Сердце на ладони

— У меня так уже было однажды. Заведующая детским садиком, где я работала раньше, не пустила меня учиться в институт, и вот опять… Не везет мне с начальниками…

— Зачем тебе высшее образование? Ты и без этого прекрасно обходишься на работе, — сказал Шмелёв.

— Пока да, а что будет потом? Вдруг что-то изменится, и мне дадут пинок? Одинокую женщину легко обидеть!..

Он какое-то время неотрывно смотрел на нее, и в его взгляде появилось что-то такое, от чего Снежана вдруг ощутила внутренний трепет. Ее словно затягивало в омут его темных глаз.

— Ну, ладно, оставляй заявление. Пусть он сам решает, — имея в виду Каримова, сдался, наконец, Владлен.

На следующий день, едва Большакова пришла на работу, Осокина отправила ее в архив. Вскоре в коридоре послышался голос Шмелёва, а затем дверь архива распахнулась, и он сам появился на пороге.

— Давай бросай все и иди в Бюро! И никого не слушай, скажи, что я тебе велел. Поняла? Я тебе велел!

Снежана кивнула и вернулась в отделение учета.

— Владлен Олегович приказал мне отправляться в Бюро, — доложила она Осокиной извиняющимся тоном.

— Вот, — возмутилась старшая паспортистка. — Снежану из архива дернул!

Через какое-то время Владлен зашел в Бюро, молча посмотрел, на месте ли Снежана, и ушел. Девчонки засмеялись:

— Проверка!

После обеда Шмелёв заглянул в Бюро со словами:

— Снежана, зайди ко мне!

— Что натворила? — забеспокоились девчонки.

— Да, вроде, ничего…

— Ни пуха, ни пера! — напутствовали они ее.

— Спасибо!

— Не спасибо, а к черту!

Когда Большакова вошла, Шмелёв с деловым видом начал объяснять, на каком основании ей отказано в заочном обучении. Как ни странно, на этот раз Снежана не особенно расстроилась.

— Нет, так нет, — улыбнулась она. — Что же теперь делать?!

— Нет, ты серьезно отнесись к этому, — возразил он. — Ты ведь хотела получить высшее образование, чтобы найти какую-нибудь работу получше?

— Ну, в принципе я думала об этом.

— Может быть, тебе стоит что-то поменять?

Она поняла, что он имеет в виду:

— Уволиться, что ли? Нет, мне работа важнее, чем учеба!

12

В честь Дня Рождения Любимого Начальника Снежана вырядилась в ярко-красный брючный костюм. Первое, что она увидела, войдя в свой отдел, были фрукты, лежащие на подоконнике. Вскоре появился Владлен и, с удивленно-восторженной улыбкой глядя на Снежану, сказал:

— Девчонки, угощайтесь!

Лидия Ивановна, увидев разряженную Большакову, сразу отправила ее в архив доделывать то, что ей не дал вчера доделать Шмелёв. По дороге в архив Снежана зашла в кабинет к Владлену. Тот встретил ее напряженно, чуть ли не враждебно, видимо, опасаясь, что она все же решила сменить работу ради учебы. Когда же Снежана начала поздравлять его и подарила свою книгу и открытку, он сразу оттаял, заулыбался, назвал ее Снежаночкой, удивился, что это она сама написала книгу, пообещал прочитать ее, и рассыпался в благодарностях.

Незадолго до обеда Владлен распорядился включить чайник, затем начал расставлять чашки, разливать шампанское и вообще был излишне оживлен.

Все собрались вокруг стола, и Снежана оказалась напротив Владлена. Он поднял чашку с шампанским, приглашая Снежану чокнуться с ним, а остальные, поняв, что Шмелёв хочет, чтобы она поздравила его первой, стояли вокруг и ждали. Владлен был настолько растроган поздравлениями, что даже облил шампанским свой галстук. Когда Снежана встретилась с именинником взглядом, его глаза, светящиеся ярким внутренним светом, поразили ее. Таким счастливым она видела Владлена впервые.

Лосев, поздравляя его, пожелал, чтобы он, в конце концов, купил машину своей мечты. Снежане стало интересно, о какой же машине мечтал Владлен. Ей вспомнилось, как однажды они с мамой зашли в автосалон, и с благоговением стояли перед «Тойотой Короллой». По сравнению с «Окой» это действительно была машина мечты.

Вскоре Владлен оставил свое место напротив Снежаны и встал рядом с ней. Снежана, исподволь поглядывавшая на него, заметила, как он ослабил узел галстука, что выдавало волнение именинника. Отлучаясь куда-нибудь на несколько минут, он снова занимал свое место подле Снежаны.

Потом все разъехались на обед. В кабинете остались только Лера и Снежана, которая упорно добивала кусок именинного торта. В последнее время она разлюбила торты, но на этот раз решила доесть все за здоровье «новорожденного».

Погода была прекрасная и после чая Снежана отправилась прогуляться. Возвращаясь с улицы, она прошла мимо кабинета Атаманова. Дверь была открыта. В этот день Владлен изменил своему обыкновению и не поехал на обед домой. Он сидел за столом, положив сцепленные в замок руки перед собой. В его глазах замерло ожидание, но лишь позже Снежане пришло в голову, что можно было бы отрезать кусочек торта, налить чайку в чашечку и прийти к любимому начальнику, поговорить. Но она была слишком дикой и не догадывалась, как можно лишний раз подчеркнуть свой интерес к мужчине.

Через некоторое время Владлен сам пришел в кабинет замов, где сидели Снежана с Лерой:

— Девчонки, что это вы такие румяные? — спросил он.

— Жарко от шампанского и чая!

Шмелёв сел за компьютер Амира и начал распечатывать какой-то документ. Лера, догадываясь о симпатии начальника к Снежане, ушла, оставив их вдвоем.

— Твоя книга каким тиражом вышла? — поинтересовался Владлен.

— Да небольшим, всего тысячу экземпляров.

Больше он ничего не спросил, а она, как всегда, не решилась продолжить с ним разговор.

Вторую половину дня Снежана работала в Бюро. Иногда под аркой без видимых причин появлялся Владлен, словно ноги сами несли его сюда. Ему лишний раз хотелось взглянуть на Снежану и убедиться, что она тут!

В конце рабочего дня Владлен с инспекторами отправился праздновать свой день рождения в кафе. Потом мужчины с восторгом говорили, что праздник удался.

А Снежана в этот день наслушалась комплиментов насчет своего яркого брючного наряда.

— Снежана, ты сегодня просто сногсшибательная! — похвалила ее Вера.

— В честь дня рождения начальника не грех и нарядиться! — улыбнулась та.

— А что сказал Владлен Олегович? — полюбопытничала Вера.

— А что он скажет? — пожала плечами Снежана.

13

За окном висела серая хмарь. Небеса время от времени разражались горькими слезами. Снежана смотрела в окно, и ее сердце наполнялось отчаянием. Увлечение Владленом зашло слишком далеко, и теперь ей оставалось только молча страдать.

Утром она поздоровалась с ним, и услышала в ответ:

— Здравствуй, солнышко!

Но эти ласковые слова не утешили Снежану. После дня рождения Владлена ей стало совсем тоскливо. Она надеялась, что он скажет что-то важное для них обоих. Она жаждала его любви, но это оставалось несбыточной мечтой.

Если бы она могла разлюбить его!

После обеда Владлен пришел в Бюро, остановился за спиной Снежаны, и попросил ее напечатать заявление. Та кивнула, а он со смехом спросил, не постеснявшись ни девчонок, ни народ, толпящийся за окнами:

— Я тут поторчу?!

Снежана испытала неловкость от бестактности Владлена и холодно отозвалась:

— Я принесу.

Загадочно улыбаясь, он вышел из Бюро.

Когда Снежана пришла с заявлением, Владлен с излишней горячностью поблагодарил ее, а потом спросил:

— Что я должен, Снежаночка?

Она ответила красноречивым убийственным взглядом. Владлен только рассмеялся.

На следующий день на работу после болезни вышел Амир, а «должник» Снежаны, напустив на себя при встрече с ней холодный вид, ушел на больничный. Владлен был опытным ловеласом, и умело пользовался искусством флирта, постоянно поддерживая интерес Снежаны к себе. Однако подобное поведение Владлена больно ранило Снежану, вселяя ложные надежды в ее сердце.

По гороскопу Снежана относилась к воздушному знаку Весов, и как все представители этой стихии была подвержена перепадам настроения. Она то витала в облаках, то погружалась в пучину отчаяния. Пока Владлен болел, Снежана немного успокоилась и ждала его без прежнего нетерпения, с тихой светлой радостью. Она решила просто жить, наслаждаясь каждым мгновением, проведенным возле него. Главное, что она любит его, а он помнит о ней, беспокоится и иногда говорит ласковые слова.

Последний день мая выдался на редкость дождливым и унылым. Снежана простыла, или может, подцепила бациллы от посетителей Бюро, и к концу рабочего дня у нее поднялась температура. А утром Снежана проснулась с пониженной температурой, но на работу вышла. До обеда она худо-бедно доработала. Оставалось пережить еще три часа и впереди — два выходных: отлежаться, подлечиться, в общем, прийти в себя. Однако все вышло совсем не так. Утром в субботу температура упала до тридцати пяти градусов, и Снежане стало совсем худо. У нее не было сил дойти даже до поликлиники и пришлось вызвать врача на дом. Какая-то непонятная болезнь вынудила Снежану целых две недели провести в постели. Лечащий врач зашла в тупик и посоветовала пациентке лечиться народными средствами.

Снежана с мамой сразу вспомнили целительницу Анну Осиповну, которая полтора года назад спасла Снежану от гибели. В тот раз Нурия, подруга Григория Большакова, решила раз и навсегда убрать со своей дороги соперницу, чтобы у Григория не возникло желания вернуться к бывшей жене. Нурия считала, что в борьбе за личное счастье все средства хороши, и не побоявшись греха, прибегла к проверенному методу. Хотя Снежана с Серафимой Николаевной и были наслышаны о колдовстве, они не особенно верили во все эти «чудеса», но жизнь убедила их, что черная магия не только существует, но и приносит свои страшные плоды.

Мать с дочерью не раз замечали перед дверью своей квартиры разлитую воду, рассыпанную землю, разбросанные иголки, а на замке гаражных ворот однажды обнаружили прилепленную воском заднюю половину крошечного мышонка. Весь этот негатив подрывал здоровье Снежаны. День ото дня ей становилось все хуже и, не узнай тогда Серафима Николаевна совершенно случайно про Анну Осиповну, все могло закончиться весьма печально.

Целительница оказалась строгой сухопарой старухой восьмидесяти двух лет, еще полной сил и энергии. Анна Осиповна сразу определила, что на Снежане смертельная порча, наведенная любовницей мужа.

Продолжая обследование Снежаны, Анна Осиповна обескуражила ее вопросом:

— А что, твой сын не родной твоему мужу?

— Родной…А почему вы спрашиваете об этом?

— Да потому, что твоя свекровь тоже желала смерти вам с сыном. Она приносила в ваш дом зло под личиной добра.

Снежана похолодела. Она сразу вспомнила, как однажды свекровь привезла пузырек с маслом от якобы мироточащей иконы Богородицы и пакетик земли с могилы Серафима Саровского. По совету свекрови Снежана положила землю под матрац сына в изголовье, а маслом мазала ему больные ноги, что могло приблизить смерть Лёвушки.

Во время снятия порчи Снежана едва не потеряла сознание. Анна Осиповна усадила молодую женщину на диван и, ласково поглаживая по голове и спине, успокаивающе проговорила:

— Теперь все будет хорошо. Обратись ты чуть позже, вряд ли я смогла бы помочь тебе.

— Как же я поведу машину в таком состоянии? — слабым голосом спросила Снежана.

Анна Осиповна таинственно улыбнулась:

— А так и поведешь.

Вскоре болезненная слабость у Снежаны прошла, и она спокойно села за руль.

Как и в первый раз, к целительнице они поехали на своей верной «Окулине», только теперь вел машину их дальний родственник, Василий, водила-дальнобойщик, а сама Снежана скрючилась на заднем сиденье.

До села Анны Осиповны, находящегося в ста километрах от Ленинска, они добрались без приключений.

Оставив машину под присмотром Василия на пригорке перед глинистым оврагом, изрезанным глубокими колеями, Снежана вместе с матерью пешком двинулись к дому целительницы. Пока они перебирались через овраг, навстречу им попалась черная кошка, дурная примета для других, но для Снежаны и Серафимы Николаевны кошка любого окраса всегда была добрым знаком. Каждый раз при встрече с этим животным мать с дочерью вспоминали почти мистический случай, произошедший в день похорон Лёвушки. Отец Снежаны и Григорий, который пришел на похороны сына, вышли покурить на крыльцо дома. Вдруг неизвестно откуда появился маленький серый котенок, и принялся громко мяукать, словно требуя впустить его в подъезд. Поскольку дверь в квартиру, где стоит гроб, запирать не принято, а по поверьям присутствие кошки может привести к новым смертям в семье, дед Лёвушки отогнал котенка подальше от дома.

Через некоторое время Снежана, сидевшая у гроба сына, услышала в подъезде жалобное мяуканье, похожее на плач.

— Словно зовет кого-то, — проговорила тетка Снежаны Эмма Петровна, утирая платочком слезы.

— Это он меня зовет! — сказала Снежана и вышла из комнаты.

Все присутствующие молча проводили ее недоумевающими взглядами.

За дверью на лестничной площадке Снежана увидела котенка, окрас которого был так похож на серый костюмчик, в котором лежал Лёвушка. Особенно это сходство усиливала белая грудка котенка, напоминавшая белую рубашечку мертвого сына. Но самым удивительным было поведение котенка. Он сразу перестал «плакать» и, бросившись к Снежане, принялся с радостным мурлыканьем тереться об ее ноги. Присев, Снежана ласково заговорила с ним и стала гладить его по пушистой шерстке. Когда она собралась уходить, котенок пошел за ней.

— Тебе туда нельзя, — покачала головой Снежана. — Оставайся здесь.

Котенок словно понял ее слова и остался за дверью. В подъезде воцарилась тишина.

Когда выносили гроб с Лёвушкой, котенка уже нигде не было. Он исчез так же странно, как и появился. Больше его никто не видел. И Снежана поверила, что в облике котенка к ней приходила попрощаться душа Лёвушки.

Серафима Николаевна не сомневалась, что это действительно был Лёвушка, который очень любил свою мать, и таким образом передал ей последний привет. Поэтому при виде кошки женщины сразу уверились, что все будет хорошо.

Во дворе целительницы за невысокой изгородью ярилась крупная рыжая собака на длинной металлической цепи. Возле дома было припарковано несколько иномарок, прибывших из Саратовской области и из Татарстана.

Дождавшись в прихожей своей очереди, Снежана с Серафимой Николаевной вошли в зал, где принимала Анна Осиповна. Та сразу вспомнила, что мать с дочерью уже были у нее, и приняла их с радушием. Как и в прошлый раз целительница помогла Снежане избавиться от болезненной слабости, и из ее дома женщины вышли в приподнятом настроении.

После визита к Анне Осиповне все анализы Снежаны оказались в норме, да и сама она чувствовала себя неплохо, и врач выписала ее на работу.

Первое, что бросилось Снежане в глаза, когда она подходила к Ведомству, была машина Шмелёва, припаркованная напротив входа. Поднявшись на свой этаж, она увидела спину идущего впереди Владлена, но не окликнула его.

В своем отделе они глянули друг на друга лишь мельком, и Снежане показалось, что ему, как и ей, собственное поведение тоже кажется неправильным. Снежану тянуло к нему, а Владлена к ней, но они старались делать вид, будто между ними ничего особенного не происходит. Интересно, долго ли им будет удаваться это бегство от самих себя?

Чувства к Владлену сводили Снежану с ума. Это было уже нешуточное увлечение. Это было нечто большее!

Заметив поникший вид Снежаны, Владлен, оглядев ее, сказал:

— Прекрасно выглядишь!

— Спасибо, — сдержанно ответила Снежана, но ее настроение сразу улучшилось.

Когда Большакова с документами в руках подошла к Алевтине Лосенковой, замещавшей ушедшую в отпуск Осокину, Владлен, сидящий на выдаче, развернулся на сто восемьдесят градусов на крутящемся кресле и с полуулыбкой пристально посмотрел Снежане в глаза. Его взгляд обещал чувственное наслаждение, притягивая подобно магниту, и словно вопрошал:

— Да?

— Да! — отвечали ее глаза.

После обеда Снежана пришла в кабинет замов с письмом из банка, чтобы Шмелёв позвонил туда за подтверждением, и хотя он спешил на прием к начальнику Ведомства, не смог отказать Снежане.

— Дайте скорее телефон, ко мне Снежана пришла, — огорошил он подчиненных, находящихся в кабинете.

Номер банка оказался занят. Шмелёв перезвонил еще раз. Лосев, внимательно наблюдавший за Владленом, неодобрительно спросил:

— И оно тебе надо?

— Надо, — твердо сказал тот.

Этот лаконичный диалог ясно дал понять Снежане, что Владлен относится к ней не так, как к другим женщинам.

Позже Шмелёв ласково окликнул Большакову:

— Снежанка! Ты хоть иногда докладывай, как там у вас в Бюро обстоят дела. Ты постарше меня, поэтому давай командуй, следи за обстановкой.

Едва ли это был намек на ее возраст. Скорее, Владлен давал Снежане свое позволение проявить инициативу в их отношениях, но той хотелось, чтобы главный шаг сделал он сам.

На другой день Шмелёв был не в духе и отослал из своего кабинета одного из посетителей, не объяснив толком причину отказа. Расстроенный мужчина подошел к Снежане пожаловаться, и она, решив помочь ему, отправилась к начальнику выяснить, в чем дело. Владлен ответил, что транспортное средство не стоит на учете, и поэтому утилизировать его нельзя.

— Ну и что же человеку теперь делать? — спросила Снежана.

Тогда Владлен велел Лосеву пробить транспорт по Базе. Лосев начал ворчать на Шмелёва, что тому надо бы внимательнее смотреть документы, в них все указано. Выяснилось, что все в порядке и гражданин имеет полное право утилизировать свое авто.

Когда Снежана вернулась с распечатанной карточкой, ее удивил ненавидящий взгляд Владлена, устремленный почему-то на ее ноги. При этом кулаки мужчины были крепко стиснуты, а на скулах играли желваки. Снежане стало смешно, и она с трудом сохраняла деловое выражение лица, пока начальник ставил свою подпись и печать. И причем здесь были ее ноги?

14

В очередную пятницу как обычно был архивный день. У Снежаны оказалось много заявлений, не подписанных инспекторами при выдаче. И одним из таких забывчивых товарищей оказался Владлен. Инспекторша Алла, зная, как болезненно реагирует на свои промашки Шмелёв, не без ехидства сказала Снежане, которую недолюбливала:

— А это тебе к Владлену Олеговичу.

Когда Шмелёв наконец-то после целого дня беготни с бумагами по Ведомству приземлился в своем кресле, Снежана отправилась к нему с кипой заявлений. Он встретил ее приветливо:

— О, Снежаночка, радость моя!

Увидев в ее руках стопку бумаг, поинтересовался:

— Что это ты мне принесла, любовь моя?

Оторопев от подобного обращения, Снежана объяснила, в чем дело.

— Как это я мог забыть? — удивился Шмелёв. — Это не мой стиль работы.

Он взял документы и игриво спросил:

— Ты, наверное, хочешь присесть рядом со мной?

— Да, конечно, — сразу согласилась Снежана и уселась за небольшой столик, стоящий перпендикулярно к столу начальника.

Владлен с нарочитым вниманием рассматривал документы, и балагурил, ставя свою роспись:

— Вот моя закорючка!

Он передавал Снежане каждый документ из рук в руки, не поднимая на нее глаз, и только легкое подрагивание пальцев указывало на его волнение.

— А это не я выдавал! — вдруг обрадовано воскликнул он.

Свидетелями этого разговора были Амир и сидящая напротив него молодая брюнетка, которая не спускала с Владлена глаз. А тот продолжал ставить свои «закорючки». Три документа Владлен отложил в сторону.

— Уж подпишите заодно и эти заявления, Владлен Олегович, — попросила его Снежана.

— Ну, ладно, давай, чего ты будешь бегать, — легко согласился Шмелёв.

Тут в кабинет вошел Стригунков и велел всем инспекторам готовиться к «разводу». Владлен сразу же забыл о Снежане. Ее «спасибо» повисло в воздухе, но она не обиделась. Она всегда считала, что существуют такие мужские дела, в которых женщинам нет места.

Как-то к Снежане пришел посетитель с запиской от Шмелёва. Последнее слово было написано неразборчиво.

— Лера, посмотри, пожалуйста, что это за слово, — обратилась Снежана к девушке.

Когда они и вдвоем не смогли разобрать почерк Владлена, Лера схватила записку со словами:

— Давай я к нему схожу! А ты пока печатай!

Снежане не очень понравилось, что с запиской, адресованной ей, к Владлену пошла Лера, но не драться же было из-за этого с взбалмошной девчонкой.

Валерия, невысокая симпатичная темноволосая девушка с янтарными глазами, была очень любопытной особой, и любила влезать в чужие дела. Вскоре она вернулась.

— Ну, что он сказал? — заторопила ее Снежана.

— Он спросил: «Ты что, Снежана?». А я говорю ему, что ты печатаешь заявление, — улыбнулась Лера.

— Так что же это было за слово?

— «Пожалуйста!»

Позже Снежана пришла сказать Владлену, что выполнила его поручение.

— Спасибочки! — был ответ.

Владлен, зная, что Лера — девушка без комплексов, не обиделся на Снежану за то, что его записка попала в чужие руки.

Возле двери Снежана задержалась, увидев, что Владлен тоже собирается выйти из кабинета. Подойдя к Снежане, Шмелёв приобнял ее за талию:

— Ну, как дела?

— Да ничего, — со счастливой улыбкой отозвалась она.

Они вместе вышли из кабинета и разошлись каждый по своим делам. Он, что-то напевая, она — сияя.

Наступили жаркие летние дни, и Снежана достала из гардероба легкую светлую полупрозрачную юбочку. Впервые увидев Снежану в новом наряде, Вера поинтересовалась:

— Ты кого собралась кадрить? Уж не Владлена ли Олеговича?

Снежана не стала отпираться.

Откровенная заинтересованность Шмелёва Снежаной вызывала у Веры нескрываемое любопытство. Вера, в глубине души сама очарованная Владленом, уже не раз пыталась выведать у Снежаны ее отношение к нему. Однажды Вера даже похвасталась:

— А меня Владлен Олегович называет «солнышком»! А тебя как?

— Да много как называет, но из слов шубу не сошьешь.

Целую неделю Владлен вовсю флиртовал со Снежаной, а потом взял тайм-аут. Снежана и сама понимала, что реагирует на его ухаживания совсем не так, как ожидает он, и уж абсолютно не так, как следовало бы вести себя влюбленной женщине, и поэтому, вполне естественно, такое ее поведение временами вызывало у Владлена разочарование. Он не мог понять, нравится ли он ей на самом деле или же она снисходительно принимает знаки его внимания, так как расположение начальника выгодно для нее.

В среду возник вопрос с агрегатом, на который потеряли заявление. Алевтина не смогла решить такой заковыристый вопрос и велела Снежане обратиться к Амиру, но тот был категоричен:

— Все вопросы к Владлену Олеговичу!

Интересно, какие это «все»?

Владлен был холоден словно айсберг и Снежане пришлось чуть ли не силой вытягивать из него ответ. В конце концов, он все-таки подсказал, что делать с агрегатом, но с таким нежеланием, что Снежана, выходя из кабинета, с обидой ехидно произнесла:

— Спасибо за помощь!

В июне отмечали день рождения Лизы Сидоровой из Бюро. Она пригласила Эльвиру и других девочек из ее офиса, а также Снежану с Лерой. Эльвира, выглядевшая невеселой из-за разрыва с Владленом, поздравила именинницу и вручила ей подарок с пожеланием:

— Я хочу дать тебе совет: бери от жизни все, пока ты молодая. Хоть день, хоть час — да твой! Когда тебе будет как мне за тридцать, то уже поздно думать о любви!

— А вот когда тебе будет как мне за сорок… — начала Снежана, а затем рассмеялась и больше ничего не добавила.

Признание Снежаны стало для Эльвиры откровением. Она догадывалась, что Владлен расстался с ней не только из-за ссоры под Новый год. Была и еще одна причина — Снежана. Но Эльвира не могла даже предположить, что Владлен променяет ее на женщину намного старше не только, чем она, но даже старше, чем он.

Время от времени Эльвира бросала на Снежану испытующие взгляды и изо всех сил старалась казаться оживленной, но глаза у нее были печальные, словно потухшие.

Попраздновав, девчонки пошли покурить, и Снежана решила проветриться вместе с ними. Они стояли кружком поодаль от входа в Ведомство, болтали и смеялись. Вскоре из здания вышел Владлен и, встав так, чтобы держать в поле зрения Снежану, тоже закурил в компании инспекторов, с независимым видом пуская дым вверх. Снежана отметила, что Шмелёв незаметно наблюдает за ней и доволен, что она не курит, как большинство девчонок из Бюро.

15

На профессиональный праздник Ведомства Снежана нарядилась в очередной экстравагантный брючный костюм с «бреднем» (как называла мама эту сетчатую накидку), и первым делом зашла в кабинет замов поздравить Владлена. Кроме него в кабинете оказались также Хайруллин, Лосев и Молчунов, и Снежане пришлось поздравить их всех.