Требуется олигарх с покладистым характером

– Ну да, – Марина указала рукой на Алину, – конечно, разбитые колени, губы и фингал – повреждения несерьёзные. Антон, да ты посмотри, у неё, похоже, шок.

– Конечно, шок, – согласилась с подругой Ленка. – Её в жизни никто пальцем не тронул, – она выдохнула и покачала головой. – Вот сволочь, – затем повернулась к Фёдору и похвалила: – Гриня, какой же ты всё-таки молодец, что не уехал! Дай я тебя поцелую, друг ты наш сердечный.

– Да, ладно тебе, – он смутился и как в детстве почесал затылок.

– Нет, серьёзно, ты сам-то представляешь, что могло произойти, не окажись тебя рядом? – представила ему себе она. Фёдор засопел, но промолчал. – Вот то-то же.

Алина поднялась с дивана и прошла в ванную. Следом за ней отправилась Ленка.

Её стошнило. Она ополоснула водой лицо и вернулась в комнату. Села на диван, закрыла лицо руками и вдруг заплакала. Вначале тихо, едва слышно, затем всхлипы перешли в стон – и она зарыдала. Ленка, испугавшись, рухнула перед ней на пол и схватила подругу за разбитые колени. Алина дёрнулась и зарыдала ещё громче.

– О, блин! – Ленка отдёрнула руки и беспомощно посмотрела на Антона.

– Лена, успокойся, всё нормально. Это хорошо, что она плачет. Маришка, побудь пока здесь, а я пойду детей посмотрю.

Вскоре после ухода Антона Алина успокоилась, и Марина отвела её в ванную:

– Алиночка, ты только в себе не держи, плачь, кричи, бей посуду, выпусти из себя весь негатив. Я знаю, как это страшно, когда тебя бьют.

Алина недоумённо уставилась на подругу. Марина взяла Лину за руки и ободряюще улыбнулась:

– И не смотри на меня так, мой бывший муж подобным образом частенько развлекался – я тебе как-нибудь расскажу, если захочешь. И ещё запомни: если мужик поднял руку один раз, он подымет её и второй, и десятый – это я знаю точно. Взгляд Алины стал более осмысленным: она явно начинала приходить в себя после пережитого ужаса.

– Мариночка, как же я могла так ошибиться в человеке? Ты бы видела его лицо.

– Лица твоего Валерия я не видела, но могу себе его представить.

Алина закрыла глаза. В голове возникло искажённое злобой лицо Валерия, по телу прошла судорога… Она потрясла головой, отгоняя от себя ненавистный образ жениха.

– Я к нему никогда не вернусь. Никогда и ни за что!

– Пойдём, – Марина обняла подругу. – Тебе сейчас лучше заснуть, ведь завтра у нас будет напряжённый день, ты должна набраться сил. И запомни: ничего не бойся. Никого и ничего. Мы с тобой, ты не одна. А когда человек не одинок, ему нечего бояться. У нас, в случае чего, будет лучший адвокат в городе, да и свой цемент на непредвиденные случаи имеется – Стасом зовут. Так что помни, у нас всё хорошо.

Вскоре вернулся Антон, обработал ещё раз повреждённые колени, сделал укол, и Алина заснула.

ГЛАВА 10

Следующую неделю Алина помнит смутно, её куда-то возили, она что-то подписывала. После того как друзья навели справки о Валерии Серебряном, они решили подстраховаться на все случаи жизни и оказались правы. Лину он оставил в покое только после того, как в ситуацию вмешались Стас Миронов и брат Марины, Павел Потёмкин.

Синяки прошли, раны зажили, и через какое-то время Алина окончательно успокоилась. Ни Наташа, ни Ленка о случившемся не напоминали, как будто ничего и не было.

Она вышла на улицу и вдохнула весенний воздух.

– Господи, хорошо-то как!

В кармане пальто зазвонил телефон – звонила Ленка.

– Ты где?

– Из дома вышла, а что?

– Инга Рощина звонила, предлагает в ресторан сходить.

– Она разве в Питере?

– Муж на несколько дней на побывку отпустил. Так что?

– Давай сходим. Как она там?

– Цветёт и пахнет.

– Здорово! Так, где и когда?

– Алин, а ты сейчас куда собралась?

– Наташа в магазин за продуктами отправила.

– Вернёшься из магазина – начинай сразу красоту наводить. Я тебе перезвоню.

С одноклассницей они не виделись больше года. Инга изменилась, расцвела, глаза блестели, и было видно, что своей теперешней жизнью она довольна.

– Девочки, я и не знала, что так жить можно: засыпаю счастливой, просыпаюсь счастливой. Я иной раз думаю, что это сон.

– Инга, ты со своим мужем действительно по интернету познакомилась? – полюбопытствовала Ленка.

– Ну да, на сайте знакомств, меня Ксюшка Ромашина туда сунула. Полгода переписывались, созванивались, встретились, в Турцию слетали, детей познакомили.

– Он кто?

– Инженер-строитель, старше меня на шесть лет, вдовец. Есть сын Никита, старше моего Николки на три года. Хороший мальчишка, учится хорошо, спортом занимается, с моим ладит. Недавно мы им собаку купили, так теперь вместе воспитывают. Девочки, я свою прежнюю жизнь как кошмарный сон вспоминаю…

– Бывший муженёк не беспокоит?

– Алиночка, милая, да нужны мы ему как прошлогодний снег… Он Колю даже с днём рождения не поздравил – о чём говорить? Девочки, так он же от него отказался…

– Как это? – в один голос воскликнули подруги.

– Я ему предложила, а он сразу согласился. Да ему, кроме самого себя, любимого, никто не нужен. Свекровь, правда, звонит постоянно, вчера к нам приезжала, подарки нам с Николкой привезла, денег немного. Я брать деньги не хотела, но она настояла. Просит, чтобы я внука против неё не настраивала. А мне надо его против неё настраивать? Мария Кузьминична хорошая женщина, худого я от неё не видела.

– Ну а совместного ребёнка не планируете? – хитро улыбаясь, поинтересовалась Ленка.

– Дима хочет, а я не готова пока. Но, если честно, начинаю подумывать. Зарабатывает он хорошо, да и я прилично, так что, думаю, троих детей мы подымем и до ума доведём. Ну, а вы-то как? Как Фёдор поживает, а то всё про меня да про меня?

Они рассказали последние новости о себе и о друге, вспомнили школьную жизнь и студенческие годы.

Вечер удался. Подруги расстались, довольные встречей.

– Видишь, Ленка, как бывает…

– Вижу, что хорошо бывает. И я за Ингу рада, ведь столько лет со своим кренделем маялась. Одно хорошо: выходя замуж за своего Витасю, Инга знала, за кого идёт. Так что, в отличие от меня, она не получила психологической травмы.

– Интересное кино, – ухмыльнулась Алина. – Всё это время я была уверена, что травму получил твой бывший муж, а оказывается, что это ты у нас травмированная.

– Мой муж получил травму физическую, а я – психологическую. Так что не ёрничай, мы с Олежей квиты.

Алина, ехидно улыбаясь, кивала в такт словам подруги и, наконец, не выдержала:

– Ты, дорогая моя, встрече с бывшим мужем радуешься, а он заикаться начинает, – она потрясла перед носом Ленки ладонью. – И это спустя пять лет!

– Так это он… – Ленка на секунду задумалась, – от избытка чувств.

– Ну да, – согласилась Алина с подругой. – Чувств у него было в избытке, после того как ты, во-первых, неожиданно для него появилась в самый ответственный момент, во-вторых, отходила голого веником при даме и, в довершение ко всему, треснула чугунной сковородкой по голове. Ты хоть понимаешь, что Олежка несколько месяцев после сотрясения реально заикался? Скажи, Синицына, Боженьке спасибо, что супружник твой вёртким оказался: удар пришёлся вскользь, и обошлось без летального исхода.

– Да ладно тебе, – Ленка махнула рукой и вздохнула, а глаза её при этом задорно улыбались. – Я же знаю, что Господь всё видит, поэтому и живу, чтобы ему интересно было. – Подруги переглянулись и захохотали. – А получил Олежа по заслугам, – вытирая слёзы, вызванные смехом, заметила Ленка, – за осквернение супружеского ложа.

– Лена, уймись, а то я сейчас уже не смеяться, а ржать начну, до неприличия громко.

– Хорошо, – согласилась она, – да и не стоит Олежа моих воспоминаний. Ты мне лучше скажи, когда Наташа на дачу собирается выезжать?

– В апреле. У неё грандиозные планы.

– Я в курсе её планов, потому и спрашиваю. А мне Иван через Фёдора привет передал, – вдруг заявила Ленка.

– Да ну?

– Да-да.

– Так и ты ему передай привет с наилучшими пожеланиями.

– Передала.

– А что это у тебя с лицом? – Алина остановилась и внимательно посмотрела на подругу. – Никак всё забыть не можешь?

– А я и не хочу его забывать. Он мне каждую ночь снится… Вру, не каждую, но часто.

– Ленка, Иван в Тюмени, а ты в Питере, – напомнила ей Алина. – Ты всё бросишь и в Тюмень жить переедешь?

– Представь себе, перееду, – Ленка остановилась и преградила дорогу. – Нарожаю ему детей, буду образцово-показательной женой и матерью. Стану стирать, гладить, убирать и готовить ему разносолы. Вот! Не идёт он у меня из головы, плохо мне без него. Алин, я хочу, чтобы Иван стал моим мужем.

– Хочешь – значит, будет.

– Ты думаешь?

– Мысли, Лен, материальны. Я вот почему-то уверена, что свою судьбу найду именно на сайте знакомств. Не знаю почему, но твёрдо уверена. Уверена – и всё тут!

– Чему бы грабли ни учили, а сердце верит в чудеса. Алин, ты прямо как маленькая. Хочешь второй раз на одни грабли наступить?

– Больше я на грабли не наступлю, в этом я тоже уверена, и вера моя абсолютна. У меня… У нас с тобой то есть, – исправилась Алина, – всё будет хорошо. Мы молодые, умные, красивые, мы достойны счастья. Мы сами станем счастливыми и сделаем счастливыми наших избранников. Я в это верю.

Тем же вечером Алина снова зарегистрировалась на сайте знакомств.

ГЛАВА 11. Андрей

В середине апреля Наталья Романовна сообщила племяннице о своей готовности выехать на дачу, а уже в мае и в агентстве Алины закипела работа. Но, несмотря на отсутствие выходных, каждую неделю она навещала Наталью Романовну: привозили ей продукты, помогали по хозяйству. Хотя особой помощи не требовалось, так как женщине помогал сосед, услуги которого оплачивала Алина.

В начале августа, вернувшись из путешествия, она на следующий же день поехала к тёте. Наталья Романовна, увидев машину племянницы в окно, торопливо поспешила навстречу:

– Девочка моя золотая, солнышко моё! Как же я по тебе скучала!

Алина взлетела по лестнице и, прижавшись к тётушке, вдохнула запах ванили, исходивший от косынки.

– Булочки пекла?

– Пекла. Пойдём в дом, обедом накормлю.

– Поем позже, чаю хочу с твоими плюшками. А завтра утречком в лес пойду – Ленка грибов заказала.

– Грибов она хочет, а по лесу ты бегать должна!

– Так мне нравится, ты же знаешь. Её всё равно в лес одну отпускать нельзя, обязательно либо членовредительство себе сотворит, либо заблудится. Оно нам надо, лучше я схожу – так спокойнее.

– Что верно, то верно, – согласилась Наталья и вздохнула. – Непутёвая она у нас.

– Да путёвая она, и подруга хорошая, сама знаешь.

С этим Наталья Романовна тоже согласилась и, усадив Алину за стол, налила из термоса большую чашку душистого чая:

– Только Пирата возьми, мне спокойнее будет.

– Да куда же я без него. Вдруг олигарх в лесу повстречается – с Пиратиком его легче в плен брать.

– Это какого олигарха ты собралась в плен брать? – насторожилась Наталья.

Алина хихикнула:

– Обыкновенного.

– А ты мне, Алинушка, не скажешь часом, с каких это пор у нас обыкновенные олигархи по лесам шастать начали?

– А ты представь себе олигарха, которому захотелось на природу, в народ, так сказать. Пойдёт он в лес за грибами один, без охраны и навигатора, телефон потеряет и заблудится. Тут мы его с Пиратом найдём и спасём. После чего я его очарую, приворожу, ну, или заморожу, и женю на себе. И начнётся у нас с тобой, дорогая, Наталья Романовна, райская жизнь. Я детей нарожаю, ты их воспитывать станешь, а я заделаюсь светской львицей.

– Ты бы мне от кого попроще родила, пока я могу тебе с воспитанием ребёнка помочь. Пора уже. Пора, девочка.

– Рожу, обязательно рожу.

– Ты мне только обещаешь, а я не вечная.

– Не ворчи. От первого встречного олигарха и рожу.

Тётушка грустно вздохнув лишь махнула рукой:

– Пей чай, светская львица.

После чая Алину потянуло в сон, и она отправилась в свою комнату, где приятно пахло мятой и яблоками. Она вдохнула осенний аромат, зажмурилась от удовольствия, закуталась в одеяло и заснула.

Проспала до самого утра. У крыльца её ждал соседский пёс, который радостно завилял хвостом и тявкнул.

– Ну что, Пиратик, как ты насчёт похода в лес? – Пёс радостно залаял и запрыгал вокруг неё. – Вот и замечательно.

– Ты носки шерстяные надела? – поинтересовалась вышедшая следом за ней на крыльцо тётушка.

– Конечно, надела, как же я без них.

– Держи корзинку, я в неё бутылку с водой положила и пирожки.

– Спасибо. – Алина обняла женщину и чмокнула её в щёку. – Ну что, Пират, за мной, дружище. Пойдём олигархов искать. Тьфу, грибы то есть.

Тем временем Романов обул резиновые сапоги и снял с вешалки ветровку:

– Лизавета, может, со мной за грибами пойдёшь?

– Нет, папуля, ты сегодня сходи один: я порисовать хочу.

– Что ж, рисуй, художница.

– А почему ты свою Милочку не прихватил? Или она дачную жизнь разлюбила?

– А она её когда-нибудь любила?

Лизавета, перебирающая в этот момент кисти, наморщила нос, отвлеклась и взглянула на отца:

– По крайне мере нужно отдать ей должное, она год за тобой по лесам таскалась.

– Лизавета!

– А что сразу Лизавета? Я что, не права?

– Права, – согласился с дочерью Романов. – Милана продержалась дольше всех.

– По-моему, папочка, твою личную жизнь мне нужно брать в свои руки.

Андрей, подхватив дочь на руки, захохотал и подбросил вверх:

– Только не это. Пожалей отца. Я уж как-нибудь сам.

– Да? Сам? Сам ты опять фуксию найдёшь, а тебе нужна нормальная, человеческая женщина. Рыбачка и охотница, ты же без этого жить не сможешь.

– Где же я такую найду, Лизочек?

– Где-где, в лесу и ищи, а то ты их всё на банкетах да на презентациях находишь. А им только Мальдивы с Канарами да бутики подавай. Ой, папуля, у меня такая мысль появилась, закачаешься!

– Лизавета, уймись! Мне иной раз от твоих мыслей худо делается.

– Хорошо, я тебе скажу после того, как осуществлю задуманное.

– Лизавета!

– Всё папочка, всё, иди спокойно в лес. Как же я хочу грибочков жареных!

– Лиза, я могу быть спокоен за своё будущее?

– Совершенно спокоен, папуля. У меня в голове только пейзажи с натюрмортами.

– Вот и хорошо, вот и замечательно. – Романов облегчённо вздохнул и улыбнулся дочери. – Какая же ты у меня замечательная и талантливая!

– Талантливым был Илья, а я так, что получилось. – Лиза грустно улыбнулась и скрылась в комнате.

Романов нахмурился, надел бейсболку и вышел из дома. Перед глазами Андрея промелькнуло мёртвое лицо сына. Если бы не случилось той страшной аварии, унесшей его жизнь, ему бы сейчас исполнилось пятнадцать лет. Илья погиб сразу, жена умерла в больнице…

Романов тряхнул головой, отгоняя от себя видение. Прошло несколько лет, а боль не утихала.

В лесу он дошёл до своего любимого места и присел на поваленный ствол дерева под огромной раскидистой елью. В тот роковой день он не хотел отпускать сына с бывшей женой, а Лиза была с бабушкой на даче. Но Вера, знавшая о том, что Романову не нравилось, когда она увозила детей, настояла на своём. Из семьи она ушла через год после рождения дочери и могла не появляться к детям по нескольку месяцев. Лиза относилась к редким приездам матери спокойно, а Илья после её отъезда начинал тосковать и надолго уходил в себя.