Ни слова о кроликах

— Я не пил крови уже несколько месяцев. По… этическим соображениям. А сейчас травма тянет все силы. Да уезжайте уже, я тут сдохну и ладно. Утром коммунальным службам будет подарочек.

И ведь Виктор почти даже не врал. Так, немножечко преувеличивал.

Кира занервничала, поднимаясь на ноги, обошла его кругом, ломая пальцы. Она почти убила человека (вампира, но не суть важно). Она — убийца!

Он явно не притворялся, стремительно бледнея и становясь всё худее прямо-таки на глазах! И голос вампира действительно быстро становился всё тише и тише.

Да что за напасть! Почему на её бедную голову вечно валятся то любители приключений, то бабники, то вампиры?

Вытащила из внутреннего кармана куртки свой новенький телефон, дрожащими длинными пальцами набрала номер бабника. А что делать? Он хоть и кобель невозможный, но мужик вполне надёжный. И друг… бывший, наверное.

— Трям, Клоп. У меня файр.

— Вот почему вечно так: пьём мы, а проблемы создаёшь ты, дорогая?

Вот кто бы вообще говорил! Особенно, вспоминая их утро — в её, между прочим, номере!

— Заберёшь меня с «Волком» сразу за перекрёстком Попова и Преображенской? Да рядом я тут… валяюсь в тридцати метрах направо, напротив гимназии, за пешеходным переходом, — она не любила просить, но уж если просила, все знали: причина у Киры серьёзная.

— Мужика подцепила опять? — кто о чём, а Клоп о своём, кобелином.

— Мечту всей моей жизни, — ответила громко и очень уверенно, уловив чутким ухом, как лежащий на пешеходном тротуаре вампир тихо выругался. — Такси сейчас ему только вызову и отправлю прямиком сразу в рай.

— Смешно тебе всё, — Клоп и в лучшие времена шуток не понимал. — Сейчас я приеду.

Отключила звонок, судорожно набирая номер такси.

— Тебя куда отправлять, умирающий? — нужно было заканчивать с этим.

— На кладбище.

Он так и лежал носом кверху и вставать явно не собирался.

— Адрес давай, я тебя погружу и разгрузку водителю оплачу. Хочешь, могу даже проводить для надёжности.

Зачем она это сказала? Ей показалось, что этот наглец содрогнулся в ответ, словно от жуткого омерзения.

— Мне некуда ехать. Только сегодня приехал, — слова ему явно давались с трудом. — Вещи все в камере на вокзале.

Зачем Виктор соврал? А он и сам не знал. Захотелось… жалости? От кого, от оборотня? Видимо, у него все же последние мозги вылетели через нос. А всё же неистребимое любопытство учёного требовало продолжать странный и болезненный эксперимент. Если он сейчас отпустит эту диковинную волчицу, всю жизнь будет жалеть.

— А ночевать ты на кладбище собирался? — чуткое ухо волчицы уловило шум двигателя знакомого мотоцикла.

— Об этом, — тут он шумно вздохнул, как-то судорожно, действительно, помирать, что ли, собрался? — я и не подумал.

Ну просто прекрасно! Везёт Кире всё-таки на мужиков!

Клоп подъехал быстро и предусмотрительно захватил с собой ещё одного члена их «банды Волков», тщедушного и щуплого с виду Лёшеньку. Это для наивных людей парень был хлипким. На деле он бегал марафоны, участвовал в каких-то там многоборьях и был необычайно силен. Вот Лёшенька и занялся Кириным мотоциклом, пока Клоп стоял у неё над душой и сопел.

Она первой не выдержала:

— Слушай, у тебя всё равно там Танюха приехала и ждёт тебя… с нетерпением. Так откуда укор в этом взгляде?

Взгляда видеть затылком она не могла, поворачиваться к бывшему другу лицом никакого желания не было, так она и стояла, скорбно рассматривая лежащего кверху носом вампира.

Судя по рваному вздоху, мужчина опешил от такой наглости.

— Вообще-то, у меня в номере вещи остались… — брякнул байкер первое, что пришло в голову.

Внезапно вампир приоткрыл один глаз и с снисходительным любопытством воззрился на громко сопевшую парочку.

— Врёшь ты всё. Ты даже не помнишь, как там внезапно оказался, — Кира пожала плечами и, не зная, зачем, вдруг подмигнула вампиру. — Я, кстати, тоже.

Тот в ответ ухмыльнулся. В покрасневших глазах вдруг мелькнуло… живое сочувствие? Ей показалось, конечно. Откуда у нежити эти чувства?

— Вру. Ты потащишь это к себе в номер?

Видит Создатель, вовсе и не собиралась Кира творить эту очередную глупость. Даже в мыслях не было! Кто Клопа за язык потянул?

— Ну конечно! Присмотрись повнимательнее, разве не видно? Я нашла, наконец, свой идеал. Чуть от восторга его не прибила, как думаешь, упущу я его?

В ответ вампир застонал очень громко. Но чуткая Кира успела заметить: он так успешно скрывал натуральные корчи от смеха, пряча нос в свой кровавый платок и подтянув к животу тощие колени.

Да… чувство юмора у кровососа было на уровне. В отличие от Клопа.

— Я был о тебе лучшего мнения, — уронил тот банальность.

Кира тоже была, если честно. Но мотоцикл ей был дороже признаний и откровений, а потому она промолчала, внимательно наблюдая, как Лёшенька его, наконец, дотащил до пешеходного перехода и тщетно пытается завести.

— Буду тебе очень-очень признательна за доставку «Волка» и размещение на стоянке. Созвонимся. Лёш! — она рукой помахала парнишке, тот оглянулся — С меня квартальная премия!

И улыбнулась зубасто. А что? Каждый знает: дружить с бухгалтерией очень приятно. А Кира была даже не просто бухгалтером, она заведовала всем этим змеюшником. И не где-нибудь, а в самой Инквизиции, между прочим.

Клоп снова уныло вздохнул и подгрузил своё пузико на тёмно-синий «Харлей».

— Жаль, что всё у нас так получилось, — снова брякнул избитую фразочку.

— Хорошо ещё, что не получилось никак, — туманно и невнятно ответила Кира. Для Клопа это было уже чересчур. Он явно будет думать над ответом до самого Питера. Денно и нощно. Ничего, ему полезно.

А Кира не просто так фехтовала словесно со своим бывшим другом. За это короткое время она вызвала в мессе такси и уже даже слышала чуткими морфьими ушами гул мотора. Вот только что она будет делать с увесистым вампиром? Он же весит, как чугунная пушка! Хотя Кира пушки, конечно, не взвешивала. Не пришлось. Пока.

— Поезжайте уже. Помощь мне не понадобится.

В этом она сильно сомневалась, конечно, но не хватало ещё, чтобы волки вампира унюхали. Странно, что до сих пор этого не случилось, видимо, всё-таки он нетипичный вампир. Да она и сама в баре не догадалась!

Клоп развернул свой «Харлей» и в сопровождении ехидно хихикающего Лёшеньки на Кирином «Волке» двинулся в сторону бара.

— И не стыдно тебе? — зачем-то она обратилась к вампиру.

Он немедленно открыл сразу же оба глаза и тяжко вздохнул.

— Гостиница твоя далеко?

— Уайт Хилл. Говоря откровенно, тут пешком минут десять. Ну как тебя я дотащу? Ждём такси…

— Почему ты со мной носишься? Брось, говорю. Может, мне жить надоело.

Вампир с суицидальными мыслями? Прелесть какая. Теперь в его отношении у Киры работал не только охотничий интерес, но еще и чисто научный. Что за уникум валяется на тротуаре?

Глава 5. Первая ночь

Подъехавшее такси было ей знакомо. Уазик «Патриот», повезло так повезло! Водитель внёс стонущего громко Виктора сначала в машину, ловко свернув его в калачик на заднем сиденьи, а следом и вовсе к ней в номер. На кровать.

Нет, ну не на пол же было его сгружать? Она бы постоянно о него спотыкалась! Пришлось тащить вампира в постель. Благо та была достаточно широкой.

Вот ведь жизнь у Киры пошла: утром в постели случайный мужик, вечером — ещё даже больше случайный. Обхихикаться.

— Звать-то тебя, как? — произнесла, раздеваясь и неся большущее мокрое полотенце из ванной. — Или это конфиденциальная информация?

Вампир внимательно проследил за её действиями, гулко сглотнул, когда девушка появилась совсем рядом, лишь в чёрных лосинах и топе, плотно обтягивавшем её полную грудь, и, подняв глаза, наконец, ей ответил:

— Виктόр. Я всего второй день, как в России.

Кира забрала из рук у него этот несчастный платок, уложила вампирову голову на подушку и осторожно её обернула влажным полотенцем.

— Надо же, а по-русски балакаешь, как на родном. Ей, парень, руки-то убери! Обломаю ведь, а ты и так дохлый совсем. Будешь дохлым и без рук.

И как так получилось, что ладони Виктора (сразу обе) легли на великолепную грудь Киры? Мистика! И ему полегчало немного. Даже голова закружилась чуть-чуть, как это бывало лишь после глотка женской крови.

— Прости, это инстинкты, — тихо и кротко повинился он, с огромным трудом убирая руки. Хотелось трогать и трогать, уж больно удобно ложилась эта горячая и роскошная красота в его длинные костлявые пальцы.

— Инстинкты у него, — беззлобно проворчала волчица, вытирая влажными салфетками кровь с лица вампира. — Знаю я ваши инстинкты! Пожрать, пожрать и ещё раз пожрать! Вы на женщин смотрите исключительно как на кормовую базу. Только попробуй ко мне ещё зубами прикоснуться, и тогда будешь ещё и беззубым.

— Такая красивая и такая сердитая, — пробормотал Виктор, решив, что притвориться совсем мёртвым в его случае будет самой безопасной и правильной тактикой. Как опоссум, ага. Закрыл глаза, задышал нарочито спокойно, разве что язык набок не свесил, но решил не переигрывать. Всё же, когда вокруг тебя суетится женщина, да ещё такая (ого — го какая!), это невероятно приятно.

Расслабился, засопел и сам не заметил, как заснул.

Он вообще последние полгода спал мало и беспокойно. Вначале боялся, что его найдёт клан, потом боялся, что ему не на что будет жить (много ли приличных вакансий для ботаника в этом бренном мире? А для вампира-ботаника, склонного к мизантропии?), а потом просто боялся бессмысленности существования. Особенно помня, что впереди ещё длинная и холодная зима, которую предстоит провести в дикой дальней России. На вампира такая тоска нападала, что впору впасть в спячку и не выползать из берлоги до самой весны.

Устал бегать, устал бояться, устал от абсолютного одиночества, потому и за вакансию в Белогорском заповеднике ухватился, как за последнюю соломинку.

Вообще-то, вампиры — обычно одиночки. Они не знают, что такое дружба или любовь. Все их отношения строятся на выгоде и жажде власти. У них даже родителей не бывает, и родни тоже. Но у Виктора когда-то была бабушка, настоящая, тёплая, с печкой, пирожками и прочими «бабушкинскими» атрибутами, и именно она ему вдруг приснилась.

Обнимала его, качала головой и ворчала на древнем румынском наречии что-то вроде: «Глупенький мой крольчонок, ну куда ты опять вляпался? Разве пара — волчица для кролика? Гляди, не ты её покусаешь, а она тебя…»

И так хорошо ему было в этом сне, так уютно, что маленький ещё Виктор прильнул к тёплому бабушкиному боку… и тут же получил такой удар в грудь, что грохнулся с кровати, словно мешок костей.

— Придурок, опять грабли свои тянешь? Я думала, ты почти помер, сил на то, чтобы девушек лапать, не осталось!

Виктор сел на полу, тряся недоумённо головой. Кира, возвышавшаяся где-то сверху, на кровати, вдруг показалась ему дивной греческой богиней.

— Мне сон приснился… — промямлил он, с мужским удовольствием разглядывая крутые изгибы тела девушки.

— Эротический?

— Нет, бабушка…

— Драные Яги! Ты что, принял меня за бабушку? Ну это вообще ни в какие ворота!

И богиня сбросила ему на пол подушку и плед, явно намекая, что на Олимп несчастному хода больше нет. Что ж, ему и на полу спать не привыкать, тем более, что подушка совершенно восхитительно пахла этой женщиной, лёгкими духами и совсем немного псиной. Но это ему даже понравилось.

Кира же свесилась с кровати, даже не подозревая, какой восхитительный вид открывает своему незваному гостю. Ей уже было стыдно. Мало ли чего там мужику приснилось, он и сделать-то ничего не успел, да и не смог бы, откровенно говоря. А она сразу раненого спихнула на пол!

А с другой стороны, не ей же на полу спать, она всё же девушка. Хотя кровать в номере большая, вдвоём они прекрасно помещались.

В темноте она прекрасно его видела: бледного, измождённого, очень худого и бесконечно грустного, настолько, что ей вдруг стало его очень жаль.

— Эй, кровосос, ты точно за ночь тут не окочуришься?

— Запросто, ничего не могу гарантировать, видишь сама, — поблёскивая красными глазами, тихо ответил Виктор.

— Тебе кровь нужна, да?

— А у тебя лишняя?

— Ну, кусать себя я точно не позволю. Ещё варианты есть?

— Станция переливания крови.

— О! Здесь она точно должна быть. Только, боюсь, там нас не поймут.

Нас? Она сказала «нас»? Ого! Впервые кто-то решительно взялся решать проблемы Виктора… да ещё так радикально.

— Есть более простой вариант, — вздохнул вампир, живенько представив себе, как их с Кирой арестовывают после взлома медицинских хранилищ крови. И, конечно, сажают в разные камеры. Ладно, ему не привыкать, а Кире совершенно точно там делать нечего.

— Да говори, не мямли!

— Охота. Кровь теплокровных животных тоже годится. Но на охоту нужно соответствующее разрешение. Завтра после обеда я должен быть в отделе кадров заповедника, я вроде как штатный сотрудник теперь. Там и узна́ю, можно ли это устроить.

Кира вздохнула. Охотничек выискался! Да он едва способен придушить мышь! К тому же до «послеобеда» ещё нужно как-то дожить.

И, не веря самой себе, Кира, отвернувшись, залезла в интернет и послала в рабочий чат Инквизиции запрос: «Как быстро привести в норму вампира? Осиновый кол и серебряный крест не предлагать, и не ржать».

Следующие полтора часа вся Инквизиция упражнялась в злословии.

Самое лучшее и практичное предложение «Переспать» выглядело как издевательство над ними обоими. Какое там «переспать?», если он еле дышит?

И вообще, что за глупые мысли? Откуда в голове рассудительной Киры снова эта вся пена?

Откуда? Страшная мысль вдруг буквально накрыла волчицу холодной волной, от острого ощущения надвигающейся беды у неё даже руки задрожали. Она судорожно переключилась на календарь и ужаснулась.

Красным квадратиком там опасно светилось пятое января. И о настоящей проблеме она совершенно забыла! И пусть до этой даты ещё почти неделя — сейчас только конец декабря, но обилие волков-мужиков вокруг Киры с их похотливыми взглядами явно сдвинуло все процессы в волчьем её организме… Судьба ухмылялась недоброй ухмылкой. А самое страшное в наступающей беде было то, что Кира забыла захватить с собой специальные таблетки. Просто за год расслабилась и устала, и… Теперь все волки на пять километров окрест уже завтра почуют неладное. Все её мысли, все чувства последних дней просто кричали об этом! Уже то, с кем она этим утром проснулась в кровати гостиницы, должно было вернуть её в разум. Нет же! Она потеряла единственный день, за который могла бы успеть очень многое. А теперь всё пропало! Оставалось ей прямо сейчас прыгать в седло «Волка» и уносить ноги куда-нибудь… В тёмный лес.

— У вас что-то случилось? — усталый низкий голос прозвучал неожиданно близко. Кира вздрогнула.

— С чего ты это взял? — ответила нервно и грубо, сразу же устыдившись.

— Ваш чат там надрывается от веселья, судя по сигналам, а вы не читаете. И лицо. Я могу чем-то помочь?

Ну да. Вот он — самый главный помощник, конечно. Молча открыла свой чат, брезгливо поморщившись, пробежала глазами. Народ уже кровопролитно сражался, художественно обсуждая возможные способы расчленения всех случайно спасённых в прошлом раунде обсуждений вампиров. Но вот сообщение в личке её заинтересовало. Писала ведьма Наташа, парикмахер всея Инквизиции, женщина, любящая животных и вообще очень умная.

«Ты где сейчас? Это важно.»

Наташа вообще очень редко участвовала в диалогах. Несмотря на забавную должность, эта пожилая дама погоны носила нешуточные, и как поговаривали, была накоротке со всеми великими инквизиторами.

«В Белогорье. На улице сбила вампира, он очень голодный и, кажется, помирает.»

Перечитала своё послание и усмехнулась. Как будто котёнка блохастого сшибла. И в чате для мамочек спрашивает контакты местного ветеринара. Теперь придётся ещё объяснять, что она здесь вообще делает и что за вампир.

Но Наташа опять удивила. После минутной паузы пришло лаконичное сообщение:

«Налови ему кроликов. В Белогорье их много, в этих грызунах много жизненной силы, он буквально воскреснет.»

Легко сказать: «Налови». Киро хоть и волчицей была, но при этом умудрилась остаться истинной и абсолютной горожанкой. Гуляла ночами по городским паркам, пугая немногих прохожих, и всё.

«Это в лесу?» — очень глупый вопрос, но советчиков тут больше не было. Вампир терпеливо молчал, не сводя с неё тёмных глаз, но какой с него толк, с полумёртвого иностранца? Ответа пришлось ждать минут десять. Она было даже отчаялась, резонно решив, что Наташа устала от глупостей.

«База отдыха „Новый Пруд“. Коттедж я тебе забронировала, координаты скинула, оформляю двухнедельный отпуск на течку? Да, с кроликами там полный порядок»

Лежавшая на кровати Кира судорожно села. Она уже мысленно представляла себе ночёвку в сугробах с вампирами (жаль, сугробов вокруг не насыпали), заброшенные хутора, зомби-селян, кроликов. Вампиры, опять же. А тут ведьма Наташа, решившая за минуты сразу все проблемы.

«Спасибо! Я ваш должник. Но как?»

Хохочущий смайлик в ответ и лаконичное: «Это не я, это Сильвер.»

Ну да, это многое объясняло: вездесущий дракон знал всё и обо всех. Работа такая, у личного секретаря самого о-го-го. Наверняка график течек всего двуликого персонала их Инквизиции у него лежал под стеклом. По крайней мере, ей всегда вовремя приходило автоматическое сообщение. Другое дело, что Кира ни разу ещё не воспользовалась правом отпуска по назначению: в двадцать первом веке были способы проще и лучше.

— И всё же? — даже вампирскому терпению есть предел.

— Ну что тебе надо? — Кира тяжко вздохнула.

Придётся ему откровенно рассказать, а что делать? Теоретически можно сделать вид, что их побег исключительно ради кроликов. А практически… Да она только из книжек да учебников по физиологии знала, что с ней может произойти! Никогда раньше волчица ещё не испытывала всех прелестей собственного либидо. С подросткового возраста на таблетках, и вот. Проклятье, ну что ей в мозги-то насыпали, как можно было так глупо подставиться, а?

— У вас точно что-то произошло, вы нервничаете ужасно, и я тут ни при чём. Рассказывайте уже, я — могила.

Прозвучало смешно, Кира в очередной раз оценила его чувство юмора и даже нервно улыбнулась в ответ.

— Хорошо. Кстати, мы прямо сейчас одеваемся и едем за дикими кроликами.

Глава 6. Как ты это себе представляешь?

Виктор всегда считал себя неудачником, всю свою сознательную жизнь и даже немножечко дольше. А ещё недотёпой, слепцом и посредственным вампиром.

Из услышанного и увиденного самым краешком глаза в этом гостиничном номере он ясно понял: рекорды его невезучести снова с треском побиты.

Это надо было вляпаться: совершенно случайно забрести именно в тот самый бар, где собирались местные байкеры-оборотни (с детства у него аллергия на омерзительный запах псины, от них исходивший), привлечь к себе внимание единственной там танцевавшей волчицы, а потом попасть именно к ней под колёса. В довесок к этому “приключению”, прекрасная Кира была инквизитором. Но даже это фиаско в списке бед Виктора было не последнее: судя по обрывкам увиденного им разговора, а ещё в большей степени — по улавливаемому чутким носом вампира, всё усиливавшемуся аромату, их ждало впереди весьма рискованное мероприятие, то, что в учебниках называют красивым латинским словом “эструс”. У высших оборотней цикл человеческий, и подобного не бывает, а значит, хоть в этом ему повезло: рядом с ним на кровати сидела вполне себе смертная, симпатичная и не бесконечно опасная женщина.

Виктор никогда не вдавался в подробности анатомии оборотней, не было нужды, но, судя по совершенно растерянному и даже испуганному виду его героини, “что-то пошло не так”.

— И как ты себе это всё представляешь? — чтобы ещё раз продемонстрировать ей все масштабы проблемы, он попытался поднять руку. Не получилось: дрожащая и костлявая, уже серая совершенно конечность его с тихим стуком упала на коврик.

— Я закутаю тебя в покрывало и… — идея о поездке на мотоцикле была утопической. Какой мотоцикл, привязать к себе крепко вампира и укатить с ним в заказанный пансионат? Придётся ей снова тратить деньги на такси. Причём и туда, и обратно! Грязные Яги, вот влипла!

— И выкинь в окно. Это самое лучшее, что со мной можно сделать. Так и не расскажешь мне ничего перед смертью?

Вот ведь зануда, чего он пристал? Хотя… про вампиров много сплетничали неприятного, но вот про глупых вампиров Кира ни разу не слышала. В отличие, между прочим, от оборотней.

Что её укусило? Зачем ему всё рассказала, включая нелепое утро в постели с Клопом?

Виктор умел слушать. Он девушку не перебивал, очень пристально смотрел на неё, вопросы задавал строго по делу и очень толковые.

— Заказать таблетки по инодоставке?

— Я не настолько богата! — Ничего себе, уровень запросов у вампира. Да такая доставка влетит в месячное Кирино жалованье! Хорошо-хорошо: вполовину. Зарабатывала волчица отлично, плюс постоянные переработки, плюс внеурочные. Словом, не бедствовала, но… когда это у бухгалтера бывали “лишние” деньги? — Проще переждать эти дни в местном пансионате, серьёзно.

— Волки не набегут? — спросил Виктор и мысленно содрогнулся, представив себе толпы возбуждённых оборотней, лезущих в двери пансионата.

— Я на охоту уйду, — прозвучало настолько двусмысленно, что вампир поперхнулся. — Эм… я имею в виду охоту за кроликами.

— А я буду, видимо, притворяется дохлым кроликом? Ясно. Куда ты?

Пока он меланхолично раздумывал, Кира уже поднялась с кровати, быстро собрала вещи и, подхватив белое полотенце, направлялась в сторону душа.

— Сполоснусь. Потом ты, если хочешь, и мы…

— Нет! — рявкнул громко вампир и даже попытался было сесть, но не очень удачно. Завалился на коврик опять и захрипел раздражённо:

— Ключ от этого номера, как я понимаю, еще есть у Клопа? Включи голову, Кира: ты уже очень отчётливо пахнешь! Хочешь его вдохновить и пустить по своему следу? Судя по всему, он мужчина настойчивый, и так просто в покое тебя не оставит. К тому же все волки уже что-то почуяли, если ты не заметила: в баре за те полчаса, что я рядом был, они несколько раз чуть не передрались. Не нужно размазывать свой запах ещё и по ванной.

Полотенце выскользнуло из Кириных рук, и она обессиленно опустилась на пол прямо рядом с вампиром.

Это же надо: дожить до вполне зрелых лет и так поглупеть в одночасье! Гормоны? Только этим и оставалось утешаться.

— И что мне… нам делать?

Ловко это она ему подсунула эту проблему. Впрочем, Виктор не противился. Отчего-то он вдруг ощутил очень странное чувство: Кирин запах ему тоже нравился. Аромат зрелой женщины кружил голову, как дорогой алкоголь, будя предвкушение. Наверное, он извращенец. Для вампира тяга к оборотнице хуже всех нетрадиционных сексуальных ориентаций, вместе взятых. Зоофилия практически. Он содрогнулся, решительно отгоняя морок её обаяния. Кира молчала и смотрела почти умоляюще.

— Прямо сейчас позвонить ему и сообщить, что домой едете поездом. Есть кому отогнать ваш мопед?

— Мотоцикл-чоппер “Урал-Волк”, в коллекционной заводской комплектации, между прочим! — не позволит она обижать свою единственную в жизни радость.

— Да хоть “Кавказ-Козел”! Мне так лично без разницы. В жизни бы не рискнул зажать между ног ничего, кроме… — внезапно он очень мужским взглядом окинул сидящую рядом волчицу, и в ответ та невольно поёжилась. Чёртовы гормоны, это что за ерунда ей в голову лезет? — Ладно, простите, меня снова заносит.

Она усмехнулась. Вот так всегда было: каким бы ни был мужчина, даже если он руку поднять не может, норовит сразу командовать. Да пошёл он…

Упруго вскочила, рванула было к двери душевой, по пути передумала, отдав всё же должное уму этого полумертвого.

— Простите. Но вы не ответили: есть кому позаботиться об этом чуде мототехники? Вы же понимаете, что поехать в одиночку обратно по зимним дорогам России…

А кстати!

— С чего ты решил, что мне надо куда-то там ехать?

Сумка, все документы, зарядник. Она быстро окинула беглым взглядом номер, отчего-то ставший вдруг негостеприимным.

— Остановилась в гостинице, значит, не местная. В вашей ситуации лучше всего было просто поехать домой. Но эта мысль даже не прозвучала, значит?..

Да, он был умён. Возразить точно нечего.

— Умный такой, тебе череп не жмёт? Так, мне осталось переодеться и заказать такси. А с тобой, что будем делать?

Он попытался опять подняться, но под сочувствующим взглядом волчицы (или ему очень хотелось, чтобы он был сочувствующим) снова рухнул на коврик. Поморщился и тихо выдавил из себя:

— Выкинуть в…