Игра без правил

Браен не спешил выходить. Он замер, прислушиваясь, водя стволом из стороны в сторону. Проверял углы, тени, возможные укрытия. В армейской разведке учили: после боя всегда проверять, не притаился ли кто-то еще.

Минута. Две. Ни звука.

Он встал, держа второго на прицеле, и медленно двинулся к входной двери. Тело у порога лежало лицом вниз, левая рука неестественно вывернута. Молодой парень, лет двадцати пяти, в чёрной тактической куртке. Он был ещё жив — тяжело дышал, пытался нащупать пистолет, отлетевший в сторону.

Браен пнул оружие подальше. Парень застонал, перевернулся на спину. В тусклом свете уличных фонарей, пробивающемся сквозь разбитое окно, было видно его лицо — перекошенное от боли, с каплями пота на лбу.

— Кто послал? — спросил Браен ровным голосом, без эмоций.

Парень сплюнул кровью. Скосил глаза в сторону, промолчал.

Браен выстрелил ему в колено.

Визг разнёсся по квартире — дикий, полный боли. Парень забился на полу, схватившись за раздробленную ногу.

— Я спрошу ещё раз, — Браен наклонился, приставив ствол к его голове. — Кто послал?

— Корсо! — выкрикнул парень, давясь криком. — Данте Корсо! Сказал, что ты коп, который сует нос не в своё дело. Приказал убрать. Мы только исполнители, пожалуйста...

— Сколько вас было?

— Двое. Только двое. Клянусь!

Браен выпрямился. Второй на кухне уже не дышал — пуля попала в шею, перебив артерию. Кровь натекла на кафель, блестела в темноте. Чистая случайность. Или судьба.

Он отступил на шаг, опуская оружие. Адреналин начал отпускать, и вместе с ним пришла боль — осколок в позвоночнике пульсировал тупой, ноющей волной. Браен поморщился, потёр поясницу.

Парень у ног всё ещё скулил, зажимая простреленное колено. Надо было вызывать полицию, но сначала — несколько секунд тишины.

Браен сел на пол, прислонившись спиной к стене. Квартира была разгромлена — разбитая мебель, оплавленные стены, запах горелого пластика. Завтра придётся всё объяснять. А может, и не придётся — если Корсо такой умный, он уже позаботился о том, чтобы его люди ничего не рассказали.

Он достал коммуникатор, набрал экстренный вызов.

— Адрес знаете, — сказал он диспетчеру. — Стрельба, один раненый, один труп. Приезжайте.

Отключился, убрал телефон. Посмотрел на парня.

— Дурак ты, — тихо сказал он. — Корсо тебя бы все равно прикончил. Ты это понимаешь?

Парень только скулил. Браен вздохнул и усмехнулся.

Глава 12 — Голос из прошлого

В участке его продержали до утра.

Первые два часа ушли на то, чтобы объяснить прибывшим патрульным, что случилось. Потом приехали криминалисты, долго фотографировали разгромленную квартиру, собирали гильзы, снимали показания с места боя. Браен сидел на стуле посреди этого хаоса, замотанный в одеяло, которое кто-то принёс из патрульной машины, и отвечал на одни и те же вопросы.

— Сколько их было?

— Двое.

— Вы стреляли первым?

— Нет. Они открыли огонь, когда я вышел из душа.

— Откуда вы знали, что они там?

— Услышал. Привычка.

Потом его увезли в участок. Формально — для дачи показаний. Фактически — чтобы убрать с места происшествия и дать криминалистам спокойно работать. В коридоре управления его встретил дежурный сержант, пожилой ветеран с нашивками за выслугу лет, и молча кивнул на стул у стены.

— Посидите, лейтенант. Следователь подойдёт.

Браен сидел. Часы тянулись медленно, как патока. Мимо проходили люди — ночная смена, уставшие, с кругами под глазами. Кто-то бросал на него любопытные взгляды, кто-то кивал в качестве приветствия. История уже разлетелась по участку: лейтенанта пытались убить, он завалил двоих, сам не получил ни царапины.

Следователь пришёл только через три часа — молодой, амбициозный тип по фамилии Райс, которого Браен помнил ещё стажёром. Райс был вежлив, но глаза у него бегали.

— Лейтенант Окхарт, — начал он официально. — Расскажите ещё раз, как всё было.

— Я уже три раза рассказывал.

— Ещё один, для протокола, вы же понимаете.

Браен вздохнул и повторил. Райс записывал, кивал, задавал уточняющие вопросы. Всё по форме, всё гладко. Самооборона, чистая работа. Киллер в больнице — тот, которому Браен прострелил колено, — уже дал показания. Назвал имя заказчика. Данте Корсо.

Казалось бы — бери тёпленьким. Арестовывай, предъявляй обвинение, закрывай дело.

Но Браен уже понял, что этого не будет.

К пяти утра его отпустили. Формально — под подписку о невыезде. Фактически — чтобы не мозолил глаза. Браен вышел из кабинета следователя, прошёл по пустому коридору и сел на тот же стул у стены.

В участке было тихо. Где-то вдалеке гудела кофеварка, переговаривались дежурные. Обычная ночь обычного отделения.

Браен смотрел в стену и перебирал в голове варианты.

Полиция — уже не вариант. Даже если Корсо арестуют, у него найдутся адвокаты, связи, деньги. Он выйдет под залог, а потом начнётся новая охота. И на этот раз киллеров будет не двое, а десять.

Крейн? Браен усмехнулся про себя. Полковник, скорее всего прикрывает Корсо и получает от него деньги, — последний человек, к которому можно обратиться за помощью. Скорее, от него придёт нож в спину.

Оставался один человек.

Свен Хаген.

«Север».

***

Браен закрыл глаза, и перед ним мелькали картинки из прошлого. Яркие, как вспышки.

Планета Эридан-4 была покрыта вечными штормами. Песчаные бури длились неделями, ветер сбивал с ног даже в тяжелой броне. Воздух был таким густым от песка, что казалось, дышишь наждачной бумагой. Патронники забивало через минуту после выхода из укрытия, оптику приходилось протирать каждые полчаса, а связь работала через раз.

Браен помнил момент высадки — как вывалился из десантного бота в ревущую тьму, как песок хлестал по лицу, забивался во все щели в броне. Ветер был такой силы, что приходилось наклоняться вперед, чтобы не упасть. Вокруг — ничего, кроме серой пелены и воя.

***

Высадка прошла хуже некуда. Отделение Браена — четырнадцать человек, включая его и Свена — оказалась в овраге в двух километрах от цели. Связь не работала, ориентиров не было. Только песок, ветер и чувство, что все пошло не так как надо.

Они двинулись на звук канонады. Через час наткнулись на позиции противника.

Те окопались на высоте, прикрывая подступы к главной базе. У них была бронетехника, крупнокалиберные пулеметы и минометы. У морпехов — только стрелковые комплексы и пара гранатометов.

Пулеметчик на западном склоне работал короткими очередями, не давая морпехам поднять головы. Каждая очередь — ближе, ближе, пули выбивали крошку из скал, свистели над укрытием. Браен лежал на дне оврага, прижимаясь к холодному камню, и слушал, как ветер воет над головой.

— Кельт, — раздался в наушнике спокойный голос Свена. — Я вижу пулеметный расчет. Метрах в двухста от вас. Как понял?

— Понял, Север. Работай.

Свен тогда залег на скалистом выступе, выше по склону. Снайпер от бога, каких Браен больше не встречал за всю свою службу. Он мог лежать в позиции сутками, не шевелясь, сливаясь с местностью так, что даже тепловизоры его не брали.

Выстрел прозвучал через минуту. Один-единственный, который Браен, казалось, услышал даже сквозь шум бури. Пулемет захлебнулся, замолчал на полуслове.

— Готов, — сказал Свен. — Можете работать.

Они тогда взяли ту высоту. Но цену заплатили страшную.

***

Когда бой закончился, в отделении осталось семеро. Семеро из четырнадцати. Трупы своих собирали под минометным обстрелом, тащили в укрытия, чтобы потом эвакуировать. Раненые кричали, медики метались между ними, а ветер все выл, заметая следы крови песком.

В разбитом бункере, куда они заползли после боя, было тихо. Только гудели лампы аварийного освещения да капала вода из пробитой трубы. Браен сидел на ящике из-под патронов, смотрел на свои руки — они дрожали мелкой дрожью. Рядом, прислонившись к стене, сидел Свен. Лицо у него было спокойное, только глаза чуть припухли от недосыпа.

Кто-то протянул банку трофейного пива — теплого, мерзкого на вкус. Браен сделал глоток, поморщился.

Они молчали долго. Говорить было не о чем — все и так понятно. Они были живы, а враг — нет.

Из той роты выжило шестьдесят три человека. Меньше трети.

***

Система Ксерон была другой историей. Здесь не было открытого фронта. Здесь была «Буря в Вакууме» — террористическая организация, экстремистское крыло сопротивления, которое не признавало никаких правил.

Они не носили форму, не брали пленных и не вели переговоры. Их методы — взрывы, диверсии, засады на патрули. Они знали свой сектор как свои пять пальцев и использовали любую возможность, чтобы ударить и исчезнуть.

А еще были луны Ксерона, две из которых были взорваны «Бурей» чтобы затруднить действия Флота в космосе. Их обломки падали на поверхность, как бесконечный метеоритный дождь. Небо горело, когда очередной кусок скалы входил в атмосферу и рассыпался огненными стрелами. Падения случались каждый час, и никто не мог предсказать, где упадет следующий.

«Буря» использовала это как прикрытие.

Морпехов отправили туда для зачистки одного из их укрытий. Разведка сообщила, что там склад оружия и боеприпасов, а также около пятисот боевиков.

Они шли через пекло трое суток. Каждый шаг мог стать последним — не от пули, так от камня с неба. Приходилось постоянно следить за небом, укрываться в пещерах, пережидать особо сильные потоки.

Свен тогда был в прикрытии, и наблюдал за подходом к укрытию. Браен вел группу — двенадцать человек, которые должны были зайти с тыла.

Операция пошла не по плану с самого начала.

«Буря» знала, что они идут. То ли кто-то слил информацию, то ли разведка ошиблась. Когда группа вошла в ущелье, по которому можно было вплотную подойти к складу, по ним открыли огонь с трех сторон.

— Засада! — орал кто-то.

Браен нырнул за валун, пули выбивали крошку из камня, свистели над головой. Рядом упал молодой парень, контрактник, с простреленной шеей. Он дергался в агонии, кровь хлестала фонтаном.

— Север! — заорал Браен в рацию. — Нас зажали!

— Вижу, — спокойно ответил Свен. — Работаю.

Сверху заговорила снайперская винтовка. Один, второй, третий — боевики падали один за другим, но их было слишком много. И тут небо упало.

Браен не видел, что именно случилось — только услышал нарастающий свист и в последний момент рванул в сторону, увлекая раненого за собой. Удар был такой силы, что его подбросило в воздух и швырнуло на камни.

В голове помутилось, в ушах зазвенело. Он попытался встать — и не смог. Ноги не слушались, спина взорвалась адской болью. Он посмотрел вниз и увидел кровь — темную, почти черную, растекающуюся по броне.

Осколок. Горячий, рваный кусок металла от близкого разрыва вошел между пластинами бронежилета, пробил мышцы и застрял где-то у позвоночника.

— Кельт! — крик Свена прорвался сквозь звон в ушах.

Браен попытался ответить, но из горла вырвался только хрип. Он лежал, глядя в небо, где продолжали падать обломки, и думал, что это, наверное, конец.

Но Свен уже был рядом. Спрыгнул с уступа, приземлился в двух метрах, перекатился и оказался над ним. Лицо у друга было спокойным — никакой паники, никакого страха. Только холодная решимость.

— Живой? — спросил Свен, уже разрывая аптечку.

— Вроде, — выдавил Браен.

— Потерпи.

Дальше было как в тумане. Свен перевернул его на бок, вколол обезболивающее, залил дыру в броне пеной-регенератором. Потом взвалил его на плечо — и пошел. Браен помнил только ритмичные толчки при каждом шаге, свист пуль где-то рядом и спокойный голос Свена, который говорил в рацию:

— ...нужна эвакуация. Координаты передаю. Группа погибла. Повторяю, группа погибла. Я один.

Они шли, кажется, вечность. Браен терял сознание, приходил в себя, снова терял. А Свен все шел, уворачиваясь от обломков, прикрывая их обоих от огня, не сбавляя шага. Раз десять он останавливался, чтобы отстреливаться от преследователей, потом снова взваливал Браена на плечо и шел дальше.

В лазарете, когда Браена уже грузили в эвакуационный бот, он успел спросить:

— Зачем ты пошел? Мог бы бросить.

Свен усмехнулся — той самой кривой усмешкой, которую Браен знал двадцать лет.

— А кто бы тогда прикрывал мою спину в следующем бою?

Потом хлопнул по броне и добавил:

— Да и не бросаем мы своих, Кельт. Ты же знаешь.

Браен знал. Поэтому и решил позвонить сейчас.

С тех пор прошло много лет. Они уволились в запас, разошлись по разным дорогам, виделись редко. Но Браен знал одно: если настанет момент, когда понадобится помощь, Свен придет.

Он открыл глаза. Коридор участка был пуст, только гудели лампы дневного света. Браен посмотрел на телефон в руке и набрал номер.

— Север, — сказал он. — Это Кельт. Мне нужна помощь.

Пауза. Шорох. И голос, ставший четким, как в старые времена:

— Привет. Говори.

Браен улыбнулся. Старый друг не подведет.

— Я в участке. На меня напали, пытались убить. Киллеры Корсо.

— Корсо? — Свен присвистнул. — Данте Корсо? Тот самый?

— Он самый. Я копал одно дело, вышел на него. Теперь он решил убрать свидетеля.

— Ты как сам?

— Жив. Одного положил, второго подстрелил. Но это только начало. Мне нужно пересидеть где-то пару дней и понять, что делать дальше. Полиция не поможет.

Свен молчал несколько секунд. Браен слышал его дыхание — старый друг думал, прикидывал варианты.

— Значит, так, — наконец сказал Свен. — Ты сейчас где именно?

— В участке, на Двадцатой.

— Отлично. Через час будь у выхода, со стороны грузового двора. Я подъеду.

— Спасибо, Север.

— Не благодари. И захвати с собой всё, что есть по этому делу. Документы, записи, кристаллы. Если Корсо решил тебя убрать, значит, дело серьёзное.

— Уже захватил, — усмехнулся Браен.

— Молодец. Жди.

Связь прервалась. Браен убрал телефон и посмотрел на часы. Пять утра. Через час рассветёт. А он встретится с человеком, которому доверял больше, чем любому начальнику или коллеге.

Он встал, поправил куртку и направился к выходу. Дежурный проводил его взглядом, но вопросов задавать не стал.

На улице было холодно. Ночной город затихал перед рассветом, редкие машины проносились по пустым улицам. Браен дошёл до угла, завернул за здание и направился к грузовому двору.

Где-то там его ждал старый друг.

Глава 13 - Старый друг

Браен вышел через западные ворота участка, как и договаривались. Грузовой двор встретил его запахом мусора и прелой бумаги — контейнеры стояли штабелями, в темноте гудели разгрузочные механизмы. Рассвет только начинал сереть над крышами, и в этом сером полумраке любая машина была бы незаметна.

Он не сразу заметил «Генезис». Автомобиль стоял в тени огромного мусорного контейнера — тёмно-серый, матовый, без единого блика. Такие машины выпускают малыми партиями для структур, которым не нужна реклама. Внешне — обычный седан, каких тысячи на дорогах. Но Браен знал, что под этой невзрачной обшивкой скрывается усиленный каркас из бронесплавов, широкие колёса на адаптивной подвеске и мотор, способный разогнать эту махину до скоростей, недоступных обычным гражданским моделям.

Дверца приоткрылась. Браен скользнул внутрь.

Салон пах кожей и чуть заметно оружейной смазкой. Свен сидел за рулём, глядя на него с той самой кривой усмешкой, которую Браен помнил двадцать лет.

— Здаров, Кельт, — сказал Свен, оглядывая его с головы до ног. — Выглядишь как говно, которое переехал грузовик. А потом сдал назад и переехал ещё раз.

— Рад тебя видеть тоже, Север, — Браен рассмеялся, забираясь на пассажирское сиденье. — Хорошая тачка. С каких это пор ты ездишь на таких?

— С тех пор, как бизнесом занялся, где клиенты слишком нервные, — Свен плавно вырулил со двора, вливаясь в редкий предрассветный поток. Мотор заурчал мощно, но тихо — явно форсированный, с системой шумоподавления. — А ты сейчас чем занимаешься?

— Да дело одно веду мутное. Из-за него того и гляди со службы попрут. А быки Корсо вообще чуть на тот свет не уволили.

— Понятно. — Свен кивнул, не задавая лишних вопросов. — А я вот торгую понемногу. Оказывается торговля — штука сложная. То товар не берут, то денег не платят. То проверки всякие.

— Торговля, — Браен хмыкнул, разглядывая друга. — Чем торгуешь?

— Всем, что стреляет и взрывается, — Свен пожал плечами. — От мелкокалиберных пистолетов до гранатомётов. Оптом и в розницу. С доставкой на дом.

Браен молчал, разглядывая его. Свен почти не изменился — те же светлые, выгоревшие волосы, тот же спокойный, чуть сонный взгляд снайпера, который на самом деле видит каждую мелочь. Только вот одет был дороже, чем положено простому торговцу. Куртка из натуральной кожи, явно ручной работы, ботинки с усиленным носком, часы с настоящим механо-циферблатом — такие стоят как хороший гравикар.

— Хорошая легенда, — тихо сказал Браен. — Торговец оружием. Но ты всегда плохо умел прятать дорогие вещи, Север. Кто ты теперь на самом деле?

Свен бросил на друга взгляд. В машине повисла тишина, только мотор тихо урчал где-то под капотом. Потом Свен усмехнулся — по-настоящему, открыто.

— Ты всегда был наблюдательным, Кельт. Ладно, черт с тобой. Работаю на одну контору. Бюро поставок и ревизий. Слышал?

— БПР? — Браен присвистнул. — Те самые зануды, которые проверяют, не тырят ли генералы казенные носки?

— Примерно, — Свен хохотнул, поворачивая руль. Машина мягко вписалась в поворот, направляясь в сторону портовых районов. — Только носки там редко проверяют. А вот куда уходят редкоземельные металлы и прочая дорогая химия — это да. И знаешь что? Иногда за этими поставками стоит такое, что генералы с носками покажутся цветочками.

Браен напрягся. Осколок в спине кольнул знакомой болью — предчувствие.

— Давай сначала найдём место, где можно поговорить, — Браен кивнул на дорогу. — А то у меня такое чувство, что разговор будет долгий.

***

Через десять минут они припарковались у круглосуточного кафе «Георг» — заведения неприметного, но вполне приличного. Белые скатерти на столиках, мягкий свет и никаких камер наблюдения. Идеально для разговоров, которые не предназначены для чужих ушей.

Они заказали кофе (настоящий, не синтезаторный — здесь этим гордились) и по паре яичниц с беконом. Браен понял, что не ел почти сутки, и навалился на еду с волчьим аппетитом. Свен жевал медленно, поглядывая на друга.

— Рассказывай, — сказал он, когда Браен отодвинул пустую тарелку.

Браен начал. Коротко, сухо, по-военному — только факты. Эрик Симмс, три пули в спину, чистая работа. Проект «О-И», докладные записки в потайной ячейке за плинтусом. Осмий, иттрий, «Норд-Индастри». Корсо, его люди, покушение в квартире.

Свен слушал молча, не перебивая. Только пальцы, сжимавшие стакан с кофе, чуть побелели. Когда Браен закончил, он долго молчал, глядя в стену.

— Похоже Симмс был не просто поставщиком, — наконец сказал он. — Он был ключевой фигурой. Человеком, который соединял «Норд-Индастри» с сырьём. Его убрали, потому что Корсо хотел занять рыбное место. А ведь он даже не знает, во что ввязался.

— Думаешь, он просто хотел перехватить прибыльные поставки?

— Уверен, — Свен кивнул. — Данте Корсо — старый мафиози. Он мыслит категориями «контроль над грузом», «доля», «процент». Он не знает про «проект О-И». Если бы знал — не стал бы убивать Симмса. Он бы его запугал, принудил к сотрудничеству или постарался бы купить. А убийство — это грубо. Это значит, он действовал вслепую.

— Но кто-то слил ему информацию, — Браен потер переносицу. Глаза слипались от недосыпа, но спать было нельзя. — Кто-то сказал, что Симмс возит что-то важное для «Норд-Индастри». И кто-то в полиции прикрыл расследование. Крейн...

— Крейн, — повторил Свен. — Полковник с длинной карьерой и короткой совестью. Легко мог быть на зарплате у Корсо. Или у кого-то повыше.

Он замолчал, глядя в темное окно, за которым медленно разгорался рассвет. Где-то вдалеке грузовые дроны уже начали свою работу, таская контейнеры к кораблям. Обычное утро обычного портового города.

— Знаешь, Кельт, — тихо сказал он. — Если это то, о чем я думаю... Если «Норд-Индастри» реально делает там новое оружие по заказу сектора Вега... Это не просто коррупция. Это измена. Это подготовка к войне. Масштабной, кровавой, с миллионами жертв.

— Я знаю, — Браен посмотрел на друга в упор. — Поэтому я здесь. Потому что если я прав, меня убьют. Рано или поздно. И тебя тоже, если ты подойдешь слишком близко.

Свен усмехнулся — той самой кривой усмешкой, которую Браен видел на Эридане и Ксероне.

— Кельт, мы с тобой столько раз должны были подохнуть. И ничего, живём пока. — Он допил кофе, поставил стакан на стол. — Ладно. Давай думать, что делать дальше.

— У тебя есть идеи?

— Пока одна. — Свен понизил голос. — Нужно попасть на завод «Норд-Индастри». Посмотреть своими глазами, что они там штампуют. Если это действительно боеприпасы нового типа, мы должны это зафиксировать. С доказательствами.

— А если там охрана?

— Что значит если? Там точно должна быть охрана, но мы будем действовать аккуратно, — Свен усмехнулся. — У меня есть кое-какие старые связи. И кое-какое оборудование. Вдвоём мы справимся.

— Как в старые добрые времена?

— Как в старые добрые времена, — кивнул Свен. — Только теперь, если нас поймают, расстреляют без суда. Шпионаж в пользу Федерации — это тебе не мелкое хулиганство.

— Значит, придется не попадаться.

— Именно. — Свен встал, бросил на стол пару купюр. — Поехали ко мне. Отоспишься, приведешь себя в порядок. А вечером начнем планировать.

Они вышли из кафе. Рассвет уже золотил крыши, город просыпался.

Браен забрался в машину, откинулся на сиденье. Спина ныла, но теперь это была привычная боль. Рядом сидел старый друг, который снова был готов прикрыть его спину.

— Север, — сказал он тихо. — Спасибо.

— Не благодари, — Свен завел мотор. — Потом скажешь, когда будем из этой задницы выбираться.

Машина мягко тронулась с места, растворяясь в утреннем потоке.

Глава 14 — Совещание

Офис «Норд-Индастри» на Нью-Альбионе находился в «Башне Тысячелетия» — самом высоком здании в деловом квартале. Стеклянный монолит, уходящий в небо на двести этажей, был виден из любой точки города. Здесь размещались офисы корпораций, чьи бюджеты превышали годовой доход небольших колоний, и «Норд-Индастри» была одной из них.

Конференц-зал, где проходила встреча, находился на сто сорок седьмом этаже. Три стены были стеклянными, от пола до потолка, и отсюда открывался вид, от которого у неподготовленного человека захватывало дух. Весь космопорт лежал как на ладони — взлетающие и садящиеся корабли казались игрушечными моделями, которые кто-то передвигал по столу. Днём здесь было ослепительно светло, но сейчас, в вечерних сумерках, город внизу загорался миллионами огней, а посадочные огни космодрома мерцали красным и зелёным.

Андерс Фаллон, начальник службы безопасности корпорации, терпеть не мог этот вид. Он сидел спиной к окну, уставившись в стол из полированного чёрного дерева. Слишком мирно. Слишком спокойно. А спокойствие в его работе означало только одно: скоро грянет гром. Двадцать лет в корпоративной безопасности научили его одному: когда всё тихо, значит, враг уже внутри и готовится нанести удар.

Фаллону было под пятьдесят. Коренастый, коротко стриженный, с тяжёлой челюстью и руками, которые помнили не только ручку и планшет, но и приклад автомата. Он начинал в частных военных компаниях, потом перешёл в корпоративную безопасность и дослужился до начальника отдела. Он умел работать чисто, быстро и без лишних сантиментов. Именно за это его ценили.