Исповедь после полуночи

Исповедь после полуночи

Авторы: Абрамов Андрей, Ившина Татьяна, Соловьева Екатерина, Дергунов Евгений, Тихонова Лариса, Игнатов Сергей, Фомкина Ксения, Волохович Андрей, Selenka Selenka

Редактор Андрей Абрамов

Дизайнер обложки Андрей Абрамов

Составитель Андрей Абрамов

© Андрей Абрамов, 2026

© Татьяна Ившина, 2026

© Екатерина Соловьева, 2026

© Евгений Дергунов, 2026

© Лариса Тихонова, 2026

© Сергей Игнатов, 2026

© Ксения Фомкина, 2026

© Андрей Волохович, 2026

© Selenka Selenka, 2026

© Андрей Абрамов, дизайн обложки, 2026

© Андрей Абрамов, составитель, 2026

ISBN 978-5-0070-1737-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вместо предисловия

Каждую ночь, когда стрелки часов пересекают границу полуночи, мой бар становится исповедальней. Сюда приходят те, кому некуда больше пойти, кого гнетут тайны, терзают воспоминания или преследуют тени. Клиенты садятся за стойку, опускают взгляд в мерцающую глубину стакана, и я становлюсь хранителем их историй.

Кто-то заходит сюда каждую пятницу и всегда заказывает «что покрепче». Лишь раз, в порыве отчаяния, он рассказал мне о квартире, в стенах которой появляются норы, ведущие в изнанку нашего мира — обитель немыслимых существ, алчущих крови и человеческих жизней.

По субботам появляется женщина, которая однажды рассказала мне, как в метель она сбила человека. Никто не нашёл ни тела, ни следов. Но теперь каждый год в ту же дату кто-то оставляет у её порога букет белых лилий.

Иногда заходит громкий, самоуверенный тип с вечной ухмылкой. Он рассказывает свои байки как анекдоты, но в его глазах всегда тлеет что-то тёмное. Он клянётся, что выиграл 19-рублёвую монету у Дьявола… но цена оказалась слишком высокой.

Я слушаю. Никогда не перебиваю, не задаю лишних вопросов. Здесь, в полумраке бара, стены словно впитывают чужие исповеди, стирая грань между вымыслом и реальностью. В мире, где ночь скрывает больше, чем показывает, правда — лишь ещё одна история, рассказанная после полуночи.

00:01

Говорят, время — река. Ну-ну. Если так, то время в моём баре — это стоячая лужа, в которой оседает всякий мусор. Здесь неважно, на дворе 2026-й или 2126-й — за окном всегда глухая полночь, а в помещении вечно тянет сыростью, перегаром и дешевым табаком.

Первым в ту ночь зашёл Денис. Он всегда заказывает безалкогольное пиво — странный выбор для места, куда приходят именно за тем, чтобы забыться. Он то ли маг, то ли писатель. А может и шарлатан, который сам поверил в свои сказки. Обычно он забивается в угол к зеркалу. Говорит, через него лучше видно «изнанку этого мира».

Денис шлепнул на стойку помятую рукопись. Пальцы у него дрожали — так бывает у людей, которые только что вырвались из эпицентра собственной истории. Я не стал спрашивать, что случилось. Просто протер бокал и кивнул.

В моем баре не нужно здороваться. Здесь принято сразу переходить к делу.

С чистого листа

Татьяна Ившина

Тилон замахнулся и швырнул в оборотня фаербол. Монстр отпрыгнул в последний момент и ринулся в атаку. Маг успел сплести щит и отбросить хищника. Оборотень отлетел метров на пять и на мгновение замер. Не успел Тилон перевести дух и добить врага, как тот снова вскочил и понёсся на мага огромными скачками, петляя, чтобы увернуться от заклинаний. Тилон достал из кармана жалящий амулет — своё последнее средство — и сжал в кулаке. Одновременно он рванул в сторону, пытаясь уйти с траектории атаки, но поскользнулся и упал на колено. Разворачиваясь в сторону монстра, он уже понимал, что не успевает…

Продолжая декламировать вслух, я скосил глаза на зеркало, которое зачем-то поставили в углу импровизированной сцены. Кажется, всё нормально. Светлые кудрявые волосы смотрятся не слишком солидно, но пока не нашлось магии, которая смогла бы выпрямить их больше чем на час. Зато к стилизованным под местную моду мантиям здесь ни у кого вопросов не возникает.

Я поймал в зеркале взгляд сидящего у моих ног чёрного кота и вздрогнул.

Пожалуй, хватит. Если хотят узнать, что будет дальше, — пусть покупают книгу. Я закрыл томик, давая понять, что на сегодня всё, обвёл взглядом аудиторию и слегка поклонился читателям. Они ожидаемо начали хлопать и выстраиваться в очередь за автографами, наступая друг другу на ноги и вежливо переругиваясь — петербуржцы всё же, жители культурной столицы.

История, которую я озвучил со сцены, как и все мои книги, конечно же, художественный вымысел. На самом деле всё было по-другому. Диплом я ведь так и не получил, да и успешным магом никогда не был, хотя талантом не обделён. Успешный маг должен не только обладать силой, но и чётко следовать инструкциям и правилам, а с этим у меня всегда были проблемы. Иначе я никогда не оказался бы в этом мире…

***

Меня зовут Денис. Вернее, раньше я был просто Нис, но после того, как занесло в Москву, пришлось дополнить имя, чтобы не выделяться среди местных.

А началось всё с подготовки дипломной работы. Мой научный руководитель, ведущий маг Ривье, отказался помогать с выбором темы, как делал раньше с курсовыми, и дал мне свободу выбора. Аргументировал это тем, что дипломированный маг должен уметь ставить перед собой цели. Но я был уверен: на самом деле он просто хотел меня помучить.

И я мучился.

Перерыл все справочники по элементарной магии. Знаете, те самые, про самозастёгивающиеся пуговицы, чашки-непроливайки и неразменные пятаки. Но почерпнутые оттуда идеи тянули максимум на уровень курсовой за первый-второй год обучения, тогда как я был способен на большее. В ход пошли фолианты с жизнеописаниями великих магов прошлого — там упоминались интереснейшие вещи: шапка-невидимка, сапоги-скороходы, скатерть-самобранка. Но такой уровень мастерства пока казался недостижимым, а возможно, и вовсе запредельным.

Я даже обратился к помощнику Ривье — аспиранту Тубусу, с которым мы пару раз пили пиво в одной компании и который ещё помнил, каково это — быть студентом. Тот охотно согласился помочь, но взамен попросил три ночных дежурства по Академии. Вообще-то студенты дежурить не обязаны, но имеют право заменять аспирантов и преподавателей. Я вспомнил гремящих цепями зомби и призраков с древними анекдотами, юмора которых не понимаю, и вежливо отказался.

Сам — так сам.

Время ещё оставалось, и я знал, что идея рано или поздно всплывёт. Да и вообще работы всегда получались лучше, когда я их делал в последний момент. Подготовить всё заранее — не моя стратегия.

Хорошо, что я знал, куда нужно идти в любой непонятной ситуации.

Запах свиных рёбрышек и лучшего в городе пива был таким густым, что я двигался к угловому столу, словно сквозь кисель. Там уже сидели друзья: брюнет Нарр, у которого я уже семь лет списывал контрольные по истории магии, рыжий Ховик, дравший контрольные по вычислительной магии уже у меня, и Сета, которая против списывания, но опять не смогла определиться с цветом волос и оставила их переключаться каждые несколько секунд. Перед компанией на тарелке высилась башня из объеденных костей. Подмигнув бармену — мол, «мне как всегда», — я осторожно начал:

— Я придумал для нас интересную игру на этот вечер.

— Что, Нис, опять надо помочь с идеями? Неужто уже начал дипломную работу готовить? — усмехнулся Нарр.

Эти ребята слишком хорошо меня знали.

— Да. Без вас никак. Только важно, чтобы это был артефакт среднего уровня — не для детишек, но такой, создание которого я осилю.

Мы начали накидывать идеи и спорить. Мне понравился было вариант с сундуком, который ходит за тобой сам, но Нарр припомнил, что такое уже делал кто-то из дипломников года три назад, и закончилось это не очень хорошо.

Оживлённую беседу прервали хриплые вопли сидевшего через пару столов от нас забулдыги, который вознамерился спеть известную всем студентам неприличную песню про ёжика.

— Вот бы выключить ему звук, — попытался перекричать певуна Ховик.

И тут меня осенило.

— Я сделаю купол безмолвия! Предмет, который обеспечивает тишину вокруг своего владельца!

Все притихли, даже тот пьяница. Почувствовав вдохновение, я продолжил:

— Он должен действовать на расстоянии примерно полуметра — чтобы можно было общаться компанией внутри этого круга. А за основу возьму серебряный браслет, который в прошлом году выиграл в карты.

— У меня же и выиграл, — проворчала Сета.

Я выдохся, а ребята продолжали выжидающе смотреть. Пришлось ответить им тем же.

— Давайте, помогайте составить рецепт. Сам я ещё месяц в библиотеке сидеть буду, всё это вычислять.

— К серебру и отсутствию звука точно нужна шерсть подкустовного выползня, — предположил отличник Нарр.

— Хм… И ещё листья наверны, точное количество навскидку не скажу, сам потом посчитаешь, — дополнила травница Сета.

— Главное, используй заклинание Объединения, а не пытайся из всего этого зелье сварить, — подытожил Ховик.

Сложно, но теоретически реализуемо. Впрочем, подумаю об этом завтра. На сегодня с учёбой покончено, и есть ещё целый вечер для развлечений. А тут как раз бармен со стуком поставил передо мной стакан пива. Я достал карты.

***

На следующее утро я посетил сдвоенное занятие по зельеварению и только к его завершению окончательно проснулся и вспомнил про купол безмолвия. Очень вовремя. Листья наверны всегда есть в запасах кабинета зельеварения, и я взял пару десятков, чтобы уж точно не ошибиться.

Заклинание Объединения я уже пару раз использовал и чувствовал себя довольно уверенно.

А вот шерсть выползня…

В открытом доступе таких запасов нет, и просто так в городской лавке её не купишь. Слишком опасный зверь. Как страшненький кот, только раза в три больше, и зубов с когтями тоже многовато. Найти легко — просто выйти за город и полазить в кустах. А убедить его расстаться с клочком шерсти и остаться при всех своих конечностях — это не каждому удаётся.

Что же делать?

Подстрелить издалека — не вариант. Животное охраняется законом, и с меня стрясут штраф, который потом и за год работы дипломированным магом не покрою, а я и так в долгах.

Попросить помощи у самого Ривье — можно, но перестану себя уважать, да и он потом несколько лет будет рассказывать студентам эту историю о неудачнике.

Нет.

Подкустовный выползень ведь относится к семейству кошачьих.

Решено: просто возьму шерсть обычного кота. Разница невелика.

Наш школьный кот Лико — тот ещё пакостник — в районе обеда обычно ошивался возле столовой. Туда я и направился, сжимая в кармане мантии небольшие ножнички, чтобы не привлекать внимания. Запахи котлет, свежевыпеченного хлеба и натурального кофе так причудливо смешивались в воздухе, что на миг цель визита вылетела из головы.

Обойдя зал, я обнаружил беглеца в углу — тот самозабвенно доедал котлету. Кот заметил приближение, лениво скосил глаз, но счёл меня не стоящим внимания и продолжил трапезу. Пришлось подкрасться вплотную. Затаив дыхание, молниеносно вынул из кармана ножницы, щёлкнул ими в районе кошачьей спины и подхватил срезанный клок чёрной шерсти.

До животного дошло не сразу. Я попятился, потому что поворачиваться к хищнику спиной было страшно. Почти так же страшно, как к самому выползню. Потом он выгнул спину, зашипел, как яичница на раскалённой сковороде, и боком двинулся на меня, гулко топая по каменным плитам пола. Я бросил в него носовой платок. Пока кот сдирал его с морды, я успел затеряться среди голодных студентов.

***

Насвистывая прилипчивый мотив про ёжика, я вернулся в свою комнату в корпусе общежития. Сосед сошёл с ума ещё на третьем курсе (я в очередной раз напомнил себе навестить его в лечебнице), поэтому я жил один и мог задания брать на дом вместо того, чтобы каждый раз тащиться в пустующий учебный класс.

Пришлось перерыть сундук с вещами, но в итоге я нашёл тот трофейный серебряный браслет.

Сел за стол. Настало время творить.

Выложив на мраморный поднос браслет, клок шерсти и гору листьев, я понял, что нужно прикинуть точную дозу растительного компонента. Я зажёг свечу, раскрыл фолиант по вычислительной магии и углубился в расчёты.

Когда ответ оказался найден — четыре с половиной листка, один из которых нужно растереть между пальцев — свеча почти прогорела. Рядом встала вторая, и наконец пришло время для магии.

— Unio Elementum Formo! — завершил я чтение заклинания, сложил руки в финальном жесте и затаил дыхание.

Раздался взрыв.

Проморгавшись, сквозь звон в ушах я начал соображать, что сделал не так.

Может, проблема в двух свечах, должно было быть нечётное количество? Нет, открытый огонь — независимая переменная для этого заклинания, влиять на результат не может.

Или этот артефакт можно создать только в определённый астрономический период? Я снова открыл учебник и начал считать. Оказалось, что да, год должен делиться на три — но сейчас как раз такой, три тысячи третий.

Ах да! Напряжённость магического поля. В общежитии она только немного превышает базовый фон. Для обычных артефактов хватает и этого. А купол безмолвия оказался капризным, ему нужно значение на порядок выше, которое достигается только в специально экранированных помещениях. В моём случае — только в учебных классах.

Я вздохнул, наскоро смыл копоть с лица, сгрёб в сумку все ингредиенты — хорошо, что клок шерсти отрезал немаленький и разделил его надвое — и потопал обратно в Академию.

Порыскав по коридорам, я нашёл пустой учебный класс. Это оказалось непросто — остальные студенты тоже решили проявить учебное рвение именно сегодня (сессия же!), и почти всё было уже занято.

Когда закрывал дверь, показалось, что в дальнем углу класса мелькнула пара огней. Наверное, остаточная магия после урока заклинаний ещё не рассеялась.

Нужно сосредоточиться. Запасных ингредиентов у меня больше нет.

Заклинание Объединения следует читать громко и выразительно. Но всё равно пару раз во время чтения я слышал неясные звуки неподалёку. Усилием воли заставлял себя не отвлекаться — прерываться нельзя, может случиться что угодно.

— Unio Elementum Formo! — на этих словах перед глазами мелькнула чёрная тень. Я зажмурился, удерживая финальный жест и ожидая очередного взрыва.

Но его не было.

Браслет неярко светился ровным бирюзовым светом. Получилось!

Раздалось знакомое шипение. За браслетом стоял Лико и недвусмысленно готовился к нападению.

Я побросал всё и рванул к выходу. По коридору нёсся так, как не бегал с самого детства. Сердце колотилось в горле, щёки горели, в голове была только одна мысль — нельзя останавливаться! На бегу оглянулся — кот почти меня догнал. Я поразился и ещё ускорился.

Коридор внезапно закончился дверью на лестницу. Запертой дверью. Я начал произносить отпирающее заклинание, но не успел.

В ногу впились острые зубы.

Я закричал, сквозь выступившие на глазах слёзы разглядел, как чёрное чудовище разворачивается и гордо уходит, задрав хвост. Уходит, ступая абсолютно бесшумно.

А ведь всем известно, как громко топают коты! И гнался он тоже беззвучно, поэтому я так поразился, когда увидел, насколько он близко.

Как это возможно?

Может, это и не кот на самом деле, а демон — не удивлюсь. Но всё же лучше, чтобы никто не узнал об артефакте, пока не разберусь.

Каждый шаг отдавался болью, но я, постоянно оглядываясь, всё же вернулся в класс. Браслет нужно было забрать. Аккуратно уложив его в сумку, я добрался до своей комнаты и достал специальную шкатулку, блокирующую магический фон. Раньше я прятал в ней результаты опытов, теперь там лежал браслет.

Оставалось лишь разведать обстановку. Голод тоже давал о себе знать, но даже с парой бутербродов в руках усидеть на месте не получилось. Нервное напряжение вытолкнуло на улицу, заставив жевать прямо во время ходьбы.

Одно из многочисленных преимуществ магов в том, что мы можем гулять в сколь угодно тёмных и криминальных переулках — ни один вор или убийца не рискнёт подойти к человеку в мантии с приколотым знаком Гильдии магов. Таким переулком я и шёл, наблюдая разбегающиеся серые тени, когда увидел спокойно умывающуюся белую кошку с зелёными глазами. Она с надеждой посмотрела на недоеденный бутерброд в моей руке. Я умилился и протянул ей кусочек колбасы, и та грациозно подошла ко мне.

Абсолютно бесшумно.

Похоже, дело дрянь. Если шум кошачьих шагов исчез во всём городе… оставалась лишь слабая надежда, что пропажу не заметят. Подобные косяки случались и раньше, и порой удавалось выйти сухим из воды. Вдруг повезет и сейчас?

Доев бутерброд, я почувствовал, как клонит в сон. Мне показалось отличной идеей оставить все эти масштабные проблемы на завтра и хорошенько выспаться.

На следующий день я шёл в Академию, приглядываясь и прислушиваясь, но всё было в порядке. Занятия по истории магии и по заклинаниям прошли как обычно: первое — на грани сна, второе — в попытках сделать невидимым гусиное перо. К вечеру паниковать надоело, и я позволил друзьям уговорить себя на пиво и игру в карты в нашей любимой таверне.

***

— Поднимаю, — я кинул ещё пару монеток в общую кучу.

Внезапно фоновый гул голосов вокруг прекратился, как если бы купол безмолвия был при мне, а не заперт в экранированной шкатулке. Я обернулся. От двери к нашему столу шествовал ведущий маг Ривье с каменным лицом.

— Нис, немедленно за мной! — процедил он сквозь зубы и развернулся.

Я поёжился, помахал друзьям — потом доиграем — и последовал за ним.

В кабинете Ривье указал мне на хлипкий деревянный стул с жёстким сиденьем, сам же остался на ногах и широко шагал вдоль стены, распекая меня. Пламя свечей дрожало, когда он проходил мимо них. Маг делал разворот на каждом десятом слове, так что я слегка загипнотизировался и прослушал часть гневной речи.

Однако смысл был понятен: опыт не прошел незамеченным. В записях кристалла Ривье обнаружилось сильное возмущение временного поля. Применив сложную реверсную магию (минимум уровень аспирантуры, так что вникать было бесполезно), он вычислил источник проблем. Замена шерсти выползня на кошачью стала фатальным просчетом. Выяснился и масштаб катастрофы: это было не просто похищение звука, а перекройка истории. Мир теперь считает, что кошки всегда двигались бесшумно.

В этот момент до меня дошло, почему он был так зол. Ой-ёй, какое же наказание тогда меня ждёт…

— Магическим инструкциям надо следовать неукоснительно, это тебе не рецепт манной каши! Так что будешь мыть котлы после уроков зельеварения ближайшие два месяца! Мыл бы и дольше, но твоё обучение заканчивается, а в аспирантуру тебя ни один ведущий маг точно не возьмёт. И руками будешь мыть, безо всякой магии! Проверю.

Выражение глубокого раскаяния не сходило с физиономии, хотя внутри всё ликовало. Выпутаться из истории удалось на удивление легко. Чтобы маг ничего не заподозрил и не заметил неуместной радости, пришлось добавить драмы и опустить уголки рта ещё ниже.

Дубовая дверь распахнулась так, что ударилась о стену и, кажется, слегка треснула. На пороге я увидел самое страшное.

Ректора.

— Ты же понимаешь, что нужно с ним сделать?! — заорал он на Ривье.

Судя по вытаращенным глазам, тот не понимал, и я тоже. Вообще впервые видел флегматичного главу Академии в таком состоянии.

— Если он изменил прошлое на тысячи лет назад — он маг огромной силы! Потенциально сильнее и тебя, и меня!

Мы с Ривье хлопали глазами почти синхронно.

— Мы этого не заметили раньше только потому, что он жуткий раздолбай!

Ректор употребил другое слово, но мой мозг отказался воспринимать этот термин из его уст и заменил синонимом.

— И именно поэтому мы не можем оставить его здесь. Кто знает, что он может натворить! Теоретически парень может уничтожить весь мир! Я посчитал на пальцах по дороге сюда, и его сил на это вполне хватит!

А я-то считал себя троечником с проблесками на четвёрочку. Но я ведь не собираюсь уничтожать мир! Где тогда буду жить?

Ривье наконец совладал с даром речи.

— Тогда что мы должны с ним сделать?

— Депортировать в мир без магии! Иных вариантов нет.

Мои руки задрожали. Если бы не сидел, то ноги бы не удержали. Я не могу без магии!

— А если дам клятву ничего такого не делать? — рискнул подать голос я.

— А тебя уже не спрашивают! — хором ответили преподы.

Дальше события сильно ускорились. С меня потребовали сдать мантию со знаком Гильдии, а взамен выдали небольшую пачку незнакомой бумажной валюты и красную книжечку с нарисованным двуглавым орлом.

Я стоял в штанах, рубахе и сапогах, без мантии, чувствуя себя почти раздетым. Внутренности словно завязались в тугой узел.

— Можно хоть с друзьями попрощаться?

Они посмотрели на меня так, что ответ сразу стал ясен.

— Запомни: город, куда мы тебя отправляем, называется Москва. Это столица страны России. Комната будет оплачена на три месяца, денег должно хватить на это же время. Дальше разбирайся сам. Пару книг по истории и культуре страны я тебе закину, для начала хватит. И да, Лико отправится с тобой, чтобы проследить, что ты и там не будешь творить чего не следует.

Лимит потрясений за последние пять минут был исчерпан, поэтому даже этот поворот был встречен с полным равнодушием.

Ректор издал высокий свист, и вскоре в кабинет вальяжно вплыл чёрный кот. Стоило магу прошептать заклинание над ошейником, как тот налился слабым жёлтым светом, выдавая в себе артефакт-передатчик. Последовал долгий, пристальный взгляд глаза в глаза, который прервался лишь тогда, когда зверь вдруг подмигнул.

— Ну всё, отправляйтесь, — сказал ректор и сделал сложный пасс руками…

***

Мир обрел плотность в залитой солнцем комнате. Обстановка резанула непривычностью: огромное окно, нарисованные цветы на стенах, деревянный пол вместо камня. Ноги тут же подогнулись, и тело безвольно рухнуло на кровать в углу. Оставалось лишь лежать, остекленевшим взглядом сверля идеально белый потолок. В голову лезли мысли о потерянном и тех, кого уже не встретить, — часы ушли на глухую жалость к себе.

Оцепенение прервала тяжесть в груди. Скошенный взгляд наткнулся на ехидную морду Лико, утвердившегося сверху лапами. Намёк понят: хватит валяться, пора действовать. Пришлось сбросить наглеца и подойти к окну.

Увиденное пронзило душу так же, как кот — ногу. Окно находилось на высоте не меньше тридцати моих ростов, и из него открывалась обширная панорама города с непривычной архитектурой на фоне красно-розового заката. Я замер в немом восхищении. Высоты никогда не боялся, хоть в моём родном городе и не было зданий выше трёх этажей. Теперь я живу здесь!

На другой стороне улицы я заметил заведение, подозрительно похожее на питейное, и мне захотелось немедленно рассмотреть новую родину поближе. Я пересчитал выданные мне деньги, отделил небольшую стопку и засунул в карман штанов, остальное запихнув под матрас. Надеюсь, этого хватит.

Кот не выразил желания пойти со мной, но невзначай продемонстрировал клыки, намекая, что очень пожалею, если не принесу ему как минимум три котлеты.