Тайна души

— А зачем? То крыло нам совсем не нужно. Да и тем более… — он остановился и немного помолчал. — Мой дед всегда говорил, что там произошла какая-то ужасная история, порочащая нашу фамилию. Так зачем восстанавливать эту «грязь»? Так что не лезь, куда не надо. Ты же не пятилетний ребенок, в конце концов.

— Да, конечно, — я проигнорировал эту последнюю фразу и с его позволения покинул библиотеку.

В итоге никаких ответов найти не удалось, и ничего путного узнать тоже. Возможно, что нужная вещь находится на чердаке, там и вправду всегда хранилось много старья. Но точно ли? В любом случае, проверить не было лишним.

За фонарем (на чердаке уже лет сто никто не был, так что вряд ли там было светло) мне пришлось самому идти в подсобку. Филипп ужасно устал, в одиночку выполняя обязанности по дому, так что я настоятельно попросил его сесть, и пошел в кладовую сам. Зайдя через дверь на кухне в подвал и тщетно обойдя несколько шкафов со всяким барахлом и едой, я все-таки смог найти старый фонарь в самой глубине комнаты.

Вдруг до моего слуха донесся громкий шум, который не был похож на мышиный. Что это может быть? Если кто-то решил «навредить» нашим запасам, то лучше сразу его устранить. Я направился на звук, все больше и больше напоминавший чье-то неприятное чавканье. В углу показалось черное платье и красный силуэт. Некто услышал мои шаги и, видимо, испугавшись света фонаря, вскочил. Я вздрогнул, когда понял и полностью увидел всю картину. Звук издавала новая служанка, а красный силуэт создавал ее сияющий красным оттенком спутник. Алые глаза существа, больше похожие на звериные, также в ужасе смотрели на меня, как и хозяйка. В руках служанка держала жирный кусок бекона, испачкавший весь ее рот. Ситуация оказалась крайне неловкой. Видимо, она в тайне подъедает в погребе…

Девушка кинулась ко мне, жалобно закричав:

— О, господин Оллфорд, прошу, не говорите никому, особенно Филиппу! Он точно уволит меня! А у меня больная мать, нам нечем платить за лекарства! — в неистовстве умоляла она.

— Все нормально, вам не за что извиняться, не волнуйтесь, — начал успокаивать я ее, отворачиваясь от красного спутника, который почти что вплотную придвинулся к моему лицу. От одного вида этих пожирающих глаз мне становилось дурно... Девушка уже встала на колени, почти рыдая. — Я никому ничего не скажу. Пожалуйста, приведите себя в порядок.

— Спасибо, — поблагодарила служанка и встала с колен.

Я сразу же быстрым шагом поднялся наверх, не оглядываясь. Внутри еще остался неприятный отпечаток от произошедшей сцены. Как мне привыкнуть к этому?

С большим усилием мне удалось подняться на чердак. Тут наверняка лет сто никого не было. Потолок и некоторые места на стене были покрыты паутиной, которая все время попадала на лицо и волосы. В темной комнатке возможно ориентироваться только по свету фонаря. Царила невозможная духота. Воздух наполнил едкий запах, и с каждым вздохом становилось все тяжелее дышать. Я, стараясь ходить осторожнее, так как пол, казалось, вот-вот обрушится под моей тяжестью, захотел открыть окно, чтобы хоть как-то облегчить дыхание. Но единственное небольшое окошко на стене почему-то было забито досками. Нужно быстрее осмотреться и уйти из этого отвратительного места, иначе я точно задохнусь.

Я искал что-нибудь похожее на шкатулку или коробку, где могут хранится украшения. Хлама здесь оказалось больше чем антиквариата. Осмотрев все углы, из-за чего руки стали черные от грязи, мое внимание привлек небольшой сундук под письменным столом (на фоне старых вещей он особенно выделялся). Я вытащил его и внимательно рассмотрел под светом фонаря. Крышка сундука была расписана причудливыми узорами. Возможно, это просто какой-то антиквариат, но, может быть…

Я осторожно открыл крышку. Внутри лежало куча старых записей, какие-то чертежи, рисунки. Под грудой бумажек в углу аккуратненько стояла небольшая продолговатая золотая шкатулка. Чутье подсказывало мне, что это не просто старая коробочка. Аккуратно подняв и открыв ее, я увидел необыкновенную красоту: внутри лежало целых пять колец. Ободок каждого был сделан, если знания меня не подводят, из белого золота, но с разными верхушками довольно большого размера, и над каждым, на крышке, были изображены разные животные.

Над первым кольцом была изображена змея. На верхушке кольца я увидел зеленый изумруд, который обвивала небольшая змейка, точь-в-точь повторяя рисунок на крышке. Правда, сам камень был немного странный: когда я рассматривал кольцо с разных сторон, то под определенным углом казалось, будто из изумруда выглядывал глаз. Но, скорее всего, это впечатление создавали мое воображение и дурнота от духоты.

На верхушке второго кольца красовался алый опал, причем со всех сторон его покрывали рубины в форме зубов, словно поедая. Над ним было изображено уродливое существо: голова свиньи с огромной пастью и с большими клыками, имеющее медвежье тело.

Третье кольцо украшал синий сапфир, который обвивали руки, будто появившиеся из недр самого Ада и захотевшие заполучить этот несчастный драгоценный камень — такие ассоциации вызывал у меня дизайн этого кольца. На крышке была изображена коза. В этот момент мне показалось, будто руки на кольце начали двигаться... Все эти галлюцинации точно из-за нехватки свежего воздуха — вещи не могут быть живыми!

Четвертое кольцо поразило мое воображение еще больше. Верхушка была полностью сделана из золота, на нем не было узоров или украшений, только этот благородный металл. Создавалось представление, будто откуда-то сверху течет жидкое золото и сразу же застывает на верхушке кольца. На крышке была нарисована омерзительная картина: жабу неестественно желтого цвета окружили муравьи и поедали.

Посмотрев на последнее кольцо, я почему-то почувствовал печаль. Его верхушка, на которой красовался белый топаз, напоминала слезу. На крышке была изображена черепаха. Ее панцирь покрасили в мрачный голубой цвет. Мне стало настолько тоскливо, что пришлось на минуту отвернуться, чтобы перевести дух.

В шкатулке не хватало только двух колец. Над первым недостающим кольцом был изображен лев, чьи глаза, неестественно поднятая лапа и взъерошенная шерсть отражали только гнев, ненависть и жажду убийства. Над вторым же был изображен павлин с необычайно красиво нарисованным хвостом. Изображения животных и качество колец поражали своей красотой. Это была работа настоящего мастера.

Я очень долго рассматривал каждое кольцо. Все материалы точно настоящие. Да и стоят они целое состояние! Почему такая выдающаяся вещь лежит здесь, на этом пыльном чердаке? Неужели никто их не заметил? Хотя двух колец все-таки не хватает…

Черного кольца здесь так же не было. Однако я чувствовал, что в этой шкатулке находятся значительные вещи. Их нельзя оставлять на этом пыльном чердаке.

Глава 3

В восточное крыло пришлось идти ночью, чтобы никто не заметил моего «преступления». Я еле выломал ломом, взятым незаметно в той же подсобке, дверь и вошел. Внутри было не так уж и плохо, как представлялось из рассказов отца. Я направился к ближайшей двери по длинному коридору, казавшимся бесконечным. Причем меня посетило такое сильное чувство дежавю, что по телу прошли неприятные мурашки.

Наконец-то я дошел до двери. Она была в расхлябанном состоянии, поэтому, поднапрягшись, мне с легкостью удалось ее выбить. За ней находилась столовая. Комнату освещали только лунный свет и мой фонарь. Я удивился, что попал в столовую. Обои обрывались, пол был накрыт грязным ковром, вся мебель, посуда и вещи почему-то остались нетронутыми. Что с этой комнатой не так? Такое ощущение, что из столовой сбежали, а не закрыли из-за опасности обрушения. Воздух здесь также наполнен каким-то зловонным запахом. Атмосфера угнетала.

За большим столом виднелась очень знакомая дверь. Не могу вспомнить, где я мог ее видеть. Возможно, она просто похожа на какую-то другую… На миг ее цвет стал принимать алый оттенок. Это видение продлилось секунду… Придя в себя, я медленно и неуверенно подошел к двери. Рука невольно коснулась поблекшего дерева, грубо дернув за ржавую ручку. Стало невыносимо холодно, все тело покрыла дрожь. Все это где-то уже было…

Дверь тяжело открылась всего на несколько сантиметров. Пришлось с силой толкнуть ее, чтобы войти внутрь. Раздался противный скрип по всей комнате. Лестница за дверью вела в пустоту. Подвал, прекрасно! Даже свет от фонаря не мог осветить путь — вдалеке была только тьма. Мои руки плотно, до боли в пальцах, схватились за холодные перила. На секунду чутье остановило меня: «А стоит ли?». Но что-то привлекало вниз, звало…

Я сделал первый шаг. Потом еще один. Меня до сих пор окружала тьма, фонарь будто совсем не светил. От накатившего страха я настолько быстро пробежал по ступеням, что чуть не свалился. Под ногами почувствовалась холодная сырая земля. В подвале было очень тихо. Можно было услышать свое дыхание и быстрое биение сердца. Моему взору представилось почти что пустое и ужасно грязное помещение. Атмосфера была еще хуже, чем наверху. Здесь будто обитало что-то, и это существо оставило здесь свой мерзкий след.

В комнате были только страшно грязные картины, мебель и огромная, высокая, красная ваза. Ее украшали причудливые узоры, при этом на керамической поверхности не было видно ни одной пылинки и грязи, а цвет даже не потускнел — будто она совсем новая. Невероятно. Возле нее лежала такая же прекрасная крышка. Возможно, это тот самый «сосуд», о котором говорила девушка, но причем тут кольца? Как связать все эти вещи вместе? Ничего не пойму… В итоге пришел к тому, с чего и начинал. Причем вопросов стало еще больше.

Внезапно послышался чей-то громкий топот. Что-то или кто-то спускался по лестнице, но потом застыл. Настала гробовая тишина. В этот момент все замерло.

Само время, казалось, тоже остановилось.

Я резко закричал — слишком долго длилось это безмолвие, и нервы просто не вытерпели.

— Зачем же так орать? И хватит светить мне в глаза, — раздался недовольный голос Ричарда, тщетно пытавшегося закрыть рукой лицо.

— Ричард?! Ты что здесь делаешь?! — я специально направил свет фонаря прямо на него, чтобы убедиться, что это мой брат. — У меня чуть сердце не остановилось от страха!

— Я увидел, как ты ломал дверь в восточное крыло и пошел следом. Ты был настолько погружен в свои мысли, что даже не заметил меня.

— Что за бред?!

Минуту мы стояли молча и смотрели друг на друга в напряженной тишине.

Что все это может значить?

— Ну что? Так и будем молчать? — недовольно спросит Ричард.

— Зачем ты следил за мной? Ведь мог просто сразу же остановить.

— Мне стало интересно, зачем ты сюда пошел.

— Ты мне врешь, Ричард!

— Послушай, Энтони, я на твоей стороне. Как бы странно это не звучало… — он отвернулся от меня в замешательстве.

— Что значит «на моей стороне»?

Он глубоко вздохнул, лицо стало серьезным и строгим, глаза смотрели куда-то вдаль, сквозь меня — его известный способ абстрагироваться, когда ситуация ему неприятна или когда приходится рассказывать на личные темы.

— К тебе ведь приходила девушка просить о помощи: поэтому ты здесь, так?

— Допустим, — нехотя ответил я.

— Она тоже ко мне приходила, еще до твоего приезда… Я видел ее во сне.

Моему удивлению не было предела.

— И она тоже просила тебя о помощи?

— Да.

Во мне разыгралась обида. Не из-за того, что девушка просила помощь не только у меня, а просила ее именно у Ричарда. Это же Ричард. О какой помощи может идти речь? Он всегда думает только о себе.

— А для чего тебе ей помогать? Не припомню, чтобы ты отличался отзывчивостью.

— У меня есть на это свои причины.

— Ну конечно.

— Энтони, это не самое лучшее место, чтобы спорить.

В этом Ричард был прав, место и вправду было жуткое, и постепенно в этом подвале становилось все холоднее. Но с каждым его словом раздражение росло, и ситуация все больше выводила меня из себя. И так всегда — когда мы оставались наедине, во мне просыпалась затаенная ярость. Самому противно от своего поведения, но общаться с ним по-другому не могу.

— Хорошо, а ты понял, что нужно делать?

— Да. Мы не так долго говорили, но суть она успела объяснить.

— Тогда может и мне расскажешь?

— Это не подождет? — недовольно спросил он.

— Нет!

— Ладно… Ее мучает какой-то монстр не из нашего мира, и она обратилась ко мне, чтобы я ей помог. Правда, потом она исчезла, и я больше не видел ее во снах. Девушка сказала, что помочь ей можно только, если убить его с помощью какого-то кольца. Я перерыл весь дом, но так ничего и не нашел. Еще она говорила о сосуде, который, видимо, стоит за тобой, но не указала, где его искать. У меня были мысли о восточной стороне дома, но я не был уверен. А, увидев, как ты ломаешь дверь сюда, понял, что мы с тобой ищем одно и то же.

— Да уж, не сильно много она тебе объяснила, впрочем, как и мне. Одного я не пойму, почему она приходила и ко мне, если обратилась к тебе, — Ричард так уверенно рассказал свою историю, будто был знатоком в паранормальных явлениях. Сколько же он знает? И сколько видит?

— Меня тоже интересует этот вопрос. В любом случае, нашел ли ты то кольцо, о котором она говорила?

— Я нашел какие-то кольца, но там не было ни одного черного.

— А нужно именно черное? Может быть, нужно любое, с помощью которого можно его уничтожить.

— Стой, подожди. Уничтожить?! — дошло до меня.

— Да, а в чем проблема? — самодовольно спросил он.

В моей памяти сразу возникли те два существа, напавшие на мальчика и… тот монстр. Если этот мучитель такой же, то Ричард даже не представляет, с кем нам придется столкнуться.

— Послушай, ты хоть когда-нибудь видел, какие они могут быть?! Это невозможно!

— Спокойно, не нервничай. Они ведь нам ничего не могут сделать.

Да, как тут не нервничать! Всегда удивлялся его уверенности в себе.

— Ты кем себя вообразил?! Спустись на землю!

Внезапно в комнате стало еще холоднее. Это заметил и я, и Ричард (судя по тому как он поежился). Комнату покрыл густой белый туман.

— Что происходит? — недоумевающе спросил Ричард, видимо, тоже почувствовав, что атмосфера изменилась.

При свете фонаря за серой дымкой проявлялся силуэт девушки. На ее мертвенно-бледном лице отражалась усталость и боль. Она грустно посмотрела на меня и Ричарда.

«Вы пришли оба?» — громко прошептала она в нерешительности.

— Да, но мы, скорее всего, не сможем тебе помочь, по крайней мере, сейчас.

— О чем ты говоришь?! — прошипел Ричард. Я с непониманием посмотрел на него. Неужели он не видит, что мы не имеем ни сил, а в особенности знаний о том, что нужно делать. — Мы тебе поможем, — на отрез отказываясь соглашаться со мной, ответил девушке брат.

— Ричард, ты что, не понимаешь?! Мы даже не знаем, что делать! Я тоже хочу помочь, но…

«Нужно кольцо, кольцо…», — умоляюще произнесла девушка.

Я вытащил из кармана продолговатую коробочку с кольцами, которую нашел на чердаке, и открыл крышку.

— Какое из них?

Она с надеждой взглянула на украшения, но, просмотрев все, ее лицо исказилось в отчаянье.

«Нет, все не то, не то!» — завопила она. От подобных воплей кровь застыла в жилах — это был крик отчаявшейся жертвы.

В этот момент стало невыносимо дышать: легкие заполнил ледяной холод, внутри все сжалось.

«Это он! Поздно…», — в ее голосе звучал ужасающий страх.

Внезапно из ниоткуда появилась ужасающая фигура, так оглушительно и быстро, что девушка отчаянно вскрикнула. Сердце болезненно сжалось. Мое врожденное чутье сразу почувствовало в нем всю грозящую опасность. Я сразу вспомнил эту жуткую атмосферу: это тот самый монстр. Такое не забудешь! В памяти возник бедный мальчик, которого он так чудовищно и безжалостно поедал. Это точно конец… То, во что мы ввязались, — самоубийство.

«Наивная! Неужели ты думаешь, что я настолько глуп?»

Этот бесчеловечный голос ужасал. Захотелось убежать подальше, уменьшиться в размерах, чтобы он тебя не увидел. Я всем телом чувствовал его ужасающую силу, которая полностью поглощала все мое существо. Стало по-настоящему страшно, так страшно, что захотелось спрятаться подальше, в далекий уголок, и сидеть там, пока хозяин этого ужаса не уйдет.

Ричард что-то пытался сделать, но видно было, что он так же, как и я, почувствовал давление этой чудовищной силы, которое не позволяет даже дышать. Тут не нужно врожденное чутье, чтобы понять, что с ним невозможно тягаться, даже пробовать не стоит. Особенно Ричард явно ничего не видит!

«Вы просто мухи! Вас нужно было уже давно прихлопнуть.»

Он посмотрел прямо на меня. Этот взгляд был настолько холоден и зловещ, что тело выворачивало наизнанку.

Монстр резким движением огромной руки схватил девушку за горло. Она не успела даже пискнуть, как ее поглотил алый разъедающий дым, после чего бедняжка неистово завопила. От ее крика разрывалось сердце — в нем было столько отчаянья и боли. Я не мог даже пошевелиться и, не отрываясь, смотрел на эту жуткую сцену.

Повсюду начал распространяться черный, как сама тьма, туман, который заморозил все тело. Невозможно было даже пальцем пошевелить. Мир просто отдалился, отошел в сторону, а на первое место стал Он — создатель ужаса. В меня через силу проникла жгучая боль. Я задрожал всем телом, ноги не держали болезненное тело. Ричарда также пробила сильная дрожь от пронзительной боли, уничтожающей весь организм изнутри. Он уже валялся в судорогах, вцепившись в свою рубашку и пытался закричать, но издавал только еле слышные звуки, пытаясь набрать воздуха.

Это произошло настолько быстро, что я даже не успел ничего понять. Просто смотрел на то, как убивают моего брата…

Внезапно я почувствовал невыносимую боль в горле. Острые пальцы вцепилось в мое горло, мерзкое лицо возникло прямо передо мной. В его черных змеевидных глазах я не увидел ничего человеческого.

— Чудовище, — только и смог прошипеть я.

После этих слов, вырвавшихся в порыве отчаянья, мне стало тяжело дышать, в глазах потемнело. Ничего не было видно кроме холодной тьмы. Я понял, что все кончится сейчас…

* * *

Когда я открыл глаза, все исчезло, будто ничего и не было. Мир, как и эта комната, вернулись в нормальное состояние. Горло невыносимо болело. Дрожь в теле потихоньку проходила, но страх, который пришлось испытать совсем недавно, невозможно было забыть… Такое точно не сотрется из памяти.

Ричард тоже был жив. Он сидел возле меня бледный как полотно. Этот момент наверняка также оставит на нем свой отпечаток.

— Ты все равно еще хочешь помочь той девушке? — спросил я, когда Ричард своими дрожащими руками помогал мне встать.

— Да…

После произошедшего я пошел в свою комнату, свалился на кровать и заснул. Спаслось ужасно. Я часто просыпался, вздрагивая или крича. Когда сон уже совсем не шел, за окном светило солнце.

Нет времени на отдых. Нужно что-то предпринять до того, как этот монстр вернется. И жива ли эта девушка? Точнее, она мертвая, но на совсем ли? Может ли умерший снова умереть? И почему это чудовище не убило нас? Что делать дальше?

Слишком много вопросов без ответа.

В этот момент мне вспомнилась Эсмеральда. Она ведь не умерла и находится там уже давно. Может, ей что-нибудь известно?

Я собрал все оставшиеся силы, встал и направился вниз, в сад. Но остановился на полпути, услышав воодушевленные голоса в гостиной. После смерти бабушки мне не попадались на глаза ни мать, ни сестра. Меня вдруг охватило неожиданное любопытство посмотреть…

Я зашел в гостиную, все еще не понимая своего неожиданного порыва, особенно после произошедшего. Мама и Эмили сидели на диване и разбирали покупки. Над ними были все те же скелеты. Я надеялся, нет, хотел увидеть их в человеческом образе, но они были изуродованы, как и у отца. Точнее идентичны, только цвет немного отличался. Их скелеты, точнее их кости, казалось, сплетались воедино, были неотделимы друг от друга. Лиловый цвет матери соединялся с кораллово-розовым цветом сестры — вместе эти оттенки создавали омерзительное чувство. Что это может быть? Что означают все эти цвета? А это соединение душ — семейные узы или цепи развращенности?

— Энтони, ты еще не выздоровел? У тебя такой болезненный вид, — первая спросила Эмили, когда я подошел. В этот момент Филипп аккуратно доставал ее новое платье из коробки. Еще одно. Зачем женщинам столько платьев? Никогда не понимал этого…