Холодная любовь

— Сегодня вечером в нашем театре состоится премьера нового спектакля «Глубина тишины». Надеюсь, вы все выучили свой текст и хорошенько подготовились к выступлению, — мужчина вновь столкнулся с молчаливым согласием. — Каждого из вас, кто сейчас смотрит на нас и слушает, убедительно прошу отнестись к данному мероприятию с должной ответственностью. Сегодня мы единая команда и должны показать все, на что способны, а уж потом продолжать окунаться в личную жизнь и иногда выплывать на поверхность, — Джаред обращался ко всем слушателям, напоминая, что у каждого из присутствующих в этом кабинете есть то, ради чего они пришли работать именно в театр.

Для кого-то из них это был способ реализовать себя. Кому-то было важнее выглядеть в глазах прохожих более уверенным, а некоторые чувствовали тягу к искусству с самого рождения. Все они, два парня и две девушки, включая Марко, однажды решили окунуться в новые эмоции жизни артиста и примкнули к ней всеми чувствами. Теперь, будучи знакомыми по работе, ни разу специально не встречаясь в городе, они должны были почувствовать роль каждого из них, кто находится рядом, и поверить в успех грядущего представления.

— Каждому из вас отведена определенная роль, возложенная исходя из качеств и особенностей вашего мастерства, а также навыков, приобретенных ранее. Для кого-то эта премьера станет трамплином в светлое будущее, где на уровне горизонта видны очертания более известных имен артистов и названий представлений. Но сегодня мы все должны показать, что даже в малоизвестных театрах у любого человека и представления, с которым он связан, есть душа. Глубокая, чистая и настоящая! Так давайте же сегодня выйдем на сцену и покажем настоящее мастерство! Каждый из нас достоен того, чтобы про него написали в газете или сняли фильм, — Джаред остановился, наслаждаясь молчанием, воцарившимся в кабинете при его словах, — по каждой жизни, которой вы проходите, можно снять фильм и сделать его бестселлером! А теперь…

— А теперь мы с моим коллегой даем вам ровно шестьдесят минут на подготовку к генеральной репетиции, — Ллойд вмешался в проникновенную речь своего коллеги.

Мистер Хэйс настолько увлекся своими мыслями и словами, что невольно начал произносить слова, которые должны были звучать за тридцать минут представления, но не сейчас. Зато по глазам артистов было видно, что они действительно почувствовали дрожащие связки сценариста.

— У вас есть час на то, чтобы привести себя в порядок. А затем мы вновь с вами встретимся.

Марко хотел громко хлопать в ладоши, он больше всех проникся речью мужчины с тоненькими усами и худощавой фигурой, но осознание обратного пришло гораздо быстрее. Он должен получить бурные аплодисменты сам, когда закончится премьера спектакля на глазах оживленной публики.

Минуя знакомые стены, окрашенные в тепло-бежевый оттенок, парень быстро оказался в маленькой гримерке. У всех артистов было свое небольшое помещение, где обязательно находились тумбочка, большой комод, напоминающий сундук, столик с зеркалом и поднимающийся стульчик. На краю стола лежала маленькая книжечка с личными записями Марко — он не любил ее называть дневником, но иногда обращался к ней в случаях, когда ему нужны были ответы на собственные вопросы.

Парень мысленно бежал по тексту, оживляя все самые важные моменты сценария, держа в руке листки с текстом. Рядом с ним закипал чайник, от которого к потолку поднималась струя горячего пара. Вскоре в желтой кружке оказалась горсть кофе, а затем полился и кипяток. Больше всего на свете Марко любил кофе и хорошее настроение, которое появляется после него. А затем вдалеке послышался знакомый звонок. Опустошив кружку, парень вышел из гримерки и направился в сторону зрительного зала, где уже должна была начинаться репетиция.

11 глава

С самого утра Остин не находил себе места. Ночью мужчину посетил сон, от которого до сих пор он не мог отойти. Проснувшись в холодном поту, он быстрее всего хотел проверить свою теорию, сдернув одеяло. Как и оказалось, под одеялом было пусто. В душе поселилась тяжесть, казалось, что отныне следователь обречен провести остаток жизни с ощущением безнадежности и тоски, но потом услышал падающие капли. Как обычно, Сандра проснулась пораньше, чтобы успеть принять душ и освежиться. Несмотря на то, что у нее впереди целый день и это можно было сделать несколько раз, она предпочитала просыпаться вместе с мужем, иногда чуть раньше него.

Остин всегда рано поднимался с кровати, завтракал, брал сумку с вещами и уходил на работу. Неужели она должна провожать его, махая издалека рукой, все еще оставаясь под одеялом? Это ей не нравилось. Чувствуя обязанность быть не только хорошей хозяйкой, но и любящей женой, Сандра не могла позволить себе лишний раз расслабиться. Порой данное поведение плохо сказывалось на ней самой, но женщина предпочитала смириться и терпеть. Если ее любимый муж способен на такое, то и она должна.

— Милый, ты уже проснулся? Но ведь до будильника у тебя есть еще целых двадцать минут, — окутав волосы полотенцем, Сандра появилась на пороге комнаты, — мог бы еще немного полежать.

— Мне приснился плохой сон, — после этих слов голова Остина поникла. Только любимая женщина могла видеть его в таком состоянии, а для всех остальных следователь должен выглядеть строгим и твердым.

— Какой? — жена села к нему поближе и прижалась, обхватив его руку.

— Мы стояли возле нашей машины и разговаривали. Я впервые видел тебя такой напряженной. Хотя, может, такое раньше и было, но в последнее время ты прекрасна как внутри, так и внешне. Наша обсуждение было направлено на то, чтобы найти точки соприкосновения в теме, которая казалась обоим неприятной.

— Это всего лишь сон, не более того, — женщина прижалась к нему сильнее.

— Я дал тебе шоколадку в желтой обертке, а ты положила ее в карман и сказала страшную фразу: «Я тебя люблю, но как друга. Между нами ничего не может быть», — произнося последние слова, Остин не заметил, как возле его рта оказались сложенные треугольником руки.

— Правда? — Сандра немного замешкалась. — А мне сегодня приснилось, как ты поднял меня на руках и понес в кровать. Я была уставшей: набегалась за день, все перемыла, еду приготовила и рухнула без сил посреди кухни. И тут появился ты! — женщина коснулась его щеки своим носиком. — Выбрось ты плохие мысли из головы. Тебе пора собираться на работу, а мне — хлопотать по дому.

— Хорошо, — обменявшись коротким поцелуем с любимой, мужчина поднялся с кровати и отправился на кухню.

От вкусного завтрака, аппетитные формы которого были видны издалека, поднималась струя густого пара. Довольно быстро Остин расправился с едой, а затем вышел из-за стола, вытер губы салфеткой.

— Спасибо! Было очень вкусно, — он пошел в коридор.

— Не за что! Приходите еще! — у женщины явно было хорошее настроение.

— Обязательно! — Остин еще раз коснулся губ жены.

За время общения с любимой следователь почти не заметил, как из другой комнаты вышли маленькие дети. Они тоже пришли попрощаться с папой до того времени, когда он вернется домой с работы.

* * *

Наступила долгожданная пятница. Ворочаясь с боку на бок, в преддверии вчерашнего сна, Иввет долго не могла себя успокоить. Предчувствуя хороший вечер, она знала, что он должен сблизить ее с Грэйеном, тем более именно сейчас это было необходимо. Ей казалось, что в последние дни их семейная жизнь начала налаживаться и появились первые признаки успешных контактов.

Как это абсурдно звучит!

В ее голове все было именно таким: необходимо из-за дня в день стараться ради любви. Муж тоже должен, но в основном только жена спотыкалась о свои собственные рассуждения. В голове женщины продолжались распри, среди которых встречались мысли относительно того, как она должна вести и как нужно Грэйену. Иногда казалось, что мужчина совершенно не замечает ее намеков, либо она преподносит их слишком прозрачными.

— Ты уже проснулся? — Иввет вошла на кухню, где сидел муж.

— Да, — его лицо покрылось испариной неожиданности. Он хотел спокойно съесть завтрак и по-тихому уйти на работу.

Обычно, особо не стараясь для самого себя, мужчина предпочитал приготовленную наспех глазунью, лишь бы набить желудок и залить сверху все это холодной водой.

— Что приснилось? — она стояла в дверном проходе, а затем, чуть позже, оказалась напротив мужа.

— Не помню, или ничего особенного, — Грэйен продолжал быть отстраненным, — наверное, опять работа снилась, чертежи и заказы.

— Бедняжка, ты, наверное, переработал, — Иввет изобразила сочувствие, — тебе надо бы отдохнуть, прийти в себя, в отпуск сходить.

— Все нормально, — тихо, но твердо ответил мужчина.

Этими словами были прерваны любые попытки жены достучаться до него. Поднявшись из-за стола, он поставил грязную посуду в раковину и молча побрел к входной двери. По радио передавали не самую хорошую погоду: слякоть, заморозки, а местами ожидались неприятные осадки в виде холодного дождя. Можно было бы предположить, что он превратится в снег, и тогда зима наступит раньше времени. Но именно этого Грэйен хотел меньше всего.

Оказавшись в куртке поверх футболки, мужчина молча набросил на голову капюшон и щелкнул замком. Иввет была растеряна. Сейчас она не понимала свои чувства. Думая, что живет правильной жизнью, на самом деле она замерла на распутье. Под ногами оказался камень преткновения, а в душе — тяжелые сомнения, которые требовали незамедлительного решения. Однако вместо длительного разговора с собой и своим мужем она предпочитала скорее скинуть проблему на другого человека или попытаться поверить в то, что все еще может удачно разрешиться само собой.

Провожая мужа взглядом, она застыла в коридоре, а затем пошла обратно в комнату. Как же ей хотелось в этот момент, чтобы в один миг все изменилось, стало приятным и нежным! Женщина давно не слышала слов любви в свой адрес, но отчаянно желала их. Она не могла, даже не собиралась верить в то, что их отношениям нужна серьезная инъекция, хотя каждое утро продолжала поднимать глаза к потолку.

Иввет не считала себя верующей, свои внутренние рвения она больше относила к тому, что в последнее время печаль стала слишком сильной. Сомнения в своих силах порождали и неуверенность в жизни. Домохозяйка оставалась верна этому принципу, основанному на том, что она должна сомневаться во всех остальных. И теперь, когда все резко начало обваливаться, ей нужно было как-то решить эту проблему.

Внезапно раздался звонок в дверь. За окном — темное небо, раннее утро. Неужели Грэйен все-таки решил вернуться и поцеловать жену перед работой?

— Здравствуйте! Я ваша соседка со второго этажа! — перед хозяйкой квартиры появилась старушка с седой прической. — Эсси! — и женщина протянула руку.

— Я — Иввет, — она все еще продолжала находиться в непонятном состоянии из-за собственных мыслей, а теперь практически полностью потерялась, недоумение сковало ее эмоции.

— Знаете вы или нет, но в нашем доме завелся ужасный человек, — дрожащим голосом с низким тембром собеседница пыталась произвести впечатление на собеседницу.

— И кто же это? — женщина была довольно отстраненной. Сколько раз за свою жизнь она видела подобных людей, которые пытаются выдать свои страхи за истину.

— Я не знаю, — Эсси остановилась, — впустите меня, и я вам все расскажу.

— Ну хорошо, — Иввет не согласилась бы просто принять соседку, но в последнее время ее состояние стало заметно другим.

Это чувствовалось на протяжении всех последних дней. С момента обнаружения красных носков в корзине для грязного белья женщина словно утратила гордость или, как иногда говорили прохожие, пафос. Однако она сама прекрасно понимала, что эгоизм и самоуверенность — две колонны, на которых держится жизнь человека. Но ему нужна еще и третья точка опоры, поэтому все, что появляется позже, становится частью его существования.

— Чай или, может быть, кофе? — Иввет догнала старушку, когда та уже успела зайти на кухню.

— Я не против. Кипяток всегда полезен для организма, — ее не смущало свое поведение, как и то, что, зайдя в чужую квартиру, она продолжала быть уверенной, — в последние дни я все чаще стала замечать, как один незнакомец любит жить ночью, — Эсси начинала издалека, обхватив кружку руками.

— А что в этом такого? — женщина была в недоумении.

— Значит, вы с ним заодно! Теперь все стало на свои места. Я оказалась в самом логове! И как его зовут?! — старушка устремила свой пытливый взгляд.

— Кого?! — Иввет начинала многое осознавать, и внутри нее закипали эмоции. — Послушайте меня, пожалуйста. Здесь, в этой квартире, нет никого, кто мог бы вызвать у вас подозрения.

— Правда?! — собеседница отхлебнула горячий чай.

— Абсолютно, — женщина не знала, как поступить. Она пыталась оправдаться перед соседкой, но при этом ни в чем не чувствовала своей вины, — я понимаю, что вам нравится наблюдать за людьми и придумывать истории на основе увиденного, но, уверяю вас, здесь, кроме меня и моего мужа, никто не живет. А он по ночам не бродит. Да даже если и вставал бы, то, скорее всего, в туалет или попить воды.

— Подождите! Сначала вы говорили про то, что все хорошо, а теперь допускаете возможность совпадения событий. Как это понимать?! — Эсси была возмущена.

Прерогатива людей, лишенных собственной жизни или оставивших себя за бортом основных событий, часто заключалась в том, чтобы выдвигать свое мнение на общее обозрение и стремиться быть в центре внимания. Больше всего им хотелось просто общения с другим человеком, а не быть запертым в комнате, где едва виден свет настольной лампы.

— Понимайте так, как хотите, — Иввет начала чувствовать уверенность в своем голосе, у меня чуткий сон, и, если бы что-то произошло, я бы это точно услышала!

— Подожди, милая моя. Не кипятись, — старушка начала понимать, что, скорее всего, ошиблась со своими доводами, — а вы на каком этаже живете?

— На третьем, — женщина старалась отвечать хладнокровно, хотя внутри играл сильный импульс раздражения.

— Ничего не понимаю, — Эсси остановилась, приложив пальцы к уголкам рта, — в голове все перемешалось. Сами понимаете, старость.

— Да, понимаю, — женщина мечтала вернуться к своему прежнему состоянию.

— В таком случае не буду вас ни в чем обвинять, — она могла бы еще извиниться, но не сочла это нужным, — кстати, я недавно ходила на прием к психологу, — Эсси остановилась, пытаясь вспомнить тот день, — имя не до конца помню, но вот внешность и голос оставили приятное послевкусие. Не знаю, действительно ли она может мне помочь, но мой гражданский долг — сообщить о подозрительном!

— Может, тогда стоило было обратиться к другому специалисту? — женщина не до конца понимала смысл произнесенных старушкой фраз, а именно как одно может вытекать из другого.

— Уверяю вас, она очень хорошая девушка! — Эсси не могла остановиться.

— Хорошо, поздравляю вас! — Иввет стремилась поскорее избавиться» от назойливой собеседницы, у нее заканчивалось терпение. — Как-нибудь обязательно все обсудим! До свидания!

Она помогла Эсси подняться со стула и быстро проводила ее до выхода из квартиры. Разговор со старушкой застал ее врасплох, отчего внутри все сжалось. Не хотелось больше возвращаться к нему, но мысли продолжали кружить роем вокруг недавних событий. Иввет ни разу лично не встречалась с этой женщиной, никогда не хотела даже познакомиться, а тут она пришла и начала рассказывать про неприятные события, которые творятся в их доме. Ей не хотелось ничего слушать от пожилой дамы.

Через полчаса должен был вернуться Грэйен. Иввет была так сильно погружена в разговор со странной старушкой, что совсем забыла собраться и накраситься к его приходу. Второпях она побежала в комнату приводить себя в порядок, когда издалека раздался знакомый щелчок замка. Мужчина молча зашел в квартиру, снял обувь на входе и побрел на кухню. Там его ждал почти остывший ужин, а в гостиной жена собиралась на премьеру театрального спектакля.

— Милый, ты готов?! — она появилась рядом с мужем, положив свои руки на его плечи для импровизированного массажа.

— Да, — его ответ был сухим, абсолютно лишенным эмоций.

— Тогда пойдем! — женщина оживилась и вернулась обратно в комнату, чтобы закончить подготовку к свиданию.

Грэйен же, как всегда, был спокоен и молчалив. На любые вопросы про работу и настроение он отвечал либо кивком, либо короткими фразами. Оказавшись вдвоем на улице, семейная пара направилась в сторону «Эдема».

Он не держал жену за руку, сколько бы женщина ни пыталась прильнуть к нему. Все еще ощущая непонятную тяжесть, Иввет надеялась разгрести туман и увидеть настоящую жизнь, в которую по сей день верила, после спектакля, который должен был помочь им обоим заново разжечь искру. Отстраненность мужа казалась ей закономерной, хотя он и раньше был таким.

12 глава

Каждый новый день в ее жизни должен был обязательно приносить радость, а иначе у нее быстро исчезал стимул двигаться вперед. Большую часть жизни человек проводит на работе, а значит, она должна приносить не только удовлетворение, но и моральное успокоение. Для Джейн это казалось важным аспектом в жизни, хотя иногда она все же уставала от бесконечного потока посетителей. Если бы девушка могла придумать одну таблетку на всех и запатентовать ее, то, безусловно, мир изменился бы в лучшую сторону. Но человеческие сознание вместе с подсознанием так же сложны, как и нечто другое, требующее скрупулезного изучения. А сегодняшнее утро стало для нее особенно важным: в конце дня Джейн встретится с Риком и они вдвоем отправятся на театральное представление.

С утра было довольно холодно: неприятный, промозглый ветер летал по Уитверу, покачивая пустые ветки деревьев. Девушке пришлось засунуть руки в карманы и ускорить шаг. Через пятнадцать минут, стоя возле «Медлайв», она мечтала лишь о двух вещах: поскорее согреться и не встретить пациента, который решил прийти лишь из-за своего спонтанного желания. Открывая входную дверь, психолог поспешила до своего кабинета, чтобы поскорее включить обогреватель. В этом году обещали холодную зиму, а вот насчет снега звучали разногласия. Все еще оставаясь в теплом синем пальто, девушка села на кресло и погрузилась в легкую дрему.

«- Ты же знаешь, что этот мир создан ради нас с тобой. Ничего бы этого не было, если бы мое сердце однажды не откликнулось на твою красоту. Небеса подарили мне гораздо больше, чем просто возможность и жизнь. Сначала я стал свидетелем любви к себе, а потом захотел подарить ее тебе. Не думай, что мои слова звучат излишне пафосно, — они лишь излучают чистоту и мои мысли. Вместе мы обязательно все преодолеем.

— Я знаю, спасибо…

Завывания холодных потоков сплотило их двоих, сидящих под головокружительным снегопадом. Если бы не частые движения руками и ногами, то, скорее всего, они бы уже превратились в снеговиков. Парень и девушка продолжали держать друг друга за руки. Она засунула свои руки к нему в перчатки, на ее красном носу блестел прозрачный иней, а под шарфом, натянутом выше шеи, было тепло. Они пришли сюда пятью минутами раннее, устав бесцельно бродить по городу, решили немного посидеть. Но стоило девушке приоткрыть глаза, как она ощутила сильный холод. Парень исчез, она сидела одна.

— Куда же ты ушел?

В ответ — молчание.

— Вернись, я не пойму тебя.

— Туда, где будем мы вдвоем, подальше от знойной жары и жгучего холода, — ответ был слышан из дали.

— Но тогда мы должны были улететь вдвоем, — с каждой новой секундой девушка начинала замерзать все сильнее.

— Чтобы любить, необязательно быть рядом друг с другом, — голос звучал более отстраненно, — достаточно верить в то, что это взаимно…

Голос растворился где-то вдалеке от беседки. Девушка никак не могла согреться. На нос упала маленькая снежинка и начала таять. По щекам стекал холод. Она осталась одна, в оцепенении, без надежды на то, что впредь что-то поменяется».

Джейн вынырнула из неприятного сновидения ближе к обеду. Ее разбудил легкий стук в дверь и то, что она согрелась. Стараясь быстро, но аккуратно снять верхнюю одежду, девушка повесила ее на вешалку, поправила волосы перед зеркалом, затем улыбнулась самой себе. Можно было еще кофе налить, чтобы взбодриться, но к ней пришел посетитель и его надо было выслушать.

— Войдите! — она не всегда любила это слово, но лишь оно одно могло позвать человека, стоящего за дверью.

— Здравствуйте! — поворачивая ручку, в кабинет заходил стройный брюнет. — Я — Пьетр Эттвуд. По записи.

— Хорошо. Проходите, присаживайтесь, — мягкий голос психолога всегда навеивал посетителям чувство легкости и добра, — что вас беспокоит?

— В последнее время я стал чаще сталкиваться с паническими атаками. Они и раньше были, но сейчас все усугубилось, — плечи парня немного опустились, — я пытался решить проблему разными способами, но у меня это не получилось.

— Хорошо, я поняла, — девушка постаралась устроиться поудобнее и достала листок с ручкой, — скажите пожалуйста, как часто они случаются?

— Точное количество раз назвать не могу, но приблизительно четыре раза в месяц, — Пьетр выпрямился, — иногда они случаются раз в неделю, а бывает, что все дни подряд, и я теряю контроль над собой.

— Какими способами вы пытались решить данную проблему? — Джейн была предельно внимательна.

— Сначала прочитал много литературы, потом искал ответы в интернете, — его голос был подавленным, — но ничего из этого мне не помогло, сколько бы я ни пытался.

— Я поняла, — девушка подняла свои глаза на парня: в них читалась искренняя доброта, — в следующий раз, когда у вас появятся похожие симптомы, попробуйте мгновенно переключить свое внимание на предметы, которые находятся рядом с вами. Если исследовать природу возникновения панических атак, то они берут свое начало с тревоги.

— Да, я замечал подобное, — Пьетр полностью сосредоточился на разговоре с психологом.

— Честно признаться, у меня тоже такое раньше было. Боялась, что ничего не успею сделать, хотя столько всего себе придумала, — она действительно была откровенна, — и всякий раз, когда я сталкивалась с мучительным страхом, начинала смотреть на один определенный предмет и описывать его. Тогда мне нужно было почувствовать связь с реальностью, осознать себя в пределах комнаты или квартиры, потому что тревога выводит нас из душевного равновесия.

— А можете, пожалуйста, записать ваши слова на бумажке? Мне так будет проще усвоить и применить эту информацию, — парень приободрился.

— Хорошо, — Джейн достала еще один листок бумаги и начала писать, — первое — необходимо переключить внимание, второе — нужно сосредоточиться на своем дыхании и третье — ощутить связь с реальностью, — девушка поставила точку, — если говорить в общих чертах, то вам необходимо приземлить себя обратно и перестать бежать либо за мыслями, либо от них.

— Спасибо вам большое! — лицо Пьетра озарилось яркой вспышкой приятных эмоций. — У вас, кстати, очень красивый почерк, — он улыбнулся и поднялся со стула, — до свидания!

— Если в следующий раз панические атаки повторятся, то вновь жду вас на приеме. До свидания, — Джейн немного замешкалась, ощущая прилив тепла к коже щек. Ей сделали комплимент, а она лишь выполнила свою работу.

Все-таки ей действительно нравится помогать людям и искать вместе с ними выход из сложной жизненной ситуации. Главное, чтобы это всем пошло на пользу. Обратившись к циферблату часов, висящих на стене, девушка поняла, что вскоре закончится ее рабочий день и она встретится с Риком, а затем они отправятся на спектакль в «Эдем». Осталось подождать совсем немного. Мысли про неприятный сон окончательно исчезли. Теперь Джейн была поглощена лишь предвкушением грядущего вечера.