Вельзевулов цветок

– Что ты делаешь, Елизар?! – воскликнул Герман.

Мистик был уже не здесь: он вернулся на века назад, в ту ночь, когда совершил свой роковой выбор. Едва заметно кивнув головой, Елизар погасил синее пламя. Мерзко хихикая, демон напустил на него рой мух и, прихватив Агафью Ивановну, хотел исчезнуть во вратах. Герман едва успел схватить несчастную обезумевшую тетку за руки. А бес, видя, что его задерживают, плюнул и был таков. Мистик не мог поймать ни одно насекомое. С поразительной медлительностью он, наконец, понял, что врата открыты, а его надежда вновь разбилась на бесчисленное количество осколков.

Тем временем Герман Андреевич схватился за обжигающую створку врат и пытался сдвинуть ее с места, но ему это нисколько не удавалось.

– Елизар, да где же ты?! – в отчаянии выкрикнул он.

Тут на плечо Германа легла крепкая мозолистая рука. За ним стоял обычный мужик, простовато одетый, – и не один. Восстали тени знахарского рода, навалились всей своей мощью. Нехотя, со скрипом, будоражащим нервы, чуть сдвинулась створка. Елизар подоспел и налег на вторую половину врат. Вдалеке в пышущем жаром коридоре появилась фигура. Нет, он не готов встретиться с ним. Лишь подчинив все свои душевные силы и стремления одной цели, друзья смогли сомкнуть створки. Врата исчезли.

Герман, тяжело дыша, обессиленно привалился к книжному шкафу, в смятении разглядывая ожоги на руках.

– Зачем ты призвал это существо? Ради чего?

– Я не хотел, слова сами вырвались из меня, – глухо ответил Елизар. – Я пытался узнать о главном ингредиенте для эликсира – цветке Вельзевула. Это растение поразительной красоты, но с ужасным, омерзительным запахом. Из всех насекомых только мухи кружат над ним целым роем во время цветения. Хотя, может, это сам Вельзевул склоняется над ним... Когда-то и люди знали о его целебных свойствах, излечивали им смертельные раны. Но ныне место его обитания скрыто. Я исследовал это растение и смею полагать, что в некоторой пропорции составляющих снадобья оно может и забрать дар бессмертия. Вот уже несколько столетий, как я возложил все помыслы на алтарь этой надежды.

Елизар чуть помолчал и с жаром добавил:

– Герман, мир так мал для меня и обесценен, негож, ибо суть его в ощущении пройденного пути, в уступлении места новой душе! Я непростительно поддался отчаянию и чуть все не погубил. Мне суждено быть вечным скитальцем…

– Ззззз! – мимо вальяжно пролетала сонная мушка, а потом, кружа, приземлилась на подлокотник кресла.

– Тсс! – Елизар на мгновенье замер, а затем вынул из кармана маленькую коробочку, осторожно открыл ее и, подкравшись к мушке, аккуратно заключил насекомое в коробок.

– Вельзевул, наверно, адски зол: захлопнуть дверь его же обиталища! Ха-ха-ха! – разразился смехом мистик.

– Елизар! – Герман, несмотря на ожоги, яростно схватил наставника за плечи. – Изабелла Петровна! Изабелла... – только и смог он вымолвить, всем своим существом показывая, что случилась беда.

– Да с чего же ты взял?

– Я видел… когда бес наложил на меня печать!

– Ну, полно! Отпусти меня, – мягко произнес Елизар.

Герман увидел, что радость улетучилась из облика мистика – его лицо стало необычайно серьезным. Высвободившись из цепкой хватки друга, Елизар достал из кармана небольшой мешочек с порошком. Он отсыпал немного содержимого на правую ладонь и сделал щелчок пальцами – вспыхнул синий пламень. Затем что-то пробормотал, дождался, когда порошок догорит – пламя стало красным.

– Порой видения настолько схожи с действительностью, что не остается сомнений: так есть на самом деле! – произнес он. – Хвала небесам, то было вымышленным испытанием. Она жива! Угроза миновала, но все же Изабелле дорога каждая минута – нужно отдать ей веер и определить куда-нибудь Агафью Ивановну, пока она не пришла в чувство. Да и пора продолжить бал!

Выйдя на улицу, они увидели яркие вспышки фейерверка, впрочем, как и ожившие участники маскарада, которые в теплых накидках высыпали на просторный балкон, дивясь яркому действу и не заметив ничего странного в этот вечер.

***

Петр Романович Челякин собирался на новогодний бал, поскольку должен был сопроводить младшую дочь Вареньку. Однако он тревожился, что старшая останется дома одна.

– Папенька, Варе никак нельзя пропустить торжество, – уговаривала отца Изабелла. – Ведь она так к нему готовилась! У нее красивое платье, и она непременно обратит все взоры молодых людей на себя. Я не хочу расстраивать ее планы своим неожиданным приездом, тем более что Нюрочка будет за мной присматривать, – добавила она.

Варенька же просительно смотрела на родителя, и Петр Романович сдался.

Проводив отца и сестру, Изабелла Петровна вздохнула с облегчением. Ей хотелось, чтобы приезд Германа Андреевича и Елизара Ивановича не вызвал никаких вопросов.

В ожидании она сначала нервно ходила по своей комнате, сжимая платок графа в руках и думая, что скажет ему при встрече. Позже спустилась в гостиную, где стояло фортепиано. «Как же давно я не играла…» – промелькнула печальная мысль у Беллы. До сих пор она избегала музыки, словно у нее не было более права отдаться своей страсти. Приподняв крышку инструмента, она провела рукой по черно-белым клавишам, взяла пару нот, а затем присела и стала тихонько наигрывать ту самую мелодию, с которой для нее началась любовь к музыке.

Черный кот, который приехал вместе с Изабеллой и, к удивлению домашних, то появлялся, то исчезал, когда ему заблагорассудится, оказался тут как тут. Он забрался на самый верх фортепиано, разлегся, свесив свой длинный черный хвост на нотную тетрадь. Поначалу его глаза были закрыты, словно он наслаждался мелодией, но вдруг изумрудный взгляд недовольно уставился в пустоту позади Изабеллы. И она, к своему ужасу, поняла, что не одна в комнате. Ей не хватило смелости обернуться, но Изабелла Петровна ясно видела, как на нее, становясь все больше, надвигается тень непрошенного рогатого гостя. Ее руки на мгновенье замерли.

Кот проворно спрыгнул на клавиши, издав громкую гамму звуков, и заскреб коготками по нотам, будто бы сообщая, что ей нужно продолжать играть. Мелодия, сбивчиво и нестройно, вновь зазвучала. Животное вернулось на место, не спуская глаз с гостя, а Изабелла почувствовала, как музыка становится осязаемой – зеленоватое сияние обволокло ее, образуя еле заметный барьер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Евангелие от Матфея, глава 3, стих 7-8.