Полная версия
Другая Саудовская Аравия. Без стереотипов. Честный взгляд на жизнь в Королевстве
Компания-донор:
неожиданная логика найма
Как-то у нас с коллегами завязался разговор о том, допустимо ли увольнять недобросовестных сотрудников. Один человек в команде не производит никакого видимого результата работы уже несколько лет. Он приходит часам к десяти утра, пьёт кофе, зажигает благовония… А в три он закрывает компьютер и уходит, ни с кем не прощаясь. Каким образом он умудряется оставаться на своём рабочем месте и даже время от времени получать повышение — загадка для всех. Так вот, предметом разговора с другими коллегами как раз и стало обсуждение, что делать компании с подобными работниками.
Неожиданным открытием в ходе этой беседы для меня стало то, что большинство сотрудников арабского происхождения выступали за… недопустимость увольнений! Главным аргументом для них было то, что даже у недобросовестного сотрудника есть семья, которую он кормит. По мнению коллег, уволить такого человека — значит поставить под вопрос будущее его детей, и начальник не имеет на это морального права. Это может быть допустимо среди малого бизнеса, где собственник платит работникам из своего кармана, но увольнять сотрудников — совершенно неприемлемое поведение для большой компании, бюджет которой принадлежит государству или крупному фонду, то есть вроде бы «ничей».
Справедливости ради скажу, что лишь один саудит, имеющий опыт учёбы и работы за рубежом, протестовал против такой позиции. Однако остальные коллеги разделяют именно её.
Иными словами, для многих людей в регионе Ближнего Востока компания — это прежде всего донор, гарант хорошей жизни. Работодатель несёт личную ответственность за благополучие семей всех его работников (вне зависимости от их добросовестности).
Будьте готовы к такой точке зрения, нанимая местных сотрудников к себе на работу…
Неделя наоборот: как работают в КСА
В работе с саудовскими компаниями вам придётся привыкать и к такому организационному отличию: рабочая неделя начинается с воскресенья. Как же так получилось?
Центральным днём недели в Саудовской Аравии (как и во всём мусульманском мире) является пятница, когда верующие собираются на пятничную молитву. Историки считают, что изначально пятница была торговым днём, и это позволяло разрозненным племенам наконец собраться вместе. В современном мире нерабочая пятница означает, что у всех желающих есть возможность присоединиться к молитве. Логично, что при пятидневной рабочей неделе второй выходной — либо в четверг, либо в субботу.
До июня 2013 года в Саудовской Аравии именно четверг был выходным днём! Проблемой такого расписания было то, что арабские компании теряли целых два дня возможного взаимодействия со своими зарубежными партнёрами. По этой причине в июне 2013 года король Абдаллa (ныне усопший) перенёс выходной с четверга на субботу.
Кстати, с 1 января 2022 года другая страна на полуострове, ОАЭ, решила полностью перейти на режим работы западного мира, с выходными в субботу и воскресенье. По Рияду ходили слухи, что КСА вскоре последует за своим соседом — но они оказались беспочвенными. Также не оправдались надежды и на четырёхдневную рабочую неделю.
У многих людей помогающих профессий часто плавающие выходные. А у некоторых из них и вовсе — только один выходной в неделю. Например, у помощниц по дому. И приходится этот выходной, как вы уже догадались, обычно на пятницу.
Что касается времени работы, большинство офисных работников, особенно в государственных учреждениях, начинает трудиться довольно рано — в 7 или 8 утра. Заканчивают они тоже раньше. Обычно после трёх часов дня застать кого-то на рабочем месте крайне сложно. У нас в компании в прошлом году ввели гибкие часы начала работы: с 7 до 9 утра, но по факту часть сотрудников приходит и гораздо позже. Соответственно, рабочий день у нас заканчивается с 15 до 17 часов в зависимости от времени прихода. В это время входит и один обеденный час. Если вы не уходите на обед домой, а предпочитаете быстро перекусить в офисном кафе или принесённым с собой ланчем, то имеете право уйти с работы пораньше.
Как правило, у нас не следят за пунктуальностью сотрудников, так как в приоритете у руководства выполнение конкретных задач, а не высиживание восьми часов в офисе (несмотря на то, что в уставе компании расписано, какие санкции полагаются в зависимости от продолжительности опоздания). Такой подход скорее исключение. Несмотря на местную культуру весьма своеобразных отношений со временем, большинство руководителей всё же считает важным требовать пунктуальности от своих подчинённых.
Как вы, вероятно, знаете, в Саудовской Аравии официальным является лунный календарь, длительность которого составляет 354—355 дней. Его месяцы не совпадают с месяцами григорианского календаря, и их названия тоже отличаются. Кроме того, летоисчисление «по Хиджре» ведётся от даты переселения пророка Мухаммеда и первых мусульман из Мекки в Медину. Например, в 2026 году в Саудовской Аравии новый 1448-й лунный год выпал на 16 июня.
Такой формат дат по Хиджре используется во многих государственных учреждениях (и часто не дублируется в григорианском формате), что создаёт много сложностей для иностранцев. Чтобы сотрудники-экспаты могли легче ориентироваться во всех сложностях арабского календаря, в некоторых компаниях выдают большой постер-календарь с обоими форматами дат, а также со всеми арабскими праздниками и выходными днями.
(Не) любимая «удалёнка»
В 2020 году во время пандемии COVID-19 многие компании убедились, что их сотрудники могут оставаться работоспособными и при удалённом формате работы. В некоторых странах это привело к введению возможности работать онлайн и после того, как пандемия закончилась.
К сожалению, в Саудовской Аравии полюбившаяся многим «удалёнка» прижилась в довольно ограниченном формате. Сразу скажу, что данных по всей стране у меня нет. В англоязычных источниках информацию тоже найти не удалось (кроме вакансий, услужливо предлагаемых Гуглом). Тем интереснее будет для вас информация, которой я поделюсь на основании опыта своей компании и компании коллег, с которыми мы встречались в будущем смарт-сити Неом на Красном море.
В нашей компании во время эпидемии COVID-19 в 2020 году удалённо работали все без исключения. В 2021 году, когда присоединилась я, до 1 августа удалённый формат предоставлялся по запросу работника через портал компании — без каких-либо ограничений. Благодаря этому я познакомилась с большинством сотрудников — их в офисе было очень мало, поэтому с каждым пришедшим можно было спокойно пообщаться. Моя бадди (коллега, которая помогала мне адаптироваться в офисе) приходила в офис раз в несколько недель. Мой директор появлялся один-два раза в неделю. Множество других коллег в это время застряли в других странах. Я же, полная воодушевления от перемены обстановки, ходила в офис каждый день, за исключением двух воскресений. При таком стиле работы удовлетворённость работников была крайне высока — а вместе с ней и производительность.
В августе 2021 года нас всех попросили вернуться в офис. Новый топ-менеджмент пришёл со своими правилами. В итоге, начиная с 2022 года, это превратилось в 10 дней удалённой работы в год, которые мы можем взять по согласованию с директором департамента. Их (опять же, по предварительному согласованию) можно провести за пределами страны. Можно взять хоть один день, хоть сразу десять — здесь нет ограничений.
Если хотелось получить больше дней удалённой работы, нужно было обратиться к начальству более высокого уровня. Так, по одобрению вице-президента можно было увеличить число удалённых рабочих дней ещё на 20, то есть получить 30 дней в год в сумме. Но для этого нужен веский повод — например, наша коллега после родов и декретного отпуска (он здесь очень короткий, это тема для отдельного разговора), получила 30 дней удалённой работы, которые смогла хотя бы частично провести со своей малышкой. А вот мне в такой удалёнке в 2024 году уже отказали, так как незадолго до моего выхода в декрет один из экспатов уехал домой и перестал выходить на связь. Менеджмент решил наказать его… и отменил возможность удалённой работы свыше 10 дней в году сразу для всех сотрудников.
Вот ещё одна черта саудовского менеджмента — один негативный прецедент может стать основанием для введения суровых правил сразу для всех сотрудников (а положительное событие — вряд ли).
В «городе будущего» Неоме, со слов коллег, с удалёнкой всё гораздо сложнее. В 2023 году можно было взять не больше 24 дней такой работы — при этом условия постоянно ужесточались. В 2024 году эти 24 дня можно было разбить только по 2 дня удалёнки в календарный месяц, а дни из разных месяцев нельзя склеивать друг с другом, удлиняя срок (например, нельзя взять на удалёнку одновременно два последних рабочих дня августа и два первых рабочих дня сентября).
Подведём итог. Посыл местного менеджмента примерно такой: да, удалёнка — глобальный тренд, который должен быть в арсенале каждого работодателя, но ей не доверяют и стараются максимально «вытащить» сотрудников в офис. И, похоже, в ближайшие годы вольности удалёнки в КСА будут всё больше сокращаться.
Повесьте это!
Почему я привезла с собой дипломы
В местных компаниях, где работает много экспатов, есть замечательная традиция — время от времени класть сотрудникам небольшие презенты на офисный стол. И если по некоторым поводам мы уже ожидаем подарков (например, в день основания Саудовского государства или в Ид аль-Адха, по-нашему — Курбан-байрам), то в какие-то дни это происходит спонтанно и очень поднимает настроение. Каждый раз подарки отличаются — это то конфеты, то термос или плед с эмблемой компании. Считается, что такие презенты повышают корпоративную лояльность сотрудников. Не могу судить, насколько это эффективно, но знаю, что все экспаты очень ценят кое-что другое: письменные благодарности.
Наша компания довольно щедра в их выдаче. Выступили на важном для организации мероприятии — получите бумажный диплом. Отработали в офисе пять или десять лет — вот вам статуэтка.
Я с радостью вставляю такие дипломы в рамки и вешаю их на стену. Уже не раз убеждалась, что такие объекты положительно воспринимаются саудовскими коллегами. Много раз случайный коллега, зайдя в мой офис на пару слов, кидал взгляд на стену с дипломами и оставался на более долгий разговор, а потом и вовсе начинал захаживать почаще. Для них это — вещественные подтверждения, во-первых, моего профессионализма и, во-вторых, того, что компания меня ценит (а значит, меня безопасно включать в свою профессиональную сеть).
Какую подсказку вы можете вынести из этого? Если у вас есть дипломы на английском языке, особенно от престижных организаций или мероприятий, везите их с собой и вешайте на стену.
Это однозначно поможет произвести нужное впечатление на местных коллег.
Рассадка решает всё, или
как устроены мероприятия с саудитами
За пять лет жизни в Королевстве мне довелось наблюдать групповую динамику в самых разных командах. Я бывала и на внутренних мероприятиях компании, и на внешних — семинарах, конференциях, а также на модулях программы Executive Education для будущих лидеров энергетической отрасли.
На этой программе нас было около сорока человек, все — сотрудники разных предприятий и министерств Саудовской Аравии.
Все местные. И я.
И именно там я впервые заметила, насколько большое значение на подобных мероприятиях имеет рассадка и негласные правила общения. Вот что мне бросилось в глаза.
Во-первых, на всех мероприятиях для организаторов важно соблюсти гендерный баланс. Организаторы стараются, чтобы соотношение мужчин и женщин было хотя бы 2:1 (достичь 1:1 было бы крайне сложно, учитывая, что даже в мировой нефтегазовой отрасли женщин-профессионалов гораздо меньше). Аналогично организуют и рассадку, если планируется групповая работа — за каждым столом минимум две женщины, чтобы они могли общаться между собой и не чувствовать себя одиноко, ведь общение между женщинами и мужчинами по-прежнему вызывает у многих местных чувство неловкости.
Во-вторых, до сих пор просматриваются неформальные правила, которых придерживались сами участники. За обедом женщины подсаживаются только друг к другу, в результате все столы делятся на «мужские» и «женские». Когда я спросила одну из коллег, обязана ли я следовать такому распорядку, мне ответили, что я могу действовать по своему усмотрению. Но с большой долей вероятности мужчины могут неверно истолковать мою инициативу. Когда во второй день одного семинара (иными словами, когда участники уже более или менее привыкли видеть друг друга) в очереди за блюдами я заговорила с молодым мужчиной, он ответил мне очень лаконично и смутился. Его коллеги-мужчины засмеялись, сказали что-то на арабском и стали подталкивать его локтями. В результате парень покраснел до ушей и затерялся в очереди. Для понимания — все участники мероприятия занимали довольно высокие позиции, большинство учились за границей, и тем не менее…
В-третьих, эти неформальные правила довольно зыбкие, и порой нужен лишь один человек, который их разрушит. Например, на другом мероприятии профессор-женщина нарушила сегрегацию, пригласив за свой стол как и мужчин, так и женщин, и постаралась включить всех в беседу. К концу первого дня участники разного пола спокойно общались между собой и даже обменивались телефонами.
В-четвёртых, саудиты (особенно женщины) наблюдают друг за другом и копируют модели поведения. В первый день трёхдневной программы большинство женщин были в чёрных абаях, и лишь несколько — в разноцветных. Во второй день все те, кто были ранее в разноцветных, пришли в чёрных. И наоборот, несколько женщин в чёрных абаях позволили себе во второй день надеть что-то менее строгое. В третий день и первые и вторые надели цветные абайи. Это не первый раз, когда я убеждаюсь, что мнение окружающих обладает огромной ценностью в глазах местных, в результате чего среди них принято копировать модели поведения друг друга вне зависимости от их эффективности.
В-пятых, неоднократно на себе я испытывала сложное отношение местных женщин к женщинам-экспатам. Изначально поведение некоторых саудовских женщин может быть довольно враждебным. Они понимают, что у них больше свободы действий (как минимум потому, что у них уже налажены социальные связи, а с работы местных обычно не увольняют). Поэтому они могут позволить себе относиться к женщинам-экспатам свысока и не скрывать этого. Например, во время группового фото одна из опоздавших участниц, желавшая стоять в центре, попросила меня уступить ей место. С улыбкой я подвинулась. Я до сих пор придерживаюсь мнения, что экспату лучше не конфликтовать с местными, особенно по незначительным поводам, ведь это редко заканчивается хорошо. Я стараюсь относиться к таким эпизодам с иронией и выбирать свои битвы — жизнь всегда расставляет всё на свои места. Как правило, требуется, чтобы кто-то один (желательно с высоким статусом) в группе местных женщин проявил ко мне интерес, чтобы остальные приняли меня в свою группу.
У меня это случилось примерно на третий день. И тогда меня завалили вопросами и приглашениями на чай и совместный шопинг.
Нетворкинг здесь — всё.
Но слова не всегда означают действия.
Сколько из этих приглашений действительно реализуется? На самом деле — ни одно. Женщины щедры на приглашения, но дело редко доходит до осуществления этих планов. Я наблюдала такое в различных контекстах.
Приглашение на чай — это акт вежливости, а не серьёзное намерение (если только за ним не последовало «давай в эту пятницу в 17:00 в кафе возле работы»).
Я всегда отвечаю согласием и добавляю, что буду очень рада. Как правило, с окончанием разговора обе собеседницы забывают о договорённости.
Особенности местного времени: 8:30 по расписанию, 9:00 по традиции
У саудитов не самые простые отношения со временем. На всех мероприятиях, начало которых запланировано на 8:30, в первый день большинство участников собирается примерно к девяти утра (справедливости ради скажу, что иногда указатели в сторону аудитории нужно ещё поискать). Организаторы обычно уже знают, что так и будет, поэтому терпеливо ждут ещё полчаса (тем самым наказывая тех, кто всё же пришёл вовремя).
Но один из экспатов решил бросить вызов данной традиции. На одном из курсов профессор-египтянин, живущий в Европе, объявил, что в случае пропуска 10% от продолжительности курса студент будет автоматически исключён из списка слушателей, а бизнес-школа отправит письмо в отдел кадров его места работы. При этом отсутствием будет считаться… и время, проведённое студентом в телефоне или компьютере!
Я была уверена, что это просто пустые слова, чтобы заставить студентов приходить вовремя и слушать лекторов. Но буквально через час я смогла убедиться в обратном. Одна коллега открыла ноутбук, и примерно через пять минут к ней подошёл профессор и выдал ей первое предупреждение. За обедом мы узнали, что с другого курса, организованного этой же европейской бизнес-школой, уже исключили одну участницу, не внявшую первому предупреждению.
Самое смешное, что большинство участников курса были возмущены не самими правилами, а тем фактом, что их установил профессор-египтянин (считается, что у этой нации самые сложные отношения со временем). «Как же так, ведь он же сам принадлежит к нашей культуре!» — восклицали недовольные студенты.
На следующий день студенты старались следовать расписанию, но на третий день привычка взяла своё. В 8:30 утра аудитория была заполнена примерно на 30%. Профессор невозмутимо начал лекцию, не дожидаясь отсутствующих, которые подтянулись к девяти утра. Опоздавших было слишком много, и профессор не мог ничего с этим поделать. В последний, четвёртый день, профессор попросил нас прийти пораньше, к восьми утра, чтобы выпить с ним чаю. Как ни странно, эта просьба сработала. В 8:30 зал был полон. Опоздал на несколько минут лишь один человек.
Резюмирую: саудиты могут уважать время. Но для этого должна быть очень, очень веская причина. И чаще всего — неформальная.
Нужна арабская женщина, 1 шт.!
В Саудовской Аравии в настоящее время очень актуальна «женская» повестка, и иногда она принимает странные формы.
Я уверена, что при устройстве на работу мой пол послужил дополнительным плюсом к резюме. Судите сами — всё больше арабских женщин устраивается на работу (во многом из-за необходимости обеспечивать семью), и растёт потребность в женщинах-экспатах, которые будут передавать свой профессиональный опыт местным сотрудницам. И если на рынке труда есть избыток экспатов-мужчин, готовых переехать в Королевство, то профессионалов-женщин в разы меньше. Это происходит по нескольким причинам.
Во-первых (как это было и в моём случае), из-за сложившихся негативных стереотипов о стране многие западные женщины просто не рассматривают Королевство как потенциальную страну для построения карьеры. Во-вторых, незамужние молодые женщины опасаются переезжать в Саудовскую Аравию одни. В-третьих, семейные женщины тоже не спешат принимать предложение о работе в Королевстве, если им предстоит стать основным добытчиком семьи. Мало кто из их мужей согласен на такую роль, а работа супругу в Королевстве далеко не гарантирована. В результате и получается, что женщины-профессионалы из-за рубежа — редкость. Например, в 2023 году в нашей компании среди 47 исследователей-иностранцев было лишь 8 женщин, при этом большинство из них присоединилось в последние три года.
Местные женщины преобладают в других департаментах — например, кадровом отделе и финансах, которые по закону должны состоять только из местных. Это немного выправляет демографическую статистику. Об этом гордо докладывают на ежеквартальной встрече («В данном квартале доля женщин-сотрудников нашей организации превысила 30%»). Вежливые аплодисменты.
Поэтому, стремясь показать прогресс «по женскому вопросу», директора подразделений постоянно выдвигают сотрудниц на передний план вне зависимости от их навыков и умений. Я ни в коем случае не хочу сказать, что все они — бездарности, которые заняли рабочее место благодаря своему полу. Вовсе нет. Одна моя коллега — потрясающий аналитик в области транспорта, блестящая выпускница Оксфорда и Кембриджа и просто хороший человек. Но, по иронии судьбы, она не любит публичность, и выступать с презентациями приходится другим.
Вот недавняя зарисовка. Мы с коллегами готовили небольшое мероприятие по перспективам нефтегазовой отрасли. К нам должна была приехать делегация из одной азиатской страны. Мероприятие было запланировано как неформальное — то есть минимум «воды» и максимум откровенного общения между профессионалами. На финальном этапе подготовки, когда я пришла согласовывать последние детали, ответственный директор ещё раз взглянул на программу и список выступающих. Неожиданно он нахмурился и сказал: «Злата, у нас проблема». Вот какая: из пяти выступающих сотрудников организации лишь один был саудитом, причём мужчиной.
«Злата, нам срочно нужна саудовская или хотя бы арабская женщина. Хотя бы одна» — вот каким был вердикт директора. Но… проблема в том, что арабских женщин в нефтегазовом департаменте нет. У нас есть три женщины-экспата: я, сотрудница из Китая и приезжий эксперт из Канады. Местные же женщины предпочитают работу в других, менее критичных для государства департаментах, где цена ошибки гораздо ниже. Откуда нам взять саудовскую женщину для мероприятия?
«Придумал!» — воскликнул директор. «Поставь в программу Нуру Н. из другого департамента. Пусть хотя бы десять минут поговорит о своем проекте».
К счастью, эта Нура — довольно адекватный человек, понимающий, что её проект имеет весьма отдалённое отношение к теме мероприятия. Но она также понимает, что это — требования времени, и если она откажется, то нам придётся звать другую Нуру, которая потребует как минимум тридцать минут и чья тема совершенно не соответствует нашему семинару…
К сожалению, стремление защитить и поддержать работающих женщин — как это обычно бывает — принимает чрезмерные формы там, где не нужно, и полностью отсутствует в других областях. О такой удивительной форме защиты я расскажу в следующем разделе.
Как каждый день нарушать правила и остаться в компании
Одна из таких странных форм защиты женщин в саудовских компаниях — это запрет двум разнополым сотрудникам находиться в одном кабинете в одно и то же время. Такое требование прописано в Трудовом кодексе Королевства, и узнала я о нём в 2022 году, когда наша компания переписала устав так, чтобы полностью соответствовать местному законодательству.
Вот как сформулировано это нарушение: «Намеренно находиться наедине с работником другого пола на рабочем месте». Иными словами, если после совещания мужчина и женщина выйдут последними из конференц-зала, то правонарушения нет. А если коллега-женщина зайдёт в офис к коллеге-мужчине, чтобы подписать заявление об уходе, то станет злостным нарушителем.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Источник: https://www.al-monitor.com/originals/2024/06/hajj-kicks-saudi-arabia-looks-expand-tourism-sector
2
Источник: https://myksa.travel.blog/2023/06/21/clothes_rus/
