходя к фонтану «Дружба народов». Было благодатное теплое лето, вроде бы июль. На ней было красное платьице в горошек с рюшами и короткими рукавами, а волосы были собраны в косичку. Маргарита шла по дороге и глазела на фонтаны, павильоны, от вида которых она чувствовала себя крохой, ведь по сравнению с ней они были великанами. Как только Маргарита это вообразила, черная пелена начала развеиваться, и появился туман, начав разукрашивать все кистями именно так, как помнила девушка. Искры, исходящие от позолоты статуй и капель воды из фонтана, отливавших блеском на закате, создавали по-детски наивное, счастливое ощущение. Вокруг девушки начал словно из воздуха появляться тот мир, та картинка, которую Маргарита бережно хранила. Повернув голову, она увидела павильоны, а потом и фонтан, лавочки и целое море цветов, источавших нежный и дивный аромат и даровавших миру свою красоту. На улице было свежо, но не холодно, и нежные розово-фиолетовые облака на фоне природы и архитектуры создавали сказочность; все это когда-то было реальностью. А вот и бабушка сидела на лавочке, держа в руках сумку, из которой вот-вот достанет самые вкусные пирожки, которые она делала только для своей внучки. Маргарита стояла посреди площади, слыша звуки бурлящей воды из фонтана и речи людей, и все это казалось таким родным для души, что хотелось сесть на асфальт и просто глядеть по сторонам, а затем поскорее прибежать к бабуле, соревнуясь со своей тенью, чтобы покушать лакомство.

— Да, действительно, впечатляет. Если бы эта картина была в реальности без прикрас, то, признаюсь, не упустила бы возможность ее запомнить, — произнесла незнакомка, выглядевшая как копия самой Маргариты, разглядывая каждую мелочь и улыбаясь.

— Но… — растерянно проговорила девушка, глядя на саму себя.

— Да, меня здесь никогда не было, в отличие от тебя. Но и тебя сейчас тут нет.

— Как это? Вон бабуля, — она указала пальцем на старушку, которая помахала ей рукой. — А фонтаны, а все это? — возмутилась она, смотря вокруг себя.

— А ты уверена, что сейчас это место выглядит именно так?

— Да! — громко выпалила девушка, отчего ей казалось, что ее голос разнесся эхом по всему парку, как резко она замолчала и нахмурилась, кое-что вспомнив. — Хотя… Сейчас уже есть канатная дорога вон там, а за ней колесо обозрения, — проговорила девушка, смотря туда, где должны были находиться сооружения.

Неожиданно для самой девушки, в том месте, куда она смотрела, резко, словно из ниоткуда, начало собираться, как большой конструктор, колесо обозрения. Балки и стержни вырисовывались из линий, притом даже на расстоянии была заметна их магическая энергия, от которой захватывало дух. Эти извилистые штрихи имели разную плотность: одни были яркими, светясь перламутровыми переливами, а другие совсем блеклыми. Линии все быстрее приобретали характерный облик того самого колеса обозрения, играя между собой на глазах двух прекрасных дам, которые единственные замечали, как это происходит. Словно завороженная, Маргарита глядела на эти потоки мощнейшей энергии, что так ее манили, отчего она даже хотела протянуть ладонь, чтобы постараться до них дотронуться. Маргарита, с нетерпением подавшись вперед, уже занесла было руку, но теплая ладонь спутницы мягко остановила ее порыв.

— Не стоит, — произнесла она спокойно, как мама.

Доверившись ей, как ребенок, Маргарита убрала руки и сжала их в кулак за спиной, как бы это сделала прилежная ученица, которую только что уличили в бесстыдном поступке. Но, не испытывая гнета совести, она также завороженно глядела на эту картину. Как только последняя балка была нарисована вдалеке невидимой кистью, девушка ощутила, что чудесная энергия, витавшая в воздухе, резко пропала, словно ее и не было. Дети также играли и резвились, а все остальные прохожие вели себя так, как будто ничего и не произошло.

На лице Маргариты замерла маска непонимания. Она только что увидела перед собой настоящее чудо, которое не довелось увидеть никому вокруг. Но вместе с тем, как пропали волшебные ленты, так и с души испарился восторг и чувство окрыленности, оставив пустоту, начавшую заполняться волной озадаченности. Лицо стало хмурым и задумчивым, ее брови сползли вниз, а губы сжались в тонкую линию, в то время как взгляд, устремлённый вдаль на колесо обозрения, стал пустым. Стеклянные глаза могли разбиться в любой момент от чувства растерянности. Вспомнив слова своей спутницы, что стояла все это время рядом и не произнесла ни слова, девушка резко перевела на нее взгляд.

Та, кто представилась ее же именем, стояла, собрав руки впереди и держа ладони в форме лодочки. Ее длинное платье из шелка сапфирового оттенка, закрывавшее ноги и руки, подчеркивало цвет глаз, которые смотрели на саму Маргариту. Волосы были убраны, и образ венчала красивая диадема с камнями цвета морского дна, словно эти кристаллы наполнились природной энергией океана. Ее лицо не выражало ничего, взгляд замер, а осанка была ровной. Она напомнила Маргарите строгую учительницу, которая следит за выполнением экзаменационной работы, но от нее не шла волна злобы, скорее наоборот, приятная забота, как у бабушки, которая сейчас подошла бы к ней, обняла и нежно поцеловала в лоб, даруя излечение от страданий. На удивление, в этом месте девушка начала по-особенному ощущать энергию людей, ведь в обычном мире от них не исходила какая-то сила, которую можно было бы почувствовать и даже коснуться ее. Это одновременно пугало Маргариту, но вместе с этим заставляло восхититься своим новым ощущениям, словно наконец она смогла видеть, будучи всю жизнь слепой.

Держась строго, спутница была маяком в бушующий шторм, что одолевал мысли Маргариты. Но стоило девушке немного отвести взгляд в сторону, как все добрые эмоции блекли, уступая место странной реальности, пугавшей своими проявлениями. Погружаясь в рассуждения, Маргарита уже не могла остановить торнадо, что разносился все быстрее и быстрее, не давая возможности все осознать. Накрывающая волна тревоги и странности произошедшего искрила в ней, отчего девушка мотала головой из стороны в сторону, желая лишь одного — избавиться от этого хаоса, что начал отягощать ее. Маргарита начала ощущать, как вокруг рук, а затем и всего тела ее начали облеплять черные и липкие, словно мазут, ленты-щупальца. И если от светлых образов веяло безмятежностью, то клубящаяся тьма высасывала из Маргариты последние силы, оставляя взамен лишь бездонную пропасть забвения. Заключив руки Маргариты в кандалы, страх сковал девушку, заставляя клониться перед ужасом, и вот, воплощаясь в зловещие фигуры, он начал обретать плотность и форму, опускаясь на плитку. Ее спутница стояла рядом, безмолвно наблюдая, отказываясь протянуть руку помощи.

Девушка прозрела – только она может помочь себе. Собрав волю в кулак, которые еще держали ее на ногах, не позволяя тьме завладеть ею навсегда, Маргарита увидела, что ее руки начинают светиться тем самым белым светом. Ветер, словно преданный союзник, взметнулся в неистовом порыве, трепля пряди волос и обтекая тело, как будто Маргарита была не преградой, а неотъемлемой частью первозданной стихии. Она почувствовала, как воздушные потоки встали на ее сторону, и, повинуясь немыслимому желанию, будто отдавая приказ самому ветру, она взмыла в небо. Тело ее сначала плавно поднялось вверх, а когда ноги оторвались от асфальта, исчезло ощущение пустоты под ней. Напротив, Маргарита ощутила, как стихия бережно подхватила ее, обещая никогда не бросить. Поднявшись так высоко, как только смогла, она посмотрела вниз и увидела, как уродливое, липкое существо, разрастаясь, тянет свои извилистые щупальца к ней. Хмурившись, Маргарита резко выпрямила обе руки вперед, видя накопившуюся энергию, искрящую и отливавшую светом уверенности души и свободы рассудка. Из ладоней тут же вырвались те самые линии, теперь напоминающие сгустки светлой энергии, что обжигали и убивали тьму. Признав свое превосходство над липкой тварью, девушка повторила этот прием снова, и так раз за разом, ощущая себя с каждым ударом могущественнее, превращая темную энергию в абсолютный свет. Сражение, а вернее хладнокровное уничтожение монстра, длилось не слишком долго, но, как казалось Маргарите, весьма эффектно со стороны. Когда напор потока, обвивающий уже не только ее руки, но и ее саму, стал слишком сильным, сгусток тьмы не смог сопротивляться и, схлопнувшись, сжался в маленький шар. В конечном итоге Маргарита, находясь на пике своих возможностей, не удержалась и прокричала: «Все это нереально!». Девушка не знала, почему выпалила именно эту фразу, но после этих слов мир вокруг казался уже не таким ярким и добрым.

Девушка опустилась на землю, и потоки света начали быстро растворяться с ее тела, пока на пальцах не остались совсем крохи, словно пыль, белесые искры. С каждой секундой, проведенной на земле, осознание произошедшего крепло в ее разуме и меж тем разрывало все представления о физике, реальности и пространстве. Это походило на фантастический фильм, где она, как ведьма, боролась с нечистью. Маргарита долго смотрела в одну точку, перестав моргать, и не слышала шума и гама людских голосов, что ее окружали. Растворившись в хаосе из собственных рассуждений и вопросов, Маргарита цеплялась за каждое слово, желая получить ответы.

— Это была магия… — прошептала Маргарита, смотря на свои руки.

Громкий треск, скорее напоминавший звук грома и битого стекла одновременно, разлетелся по небосводу над головой Маргариты. Этот шум мог оглушить любого, а потому девушка вздрогнула от неожиданности, накрывшую ее с головой, и посмотрела наверх, чтобы узнать, откуда исходит звук. Перед глазами предстала новая, странная картина, чем ужасная мазутная материя с щупальцами. Теперь паника сковала тело и разум, ведь она не была готова к тому, что может произойти что-то подобное. Конечно, первого явления, что пыталось ее убить, было вполне достаточно, чтобы уверовать в чудо. Но настоящий размах невообразимости Маргарита смогла узреть, только когда начала изучать небесную картину, задрав голову.

Вечернее небо, озаренное лучами уже заходящего солнца, было окрашено различными красками. Палитра теплых оттенков смешалась на небесном полотне, образуя узоры фиолетового, розового, оранжевого и синего цветов. Солнце, скрывшееся за горизонтом и пушистыми облаками, озарило кромку неба желто-красным пожаром. Маргарита обратила внимание, что небесный купол стал похож на огромный стеклянный колпак. Только теперь он был весь в огромных трещинах, которые с каждой секундой стремительно разрастались. Когда похожие на молнии линии пересекались друг с другом, образовывался грохочущий звук. Зрелище было столь безумно красиво, сколько и опасно, ведь каждая секунда порождала все больше и больше трещин, превращая мощный барьер в хрупкую материю. Несмотря на то, что это событие казалось уже не таким удивительным в этом странном мире, девушка ощущала, что находится в опасности, которая может привести к гибели. И хотя Маргарита знала, что все это нереально, заставить трещины исчезнуть по мановению одной лишь мысли было просто невозможно. Глаза девушки тут же начали бегать из стороны в сторону, пытаясь придумать, как можно скрыться от возможной катастрофы.

И тут она заметила стоящую уже немного поодаль Деву, что привела ее сюда и обещала помочь, но пока ничего не сделавшую, по мнению Маргариты. Незнакомка смотрела на Маргариту, как на милого зверька, что был в зоопарке в вольере и пытался из него сбежать. Дева стояла все также строго, держа прямую осанку и улыбалась краешком губ. Увидев это, Маргарита поняла, что та что-то задумала, притом не самое приятное, что помогло бы ей сейчас спастись.

В этот момент небосвод снова надорвался, издав громкий звук, а трещины все разрастались, отчего казалось, что вот-вот это тяжелое стекло упадет на них и убьет, если не массой, то острыми как нож осколками. Обернувшись, она увидела, как Дева взмахнула ладонью снизу-вверх по спирали, отчего появившийся вмиг фиолетовый дым окутал ее тело с ног до головы и растворил в пустоте, в конце развеявшись сам по ветру. Ввиду обилия странностей и необъяснимых явлений, попадавших в разряд чуда, Маргарита не удивилась магическому исчезновению. Стало очевидно только одно — Дева исчезла, оставив Маргариту наедине с этим миром, который начал распадаться.

Хоть паника и начала брать верх, девушка оглянулась по сторонам, чтобы найти хоть кого-то, кто бы смог ей помочь. Она увидела свои руки, которые снова овеяла плотная, густая дымка, но теперь она была зеленого, изумрудного цвета. Уже не обращая внимания на эти странности, девушка устремила взгляд на парк. Люди бежали прочь, как будто знали, где выход, поднялся сильный ветер, а солнце, почти зашедшее за горизонт, в отблеске трещин показывало свои поломанные лучи. Они, рассеиваясь сквозь купол, порождали тысячи бликов, отчего происходящее воочию напоминало конец света. Посмотрев на лавочку, девушка уже не видела свою бабушку, которая еще, казалось, минуту назад была там. «Неужели и бабуля отвернулась от меня?». Пытливое отчаяние сменилось грустью, которое заставило ее вспомнить о близком для нее человеке, который немало значил. Опустив голову к земле и поникнув, она заметила, что цвет ауры вокруг ее рук резко стал меняться на фиолетовый, напоминая цвет черники. Переведя взгляд в сторону, Маргарита заметила нечто блестящее на лавочке, что привлекло ее внимание. Подбежав как можно скорее, девушка поняла, что времени у нее остается немного, а может, даже еще секунда перед тем, как все начнет разрушаться. Торопясь, она налетела на лавочку и чуть не столкнула ее, вовремя успев схватиться за деревянный подлокотник. Поправив волосы, Маргарита устремила взгляд на блестящий предмет. Им оказалась такая же карта, которую она нашла недавно — золотая и не имеющая рисунка. Дрожащими руками девушка взяла карту и посмотрела на нее. Маргарита видела себя в отражении, уставшую и запуганную, но почему-то золотой оттенок придавал ее образу силу и стержень, которые были заметны, несмотря на подавленность. Сверху карты была гравировка — «МАГ». Вдруг в голове девушки озарилась явью одна единственная правильная мысль, сумев затмить своим светом все оставшиеся. Маргарита перестала слышать людей, бегающих вокруг, шум ветра, колыхавший ветви деревьев, треск и гром небосвода. Все это сейчас ушло на второй план и стало таким неважным.

— Как она сказала? Я — это она, и наоборот. Но тогда получается…

Наполнившись решимостью и верой в себя, девушка отбросила карту и обернулась. Перед ней оказался тот самый дивный мир, что начал рушиться на глазах. Крах всего и вся, суета сгущалась в душе каждого человека, окутывая своим особым ароматом все это место вместе с ужасом неминуемой гибели и катастрофы. Теперь Маргарита была одна против этого мира, желая вырваться живой из-под рушившегося стеклянного купола. И единственный способ сделать это — использовать магию, как ее сопровождающая. Маргарита поняла, она и есть — Маг!

Постаравшись вспомнить, как это сделала незнакомка, Маргарита выпрямилась и глубоко выдохнула. Задрав в очередной раз голову, она посмотрела на небо, которое уже вот-вот должно было разрушиться из-за огромного числа трещин. Грохот и шум стали уже привычным сопровождением вместе с бликующими искрами света. Она сосредоточилась на дыхании и собственных чувствах. Посмотрев на свои руки, она увидела свечение нового — золотого цвета, которое пробудило в ней уверенность. Внутри тела зажглось неугасаемое пламя, пропуская через кровь импульсы адреналина и позволяя черпать из него столько энергии, сколько бы хватило на реализацию любой задуманной фантазии, ведь мощь магии безгранична. Она вспомнила движения руками волшебницы и попыталась сделать то же самое, вот только ничего не произошло. Девушка попыталась представить этот самый дым, что ее должен был окутать, но он так и не появлялся. Она попыталась сделать это снова и снова, размахивая руками как умалишённая, но каждый раз результат был одним и тем же.

— Здесь не все так просто, — произнесла она тихо, хотя ее голос казался для нее весьма громким, несмотря на бушующий ад, что должен был вот-вот спуститься с небес. Девушка не планировала бросать все на полпути, а потому взяла паузу. Маргарита чувствовала, что решение где-то совсем рядом, на поверхности, нужно лишь немного подумать или вспомнить.

— Вспомнить, — в этот момент Маргарита будто услышала в голове слова Девы: «попробуй представить себе что-то: любимое место, может быть». — А что если нужно представить, сначала, то место, в котором я хочу очутиться? — спросила она сама себя, улыбнувшись.

Маргарита могла бы вспомнить любое место, которое вызвало бы у нее чувство комфорта и уюта, например, ее комната. Но ей пришла в голову совершенно другая мысль. Девушке захотелось снова побывать в той тьме, в которой она очнулась первоначально в этом мире. Там она ощутила себя освобожденной от всего, воздух обнимал ее своими легкими объятиями, а душа была освобождена от земных оков, наслаждаясь впервые свободой вне тела, которое в этот момент испытывало тепло, а кончики пальцев приятно покалывало и грело, как будто на них рождались искры костра ее жизненной силы. Подумав об этом прекрасном месте, она закрыла глаза и улыбнулась так сладко, как это может сделать только младенец, когда видит родную маму. В какой-то момент она даже забыла про свою цель и стушевалась, пока не услышала взрыв, вырвавший ее из маленького островка грез. Она подняла голову и увидела, что теперь купол полностью пробит и тысячи осколков летят с огромной высоты на землю. Они выглядели как кристаллы, переливающиеся словно софиты, отчего они казались даже не опасными, а наоборот, дружелюбными. Но эта обманчивая красота несла за собой опасность, которая может искалечить все, к чему стремится.

Маргарита снова перевела взгляд на парк, пребывающий в состоянии агонии и предчувствовавший неминуемую гибель. Возможно, она бы смогла найти магический способ защитить всех людей от осколков, но перед ней стоял выбор, и она его уже давно сделала. Подумав снова о сладком пространстве, что ее манило, она сделала жест рукой, и золотистый дым с черничными крапинами начал поглощать ее, пока не добрался до головы, закрыв обзор на происходящее. Она больше ничего не видела, но услышала вдалеке звон разбивающегося о плитку стекла. Спустя мгновение пелена спала с ее глаз, и перед ней оказалась Дева, парящая рядом в темном пространстве. Снизу Маргарита увидела тот самый мир, который разрушился в одночасье, из которого она еле-еле успела сбежать. Со стороны он казался таким маленьким и похожим на те сувениры в виде платформы с шаром, внутри которого были снежные хлопья. Теперь он был разрушен и начал терять свою плотность, растворяясь во тьме, словно его и не было.