Сказание о ледяной пещере и городе-щите

— И знаешь, я, кажется, понял, на что похож этот мир…

Продолжать Тим не стал. Оба и так понимали. Буквально пару дней назад они досмотрели «Песню о юности». Если уж отбросить теорию о том, что они сошли с ума.

Тёма прохрустел шеей, пытаясь свыкнуться с телом и новыми ощущениями. В голове стоял гул. Мозг отказывался анализировать, принимать происходящее. Но одно он знал точно: ещё раз получить посохом по хребту он точно не хочет. А значит нужно было идти на тренировку, где бы они ни были.

— Ну что, — сказал Тёма голосом Чэн Тао. — Пошли знакомиться с нашей новой жизнью.

Тим хотел ответить что-то едкое, но в горле застрял ком.

— Надо постараться здесь не умереть… — хрипло сказал он.

Глава четвёртая

Кай осторожно потрогал свои короткие волосы. Только чёлка была длинной и лезла в глаза. Он дёрнул головой, отбрасывая её со лба.

— Мы внутри какого-то артефакта? — осторожно предположил он.

— Не знаю, — вздохнул Тао.

Он подошёл к окну и обречённо посмотрел на улицу. За грязноватым стеклом виднелось серое небо, голые деревья и странные железные повозки, застывшие вдоль дороги.

— Кажется, мы разгневали духа в пещере.

— А вдруг… — Кай понизил голос до шёпота. — Мы уже умерли, и это Диюй[4]?

Тао обернулся и посмотрел на брата исподлобья. Именно так он смотрел, когда Кай на тренировке путал право и лево или забывал очередное правило из «Дао дэ цзин» на занятиях с наставником.

— В Диюе, — медленно проговорил Тао и покосился на скомканное одеяло, — не бывает кроватей с такими… узорчиками.

Кай хмыкнул и коснулся шероховатого стола. Руки двигались заторможенно, мышцы ног ныли. Но всё это не выглядело, как иллюзия. А в голове Тао не было ни одной мысли. Он чувствовал стук сердца и дрожь в руках. Но ему казалось, что всё это происходит с кем-то другим.

— Мальчики, завтрак!

Голос женщины был очень громким и хозяйственным, как у той тётушки на рынке, что перекрикивает всех, чтобы продать побольше тофу.

— Лена… — донёсся снизу усталый и хриплый мужской голос. — Ну чего так орать…

— А нечего было вчера напиваться до состояния нестояния!

Парни переглянулись.

— Лена? — одними губами переспросил Кай.

— Напиваться? — так же беззвучно ответил Тао.

Логика подсказывала Каю, что внизу переговаривались родители тех, в чьих телах они сейчас находились. А те двое, видимо, были в их телах в клане Блуждающего Ветра. Тао оглядел себя и брата. На груди у Кая было изображение кота с поднятым большим пальцем.

Тао решительно распахнул створки шкафа. Внутри висело что-то, отдалённо напоминавшее приличную одежду: несколько чёрных кофт с высоким воротом и тёмные штаны. И даже нечто вроде верхнего одеяния, только очень короткое. Он кинул брату одежду и сказал:

— Переодевайся.

Через минуту они стояли друг напротив друга в одинаковой одежде и предельно настороженными лицами. Парни осторожно приоткрыли дверь. Так, как входили бы в пещеру, где завелись мелкие, но зловредные духи. Перед ними была деревянная лестница, ведущая вниз.

Кай втянул носом воздух. Тёплый, маслянистый и чуть сладковатый аромат еды заставил желудок заурчать. Он сглотнул, а Тао неодобрительно покачал головой, смотря на брата. В клане еда была просто едой: рис, овощи, тофу, иногда мясо по праздникам. Этот запах обещал что-то другое.

Они спустились в комнату, и Тао окинул взглядом помещение. На стенах висели расписные тарелки, в углу стоял высокий белый ящик. За длинным столом сидел мужчина лет сорока со всклокоченными волосами, помятым лицом и красными глазами. Он выглядел как человек, который пережил пытку и не уверен, что выживет. У очага суетилась женщина, одетая в красный халат из пушистого материала. Она раскладывала по тарелкам кашу, от которой поднимался соблазнительный пар.

Мама Лена обернулась на звук шагов и застыла. Несколько раз моргнула. На плиту с половника капнула каша.

— То вас даже в школу пиджаки не заставишь надеть, — сказала она, с подозрением оглядывая их, — то вы добровольно решили в них вырядиться на даче…

Она презрительно фыркнула, швырнула половник в кастрюлю и скрестила руки на груди.

— Думаете, это вас спасёт от работы? Ну уж нет.

Она погрозила им пальцем и поставила перед ними тарелки с кашей.

— Только попробуйте не съесть!

Тао быстро моргал и пытался одновременно понять, что такое «пиджаки», «дача» и почему женщина злится из-за одежды. Кай незаметно подтолкнул брата локтем к столу.

— Кажется, она даже с молоком, — едва слышно шепнул Тао, принюхиваясь.

Мужчина поднял на него красноватые глаза, криво усмехнулся и сказал:

— Тёма, ешь давай, пока Ленка не разоралась.

Тао повторил про себя несколько раз: «Тёма, Тё-ма». Кай схватил ложку. Каша оказалась настолько вкусной, что он почти забыл, в каком плачевном положении они оказались.

Отец шумно отхлебнул чай, наблюдая за братьями.

— Ну вы даёте…

Кай закашлялся. Тао под столом наступил ему на ногу. Они переглянулись и начали быстро закидывать в себя ложки, лишь бы побыстрее доесть. Тао думал только о том, как бы побыстрее снова оказаться в комнате наверху и вместе хотя бы попытаться понять, куда они попали.

— Спасибо, — сказал Кай. — Вкусно.

Женщина, стоявшая у плиты, резко обернулась.

— Что?

— Вкусно, — повторил Кай.

— Ти... Тим… Тимофей... ты её съел?

Кай не знал, что ответить на этот странный вопрос. Еда была на столе. Он съел. «А вдруг еда была отравлена, и её нельзя было есть, — панически подумал он. — Вдруг это была какая-то проверка на выдержку». Тао нахмурился и аккуратно положил ложку в опустевшую тарелку.

— Спасибо за угощение.

Братья взяли свои тарелки и пошли к рукомойнику. Простое дело, привычное. В клане все убирали за собой. Рукомойник стоял недалеко от стола. Тао уже успел подсмотреть: нужно было покрутить белую ребристую часть, чтобы вода потекла.

Женщина откашлялась и неотрывно смотрела на братьев. Челюсть медленно опускалась вниз. Глаза расширились, как у человека, который только что увидел привидение. Только привидение, судя по выражению лица, ещё и танцевало ритуальный танец.

— Мы что-то сделали не так? — осторожно уточнил Тао, домыв тарелку.

Женщина подлетела к ним и приложила ладонь ко лбу Кая, потом — ко лбу Тао. Сделала шаг назад. Критически осмотрела их обоих с ног до головы.

— Вы если что-то страшное натворили, — сказала она дрогнувшим голосом, — скажите сразу. Не надо тут комедию ломать.

— Мы ничего... — начал Тао.

— Нет, я серьёзно! — перебила женщина. — Столько лет уговаривать вас тарелки за собой убрать, как об стену горох! А тут… бац! Сами встали и помыли!

Она всплеснула руками, театрально рухнула на стул и схватилась за голову.

— Всё! — простонала она. — Не бережёте мать совсем! Как не стыдно...

— Лен, ну не начинай ты раньше времени... — подал голос отец. Он сдвинул густые брови и уставился на парней.

— А что не начинать? Они в школе что-то натворили? Хотя нет, Елена Валерьевна или Инна Михайловна уже бы мне позвонили... Тогда что? Электронки? Украли что-то? Подрались?

Тао лихорадочно думал: «Елена Валерьевна, Инна Михайловна — это вероятно, наставники. Позвонили? В колокол? Как в клане, когда грозила опасность? Электронки. Оружие? Украли? Что они могли украсть? Коня? Меч?»

Она замолчала, прищурилась и выдала с трагическим надрывом:

— Нет, знаю... деньги на ставки спустили!

Кай нервно моргнул и шумно втянул в себя воздух.

— Ещё и в долги наверняка залезли... — с неприкрытым ужасом в голосе договорила женщина.

— Мы... — Тао замялся, пытаясь сформулировать ответ. — Мы ничего такого не делали.

И они оба сделали то, чему их учили с детства. Парни низко поклонились, сложив руки в замок.

— Мы примем любое наказание, — сказал Тао.

Родители молчали и не двигались. Было слышно тиканье часов за стенкой. Спустя некоторое время Кай рискнул поднять глаза. Отец застыл с открытым ртом. Кусок хлеба, который он собирался отправить в рот, замер на полпути. Мать Лена сидела неподвижно. Глаза стали размером с те самые тарелки, которые они только что вымыли.

А потом отец громко икнул. Звук был такой неожиданный и такой нелепый в этой напряжённой тишине, что Кай хихикнул, но тут же взял себя в руки.

— Так, Игорь… — сказала мать Лена севшим голосом.

— А?

— Игорь, ты это видишь?

— Вижу.

Она встала со стула и обошла парней вокруг, разглядывая со всех сторон, как диковинных зверей.

— Поклонились, — пробормотала она. — В пояс. И про наказание... Господи, они что, в секту попали?

Тао сглотнул. Единственное, что он понял, так это то, что в этом мире были секты. Видимо, тоже демонические. Поэтому мать так переживала. Он судорожно соображал, вытирая ладонь об одежду, как ей ответить максимально нейтрально и вежливо. Кай покосился на брата, моля о помощи.

Где-то в глубине дома послышался звон. Мать Лена тут же сорвалась с места.

— Алло! Да, здравствуйте... — Голос утонул где-то в дальней комнате.

Отец пристально смотрел на братьев так, словно изучал странную деталь, которая выпала из механизма и непонятно, как теперь её прикрутить обратно. Братья опустили глаза в пол, не понимая, что делать. Спустя минуту мужчина хохотнул и покачал головой.

— Ну вы даёте!

Отец наклонился вперёд, прищурился и тихо сказал:

— С поклоном, конечно, перебор. Мама вам теперь жизни не даст. Но спектакль — во!

Он поднял большой палец вверх.

— Чего стоите? — Отец махнул рукой в сторону лестницы. — Дуйте в комнату свою, пока она не вернулась. И придумайте что получше, ладно?

Кай хотел спросить хоть что-то, например, где мы. Тао толкнул его локтем в ребро. Кай пискнул и сжал губы. Несколько быстрых шагов, и они снова в комнате, в которой проснулись. Кай выдохнул так, будто убегал от стаи голодных духов.

— Это что же за мир такой, — прошептал он, прижимаясь спиной к двери. — Тут даже допросить по-человечески не могут. То кричат, то хвалят, то дуйте в комнату… Это техника дыхания такая для ускорения шага?

Тао его игнорировал. Он метнулся к столу и схватил верхнюю книгу.

— История России, — прочитал он вслух. — Мединский.

Кай подошёл ближе. Тао многозначительно ткнул пальцем в обложку.

— Россия, — сказал он. — Мы в России.

— Это где?

— Я не знаю, где это. Но это не наша империя.

— Это мы уже поняли, — буркнул Кай.

Они уткнулись в книгу, устроившись на полу. Чужое тело помнило буквы, глаза бежали по строчкам, мозг складывал символы в слова, слова в предложения. Но смысл постоянно ускользал, как вода сквозь пальцы. Слишком много незнакомых имён, событий, о которых они никогда не слышали: Антанта, Тройственный союз, Балканы.

Кай потёр виски и признался:

— Я ничего не понимаю.

— Я тоже, — тихо ответил Тао. — Но теперь хотя бы знаем, где мы.

— И что это нам даёт?

Тао пожал плечами и задумался: «Россия… это великая империя? Маленькая страна? В книге написано про какую-то войну, но, судя по всему, это было давно. Какой сейчас год? Кто правит? Какие есть правила?»

— По крайней мере, — сказал он наконец. — Мы не умерли.

Они помолчали, думая об одном и том же. В такие передряги они ещё никогда не попадали. И понятия не имели, как отсюда выбираться. Как и не знали, возможно ли это, или они застряли здесь навсегда?

Возле кровати, на которой спал Тао, что-то запиликало. Инстинкты заставили их подскочить. Звук мог быть опасностью, сигналом, предупреждением.

На экране светилась надпись:

Варя (рядом красовалось маленькое сердечко)

Нужно поговорить. Напиши, когда будешь в городе.

— Это какой-то артефакт для передачи писем? — предположил Кай.

Тао молчал. Он смотрел на сердечко.

— Тао-Гэ?

— Я не знаю! Но, судя по тому, что он... что я...

Они уставились на телефон так, будто это была змея, готовая броситься в атаку.

— Что будем делать? — спросил Кай.

Тао задумчиво повертел в руках телефон. Рука дёрнулась ко рту. Он с трудом подавил желание погрызть ноготь. Это был не его жест, не его привычка. И тут его осенило. Тао решительно закрыл глаза и постарался не думать, положиться на мышечную память тела.

Пальцы послушно задвигались: смахнули вверх, несколько коротких движений пальцами. Под текстом от Вари появилось: Ок. Всего две буквы, но для него это было сродни чуду. Кай посмотрел на него с благоговением.

— Ты управляешь артефактом?

— Кажется, да.

Тао сглотнул и продолжил исследовать. Получалось уже не так ловко, он то и дело промахивался. Перед глазами мелькали картинки, пока он не наткнулся на белую строку с надписью "Поиск". Кай рядом не дышал. Тао осторожно ткнул пальцем. Выскочила клавиатура. Он медленно ввёл: РОССИЯ.

— Крупнейшее государство мира, — прочитал он.

Кай заворожённо смотрел на брата. Потом перевёл взгляд на свою тумбочку, где лежал такой же прямоугольник.

— А мой... этот... артефакт тоже так умеет?

Он не стал ждать ответа и схватил телефон. И время для обоих остановилось. Они узнали, что такое Россия, что сейчас 2025 год. Что предмет, который они держат в руках, называется телефон, или смартфон, и что это не магия, а технология — слово, которое пришлось перечитывать три раза, чтобы хоть немного понять. Узнали про бесконечную сеть знаний с ответами на любые вопросы, картами всего мира и людьми, которые общаются друг с другом за тысячи ли.

Тао читал статью за статьёй, и голова шла кругом. Этот мир не знал культивации. Здесь не было ци, боевых искусств, кланов. Здесь были университеты, работы, ипотеки.

Но самое страшное открытие ждало в конце. Средняя продолжительность жизни в России 74 года. В их мире воин, достигший высокого уровня культивации, мог жить сотни лет. Шифу говорил, что древние мастера уходили в горы и оставались там настолько долго, что люди забывали их имена. А здесь 74 года. И это нормально.

— Кай, — позвал он тихо.

— М? — брат не отрывался от своего телефона.

— Мы здесь... умрём быстро.

Кай поднял голову.

— Я только что прочитал про болезни. Здесь умирают от клеток, которые сами же делятся неправильно. И от сосудов, которые забиваются. Тао-Гэ, это...

— Я знаю.

Они помолчали.

— Но мы же вернёмся, — неуверенно сказал Кай. — Мы вернёмся, да?

Дверь скрипнула, и в проёме возникла мама Лена со скрещенными руками. От неё пахло чем-то горьким и лекарственным.

— Ну вот, узнаю… В телефонах своих зависли. Утром мать так напугали, что корвалол пила. Нелюди!

Она покачала головой.

— Собирайтесь! И учебники не забудьте!

Кай посмотрел на закрывающуюся дверь, с трудом возвращаясь в реальный мир. Глаза щипало. Он протёр их и спросил:

— Корвалол — это лекарство такое?

Тао медленно отложил телефон и размял шею. Новое тело начинало нервировать его слабостью и неспособностью терпеть.

— Судя по контексту... для сердца. Мы её напугали.

— Странно, — задумчиво сказал Кай.

— Что?

— Шифу никогда не пугался. Он злился и наказывал.

Тао кивнул.

— Здесь всё по-другому. Нам нужно быть осторожнее.

Они осмотрелись и закинули в большие рюкзаки учебники, которые были разбросаны на столе. Благо, они были подписаны, и можно было без труда понять, где чьё. Немного подумали и всё-таки переоделись. В интернете Тао выяснил, что пиджак носят на важные встречи, в школу, на работу. Так что его заменили синие толстовки. И главное, Тао теперь знал: в России давно не принято кланяться. Две ошибки за одно утро.

Тао подошёл к окну. Внизу стояла большая чёрная машина. Он уже успел выяснить в интернете, что они ездят со скоростью 60 км/ч, а то и быстрее. Два ли в минуту. Невероятная скорость. Наставник как-то рассказывал, что идущие путём бессмертия, умеют летать на мечах. Как раз с такой скоростью. Кай подошёл к брату и положил ему руку на плечо:

— Тао-Гэ, ты боишься?

— Да, — ответил он честно, без попыток сохранить лицо.

Кай кивнул.

— Я тоже.

Они немного постояли, наблюдая из окна, как отец Игорь грузил сумки в багажник. А затем обречённо поплелись вниз.

— Запрыгивайте! — крикнул им отец.

Кай и Тао открыли заднюю дверцу и скептически осмотрели тесный салон. Там пахло чем-то химическим и чуть-чуть табаком.

— Что застыли-то? — Мама подтолкнула их в спины. — Садитесь уже!

Кай прилип к окну. Дома, деревья, другие машины проносились мимо с пугающей скоростью, но внутри было тихо и спокойно. Поездка оказалась на удивление комфортной. Намного удобнее, чем на коне. И уж точно лучше, чем в повозке по горной дороге. Машина плыла плавно, почти неслышно, только шины шуршали по асфальту.

— Приехали, — объявил отец, паркуясь возле длинного трёхэтажного дома из светлого кирпича.

Кай вышел первым и огляделся. Дом был вытянутым, с серой покатой крышей. Вокруг стояли такие же. Одни из красного кирпича, другие из белого. Высокие деревья, уже сбросившие листву. Никаких украшений. Никаких заборов. Место навевало на Тао тоску. Не холодную тоску горных вершин, где воин остаётся один на один с небом. А тяжёлую и давящую.

У подъезда Кай обернулся. Серое небо, одинаковые дома, голые ветки. Он пытался понять, что сейчас чувствует. Своих родителей он почти не помнил. Когда их отдали в клан, ему было всего 5 лет, а брату — 6. Кай тогда много плакал, а Тао его успокаивал. Говорил, что родители хотели для них лучшей жизни. Не в нищете. Но Кай до сих пор чувствовал на них обиду в душе. И сейчас в нём вопреки обстоятельствам теплилось удовлетворение от того, что они впервые за много лет будут жить в семье.

Квартира была достаточно большой, но очень уж непривычной: длинный коридор, множество дверей. Тао насчитал две комнаты, а ещё кухню и уборную с ванной. Они были рассчитаны на одного человека, что само по себе казалось роскошью. В клане мылись все вместе в помещении с горячим источником.

Их комната, точнее, комната Тима и Тёмы, была достаточно просторной. По бокам стояли две одинаковых деревянных кровати с толстыми матрацами. У окна расположились тёмные письменные столы, на которых были разложены тетради, ручки и другие нужные для учёбы вещи. Шкаф в цвет столов стоял у двери. На полу лежал светлый пушистый ковёр.

Тао с интересом посмотрел на тонкую зелёную тетрадь. На обложке была выведена достаточно аккуратная надпись:

Для работ по русскому языку

ученика 11 "Б" класса

МБОУ «СШ 17 им. Героя Российской Федерации А.Б. Буханова»

Зорина Тимофея

Он раскрыл тетрадь и ужаснулся. Каракули внутри были просто нечитабельными. Буквы скакали, налезали друг на друга, строчки ползли то вниз, то вверх, хотя там были специальные линии. Но писавший словно был слеп.

— Это он так пишет? Тут совсем не учат каллиграфии?

Кай сунул нос в похожую тетрадь. Подпись была практически такой же, только имя и класс другие: Зорин Артём, 10 "В". Он помахал тетрадью перед носом брата.

— Тут не лучше! Шифу отбил бы все пальцы за такое.

Тао рылся в тетрадях, разглядывал книги на полке, зачем-то пересчитал ручки в стакане. Косился на Кая, который продолжал увлечённо читать статьи в интернете. И выглядел при этом так, будто он прожил тут всю жизнь, а не оказался всего пару часов назад. За окном стемнело и зажглись жёлтые фонари. Время шло, тянуть дальше было нельзя.

Он взял в руки телефон, пальцы замерли над экраном, но он заставил себя и нажал на сообщение Вари. Набрал: «я в городе». Ответ пришёл через мгновение: «на нашем месте через час».

Руки похолодели и задрожали. «На каком ещё нашем месте? Где его искать? Что делать? Что говорить?» Кай, увидев замешательство брата, забрал телефон.

Несколько минут поиска по переписке. Там были сообщения, от которых Кай отворачивался, даже не дочитывая. Уши Тао пылали ярче лампы в комнате. Но выхода не было. И вот оно: встреча должна была состояться в сквере у кинотеатра «Октябрь». Карты тут же подсказали, как туда идти.

Тао с надеждой посмотрел на брата:

— Ты же сходишь со мной?

Кай покачал головой.

— Насколько я понял из интернета, в этом мире так не принято... когда двое... Ты должен идти один.

Тао вытаращил глаза на брата. Сердце билось о рёбра так, словно пыталось их сломать. Кай развёл руки в стороны.

Тао фыркнул и подошёл к зеркалу, висевшему на двери. И впервые внимательно рассмотрел себя. Тело было слабым и нетренированным — это чувствовалось даже в том, как стояли плечи, как дышала грудь. Волосы были тёмными и короткими, глаза — синими, большими. В целом, вид его устроил. Он ничего не стал менять. Просто накинул куртку и вышел в коридор.

Из кухни доносился запах мяса. Такой насыщенный, такой домашний, что Тао сглотнул. Желудок жалобно сжался. Но он проигнорировал низменные инстинкты.

— Можно я схожу на встречу?

— А ужин?

— Я не голоден.

Она вздохнула с оттенком «ну что с тобой делать» и пригрозила лопаткой.

— К десяти вечера чтоб был дома! Завтра в школу!

— Хорошо.

Воздух на улице был холодным, но не морозным. Осенним. Пахло сыростью и выхлопными газами. Тао заставил себя ровно и глубоко дышать. Дрожь в ногах стала немного стихать под напором интереса.

На смену однотипным домам пришла широкая улица. Туда-сюда сновали быстрые разноцветные машины. По середине дороги, страшно грохоча, проехала железная повозка. Когда Тао впервые услышал этот лязг, он с трудом сдержался, чтобы не принять боевую стойку. Но люди вокруг спокойно шли, смотрели в телефоны, разговаривали, смеялись. Тао залез в телефон и нашёл, что это такое. Трамвай, рельсы, электричество. И в очередной раз удивился, насколько тут все изобретательны.

Тао старался смотреть на людей, наблюдать. Делать так же, как они: останавливаться на красный свет возле дороги, ходить расслабленно. Кто-то шёл с угрюмым лицом, словно рыбак, что вернулся почти без улова. Другие светились улыбками, оживлённо разговаривали. Женщина тащила за руку ребёнка, который орал так, будто его режут. Парень в наушниках проехал мимо на электрическом самокате.

Где-то к концу пути ему встретился большой дом, откуда выходили люди с покупками. «Юнона», — прочитал он вывеску про себя. А буквально в нескольких шагах на складных стульях сидели несколько бабушек и торговали тёплыми носками. Старое и новое. Рынок и магазин. Всё рядом. Тао улыбнулся. Сам не заметил, как.

Через дорогу он увидел нужный сквер. Справа было светлое облупившееся здание. От него шла аллея. Высокие деревья, подсвеченные фонарями. Несколько скамеек. Варю он увидел сразу. Она сидела на коричневой скамейке и смотрела в телефон. Длинные рыжие волосы были распущены и доходили почти до талии. На ней была белая куртка и голубая вязаная шапка с помпоном. На ногах были очень объёмные ботинки на толстой подошве.

Тао остановился в нескольких шагах от неё и вытер ладони о штаны. В голове вновь заметались вопросы: «Что сказать? Как смотреть?» Девушка почувствовала взгляд и посмотрела на него. Дороги назад не было.

— Привет, — сказал он дрогнувшим голосом.

Варя едва заметно нахмурилась и чуть приподняла правую бровь. Тао шумно втянул носом воздух, пытаясь угомонить дрожащие руки. «Не мог же я ошибиться в приветствии? — панически думал он. — Или мог? Может быть, у неё и у Тёмы был какой-то ритуал?»

— Привет, — ответила она высоким мелодичным голосом.

Тао неловко переступил с ноги на ногу.

— Так и будешь стоять? — устало улыбнулась она.

Он опустился на скамейку рядом на расстоянии вытянутой руки. Варя приподняла брови.

— Что ж, пусть так.

Девушка отвернулась и посмотрела перед собой.

— Надо было просто написать, но я решила встретиться, как дура. А ты…

Варя махнула рукой. В груди Тао зарождалась тупая, ноющая боль. Идей для ответа не появлялось. Он не до конца понимал, о чём говорит девушка. Варя повернулась к нему, и в глазах блеснули слёзы.

— Мы расстаёмся. Прямо сейчас. В этих отношениях нет смысла.

— Я... — Тао осторожно подбирал слова. — Я могу что-то сделать?

Варя горько усмехнулась.

— Сделать? Ты уже всё сделал. Сказал, что остаёшься здесь. И всё. А теперь спрашиваешь, что можно сделать?

— Варя, я...

— Что?

— Я не знаю, что сказать, — честно ответил он.

Девушка подскочила и уже на ходу сказала:

— Всё. Делай, что хочешь.

Тао обречённо помотал головой и побежал за девушкой. Столько ошибок за день он просто не мог себе позволить.

— Подожди! Уже поздно. Как ты… как ты пойдешь домой одна.

Дыхание сбилось, и это злило Тао. Злило дурацкое слабое тело. Он несколько раз глубоко вдохнул и продолжил:

— Позволь тебя проводить.

Стоило этим словам сорваться с его губ, как он смутился от такой дерзости. Тао опустил голову, не решаясь встретиться с девушкой взглядом. Варя остановилась и несколько мгновений просто рассматривала парня.