Кровавый фарм-сервер: Эшафот

Айла взяла пергамент и развернула его. Текст был написан аккуратным, почти каллиграфическим почерком — не тем нервным, торопливым, каким писал Скольд, а спокойным, уверенным, как будто автор никуда не спешил.

«Госпожа Айла,

Мы знаем, что вы ищете способ спасти Архитектора. Мы тоже этого хотим. Его смерть невыгодна никому — ни его сторонникам, ни его врагам. Если он умрёт, Форпост рухнет, и хаос поглотит сектор. Мы не можем этого допустить.

У нас есть предложение. Приходите сегодня в старый склад №3 в квадрате 12-Гамма за час до дуэли. Мы обсудим, как можно изменить исход. Мы гарантируем вашу безопасность. От вас требуется только одно: готовность выслушать.

С уважением, те, кто желает Архитектору долгой жизни».

Айла прочитала послание трижды, прежде чем поднять глаза на Ирму. Клерк стояла неподвижно, сжимая руки перед собой, и в её взгляде было что-то странное — смесь страха и решимости, как у человека, который знает, что делает что-то запретное, но верит в свою правоту.

— Кто вас послал? — спросила Айла.

— Я не могу сказать. Правда, не могу. Но… — Ирма запнулась. — Я могу сказать, что эти люди — не враги. Они не хотят крови. Они хотят стабильности. Такой же, какую хочет Архитектор. Просто… другими методами.

— Чьими методами?

Ирма промолчала. Айла смотрела на неё и просчитывала варианты. Она могла задержать Ирму, допросить её с пристрастием, использовать сканер для анализа нейронной активности. Но это ничего не дало бы. Ирма была пешкой — мелкой, незначительной фигурой, которую использовали вслепую. Те, кто стоял за ней, наверняка предусмотрели такой вариант и подготовили пути отхода.

— Я подумаю, — произнесла Айла и спрятала пергамент в карман. — Идите.

Ирма поклонилась и выскользнула за дверь. Айла осталась одна.

Она сидела неподвижно несколько минут, переваривая информацию. Затем она активировала свой сканер и проверила нейронную активность Ирмы за последние часы. Данные подтверждали её подозрения: у клерка были те же аномалии, что и у изолированных контрактников. Слабое, но заметное нейровнушение, внедрённое кем-то изнутри. Ирма была не предателем — она была жертвой. Инструментом в чьих-то руках.

Айла встала и подошла к окну. Серое небо над Пустошами было всё таким же безжизненным, но теперь оно казалось ей не просто серым, а каким-то зловещим, словно сама атмосфера предвещала бурю. Где-то там, за стенами Форпоста, Виктор ждал своего часа. А где-то здесь, внутри стен, его невидимые союзники готовили удар в спину.

Она достала пергамент и перечитала его. «Те, кто желает Архитектору долгой жизни». Интересная формулировка. Достаточно размытая, чтобы не вызывать подозрений, но достаточно точная, чтобы зацепить её внимание. Автор послания знал, на что давить. Он знал, что она сделает всё, чтобы спасти Арта. И он предлагал ей именно это — способ спасти его.

Или иллюзию способа.

Айла приняла решение. Она пойдёт на эту встречу. Не потому что доверяла неизвестным «доброжелателям», а потому что это был единственный способ выйти на след заговора. Если она откажется, они уйдут в тень и нанесут удар в самый неподходящий момент. Если она пойдёт, у неё будет шанс узнать их планы и — возможно — разрушить их изнутри.

Но она не собиралась идти без подготовки.

Она активировала канал связи с Шеном.

— Ты отследил Ирму? — спросила она.

— Да, — раздался голос разведчика. — Она вернулась в Канцелярию и продолжила работу, как ни в чём не бывало. Но перед этим она заходила в архивный зал. Тот, что редко используется. Я отправил туда человека.

— Пусть проверит записи. Особенно те, что касаются контрактников с нейровнушением. И ещё, Шен… — она запнулась. — Ты помнишь о моей просьбе?

— Никому не сообщать, — ответил он. — Я помню.

— Хорошо. Продолжай наблюдение.

Она отключила связь и направилась в лазарет. Ей нужно было подготовиться к встрече. И, возможно, к тому, что последует за ней.

— — Часть 3. Старый склад

Старый склад №3 находился в заброшенной части Форпоста, куда редко заходили даже патрули. Когда-то, до прихода Архитектора, здесь хранили припасы, но после зачистки «Костоломов» здание было заброшено и постепенно разрушалось. Его стены, покрытые плесенью и копотью, накренились под неестественными углами, а крыша в нескольких местах провалилась, открывая вид на серое небо. Идеальное место для тайной встречи — удалённое, тёмное, с множеством путей отхода.

Айла пришла за пятнадцать минут до назначенного времени. Она была одна, без охраны, без видимого оружия. Только её кожаный фартук с карманами, в которых лежали ампулы с дымовой завесой (она модифицировала формулу, сделав газ невидимым и лишённым запаха) и «Шёпот смерти» на поясе. Она не собиралась использовать их без крайней необходимости, но была готова к любому повороту событий.

Внутри склада было темно и сыро. Воздух пах плесенью и старой гнилью. Айла активировала ночное зрение на своём сканере и осмотрелась. В дальнем углу, у обрушенной стены, горела одинокая масляная лампа. Вокруг неё стояли несколько фигур в тёмных плащах с капюшонами, скрывавшими лица.

— Вы пришли, — раздался голос из темноты. Он был низким, спокойным, с лёгкой хрипотцой. — Я знал, что вы не откажетесь.

Айла остановилась в нескольких метрах от группы.

— Вы хотели говорить со мной, — произнесла она холодно. — Я слушаю.

Фигура, стоявшая ближе всех к лампе, сняла капюшон. Это был мужчина лет сорока, с грубым, обветренным лицом и холодными серыми глазами. Айла узнала его — это был один из офицеров «Пламени», выживший после Королевской Битвы. Его звали Дориан. Тот самый, который несколько дней назад возглавлял делегацию нейтралов и предлагал Арту разделить власть. Тогда Арт отказал ему. Теперь, похоже, Дориан решил действовать иначе.

— Госпожа Айла, — произнёс он с лёгким поклоном. — Рад, что вы приняли наше приглашение.

— Переходите к делу, — отрезала она. — У меня мало времени.

— У всех нас мало времени, — согласился Дориан. — Через полтора часа Архитектор выйдет на Арену, и если всё пойдёт так, как он предсказал, он умрёт. Вы этого хотите?

— Нет.

— Мы тоже. Поэтому мы здесь. — Дориан сделал жест рукой, и остальные фигуры сняли капюшоны. Айла узнала некоторых из них: бывшие офицеры гильдий, выжившие нейтралы, даже пара торговцев, которые когда-то работали с Канцелярией. Все они были влиятельными людьми в своих кругах, но ни один из них не обладал достаточной силой, чтобы бросить вызов Архитектору в одиночку. Вместе — другое дело.

— Мы предлагаем вам сделку, — продолжил Дориан. — Мы поможем Архитектору выжить. У нас есть ресурсы, связи, информация. Мы знаем о Викторе больше, чем вы думаете. И мы готовы использовать это знание, чтобы изменить исход дуэли.

— В обмен на что?

— В обмен на вашу помощь. После дуэли — независимо от её исхода — Форпост окажется в сложном положении. Если Архитектор победит, он будет истощён и ослаблен. Если проиграет… вы понимаете. В любом случае, власть перейдёт к вам, не так ли? Вы — его преемник. Его тень. Та, кому он доверяет больше всех.

Айла не ответила. Она ждала продолжения.

— Мы хотим гарантий, — произнёс Дориан. — Мы хотим, чтобы после дуэли вы учли наши интересы при распределении власти. Не многое — место в совете, доступ к ресурсам, защита от произвола. Взамен мы предоставим вам информацию, которая может спасти Архитектора.

— Какую информацию?

Дориан усмехнулся.

— Например, о том, что Виктор не один. У него есть союзники внутри Форпоста. Люди, которые готовы нанести удар в спину, как только начнётся дуэль. Если вы не остановите их, Архитектор погибнет не от руки Виктора, а от кинжала в спину.

Айла почувствовала, как внутри всё похолодело. Она знала, что заговор существует. Но услышать подтверждение от того, кто, возможно, сам был его частью, — это было иначе.

— Назовите имена, — потребовала она.

— Сначала — гарантии. Клятва. Зафиксированная Системой. Вы станете нашей защитницей, а мы — вашими союзниками. И тогда вы получите всё, что мы знаем.

Айла просчитывала варианты. Она могла согласиться на сделку и получить информацию. Могла отказаться и попытаться найти заговорщиков самостоятельно — но времени было слишком мало. Могла атаковать Дориана и его людей прямо сейчас, используя дымовую завесу и «Шёпот смерти», — но это не гарантировало, что она получит нужные сведения.

Она выбрала четвёртый путь.

— Я согласна, — произнесла она и активировала интерфейс. — Клятва, зафиксированная Системой. Вы предоставляете мне информацию о заговоре, а я гарантирую вам защиту и место в совете после дуэли.

Дориан улыбнулся и тоже активировал интерфейс. Через несколько секунд Система подтвердила заключение контракта.

— Вот и всё, — произнёс он. — Теперь мы союзники.

— Информация, — холодно напомнила Айла.

— Да, конечно. — Дориан достал из складок плаща небольшой свиток и протянул ей. — Здесь список всех, кто участвует в заговоре. Их имена, места встреч, планы. И главное — имя их лидера. Того, кто всё это организовал.

Айла взяла свиток, но не стала разворачивать.

— Почему вы решили предать их? — спросила она.

— Потому что мы прагматики, — ответил Дориан. — Заговорщики — фанатики. Они хотят разрушить Форпост из мести. Мы же хотим сохранить его — но на наших условиях. С вами мы можем договориться. С ними — нет.

— И кто же их лидер?

Дориан посмотрел ей прямо в глаза.

— Тот, кого вы меньше всего подозреваете. Клерк из Канцелярии Прогнозов. Правая рука Скольда. Его имя — Маркус. И он ждёт сигнала, чтобы начать резню.

— — Часть 4. Паутина

Айла вернулась в лазарет с свитком в кармане. Она не стала читать его сразу — сначала нужно было проверить информацию через независимые источники. Она активировала канал связи с Шеном.

— Мне нужно, чтобы ты проверил одного человека, — произнесла она, и её голос был холоднее обычного. — Маркус. Клерк из Канцелярии. Правая рука Скольда.

На том конце линии повисла пауза. Затем Шен ответил:

— Маркус. Да, я знаю его. Тихий, исполнительный, никогда не привлекает внимания. Работает в Канцелярии с первых дней. Один из лучших клерков Скольда.

— Именно поэтому он идеальный кандидат, — произнесла Айла. — Проверь его передвижения за последние несколько дней. С кем он общался, куда ходил, какие документы запрашивал. И проверь его нейронную активность — у тебя есть доступ к сканерам.

— Будет сделано.

Айла отключила связь и наконец развернула свиток. Список был длинным — около двух десятков имён, от контрактников до офицеров среднего звена. Все они, согласно записям, были частью заговора. Их план был прост и жесток: в момент, когда Арт выйдет на Арену и все взгляды будут прикованы к поединку, заговорщики нанесут удар по ключевым точкам Форпоста. Казармы, склады, лазарет, Канцелярия — всё должно было быть захвачено одновременно. А затем, когда Форпост окажется в их руках, они намерены выдвинуть Виктору свои условия.

Но самое интересное было в другом. Согласно записям, лидер заговорщиков — Маркус — не был инициатором. Он был инструментом. Кем-то, кто получил приказ от третьей стороны. И этой третьей стороной был не Виктор.

Айла перечитала эту часть дважды. «Истинный кукловод не раскрывает своего лица. Он общается через нейровнушение и зашифрованные сообщения. Его цель — не власть, а уничтожение Архитектора любой ценой. Предположительно, он связан с теми, кто стоял за сетью „Связных“».

«Связные». Старая сеть информаторов и шпионов, которую они разгромили, но так и не уничтожили до конца. Они ушли в подполье после подавления бунта «Истинных», но их корни остались. И теперь, похоже, они снова дали ростки.

Айла отложила свиток и задумалась. Дориан дал ей ценную информацию, но он также попытался её использовать. Его предложение о союзе было ловушкой — не грубой, а тонкой, рассчитанной на то, что она, ослеплённая страхом за Арта, согласится на любые условия. Если бы она действительно заключила с ним сделку и дала клятву, зафиксированную Системой, она стала бы его марионеткой. Но она не дала клятву. Она симулировала согласие через подставной интерфейс, который сама же и создала несколько дней назад на случай подобной ситуации. Дориан думал, что они союзники. На самом деле он только что выдал ей всех своих подельников.

Она активировала канал связи с Шеном.

— Есть новости по Маркусу?

— Да, — ответил разведчик, и в его голосе прозвучало напряжение. — Ты была права. Его нейронная активность аномальна. Такая же, как у изолированных контрактников. Кто-то внедрил в него программу. И ещё: он только что получил сообщение через зашифрованный канал. Мы не смогли перехватить его полностью, но ключевые слова ясны. «Сигнал — начало дуэли. Цели — лазарет и Канцелярия».

— Когда?

— Согласно сообщению, как только ворота Арены закроются.

Айла стиснула зубы. У них оставалось меньше часа.

— Шен, слушай внимательно. Ты должен немедленно изолировать Маркуса и всех, кто в списке. Без шума. Без паники. Используй своих людей. Если кто-то окажет сопротивление — нейтрализуйте. Живыми, если возможно. Если нет… — она запнулась. — Если нет, делайте то, что должны.

— Понял. А ты?

— Я займусь тем, кто стоит за Маркусом.

Она отключила связь и направилась к выходу из лазарета. Времени на осторожность больше не было. Она должна была найти кукловода до того, как он нанесёт удар.

— — Часть 5. Кукловод

Айла шла через пустые коридоры Форпоста, и её шаги гулко отдавались в тишине. Большинство бойцов уже заняли позиции на стенах или готовились к бою. Гражданские попрятались по баракам. В таверне было тихо — даже Скольд, обычно суетившийся с бумагами, сидел в своём кабинете, не в силах работать.

Она направилась в Канцелярию. Если Маркус был правой рукой Скольда, то его рабочее место должно было содержать улики. Записи, сообщения, может быть, даже зашифрованные каналы связи с кукловодом.

Канцелярия встретила её неестественной тишиной. Обычно здесь всегда кипела работа — клерки скрипели перьями, Скольд бегал между столами, кто-то спорил о цифрах. Но сейчас помещение было пустым. Все клерки, кроме одного, были отпущены по баракам в связи с чрезвычайным положением.

За центральным столом, сгорбившись над бумагами, сидел Маркус.

Он был молод — не старше двадцати пяти лет, — с бледным, осунувшимся лицом и тёмными кругами под глазами. Его пальцы, испачканные чернилами, дрожали, но он продолжал писать, словно не замечая ничего вокруг. Когда Айла вошла, он поднял голову и посмотрел на неё. В его взгляде был страх — глубокий, всепоглощающий страх, смешанный с чем-то ещё. С обречённостью.

— Вы пришли за мной, — произнёс он, и это был не вопрос.

— Да, — ответила Айла, останавливаясь в нескольких шагах от его стола. — Ты знаешь почему.

Маркус отложил перо и выпрямился. Его лицо было спокойным, но глаза — глаза его выдавали. Они бегали, метались по сторонам, словно искали путь к бегству.

— Я не хотел этого, — тихо произнёс он. — Я не хотел никого предавать. Особенно Скольда. Он был добр ко мне. Он научил меня всему, что я знаю. Но… — он запнулся и опустил глаза. — Они заставили меня.

— Кто?

— Я не знаю их имён. Они общались со мной через сны. Через голоса в голове. Я думал, что схожу с ума. Но потом они показали мне… показали, что могут сделать с моим братом. С моим младшим братом, который работает в шахтах. Они сказали, что если я не буду им помогать, они убьют его. Медленно. Мучительно. И я…

Айла слушала его и чувствовала, как внутри что-то сжимается. Она знала этот приём — нейровнушение, дополненное угрозой близким. Те, кто стоял за Маркусом, действовали по той же схеме, что и с другими контрактниками. Сначала внедряли программу через магическое воздействие, ослабляя волю. Затем добавляли страх — за себя, за родных, за будущее. И человек, даже самый преданный, становился инструментом.

— Твой брат жив, — произнесла она. — Я проверю это. Но если ты хочешь его спасти, ты должен помочь мне. Расскажи всё, что знаешь о тех, кто тобой управлял. Как они выходили на связь? Где встречались? Какие имена упоминали?

Маркус поднял на неё глаза. В них блестели слёзы.

— Они… они никогда не встречались со мной лично. Только через голоса. Но однажды, когда я получал инструкции, я заметил кое-что странное. Голос, который звучал в моей голове, использовал слова, которые я слышал раньше. Слова, которые используют только здесь, в Канцелярии. Специфические термины, профессиональный жаргон. Я подумал… я подумал, что тот, кто мной управляет, тоже работает здесь. Или работал раньше.

— Кто-то из Канцелярии, — произнесла Айла. — Кто-то, кто знает бухгалтерские термины. Кто-то, кто имел доступ к нейровнушению. Кто-то, кто был в курсе всех наших планов.

Она замолчала, перебирая в уме возможных кандидатов. И вдруг её осенило.

— Лекс, — прошептала она. — Лекс был не один.

Лекс. Молодой клерк, которого они утилизировали после покушения на Скольда. Он был кротом — это они знали. Но они считали, что он действовал в одиночку или по приказу внешних сил. Что, если у него был сообщник? Кто-то, кто остался в тени, когда Лекса раскрыли? Кто-то, кто продолжил его работу?

Айла активировала свой сканер и начала быстро просматривать данные по всем клеркам Канцелярии, которые работали в одно время с Лексом. Большинство из них были чисты — их нейронная активность была в норме. Но один паттерн привлёк её внимание. Клерк по имени Лин — тот самый, который пытался отравить её несколько дней назад. Она была парализована и допрошена, но Айла тогда не обратила внимания на одну деталь. Нейровнушение, которому подверглась Лин, было более сложным, чем у других. Оно не просто ослабляло волю — оно создавало ложные воспоминания, ложные мотивации.

И оно было активировано изнутри Форпоста. Не извне. Из кабинета, который находился в нескольких метрах от того места, где сейчас сидел Маркус.

— Кто работал с Лин? — спросила Айла, поворачиваясь к Маркусу. — Кто сидел за соседним столом? Кто обучал её?

Маркус побледнел ещё сильнее.

— Это… это был… — он запнулся. — Это был клерк по имени Вернер. Он исчез неделю назад. Сказал, что болен. Но я видел его вчера вечером. Он был в архивном зале. Разговаривал с кем-то через зашифрованный канал.

— Вернер, — повторила Айла. — Где он сейчас?

— Не знаю. Он не появлялся сегодня. Но он говорил что-то о складе №3. О том, что там будет встреча.

Айла стиснула зубы. Склад №3. То самое место, где она только что встречалась с Дорианом. Если Вернер был там, он мог видеть её. Мог понять, что она работает против заговорщиков. И мог предупредить остальных.

— Маркус, — произнесла она, поворачиваясь к выходу. — Ты останешься здесь. Ты не будешь пытаться бежать. Если ты попытаешься, мои люди тебя остановят. Если ты будешь сотрудничать, я позабочусь о твоём брате. Ты понял?

— Да, — прошептал он. — Я понял. Спасибо.

Айла не ответила. Она уже шла к выходу.

— — Часть 6. Охота

Время сжималось. До дуэли оставалось меньше получаса, и каждая минута была на вес золота. Айла шла через тёмные коридоры Форпоста, сверяясь со своим сканером. Она загрузила в него данные о Вернере — его нейронную сигнатуру, его обычные маршруты, места, где он бывал чаще всего. Сканер показывал, что последний раз его сигнатура была зафиксирована в архивном зале Канцелярии около часа назад. Затем она исчезла.

Архивный зал. То самое место, куда, по словам Шена, заходила Ирма после разговора с Айлой. Там что-то было. Что-то, что связывало всех заговорщиков в единую сеть.

Айла спустилась в подвальный этаж, где располагался архив. Это было мрачное, пыльное помещение, заставленное стеллажами с папками и свитками. Воздух здесь был спёртым, пропитанным запахом старой бумаги и плесени. Единственным источником света были тусклые алхимические горелки, развешанные по стенам.

Она медленно двинулась вдоль стеллажей, сканируя пространство. Её «Полевой хирург» был активирован на полную мощность, фиксируя малейшие движения и звуки. Тишина стояла оглушительная, но где-то в глубине архива, на границе слышимости, раздавался едва уловимый шорох. Кто-то был здесь. Кто-то прятался среди бумаг.

Айла вынула «Шёпот смерти» из ножен. Клинок тихо замерцал в темноте, словно предвкушая бой.

— Вернер, — произнесла она, и её голос разнёсся под сводами архива. — Я знаю, что ты здесь. Выходи.

Тишина. Затем шорох усилился, и из-за дальнего стеллажа вышел человек. Он был низкого роста, щуплый, с бледным лицом и бегающими глазами. Его руки дрожали, но в них он сжимал короткий меч — оружие, явно не предназначенное для его неумелых рук.

— Госпожа Айла, — произнёс он, и его голос был тонким, почти визгливым. — Я не хотел… Я не хотел, чтобы всё так вышло. Они заставили меня. Они…

— Кто? — перебила его Айла. — Кто заставил тебя? Кто управлял Лин, Маркусом, контрактниками? Назови имя.

Вернер задрожал ещё сильнее. Его глаза метались по сторонам, словно он ожидал, что кто-то придёт ему на помощь.

— Я не могу… Они убьют меня… Если я скажу…

— Если ты не скажешь, я убью тебя, — холодно произнесла Айла и сделала шаг вперёд. — И поверь, я сделаю это гораздо медленнее и мучительнее, чем они. Я врач. Я знаю, как причинить боль, не убивая. У тебя есть три секунды, чтобы начать говорить.

Вернер всхлипнул и опустил меч.

— Это… это был он, — прошептал он. — Это был человек из Канцелярии. Не Лекс, не Лин, не Маркус. Они были просто пешками. Настоящий лидер… он работает здесь уже несколько месяцев. Он внедрился в нашу систему, когда она только создавалась. Он… — Вернер запнулся и упал на колени. — Он следил за мной. Он знал, что я расскажу вам. Он…

Внезапно его тело содрогнулось. Глаза расширились, рот открылся в беззвучном крике. Айла бросилась к нему, но было поздно. Вернер рухнул на пол, и из его рта потекла тонкая струйка крови. Его нейронная активность на сканере мигнула алым — и погасла.

Кто-то только что активировал встроенную в его мозг программу самоуничтожения. Кто-то, кто знал, что Вернер раскрыт, и решил убрать свидетеля.

Айла выпрямилась и огляделась. В архиве было пусто, но где-то здесь, среди стеллажей, прятался тот, кто только что убил Вернера. Тот, кто стоял за всем этим заговором. Тот, кто был истинным кукловодом.

Она активировала сканер и начала медленно обходить стеллажи. Её сердце билось ровно и спокойно — «Полевой хирург» глушил эмоции, оставляя только холодный, аналитический расчёт. Она знала, что идёт в ловушку. Знала, что враг ждёт её. Но у неё не было выбора. Если она не остановит его сейчас, он нанесёт удар в самый неподходящий момент.