Клинок Сибура: ОХОТНИК

Ещё на подходах к относительно спокойным местам Лакин, не особо утруждая себя, добыл нескольких шелестунов - съедобных членистоногих, мясо конечностей которых можно было давать даже детям после небольшой термической обработки, а взрослые сибурианцы могли употреблять его в пищу прямо сырым.

Дойдя до центра поселения, Лакин остановился возле пятиметрового резного столба, олицетворяющего душу Сибура. Охотник осторожно опустил к подножию идола свою добычу и встал на одно колено, склонив голову. Бросать трофеи категорически запрещалось, считалось, что тем самым можно оскорбить сердце болотной планеты. Дары преподносить следовало только с благоговением и благодарностью за успешную охоту и добычу. Утром её разделят старейшины среди стариков и тех, кого посчитают нужным. Хотя почему-то в период нужды они подобным юного Стакса совсем не баловали. Однако именно это и сделало его тем, кто он есть теперь.

- Сибур, прародитель мой, благодарю за твоё благословение, за то, что одарил своей милостью, за крепкую топь под ногами, - скороговоркой пробормотал охотник ритуальную фразу, и ему сразу же почудилось, что душа планеты, с которой он искренне ощущал постоянную связь, ответила, посмотрела благосклонно на своего отпрыска и приняла подношение.

Лакин поднялся с земли и ещё раз склонил голову, как бы прощаясь. Наступало утро, и пора было отдыхать. Новый день ему не интересен, а вот ночью должны будут появиться заказчики, ради которых он и рисковал в поисках редкого хищника. Закончив общение с высшими силами, Стакс направился к своей личной хижине. Он жил здесь с самого рождения и знал каждую ветку, из которой когда-то давно она была построена его отцом. Никто не посмел выселить осиротевшего паренька, и он всегда возвращался сюда после охоты.

Жилище сибурианца всегда, в любом поселении, представляло из себя хижину созданную из ветвей нукассы - гибкого, живучего кустарника, в изобилии произрастающего повсеместно. Именно этот строительный материал, правильным образом срезанный и высаженный в особом порядке в несколько рядов, достаточно быстро приживался, пускал корни и продолжал свой рост и выживание. Всё на Сибуре старается выжить, и растения входят в этот список. Со временем стебли становились толще, а строители переплетали их, формируя купол и оставляя только узкий вход свободным, но его плотно занавешивали или плетёными травяными циновками, или же шкурами болотных тварей. Спустя некоторое время расстояние между стеблями полностью исчезало, перекрывая любую возможность летающей живности попасть внутрь. Таким образом получался живой дом, внутри которого было достаточно комфортно и, что самое главное, относительно сухо. Кустарник, сама природа которого состояла в том, чтобы расти в топких районах, требовал много влаги. А так как хижины ставились в более сухих местах, то ему приходилось восполнять недостаток из воздуха. Иногда, когда места внутри уже не хватало, жилище увеличивали, высаживая новые комнаты. Но, как правило, большая часть сибурианцев предпочитали простые круглые формы с одним общим пространством. Так было проще обеспечить безопасность, ведь исключать того, что какая-нибудь мелочь решит полакомиться спящими, было нельзя. Каждый обустраивал своё жилище исходя из личных предпочтений, но никто и никогда не развёл бы внутри огонь, так что пищу готовили снаружи.

Осмотрев закрепленную перед входом шкуру, сшитую из нескольких крупных лоскутов, Лакин убедился, что оставленные им незаметные метки никуда не делись, а значит, в его отсутствие никто к нему не наведывался. Обычно так никто и не делал, но Стакс слишком ревностно относился к своим вещам. Он вообще отличался от остальных охотников, и дело было не в его личных способах и уловках, которые он применял, выискивая добычу. Нет, сам его внутренний мир отличался. Ведь ему, как это ни странно, нравилось что-то новое и неизведанное.

Когда-то давно, получив своё первое железо, он долгое время боялся к нему даже лишний раз прикоснуться, считая чем-то удивительным. Однако повзрослев и набравшись опыта, он стал по-другому смотреть на многие вещи. Исчезла юношеская восторженность, но появился интерес. Стакс искал любую возможность узнать то, как работают чудесные штуки небесных торговцев, что ещё нового они могут дать, и о чём умалчивают.

Лакин всегда был внимательным, по-другому бы на охоте он не выжил, поэтому подмечал мельчайшие детали их экипировки, в особенности оружие. Как же мечтал парень увидеть то, как оно действует! Старики рассказывали, что оно поистине может быть грозным и убивать врагов на большом расстоянии. Однако сам он так и не смог стать свидетелем этого чуда. Только издалека рассматривать сами предметы, назначение которых ему объяснили ещё в детстве.

Зайдя внутрь своего жилища, Лакин окинул взглядом своё имущество и ещё раз убедился в том, что всё находится на своих местах. Уже несколько лет он старался брать заказы у жителей других миров в обмен на их товары. Он делал это для того, чтобы иметь возможность получить от них что-нибудь новое. Именно поэтому часть предметов несли на себе технологический отпечаток. Хотя, безусловно, большая их часть являлась откровенным ширпотребом, на который и не посмотрели бы более продвинутые представители Содружества - полумифического составного государства, о котором нехотя рассказывали пришельцы. У Стакса имелся даже комбинезон - одежда, которую носили все без исключения торговцы. За то, чтобы получить эту обновку, охотнику пришлось изрядно потрудиться и добыть с десяток обитателей болот. Но хотя по большому счету носить эту экипировку Лакин на планете не мог, в этом просто не было смысла, всё равно сам факт обладания чем-то необычным грел его душу.

Осторожно положив свой трофей в деревянный ящик, смазанный специальной смолой, не позволяющей вытекать хранящемуся в нём небольшому количеству болотной жижи, парень обеспечил сохранность добычи. Это было необходимо для того, чтобы кожа отловленной твари не пересыхала и позволила сохранить трофей в живом виде до передачи заказчикам. Закрыв перфорированную крышку, Лакин аккуратно принялся снимать экипировку, с которой он постоянно ходил на охоту. Он предпочитал строгий порядок у себя в хижине, поэтому всё аккуратно раскладывал по своим местам. Затем он разделся, критически осмотрев сначала одежду на предмет повреждений и возможного наличия кровососущих, притаившихся в складках паразитов, а затем и собственное тело. Не найдя ничего, он наконец-то смог расслабиться и почувствовать себя в относительной безопасности. Несколько худощавое, но очень жилистое и крепкое тело сибурианца на плечах было покрыто затейливой вязью ритуальных татуировок. Эта традиция существовала испокон веков, и благодаря ей любой мог сразу понять, какого уровня мастерства и удачливости охотник находится перед ним. Каждый узор означал подтвержденную добычу определенного трофея. И чем больше их было нанесено, тем большим уважением пользовался житель Сибура. Узор, имевшийся у Стакса, был очень сложен. Мало кто мог похвастаться подобным, ведь в болотах практически не осталось существ, на которые он бы не охотился. Осталось всего несколько орнаментов, но чтобы добыть их, могло не хватить и нескольких жизней, да и мало кто решался попытать счастья в их поисках. Как правило, это были самые крупные, коварные и опасные представители местной фауны. Лакин мечтал когда-нибудь заработать их все и стать настоящей легендой, а пока он был лишь самым молодым обладателем подобного набора, что не могло не вызывать закономерного недовольства со стороны более старших охотников.

Достав несколько кусочков вяленого мяса, парень закинул один из них в рот и завалился на кровать, покрытую мягким пледом, также полученным в обмен на трофеи от небесных торговцев. Закинув руку за голову, Стакс прикрыл глаза и начал мечтать. Он часто так делал, чтобы расслабиться после охоты и сбросить груз эмоционального напряжения. Выходя на промысел, охотник погружался в особое состояние, называемое коттис, когда сибурианец становился частью окружающего мира и все его чувства обострялись, а реакция ускорялась в разы. Этому трюку его научил ещё в детстве отец, а потом уже сам Лакин развил эту способность до текущего уровня. Однако сейчас необходимо было переключиться.

Перед мысленным взором пролетали образы космических кораблей, парящих в пустоте. Он представлял, как управляет одним из них и посещает другие планеты, видит непохожих на сибурианцев существ, перенимает от них полезные навыки. Парень мечтал когда-нибудь оказаться внутри такого корабля, однако торговцы допускали к себе только старейшин, а ему в силу возраста в подобном было отказано, даже несмотря на то, что он регулярно добывал редких обитателей болот и был на хорошем счету. Постепенно Лакин расслабился и начал засыпать. После непростой ночи необходимо было отдохнуть и подготовиться к передаче заказа, однако сделать ему это не удалось, потому что снаружи раздался явно взволнованный детский голос, зовущий его:

- Лакин, Лакин, ты тут?

Стакс медленно открыл глаза, словно выплывая наружу из глубины болот. На секунду его посетило раздражение, но затем оно испарилось, потому что подобное поведение среди жителей поселения, ведущих достаточно уединенный стиль жизни, являлось нетипичным. А значит, что-то произошло. Ведь по-другому бы его вряд ли побеспокоили. Молодой охотник поднялся на ноги одним слитным движением, словно перетёк из одной стойки в другую, и, подойдя к выходу, выглянул наружу. За порогом стоял ребенок, вся одежда которого состояла из кожаной набедренной повязки.

- Что случилось? - хмуро поинтересовался уставший парень.

- Тебя Кагал зовёт.

Стакс на секунду задумался, интересно зачем он мог понадобиться старейшине, и, не найдя веской причины, спросил:

- Не знаешь, что ему нужно?

- Дарза потерялась. С утра её дома не нашли, думают, что ушла на болото. Ты же знаешь, что она ненормальная. Искать надо, - скороговоркой поделился информацией мальчик.

Судя по его тону, он был очень горд полученным важным поручением и старался выполнить его как можно лучше.

- Я сейчас подойду, - принял решение сибурианец и скрылся в хижине.

Он знал эту молодую девушку. Она действительно отличалась от всех остальных, за что её регулярно наказывали родители. Ведь вместо того, чтобы готовиться стать матерью, Дарза мечтала стать охотником. Небывалое дело! Ведь дух Сибура не любит подобного к себе отношения. Женщина должна находиться в безопасности, и подобного допускать нельзя. Однако, несмотря на внешнее давление, девушка, которая, к слову сказать, была достаточно симпатичной и сам Лакин вполне мог бы рассмотреть её в качестве подруги, настойчиво старалась доказать обратное. Вот и сейчас, похоже, она решила показать всем, что и она что-то умеет, и теперь придётся возвращаться в топь.

На экипировку ушло всего пара минут, по истечении которых Лакин покинул свой дом, прикрыв вход кожаным пологом и поставив несколько незаметных меток. Эта привычка уже въелась в поведение, и менять её Стакс не собирался. После чего быстрой лёгкой походкой парень поспешил к центру поселения. Добравшись туда за пару минут, он увидел там нескольких явно взволнованных соплеменников. Пристроившись к краю, Лакин попытался понять, всё ли верно растолковал ему юный гонец, и, судя по всему, тот не ошибся в своих суждениях. Девушка действительно покинула дом ещё ночью, и её исчезновение не было обнаружено вплоть до утра. Оперативно организованные поиски ничего не дали, и сейчас собирали всех мужчин для поисков в районых, где заканчивалась относительно безопасная зона.

Стасу всё стало понятно без дополнительных разъяснений. Поэтому он развернулся и молча направился в сторону границы поселения. Болота Сибура обширны, они практически бесконечны, и шансов обнаружить одинокого человека среди этих бескрайних гиблых мест весьма невелики. Поэтому особого смысла в том, чтобы координировать свои действия с остальными, парень не видел. Он пойдёт и сделает то, что от него требует его долг. А повезёт или нет ему на этом пути - так то известно только самому Сибуру.

Спустя примерно полчаса после того как он пересёк границу, его ноги вновь вступили в пока ещё доходящую только до середины стопы болотную жижу. Постепенно её уровень начнёт повышаться, а когда поднимется ещё сантиметров на 15, то это будет означать, что он достиг уже обследованной зоны и начнёт поиск. Несмотря на бессонную ночь и то, что ему не удалось отдохнуть, Стакс чувствовал себя достаточно неплохо и был уверен в себе. Он погрузился в своеобразное полутрансовое состояние, словно слившись с этим мрачным миром, став его частью, в которой он являлся главным хищником. Наверное, самым страшным их всех детей планеты, перед которым, если задаться целью, пасуют все другие.

Глава 2. Скорбная добыча

- Дарза, - едва слышно прошептал Лакин, внимательно осматривая простирающуюся перед ним заболоченную топь, тонущую в густом, едва колышащемся, сером мареве.

Видимость составляла всего метров двести, да и гораздо ближе этой границы очертания предметов уже подёргивались легкой дымкой. Сибур жил и дышал, и с этим ничего нельзя было поделать.

- Ну и куда тебя могло понести, самоуверенная идиотка?

Болота Сибура бескрайни, если не знать пути, то по ним можно идти много дней и в конечном итоге так и не выбраться на твёрдую поверхность. Хотя говорят, что существовали племена, живущие прямо посреди самых гиблых топей, сооружающих свои хижины прямо на деревьях, и способные добывать любых тварей. Но, честно говоря, Лакин в это особо не верил, потому что искренне считал, что обеспечить безопасность подрастающему поколению при таком подходе просто невозможно.

Парень задумался. Ну и куда могла отправиться девчонка, которая хочет доказать, что может стать ровней мужчинам? Ответ один: туда, где водится тот, кого она выбрала своим трофеем. Интересно, что будет, если ей удастся задуманное? Лакин никогда прежде не слышал, чтобы женщина из народа Сибура стала охотником. Нет, безусловно, в юном возрасте все дети учатся ходить по относительно безопасным районам. Это, во-первых, приучает их к постоянной бдительности, а во-вторых, позволяет добыть дополнительный рацион питания для семьи, ведь даже неподалёку от поселения можно найти созданий, годящихся в пищу. Собственно говоря, так и вырастают охотники, а их подруги учатся защищать себя и детей на территории жилища.

Но вот Дарза - совсем другое дело. Эта бойкая девчушка никогда не желала быть как все и мечтала стать чем-то большим. Заработать уважение, не родив детей и оберегая свой дом, а став полноправным охотником. Глупость несусветная! У женщины идёт кровь раз в два месяца, делая их желанной добычей для многих тварей, ведь они чувствуют этот самый приятный для них аромат издалека. В такие дни даже на улице показываться не стоит. Да и мало ли еще какие неприятности можно заработать женщине в болотах, ведь они всё-таки предназначены для другого.

И тем не менее сумасбродная соплеменница всё-таки решилась. Глупая девчонка. Куда же ты могла пойти? Понимая, что сейчас большая часть мужского населения, находящегося в посёлке, уже направилась на поиски, Лакин выбрал самый, на его взгляд, сложный маршрут. Ведь все остальные вряд ли подумали бы, что она могла направиться сюда. Это путь для настоящих охотников, да и топи здесь слишком глубокие. И очень опасные. При наличии других вариантов рисковать здесь - однозначное самоубийство. Но, в отличии от более безопасных мест, здесь гораздо проще найти серьёзный трофей. На этом и построил свои умозаключения Стакс, направившись в сторону заката.

Понимая, что охватить весь объём безграничных пространств он не в состоянии, Стакс выбрал для себя определённый сектор и принялся его методично прочёсывать, совершая челночные переходы змейкой. Да, это занимало много времени, но, с другой стороны, позволяло тщательно проверить местность.

Периодически сибурианец останавливался и прикасался кончиками пальцев к болотной жиже. Сейчас, когда день уже разгорелся вовсю, основные хищники, промышляющие в тёмное время суток, уже отправились в спячку, расползшись по своим укромным логовам. Большую их часть Лакин замечал издалека и обходил по небольшой дуге, дабы лишний раз не провоцировать тварей. В данный момент он двигается здесь совсем с другой целью, и их жизнь ему не нужна, да и мясо, которое в случае нападения у него однозначно появится, придется бросить, а это является практически преступлением.

Примерно через час впервые за этот день он вынужденно испытал свою реакцию. Еще молодой и не до конца сформировавшийся скрипунец - ядовитый падальщик - совершенно непонятно почему решил выбрать его в качестве своей жертвы. Эти небольшие членистоногие существа обладали гибким, но достаточно прочным хитиновым панцирем и достигали после полного созревания размеров около метра. Перемещались они при помощи сорока восьми суставчатых лап, на концах которых находились небольшие плоские пластинки, позволяющие им бегать даже по поверхности болотной жижи. И двигались они настолько стремительно, что если хоть на секунду замешкаться, то можно и не успеть среагировать. Этому ядовитому болиду-скрипунцу достаточно было лишь слегка провести своими жвалами по коже, чтобы поразить её своим ядом. А дальше он отбегал и выжидал, пока жертва не умрёт, ну или не ослабнет и не потеряет сознание, и тогда он спокойно сможет полакомиться начавшей стремительно разлагаться в районе повреждения плотью. Однако была у него одна черта, которая позволяла понять, что он находится рядом: во время движения он издавал характерный скрипящий звук - это хитиновые сегменты на его теле тёрлись друг об друга из-за движения лап. Собственно говоря, своё наименование он и получил как раз из-за этого.

Острый клинок охотника, заточенный до бритвенной остроты, метнулся в нужную сторону ровно в тот момент, когда это было нужно. Кончик пробил тело болотной твари в районе головного нервного узла, и она, издав негромкий писк, задёргалась, в отчаянной попытке спастись, хотя её судьба уже была предрешена. Лакин, с первого взгляда убедившийся, что его удар, как всегда, оказался точен, спокойно вытянул руку, осматривая этот не в меру агрессивный экземпляр, и отметил, что он, несмотря на некоторые признаки незрелости, всё-таки достаточно крупный. Хороший скрипунец. Жаль, что небесным торговцам подобные трофеи были не интересны. Они вообще обладали весьма ограниченным списком того, что готовы были купить. Хотя иногда, безусловно, брали на пробу и тех созданий, которых до этого не видели. Но такое случалось редко. Сотни лет сибурианцы поставляют им свою добычу, и за это время практически вся она давным-давно оказалась изучена. Так что подобные трофеи добывать было бессмысленно, разве что использовать их в пищу.

Убедившись в том, что тварь сдохла (ведь яд скрипунца, даже несмотря на то что охотник был привит от него с детства, его не убьёт, но наверняка доставит массу неприятных ощущений - вплоть до того, что придётся вырезать по живому место укуса, а после этого достаточно долго восстанавливаться), Лакин отбросил тушку подальше в сторону, теперь она станет чьим-то обедом, и невозмутимо двинулся дальше.

Все эти места были слишком хорошо знакомы парню, он исходил их вдоль и поперёк и знал наперечёт практически каждую кочку, каждое чахлое деревце и каждый кустарник, поэтому вести поиски ему было не трудно. Память точно подсказывала ему, если он видел хоть какое-то отклонение от того, что он помнил. Километр за километром оставались за спиной, а никакого следа девушки не наблюдалось. Ещё несколько раз более мелкие существа пытались совершить нападение на молодого охотника и разделили горькую участь скрипунца. Но это всё было в порядке вещей, на Сибуре каждое создание является одновременно и охотником, и добычей.

Постепенно Лакин удалялся всё дальше и дальше, и уровень болотной жижи начал доходить ему уже до колен. Когда это произошло, сибурианец остановился и принял решение возвращаться назад. Идти дальше было бессмысленно, он был твёрдо уверен в том, что девушка, даже такая бойкая и чего уж греха таить, умелая, как Дарза, не рискнула бы двигаться дальше. Любой адекватный житель планеты предпочёл бы найти более простой альтернативный способ умереть. Так что, скорее всего, он просто выбрал не тот маршрут, и объект его поисков пошел по другой дороге.

Заканчивая очередной проход змейки, Стакс решил возвращаться, но на обратном пути сместиться чуть в сторону, чтобы охватить еще один участок местности, однако напоследок всё-таки тщательно осмотрелся по сторонам. В этот момент лёгкий ветерок сдвинул клубы тумана в сторону, и в его разрывах показалось дерево, силуэт которого был охотнику хорошо знаком. Однако сейчас Лакину показалось в нём какое-то несоответствие с прежней картинкой. Нахмурившись, сибурианец решил потратить ещё немного времени и добраться до него, хотя двигаться становилось всё тяжелее и опаснее, к тому же приходилось постоянно мониторить присутствие притаившихся хищников вокруг себя.

Немного приблизившись к дереву, когда видимость чуть-чуть улучшилась, взгляд парня стал серьёзнее. Молодой охотник понял, что показалось ему странным, потому что на самой нижней ветви он увидел тело той, кого он искал. По всей вероятности, некоторое время назад она пыталась на нём укрыться. Руки и ноги юной сибурианки бессильно свисали вниз, и это являлось очень плохим знаком. Ускорившись, охотник подошёл ближе, но вплотную к дереву подходить не стал. Он уже понял, что нашёл девушку, но, если она находится в таком положении, скорее всего, ничего хорошего с ней не произошло, а значит, где-то тут поблизости может быть тот, кто сделал это с ней.

Каждый шаг теперь производился исключительно после того, как парень убеждался в том, что поблизости никто не притаился. Его рука постоянно находилась погружённой в мутную грязь в попытке почувствовать малейшее движение или колебание жижи. Однако, к удивлению Стакса, ему беспрепятственно удалось подобраться к самому подножию, и на него так никто и не напал. Забраться на дерево было делом пары минут, и вскоре он оказался рядом с телом девушки. Ему хватило одного прикосновения, чтобы понять, что она мертва.

На секунду в сердце охотника прокрались искреннее сожаление и печаль, однако он тут же отогнал эти мысли в сторону. Ведь в том, что с ней произошло, Дарза виновата сама. Душа Сибура отринула её, посчитав подобное поведение недопустимым, и всем его детям следовало принять это. Внимательно осмотрев открытые участки кожи, незащищённые одеждой, Лакин быстро нашёл причину гибели соплеменницы. Непонятно, правда, почему эта практически идеально круглая отметина, состоящая из множества сейчас уже синеватых проколов, находилась сзади, в районе шеи чуть слева. Ведь псилатусы, если и нападают на свою жертву, то только из глубины и то не выше колен. Для Лакина их яд был неприятен, но не особо опасен. Не раз и не два он становился жертвой укусов этих болотных тварей, и его организм без особых проблем справлялся с этим ядом, однако девушка вряд ли могла похвастаться подобной резистентностью. После укуса она, видимо, поняла, что самостоятельно выйти назад не сможет, и успела взобраться на дерево, даже привязала себя к ветке, чтобы не упасть, если потеряет сознание. Судя по всему, она надеялась, что спустя некоторое время сможет перебороть токсин, да только, к сожалению, яд оказался сильнее.

Осторожно срезав верёвки, Стакс, хоть и не хотел шуметь, вынужден был столкнуть тело девушки вниз. Оно пролетело около четырёх метров и с громким всплеском упало в жижу у подножия дерева. Шуметь в этих опасных охотничьих угодьях весьма неосмотрительно, но другого выбора, чтобы спустить Дарзу вниз, у Лакина не имелось. Немного подождав и понаблюдав сверху за местом падения, он убедился в том, что по крайней мере визуально никого не видит, и начал спускаться. Как только его ноги коснулись болота, он тут же начал сканировать рукой окружающее пространство, а затем, никого не обнаружив, поднял достаточно лёгкое для него тельце и перекинул его через плечо, после чего понёс свой скорбный груз в обратную сторону.

Сейчас, когда его манёвренность и скорость оказались весьма сильно ограничены, приходилось действовать максимально осторожно. Однако бросить свою находку он не мог - это было неправильно. И хотя погребальные обряды сибурианцев заключались в том, что близкие родственники после ритуального прощания собственноручно относили погибшего в болото и оставляли его там, передавая его таким образом Сибуру, совершить самостоятельно подобный обряд парень не мог, поэтому и нёс её, упрямо шагая по опасной трясине. Дополнительный вес пару раз едва не стоил ему лишнего риска, из-за погибшей он продавливал находящийся под слоем жижи слой сплетённых корней всевозможных трав, под которым находилась глубокая трясина, тогда его нога проваливалась, и ему приходилось тратить время и силы, чтобы вытащить её, а ведь там в глубине мог таиться опасный хищник, почувствовать которого не так то и просто. И тем не менее он всё равно упрямо шёл вперёд, стараясь концентрироваться на болоте, слушать его дыхание, видеть его жизнь и оберегать свою.