Клинок Сибура: ОХОТНИК

Из-за постоянной дымки увидеть хоть что-нибудь достаточно далеко было очень непросто. Предгорья молодой сибурианец почувствовал ногами: постепенно поверхность становилась плотнее, а вскоре грязь под его ступнями вообще перестала чавкать, а привычная растительность уступила место другой. Однажды в вылазках он уже бывал неподалёку от этих мест и примерно представлял, что его ждёт, правда, ещё нужно было найти пещеру, а быть может, и не одну: ведь неизвестно, в какой именно может скрываться заглот. Но сначала нужно было как следует отдохнуть. Длительный переход без возможности как следует выспаться давал о себе знать, что в конечном итоге могло привести к краху. Поэтому парень решил забраться подальше и спустя пару часов смог наконец-то подняться выше уровня болотных испарений. Впервые в жизни он видел родной мир без привычного марева. Уже синеющие небеса уходили куда-то высоко-высоко, а под ногами, насколько хватало взгляда, окружающее пространство тонуло в густом тумане. Молодой охотник с интересом рассматривал незнакомые растения: ведь здесь даже листья на деревьях выглядели иначе, да и сами они казались лишь жалким подобием того, что росло внизу. Правда, его лёгкие, привычные к повышенной влажности, попробовав новый состав газов, сразу же дали о себе знать: в груди немного захлюпало, и дышать стало труднее, однако вскоре это прошло, и парень принялся искать место для ночлега. Ему повезло: он смог найти небольшое углубление в скале, в котором расположился, вскрыл очередной паёк (которыми питался всю дорогу, постепенно облегчая вес рюкзака), поел и, прислонившись спиной к камню, попытался уснуть. Периодически он просыпался, когда очередное назойливое насекомое находило вожделенную добычу в его лице, однако как только его кожа чувствовала чужое прикосновение, разум чётко давал команду на пробуждение, а дальше следовала неминуемая расплата за ошибку. Несмотря на это, Лакин смог неплохо отдохнуть и, как только взошло солнце (которое отсюда, из-за отсутствия дымки, выглядело совсем иначе, чем оттуда, снизу), собрался и двинулся дальше.

Следующие сутки ушли на обследование достаточно широкой полосы кромки предгорий, за время которого ему удалось обнаружить три потенциальных логова. Только вот как он ни старался найти хоть какие-то следы заглота, ему этого не удавалось, поэтому оставался единственный вариант: идти внутрь и испытать свою удачу.

Перед тем как двинуться дальше, Стакс остановился на краю небольшого плато, один край которого спускался прямиком к заболоченному участку, что, по мнению охотника, являлось самым удобным путём подъема для гигантского существа. Неподалёку зияли входы в несколько пещер. Одни были узкими, похожими на трещины, и в них с трудом смог бы протиснуться даже сам Лакин, другие - широкими и тёмными, словно чёрные пасти мифических монстров, которых уже не осталось на Сибуре. Здесь, на твёрдой поверхности, его главный помощник, способность чувствовать вибрации болота, работала иначе, но одно парень знал твёрдо: такая махина, как заглот, не могла не оставить следов. Огромное тело неизбежно должно было касаться стен, оставляя на камне и почве хоть какие-то отметины.

Сибурианец двинулся от пещеры к пещере, внимательно изучая каждый вход. Он искал хоть какие-то признаки жизни. В одной из расщелин он заметил характерные полосы, как будто по стенам мазнули болотной тиной, а возле самого входа оказались с корнем вывернуты пара небольших кустарников. В нос ударил слабый, но отчётливый запах - немного гнилостный, но не похожий на болотную тину. Этот запах был глубже, тяжелее, отдавал чем-то знакомым, как будто весьма специфические ароматы всех добытых охотником существ в один миг соединились, протухли и напомнили о себе. Почему-то Лакину подумалось, что, может быть, заглот действительно имеет какое-то отношение к душе планеты, но тут же отбросил эти мысли в сторону и понял: он здесь. Вход в пещеру был достаточно широким, чтобы в него мог протиснуться даже очень крупный монстр.

Осторожно, стараясь не производить лишних звуков, переступая с пятки на носок, охотник подкрался ближе и замер у самого входа, затаив дыхание. На всякий случай он достал дыхательное устройство, проверил его в работе, ощутив при этом привычную струю свежего воздуха, и убрал обратно – пока что его время ещё не настало. Рука сама собой легла на рукоять удивительного клинка, который отозвался на прикосновение теплотой, словно тоже желал поскорее вступить в бой. Парень улыбнулся, а затем осторожно отошёл от входа и принялся колдовать над своим копьём.

Добытые им ядовитые железы отличались по внешнему виду, и парень легко мог разобраться, какой токсин находится в каждом. Обычно охотники использовали что-то конкретное, и у каждого имелся излюбленный набор, однако сейчас, для такого монстра, как заглот, нужно было что-то позабористее, и то не факт, что получится воздействовать на него ядом. Стакс немного подумал, а затем прямо на одном из валунов начал смешивать комбинированный состав. Ножом разрезал железы и выдавил их на сероватую поверхность камня, затем перемешал подобранной с земли палочкой из дерева. Ну а после этого начал осторожно заполнять природные ёмкости копья. Постепенно дело продвигалось, и вскоре оружие было полностью готово. На всякий случай парень и клинок как следует смазал - мало ли как дело повернётся, быть может, это его спасёт, если всё пойдет не по плану.

Лишний груз за плечами сейчас мог только мешать, поэтому рюкзак и лишние элементы экипировки отправились в одну из небольших расщелин, после чего юноша собрался с мыслями и вновь двинулся к входу. Снова прислушался - ничего не поменялось. Теперь нужно было попробовать выманить эту тварь наружу, потому что соваться вглубь означало скорее всего верную смерть. Лакин планировал это ещё по пути, потому что не хотел умирать, ведь его ждали звезды.

Заглот - существо глубинное, но не слепое. К тому же он скорее всего, как и большая часть других существ чувствует колебания и звуки. Ну и все байки о нём сводились к одному: он ненавидит, когда его беспокоят на его территории. Возможно, если как следует ударить по стенам пещеры, создать сильный шум и вибрацию, то монстр может выйти наружу, чтобы устранить источник раздражения. Подобрав подходящий камень - валун размером примерно с его голову - Стакс с силой швырнул его в глубину пещеры. Булыжник несколько раз ударился о стены, затихая с каждым отскоком, пока глухой звук полностью не растаял во тьме подземной каверны. Тишина. Ничего. Неужели он ошибся? А быть может, монстр уже скрылся в глубине? Нужно проверять. Ещё один камень - и снова безрезультатно. Тогда Лакин осторожно вошёл внутрь пещеры на несколько шагов. Здесь, под каменным сводом, воздух стал гораздо плотнее, отчаянно захотелось уже сейчас применить дыхательный аппарат, но насколько его хватит - неизвестно, поэтому лучше с этим делом не торопиться. Да и к самым разным запахам сибурианец с детства привык.

Глаза охотника постепенно начали привыкать, выхватывая из темноты очертания коридора пещеры. На удивление, он оказался достаточно длинным, так что полностью рассмотреть её было невозможно. А потом откуда-то из глубины собственного естества пришло это осознание: заглот находится здесь - лежит где-то там, в глубине. Парень и сам не понял, почему он в этом уверен, но чувствовал, что это так и есть.

- Ну что, выходи, - прошептал Лакин, и его приглушённый голос, отразившись от стен, заметался по этому каменному капкану. - Я пришёл за тобой, и я тебя возьму.

Он отступил немного к выходу, не поворачиваясь спиной к темноте, осмотрелся, нашёл уже один раз использованный камень, поднял и силой метнул как можно дальше. Сильные и ловкие пальцы юноши, словно ища поддержки тут же нашли ту самую выпуклость на гарде переданного контрабандистом клинка. Он был готов. Левой рукой он достал дыхательный аппарат, зажал его в зубах, но активировать пока не настало подходящее время не решился. Прислушался - и словно в ответ на его запрос откуда-то из глубины резко пахнуло смрадом. Похоже, он всё-таки добился своего: монстр проснулся, если, конечно, он вообще умеет спать, и сейчас наверняка соображает, что делать дальше. Ещё один камень отправился в темноту, а затем Стакс ощутил удар. Причём ничего подобного он не ожидал, потому что легенды никогда об этом не говорили. Его буквально захлестнула паника, которую он не испытывал никогда в своей жизни. Отчаянно захотелось стать маленьким, убежать отсюда, забиться в какую-нибудь щель в надежде, что его не найдут, и он бы, наверное, так и сделал, только вот его собственные ноги вдруг почему-то отказались ему подчиняться. охотник словно застыл, а из глубины пещеры послышался нарастающий рокот, смешанный со скрежетом камней и ещё какими-то жуткими звуками.

- Да что же это со мной? - пронеслось в голове Лакина, и он попытался тряхнуть ею, отгоняя внезапно одолевший его страх. - Я охотник. Я здесь самая страшная тварь.

И как ни странно, это помогло. Наваждение отпустило, и он осторожно, пятясь, направился к выходу, сжимая в руке копьё с заполненным ядом наконечником. Шаг, второй, третий... И вот над головой уже нет каменного свода. А между тем звук усиливался и явно приближался, всё ближе и ближе, ещё несколько торопливых шагов, чтобы оказаться чуть подальше и иметь пространство для маневра. А затем в шею что-то больно ударило. Лакин инстинктивно дёрнулся, его рука взметнулась, а затем нащупала место повреждения, и он с удивлением понял, что это маленькая стрела. Он тут же выдернул её и осмотрелся в попытке понять, откуда прилетел этот подлый удар, и увидел их – двоих прекрасно знакомых ему охотников из собственного селения, те, которые отказались идти за заглотом, и вот, похоже, передумали.

В голове слегка поплыло, а лица мужчин, которые выстрелили в него из тростниковой трубки маленькой стрелкой с ядом, исказились в ухмылке. Одно Стакс понял сразу: эти два негодяя, похоже, изначально задумали его подставить. Скорее всего, и в хижину наведывался один из них, а может, и оба. Он, кстати, не видел их тогда во время сдачи похожих трофеев, скорее всего попросту опоздал, провозившись с мёртвой девушкой. Эти два подонка, похоже, решили использовать его в качестве приманки. Хитро и коварно. Но он же свой, с детства рос у них на глазах! Только, кажется, всё это оказалось важным лишь для него самого. Отравленный разум начал путаться, но парню хватило силы воли, чтобы сделать ещё несколько шагов в сторону в попытке уйти подальше, только вот охотники время зря даром не теряли и оказались уже в нескольких метрах от него.

- Ну что, сопляк? Решил, что ты лучше всех? Так мы тебе докажем, что это не так. Но ты можешь гордиться: умрёшь как герой и настоящее дитя Сибура. Ха-ха.

Что-то отвечать было бессмысленно, да и рот был занят дыхательным аппаратом. Зрение начало подводить, и перед глазами Лакина побежали багровые круги, но он всё-таки попытался выставить перед собою копьё. Он понимал, что его отравили, но пока ещё не мог просчитать, чем именно. Действие большинства токсинов было схожим, и против большинства из них у него имелся весьма серьёзный иммунитет, именно поэтому он и смог добиться в своём возрасте того, на что у многих уходила целая жизнь. Только вот на то, чтобы преодолеть отравление необходимо время, а его ему совсем не оставили.

- Думаешь, переборешь? Нет, парень, можешь даже не стараться. Ты уже мёртв, просто ещё не понимаешь этого. Но ты неплохо постарался, идти за тобой было легко. Да и логово нашёл удачно. Всё-таки как ни крути, а тебе везёт.

- Сибур вас накажет, - прохрипел Стакс, всё-таки выплюнув ставший уже бесполезным подарок контрабандиста.

- Идиот, Сибур - это планета, одна среди многих. А в то, что ты веришь, что он живой, нам дела нет.

- Он выходит, - негромко предупредил говорившего второй сибурианец, семья которого жила всего в нескольких хижинах от дома Лакина, и, кивнув, двинулся куда-то влево, видимо планируя занять какую-то выгодную позицию.

Судя по всему, эти негодяи всё продумали заранее и, убедившись в том, что он выполнил за них всю грязную работу, решили устранить конкурента. Ноги Стакса затряслись, и как бы он ни старался сохранить вертикальное положение, у него это не получилось. Он завалился, всё ещё сжимая в руке древко копья, больно ударившись лицом в каменистую почву, а затем внезапно земля ощутимо содрогнулась, мелкие камешки завибрировали, а из темноты пещеры донеслось низкое, утробное шипение. Лакина вновь окатило волной ужаса. Она нарастала, множилась, превращаясь в непреодолимое желание сделать что угодно, даже умереть, лишь бы оно прекратилось. Видимо, это и есть те способности заглота, о которых лишь мельком упоминалось в охотничьих байках, почему-то вполне отчётливо подумал Лакин и вновь попытался успокоиться. Сейчас, на пороге смерти, смысла бояться уже нет. Остаётся только действовать, делать что угодно, лишь бы выжить - одно из двух желаний, которым обладало каждое живое существо на Сибуре, да и, наверное, не только на нем. Откуда-то из памяти всплыл образ отца, тот, каким парень помнил его, - уверенный в себе, улыбчивый и сильный мужчина с удивительно внимательными и добрыми глазами.

- Ты сможешь, сынок. Ты лучшее дитя Сибура. Борись, не сдавайся. Я в тебя верю.

Парень прикрыл глаза и попытался успокоиться. Несмотря на отравление, он медленно входил в изменённое состояние сознания, то, в котором обычно находился, блуждая по болотам. Ужас, бивший по нервам, постепенно отдалился, и Стакс открыл глаза. Ему повезло, что он смог сделать несколько шагов от входа, да и упал, видимо, достаточно удачно. Потому что он увидел, как темнота в зёве пещеры начинает обретать контуры. Сначала показались хитиновые пластины - чёрные, блестящие, словно безмолвная гладь болота. Эти чешуйки слегка двигались, перетекая одна за другой, и через несколько секунд из проёма пещеры показалась голова заглота. Она была лишена глаз, или по крайней мере их лежащему на земле парню не было видно. А может быть, этот монстр обладал чем-то другим, не тем, к чему привык Лакин. Вокруг огромной пасти задвигались небольшие гребни, сканируя пространство. Чем-то они походили на постоянно находящиеся в движении веки сибурианцев.

Чудовище было огромным, даже больше, чем представлял его себе молодой охотник. Тело монстра, казалось, не имело конца, причём непонятно было, каким именно образом оно двигается, потому что извиваться как змея, оно не могло, для этого ему просто бы не хватило ширины проема. Однако заглот уверенно двигался вперёд. По ноздрям снова ударил гнилостный запах: это монстр открыл свою пасть, усеянную по меньшей мере несколькими сотнями острых зубов. Почему-то его вид напомнил охотнику обычного червя, правда, выросшего до огромных размеров, и ему даже стало как-то смешно, но он тут же выкинул из головы мысли, скорее всего навеянные действием токсина.