Перстень Пушкина. Драмы о Пушкине и Тургеневе

Московский дом Василий Андреевич и Варя

Варя. Дорогой Василий Андреевич, вы на несколько часов опоздали.

Василий Андреевич. Как это случилось?

Варя. Мы с Николя были в гостиной, я удивилась, что в ее комнате так тихо. А когда вошла, поняла, что все кончилось.

Василий Андреевич. Отмучилась. Теперь я остался совсем один. Не с кем поговорить о Пушкине и об Иване.

Варя. Но вы нужны Ивану, он вами живет и дышит.

Василий Андреевич (подходит к кровати). Вот и вы ушли, Варвара Петровна, вот и нам с вами расставаться пора. Но вы же нас и там не оставите? Поэтому я не прощаюсь.

Он поворачивается и выходит в гостиную.

Василий Андреевич (Николаю) Словно вчера стоял в библиотеке Пушкина. Неужели дюжина лет пролетела? Время несется все быстрее к старости. О, как же он мучился. И от полного бессилия оставалось только разрыдаться. А люди все шли и шли к дому, и под окнами стояли. А какой был лютый холод в том феврале.

Входит доктор Берс

Доктор Что вы думаете, будем ждать Ивана или хоронить надо?

Василий Андреевич Нет, нет, хоронить. Он не приедет так быстро, он далеко.

Доктор Какой упрямый ваш ученик. Даже Варе не поверил, а мне казалось, что ей он во всем доверяет. А ведь он с ней с самого ее рождения был, сам воспитывал и все всем доверял.

Василий Андреевич, Да и я не думал, что она нас так быстро покинет, как же можно было знать такое. Борец была, настоящий борец. Но как-то в последнее время силы ее оставили. Пропала воля к жизни.

Действие 4

Явление 1

Иван, Николай, Василий Андреевич

Иван возвращается в Москву. Останавливается в Московской квартире

Иван Сколько лет прошло. Каждую ночь наше Спасское снилось, но все никак вернуться не мог.

Николай Во всех газетах о смерти Гоголя пишут.

Иван И он меня покинул, беда одна никогда не ходит. Кому же еще некролог написать, только мне. Вряд ли кто-то отважится, все понимают, что там, где Гоголь, там и Пушкин рядом. А это смертельно опасно для нас всех.

Появляется Василий Андреевич

Василий Андреевич В Петербурге печатать отказались. Мне вроде и бояться уже нечего. Но вежливо так отказали. И намекнули, что не надо этого делать.

Иван Значит будем брать Москву, где наша не пропадала? Я понимаю только одно —нельзя молчать.

Василий Андреевич И все-таки не стоит цензоров дразнить, ты мало жил в России. А тут так много перемен и не слишком приятных случилось.

Иван. Но я не могу, как они промолчать, так мы долго молчали, а о Пушкине почти забыли, но нельзя затаптывать их могилы, забывать имена и то, что они сделали для нас. Если больше некому, значит настал мой час.

Василий Андреевич Мне бы хотелось тебя остановить. Но они с небес на меня взирают и не дают этого сделать.

Иван. Вот и замечательно, когда за ними такая сила, то ничего не страшно.

Василий Андреевич Как я останавливал его, когда мы писали Руслана и Людмилу, он меня послушался, и остались от славянских сказок только 14 строчек, а все остальное —мифы севера. Но он был слишком юным. А ты уже не мальчик, а муж.

Иван За нами правда, и нечего бояться. Сибирь, так Сибирь\

Тень мечется по дому. Они оба вглядываются. Пронзительно закричал рыжик кот, за окном взвыл пес. Но Иван дописывает некролог.

Иван. Вот послушайте, ну что здесь такого крамольного: «Гоголь умер! Какая русская душа не содрогнется при этих двух словах?.. Да, он умер, этот человек, которого мы теперь имеем право, горькое право, данное нам смертию, назвать великим».

Василий Андреевич. Могу предположить, что они поставят в вину «он называет великим писателя, который смеялся над порядками империи. Тургенев проявил «неуместный восторг» по поводу писателя, чей талант был направлен на осмеяние государственных устоев. — запиши дословно, потом сверишь их вердикт, с тем, что я говорил, не думаю, что будут большие различия в формулировках

Иван. И все-таки это невероятно и невыносимо слышать.

Василий Андреевич, А не я ли был учителем императорских детей. Вот и научил на свою голову.

Явление 2

Жандармы, Иван, Николай в Московской квартире.

Жандарм (вваливаясь в гостиную) Вот предписание Государя Императора об аресте. Вы не должны покидать дом до особого распоряжения.

Иван (артистично) А изволите узнать, что я натворил, кого убил или ограбил? За что меня арестовывают?

Николай Не надо с ними так разговаривать, братец. Василий Андреевич тебе обо всем сказал заранее.

Иван А как мне с ними разговаривать? За что они меня арестовывают, может ты подскажешь?

Николай (читает постановление) За Гоголя, статья не успела появиться, а ты уже под арестом. Цензор Львов, ее пропустивший, уволен вовсе. Власть не дремлет.

Иван Так вот как их пугает писательское слово. Ну что же, мне это даже забавным кажется. Я ощущаю себя героем и арестантом.

Николай Тут мало забавного, надо Василию Андреевичу обо всем сказать.

Он удаляется вместе с жандармом. Иван остается в доме один

Иван Так вот о чем меня предупреждал наш Учитель. Наверное, я и правда от жизни сильно отстал.

Голос Пушкина Ничего нового нет у нас в России. Но я бы тоже написал реквием, если бы смог. Он был таким славным, забавным, и как он мог им помещать?

Иван И что дальше, в Сибирь сошлют?

Голос. Это вряд ли, ты успел стать знаменитым писателем в Европе, а они не захотят портить отношение и выдавать тьму, в которую погружены. Император наш беспокоится о том, что его братья немцы да французы скажут.

Иван Значит Спасское. Я бы и сам с великой радостью туда отправился, хоть завтра. Но теперь надо сидеть и ждать величайшего позволения,

Голос А они меня тогда спасли от восстания. Может и нас теперь уберегут от чего более страшного. Арест бывает полезен и для вдохновения, и для жизни.

Жандарм (возвращается) Проследуйте в полицейский участок, ночевать вам там придется, таково новое распоряжение.

Иван поспешно собирается и следует за ним

Явление 3

Камера полицейского участка Кровать, стол, два стула. В сопровождении жандарма входит Николай

Николай. Не так просто было до тебя добраться. Они меня обыскали, чтобы я не захватил чего-то запретного

Иван А что Василий Андреевич?

Николай. Не удивился даже, он словно знал, да когда столько при дворе провел, то все прекрасно известно

Иван. И что же мне тут делать?

Николай Писать. Желательно что-то простое и ясное, о любви, о природе и разных внезапных поворотах в судьбе героя. Вспомни «Повести Белкина»

Иван. О любви говоришь, о природе, напишу — ка я ту историю, которая нас так потрясла с Варей, о погубленной собаке

Николай Ты снова за свое, хочешь здесь всю жизнь провести. Вспомни Пушкина, он так не упрямился, и умел и в Болдино, и в Михайловском время с пользой проводить. А там глядишь, все и образуется.

Иван. Хотела матушка, чтобы я писателем стал, вот и стану, тут больше все равно делать нечего. Но уж эта история будет первой.

Николай (покидая камеру) Какой он упрямый, кажется мягким и пушистым, но если прижать немного, так прям мраморным становится, Пиши, но спрячь хорошенько, чтобы не пропал твой скорбный труд, дум высокое стремление.

Иван (глядя ему в след) Придет желанная пора, оковы тяжкие падут, темницы рухнут, и свобода нас примет ласково у входа. Только его стихами и придется утешаться.

Снова появляется жандарм с новым предписанием

Жандарм Его величество лично повелел вас отправляться в Спасское и жить там до особого повеления. Усадьбу не покидать, а столицах не появляться.

Голос. Император каким был таким и остался, ничего не изменилось

Иван собирается в дорогу

Явление4

Спасское. Иван стремительно направляется к дому. Там слуги и Варя. Они обнимаются

Жандарм Его величество лично повелел вас отправляться в Спасское и жить там до особого повеления. Усадьбу не покидать, а столицах не появляться.

Голос. Император каким был таким и остался, ничего не изменилось. Ну ссылка так ссылка, нам не привыкать.

Иван (входя во флигель) А вот мы и дома, не по собственной воле, но все-таки дома.

Варя Я все приготовила, Ванечка. Вам тут будет уютно и надеюсь работаться будет легко. Как матушка говорила мол, не было счастья, да несчастье помогло.

Иван Голубушка моя, не стоит так рисковать из-за меня и, из-за Гоголя, не хочу, чтобы жандармы и к вам пожаловали

Варя Ну о чем вы, это же наше имение, и почему бы мне здесь не бывать когда вздумается, у кого я должна разрешение спрашивать, чтобы домой вернуться?

Иван Смотрю на вас с Николя, и кажется, что это матушка со мной рядом стоит.

Варя (глядя на маску Пушкина над столом) А мне кажется, что и он здесь, не знаю, как объяснить, но я чувствую, что он с нами. А что будет, когда перстень появится?

Иван Если бы вы знали, как я жду этого часа.

Варя (отворачивается от маски, листает рукописи на столе, рассматривает рисунки на страницах) Это настоящее сокровище. Спрячьте хорошенько, когда они придут.

Иван Вот и я не устаю повторять, какое это сокровище. А стихотворение «Я вас любил» давно стало заговором и заклинанием.

Варя Пока я тут порядок наводила, к нам заглянул сосед наш Афанасий Афанасьевич Фет. Вы наверняка о нем много слышали. Он такой забавный. Как узнал, что вы тут будете, обещал непременно заглянуть и во всем помогать, опыт у него в таких делах не малый.

Иван. А вы объяснили ему, что я не просто так тут домой

приехал, что у него из-за меня могут быть неприятности. Не многие решатся на этот раз тут побывать.

Варя Ну конечно объяснила, и про Гоголя он знает. Но он столько пережил в юности, что вряд ли его такое недоразумение остановит. Впрочем, я все передала, что он просил, а там разбирайтесь сами.

Иван Ну тогда ладно, все не так скучно будет. « Я вас любил так искренне, так нежно, как дай вам бог любимой быть другим» (повторяет на разные лады, прислушивается, ему кажется, что кто-то вместе с ним повторяет эти строки).

На закате отправляется на старое кладбище

Иван Простите, матушка, все произошло так быстро, что я не успел на могиле вашей побывать. Но говорят, что и здесь можно душу вашу встретить. Дальше меня пока не пустят. Донской монастырь недоступен (усмехается)

Он прислушивается, но ничего не слышит, ни шорохов, ни пения птиц.

Иван Там вместо меня братец побывает, я просил его о том, Василий Андреевич тоже свободен, а я пока узник в Спасском, но ни о чем не жалею. Не будут же они меня вечно держать тут. Успею у вас еще побывать.

Он прислушался, показалось, что ветерок коснулся его щеки и запела птичка рядом где-то.

Явление 5

В комнате Иван. Разбирает бумаги и старые письма. Тень в старинном зеркале, появляется перед ним.

Варвара Петровна. Ну, здравствуй, сынок мой любимый. Думал, что мы больше не встретимся?

Иван. Как же я долго тут не был. Да и теперь, если бы не ссылка, скорее всего не появился бы. А теперь деваться некуда.

Варвара Петровна. Я умерла, но ни там, ни здесь, я тебя не оставляла, сынок. А теперь мы и вовсе в нашем Спасском побудем вместе. Сюда мало кто доберется.

Иван. Не о таком я мечтал, семейная жизнь, монастыри, лечебницы — все едино.

А тут еще и призраки.

Варвара Петровна. Я слышала, что ты там, в участке, рассказ написал про Андрей Немого и его собаку.

Иван. Написал, а чем еще мне было там заняться? В участке мне так хотелось чувствовать себя свободным.

Варвара Петровна. И без меня не обошлось, в том рассказе, но я убедилась, что ты меня совсем не знаешь, разве такой страшной я была?

Иван. (про себя) А я думал она не увидит эту рукопись, но от матушки ничего не скроешь. Хотя сколько можно прятаться?

Варвара Петровна. Я тебе всегда говорила, что смерти нет. Что мы возвращаемся на землю, пока нас помнят и любят или ненавидят, как ты.

Иван. Да не было никакой ненависти, просто тяжело мне было с вами рядом, очень тяжело.

Варвара Петровна. Зато теперь я знаю, как ты на самом деле ко мне относился,

Иван. И в чем я был не прав?

Варвара Петровна. Да хотя бы в том, что никуда Андрей не ушел, он со мной оставался до последнего моего дня, в отличие от сына любимого.

Иван. Но ведь нельзя так издеваться над людьми, лишать их самого дорогого и свободы, даже если они ваши крепостные.

Варвара Петровна. Волю дать предлагаешь? А кто о них заботиться будет, что они на той воле делать станут? Посмотрю я как ты их всех освободишь, а главное, что из этого потом выйдет.

Иван. Наверное, я не о нем, а о себе писал. И только после вашего ухода я стал убивать в себе раба, очень медленно, шаг за шагам.

Варвара Петровна. Тебя ведь и на похоронах не было, умудрился не успеть, задержался где-то. А я тебя ждала, до последней минуты ждала, потом поняла, что все напрасно, не дождаться. Герасим ушел от своей барыни и решил не возвращаться.

Иван. И голос я обрел позднее, и дышать и писать стал свободнее.

Варвара Петровна. Хорошо. я уйду и больше не стану терзать тебя своей любовью и заботой. Но пообещай мне только одно.

Иван. Что я пообещать должен?

Варвара Петровна. Сначала слово дай, а потом попрощаемся.

Иван. А если я не смогу его исполнить?

Варвара Петровна. Сможешь, это не так страшно, как кажется, я не стану от тебя каких- то страшных жертв требовать.

Иван. Хорошо, я обещаю, у меня все равно нет выбора.

Варвара Петровна. Все верно, сынок, у тебя нет выбора. Ну коли дал слово — ты от него не откажешься

Явление 6

Иван в той же комнате. Перед ним ларец с письмами, и голос из зазеркалья

Варвара Петровна Прочти эти письма. Когда человек уходит, то звучат они иначе. Может ты хоть что-то сможешь понять?

Иван склоняется над письмами, читает.

Ради бога, Иван, не скучай на чужбине. Вообрази, что это твоя служба. Не служат ли на Кавказе, не стоят ли полки армейские в глуши в Малороссии. Ты бы мог быть сын бедной дворянки, служить в армии и жить в курной избе около Киева… А ты осыпан милостями божьими, и не чувствовать это, не благодарить Бога и родителей… грех. — А пуще ты у меня руки отымаешь сими словами, а между тем всё-таки просишь денег 4.09. 1838 года

Иван. Как же давно это было. Скука и тоска моя была страшной, особенно в первое время, мне все время хотелось домой в Спасское, и только вы меня утешали, как могли, друг мой, матушка.

Иван. Так, а что в этом письме будет такого?

Мой голубчик, моя Александровская колонна, мой безотчётный аккуратник. Денежки истратил, вот вам и сказ, а вы знайте, да вновь присылайте… Папаша бы не послал тебе денег, не получив в прежних отчёту. Надеюсь, что в будущем году из своего приходцу будешь жалеть расходничать. До нового году деньги посланы, да и с лишечком, — более не требуй. 2 ноября 1838

Иван. И это правда, тогда я совсем не умел распоряжаться деньгами и снова приходилось к матушке обращаться. Она ворчала, но присылала. Знал, что все равно пришлет и не особо озабочен был.

Иван (читает)

В твоём письме какая-то грусть, или смерть Тютчевой причиною, или предчувствия… Ты пишешь, что будешь рассказывать, сидя за круглым столом в моём кабинете!.. Увы! Ни круглого стола, ни самого кабинета уже не существует. А кто знает, буду ли я существовать? — Ну!.. что же, я дожила знать, что у меня хорошие дети. И уверена, что они вздохнут глубоко, вспомнив обо мне, и скажут: «Славная была старуха, брат»

Иван Это о том самом жутком кораблекрушении, страшнее и не придумать ничего в моей жизни. Тогда я страшно испугался, и мне хотелось спастись и вернуться домой. Хорошо, что матушка моего малодушия не видела и не знала

Иван (читает очередное письмо)

Знаешь ли ты?.. Знаешь ли ты?.. Как я тебя люблю. О!.. Ежели бы мог ты видеть моё сердце, моё бедное сердце… «Для твоего счастья, для твоего спокойствия живёт с тобою в разлуке сын твой». — Но!.. мой милый Иван, ты это писал, не думав, доживёт ли бедная мать. Мне иногда кажется, что всё мечта, что я никогда не имела мужа Сергея Николаевича], что это был сон, который исчез прежде, нежели я им насладилась. Мне иногда кажется, что я выдумала, что у меня сын Иван, которого страстно люблю. 8 декабря 1840

Иван. Кажется, я не читал этого письма тогда или успел позабыть, выбросил его из памяти, неблагодарный сын. Это правда, мне стыдно и мучительно больно. Может быть прав был ее Андрей, а не мой Герасим. Матушка точно была права, она меня выдумала.

Иван. А это августа 43 Что же там было, и не вспомнить даже (читает)

Мой милый Иван.

Я бы отдала половину моей жизни, чтобы ты мог жить со мною, чтобы я могла жить беспечно, не моё бы дело хлопотать, особенно при слабом моём здоровье. Одно, что меня утешает, это мысль, что я считаю за долг, за обязанность сохранить благосостояние моим детям, как пеклась о их воспитанье и ничего не желала

Иван. Я никогда не задумывался о вашем слабом здоровье, матушка. Мне всегда казалось, что вы не можете болеть, что болезни обходят вас стороной, наверное, мне проще было так думать и легче.

Иван. 7 июля 43 это письмо я помню хорошо. она напивала о моей поэме, хорошо написала

Итак, твоя «Параша», твой рассказ, твоя поема — «пахнет земляникою». Есть картины, которые бы можно было нарисовать из «Параши». Например, два лета — италиянское и русское. Ежели бы я была богата, очень богата, я бы заказала эти две картины Брюллова

Не верите вы в русскую словесность — И я не верю тоже, хоть у нас Весьма легко приобрести известность… Российские стихи, российский квас Одну и туже участь разделяют: В порядочных домах их не читают

Иван Я был счастлив и польщен тогда, может быть в первый раз, и перечитывал это письмо снова и снова. Настоящее признание, хотя она знала, как я отношусь к мазне Брюллова.

Иван. 15 февраля 44 Это последнее, читать больше не хочу и не могу

Позволь мне прижать тебя к сердцу, пока ещё дышу. Я не умею на тебя гневаться. Могу любить — люблю и буду любить до конца жизни. Прости меня, ежели я тебя чем огорчила, что очень может быть, я горяча, но! и сердцем моим к тебе горяча же. Твой верный друг и мать

Иван. Ну вот и все закончилась моя страшна пытка, я исполнил то, что ей обещал. И пусть в нее бросит камень тот, кто не был ее сыном. А мне надо было все это пройти в Спасском, в заточении, чтобы хоть что-то понять.

Явление 7

Иван за рабочим столом, появляется Фет

Фет Приветствую узника, хоть расскажите, что же такое случилось, дорогой Иван Сергеевич.

Иван Обычное дело, впал в немилость государя, а тут еще наш Гоголь не вовремя скончался, вот все к одному. Но не стану на покойника грешить, это был только предлог. А вот публикация «Записок охотника» — это настоящее преступление.

Фет — Неужели «Записки охотника» главная ваша беда. То ли дело мои стишки про шепот, робкое дыхание, трели соловья. Они там даже и глаголов —то найдут, а нет глаголов, нет и дела. Живу по соседству, но свободен, чего и вам желаю.

Фет взирает на маску Пушкина, рассматривает то с одной, то с другой стороны.

Иван Все верно, за мной еще шлейф от его тени тянется, а вы же знаете, как он был страшен и до сих пор пугает всех. Надо и нам жить так, чтобы и тени нашей жандармы да цензоры боялись.

Фет Мистика, да и только, мне показалось, что он подмигнул, усмехнулся. Что это?

Иван То, что кажется порой совсем не кажется, я вас уверяю. Вот мне и вовсе сон был, будто Пушкин передает мне кольцо и говорит: «Теперь твоя очередь хранить наш язык». Талисман — не просто украшение, а «проводник поэтической энергии»., думаю, вы меня понимаете.

Фет Хорошо, что в свою усадьбу и отправили. То, что матушки вашей не удалось, — удержать вас в России, жандармы доделали за нее.

Иван (размышляет) Своя —то своя усадьба, но странно тут узником оставаться, жандармов ждать, слушать их глупые речи, а они такие важные, напыщенные.

Фет А мы по очереди им будет стихотворения Пушкина читать, вот и пусть просвещаются, должна же какая-то польза быть от всего этого. Выбираем стихотворения и просвещаем наших тюремщиков, с вашим —то артистизмом.