Объединённые огнями

Некоторое время ничего не происходило, а потом от меня к ней поползли тонкие, как леска, нити, сияющие так ярко, что стало видно каждую деталь тёмной комнаты. При этом глаза ведьмы светились, серая радужка стала цвета расплавленного металла, а волосы покрылись едва заметными язычками пламени.

Когда она закончила, мне стало значительно легче. Кожа перестала так ярко светиться, а жар начал сходить. Но меня всё ещё ломало, как при высокой температуре.

– Это только уберёт симптомы. Тебе надо было попасть ко мне раньше, когда обращение ещё можно было остановить. Теперь придётся потерпеть.

– Обращение? Я я буду как ты?

– Не знаю. Не думай сейчас об этом. От эмоций огни становятся ярче и сильнее.

– Почему Почему их два?

– Один не твой. Ты же знаешь? – с улыбкой проговорила Саша, прикладывая мне ко лбу холодную мокрую примочку, пахнущую какими-то травами. Только тогда я заметила, что рядом с ней было блюдце, в которое она опускала марлю.

– Но но связь оборвалась.

– Пока Лёша был в междумирье, но всё закончилось. Всё хорошо. Алое пламя — это хорошо, – успокаивала она меня, накладывая холодные компрессы на руки, а следом и на ноги, прямо поверх пижамы. – Если бы не они, тебя бы мог уничтожить собственный свет.

– Почему? Что со мной не так?

– Всё с тобой нормально. Ты думаешь, почему я из дома сбежала в шестнадцать лет? Со мной случилось то же самое. Я совершенно себя не контролировала. Поджигала всё, до чего касалась, да и сама с ожогами ходила. Они, конечно, потом зажили. Даже шрамов не осталось, но я не могла оставаться дома. Родители не знали обо мне ничего. Они бы не смогли помочь.

– Где ты была?

– Долгая история: сначала у родной матери, потом обучалась, а дальше устроилась инспектором. Теперь слежу, чтобы магические создания не вредили людям и не пытались раскрывать тайну о тонком мире. Всё, тебе надо спать. Я помогу уснуть, но постарайся ни о чём не думать.

Хотела спросить, что значит «поможет уснуть», но она посмотрела на меня своими изменёнными глазами, в которых бушевало пламя, и мои веки сами опустились. Я провалилась в приятную тьму, где не было снов или тяжёлых размышлений.