Звёздные сигналы. Искупление

— Во-первых, брак пока только на бумаге, — па не спеша прошёл к креслу и опустился в него. — Во-вторых, мы не банда, чтобы ходить «на дело». И в-третьих, я вообще-то уже сказал, что ты идёшь.

— Ага, но как сказал? «Миён, лучше возьми, иначе она сама пойдёт и попадёт в беду»...

— Ну прости, — па примирительно поднял ладони. — Забываю, что ты выросла. Ты и правда отлично справляешься сама. Но раз уж мы объединились, нужно уметь подчиняться общему плану. Мы требуем дисциплины от других, а у самих — война за главенство?

— Нет. Не война, — я выдохнула и остыла. — Через час мне нужно сообщить Киму точное время начала.

— Значит, сообщишь.

Ещё через пятнадцать минут шлюз зашипел, и мы пошли встречать прибывших главнокомандующих, чтобы передать им сыворотку против ментального воздействия иштов.

— Когда выступаем? — спросил князь Зимовит.

— Как только все стороны подтвердят, что приняли сыворотку, надели браслеты и готовы к высадке, — ответил Великий сайед.

— Понял. Мои люди надели их сразу, — Зимовит встряхнул запястьем, на котором тускло блеснул энергоблокатор. — Но я не вижу подобной поспешности со стороны шайшей и ктар.

— Мы как раз завершаем приготовления, — ровным тоном отозвался Лайс.

— Ктар обладают врожденной ментальной устойчивостью, — холодно и свысока заметил Элковин Лой.

— Превосходно, — дедушка мягко, почти ласково улыбнулся. — Однако пусть многоуважаемые ктар учтут: если вы переоцените свои силы и попадете в ловушку, мы не станем оскорблять вашу гордость своим вмешательством. Ни один боец не пошевелит и пальцем. Не будем мешать вам… справляться самостоятельно.

Элковин Лой на секунду поджал губы, но промолчал. Следующие полтора часа превратились в дипломатическое сражение над галокартами. Генералы спорили, перекраивали фланги, но в итоге пришли к согласию.

Наш экипаж решил принимать препарат волнами, чтобы не выбывать из строя всем вместе. Первыми порцию выпили мы с Миёном. На запах это напоминало прорванную канализацию, а на вкус… Экскременты я никогда не пробовала, но уверена — это были именно они. Буквально в ту же секунду перед глазами всё поплыло, но через пару мгновений туман резко рассеялся, оставив ясность.

— Всё хорошо, — приглушённый голос Великосила прозвучал мягко. — Так и должно быть.

Сразу после этого мы вызвали Инту Макфе, чтобы проверить сыворотку в деле. Ишт попытался ментально ударить по нам, транслируя чистый ужас, но импульс просто разбился о невидимую стену.

— Я даже пробиться сквозь защиту не могу, — ишт удивлённо развел руками, — хотя меня специально учили подавлять чужую волю.

— Ты тоже выпей, Инту, — Миён протянул ему флакон.

— Так я же полуишт, — Макфе брезгливо скривился от одного запаха.

— Всё равно. Защита нужна каждому.

Инту спорить не стал и послушно осушил флакон одним глотком.

Постепенно препарат принял весь экипаж крейсера. Готовой сыворотки хватило на огромные армии лайеров, шайшей, ктар, си́лиарцев, и в медотсеке ещё остались запасы концентрата. На моё немое удивление бесплотный силуэт Великосила подернулся едва заметной рябью — так он выражал усмешку: армия сло́венов оказалась куда многочисленнее, чем мы могли думать.

Глубокой ночью меня разбудил глухой бубнёж. Миён с кем-то разговаривал. Я поднялась с кровати и вышла в гостиную каюты, где обычно спал сайед. Рядом с ним стоял Ла Ён Хэ с запечатанным инфопланшетом.

— Что случилось? — спросила я с порога.

— Ничего, — муж бросил на меня строгий взгляд. — Не стой в пижаме в присутствии офицера. Иди спать.

— Эй, мне не семь лет, — возмутилась я.

— Вот именно. Это неприлично.

Я демонстративно развернулась и ушла в спальню. Дверь закрывать не стала — оставила узкую щель, чтобы слышать каждое слово, а сама принялась спешно натягивать штурмовой комбинезон. Судя по тону военачальников, время пришло.

— Миён, она же взбесится! Я не останусь с ней, пойду с тобой! Пусть с ней дед её караул несёт...

— Ты останешься здесь и увезёшь её подальше отсюда, если что-то пойдёт не так, — отрезал сайед.

Я распахнула дверь и шагнула в гостиную. Наноплиты комбинезона уже глухо защёлкнулись на теле, активируя боевой режим.

— А меня спросить никто не забыл?

— Нет. Я и не собирался тебя спрашивать, — Миён даже не обернулся, его тело мгновенно затянуло хитиновой броней.

— Отомщу.

Муж тяжело вздохнул:

— Это будет потом... Может быть.

— Я иду. И со мной идут мои тагды и «Бесстрашные». Понял?

— Кира! — сайед резко развернулся, в его голосе звеняще прорвалась ярость. — Ты притворяешься или правда не понимаешь?! Он убьёт тебя при первой же возможности!

— И тебя тоже! Значит, умрём вместе!

— Совсем спятила?!

— Не ори на меня! Я иду, и точка!

Я резко развернулась и вылетела в коридор. На ходу зажмурилась, отсекая шум корабля, и ментально потянулась к Ким Чон Чу. Профессора как раз должны были вывести на ночную прогулку. Только бы услышал.

— Кира! — его мысль отозвалась отчётливо и громко.

— Мы начинаем штурм!

— Понял... Жду! Я успел вытащить пару блоков из установки, теперь её мощность сильно упала.

— Спасибо Вам.

Связь истончилась, я открыла глаза и припустила по коридору к шлюзовым отсекам — туда, где меня уже ждал мой отряд...

Глава6. Вы нас не ждали...

В тренировочном зале ни тагдов, ни «Бесстрашных». Спарринг-системы отключены, воздух пахнет озоном. Пусто. Значит, свой тайный совет держат в столовой.

Тяжёлая переборка бесшумно ушла в паз. Вся команда была в сборе, плотно обступив сенсорную панель, разложенную прямо поверх обеденного стола.

— Меня позвать никто не забыл? — спросила я, вырастая на пороге.

— Кирочка, мы думали, ты с сайедом пойдёшь... — Таку Тоор подавился воздухом, отвёл взгляд и принялся с преувеличенным ужасом протирать полотенцем безупречно чистый стакан.

Остальные парни дружно и очень вежливо уставились в стены. Заговор считывался с одного взгляда: эти стратеги до последнего надеялись, что супруг надёжно запрёт меня в каюте, заблокировав замок со своего терминала.

— Ну, конечно. Как же вы без меня.

Я едва заметно усмехнулась. Бойцы переглянулись и виновато, по-сиротски поджали губы. Спорить со мной желающих не нашлось.

— Дядя, — я подошла к Со Фэту, — наброски плана готовы?

— Да. — Он вывел на центральный экран схематичную карту сектора. — Нам определили задачу на западном направлении. Заходить нужно тихо. Насколько это вообще выполнимо. Когда начнётся штурм, переполох поднимется по всему периметру, а западный сектор они наверняка оставят свободным — как коридор для эвакуации руководства.

— Разумно. Кто у нас в поддержке?

Со Фэт тяжело вздохнул и как-то обречённо опустил плечи.

— Только не ктар... — выдохнула я.

— Нет, си́лиарцы.

— Ну... С этими работать можно.

— Не знаю, — дядя нахмурился, вглядываясь в мерцающий экран. — У них князь Храбр слишком импульсивный. Чуть что — сразу лезет на рожон.

— Я поговорю с ним. Погоди, они разве не под общим командованием Миёна идут?

— Под общим-то под общим, но... Храбр поймал меня после последнего совета и сказал, что будет подчиняться и помогать только тебе лично. Мол, у сайеда и без них хватает.

— Ясно. Надо Миёну доложить.

— Он в курсе. И, судя по всему, даже рад, что одной головной болью меньше.

— Когда выдвигаемся? — я перевела взгляд на остальных.

— Основные силы стартуют через два часа, — отозвался Доде. — Но я предлагаю уйти прямо сейчас. Займём позиции в мёртвой зоне скал и будем ждать. Если повезёт, успеем подрезать им внешние коммуникации до начала общего штурма.

— А если нас обнаружат?

— Провернём всё так же, как на Даджаре, Кира. Не заметят, — спокойно ответил Яр.

— В таком случае — выступаем сейчас. Я предупрежу сайеда о нашем манёвре, а Яр пока введёт в курс дела тех, кто незнаком со снежным покровом и ледяными торосами. Всем ждать меня. А иначе… — я сделала паузу. — Найду и буду очень злой. Ясно?

Мужчины переглянулись, а я развернулась и направилась в тронный зал. Прямо над плечом раздался бесплотный шёпот Великосила:

— Княгиня, говори с ним уверенно.

— Я так и знала, что вы присутствовали на нашем совете, — не поворачивая головы, отозвалась я. — Си́лиарцев тоже вы переманили?

— Они сами изъявили желание. У нас есть тактическое преимущество: Доде уже распорядился установить наши маскировочные модули на штурмовики.

Я остановилась, глядя на скользнувшую по переборке серую тень воеводы:

— Почему вы мне помогаете? Нет никакой гарантии, что мы с Миёном спасём ваши народы. Откуда в си́лиарцах столько верности? С их генетической болезнью могли бы помочь и шайши, и ктар. А русичи давно рассеялись по галактике, да и мы уже другие.

Тень замерла. Воевода приглушённо ответил:

— Мы всё это понимаем. Просто ты нам нравишься, Кира. В тебе есть наш дух — вольный, искренний. Не ищешь славы, а просто защищаешь тех, кто слабее. Ты ведь могла не лететь за этими фой, но полетела. Си́лиарцы веками жили в изоляции, а теперь нашли близких по духу. Тех, кто не пытается их поработить или обобрать, а разговаривает на равных. Лайеры, шайши, ктар — слишком гордые, они смотрят свысока. А ты и твои воины… вы с первых минут свои. Я ответил на твой вопрос?

— Да. Спасибо, — я зашагала дальше, к дверям тронного зала.

В зале стояла тишина. Миён сидел на троне с закрытыми глазами.

— Можно?

— Да.

Он поднял веки — в глазах ещё гас золотой отлив после ментального контакта.

— С кем болтал? — я прошла и села рядом.

— С ктар. Умники. Чувствую, будут с ними проблемы. Они решили свои счёты с Ман Шиком свести — видите ли, их унизили во время первой кампании.

— Ясно. Миёш, есть разговор. Только не кричи сразу.

— Говори.

— Мы хотим уйти сейчас. Займём позиции внизу и попакостим им немного. Подготовим почву.

— Риск. Если вас заметят, уничтожат на подлёте и сорвут всю операцию.

— Не заметят, — прошептал Великосил. — Сло́вены позаботятся о потомке.

Миён вздохнул и замолчал.

— Миёшь, часы-то тикают...

— Великосил, ты понимаешь, что она важнее меня? — спросил муж.

— Вы оба важны, — отозвался голос. — Мы присмотрим за твоим сердцем.

Сайед кивнул.

— Хорошо. Даю добро. Предупрежу остальных. Иди.

Он прижал меня к себе и коснулся губами лба. Я обняла его в ответ так крепко, как смогла.

— Береги себя, пожалуйста, — шепнул Миён.

— Хорошо. Ты тоже. Встретимся на ледышке.

Я уходила не оборачиваясь: долгие проводы — лишние слёзы.

В столовой меня уже ждали.

— Ну что? — спросил Яр.

— Сказал, чтобы берегли себя.

— И всё? — недоверчиво уточнил Раро Таку.

— Ещё сказал, что предупредит остальных.

Бойцы притихли.

— Чего застыли? Собираться надо.

— Странно... Даже не орал, — почесал затылок Таку Тоор.

Я лишь пожала плечами:

— Великосил говорит, нам нужно заглянуть в оружейку, кое-что забрать.

— Да. Мо́рочник, — подтвердил сло́вен.

— Это ещё что такое? — спросил Лат.— Устройство, которое позволяет принимать облик любого, кто находится рядом. Или копировать окружение.

— Как хамелеон, — обронила я.

— Кто? — не понял дядя Фэт.

— Ящерица такая на Земле. Меняет окрас под фон, чтобы не заметили.

Парни переглянулись.

На складе воевода указал на ящик, доверху забитый этими приборами. Мо́рочники оказались обычными металлическими кольцами.

— Приложи к пальцу или к самой броне, — подсказал Великосил. — Устройство само встроится в костюм.— А если софт не встанет? Системы-то разные.

— Встанет.

— У си́лиарцев тоже такие есть?

— Да, — коротко отрезал воевода.

Буквально через сорок минут наш отряд стоял в полном боевом облачении. Пока мы проверяли подгонку брони друг на друге, в отсек зашёл сайед.

— Я сообщил союзникам, что вы выдвигаетесь.

— Молодец, — я улыбнулась ему.

Миён подошел ближе, его взгляд стал предельно серьезным:

— Береги себя.

— Со Фэт, — муж повернулся к дяде. — Головой за неё отвечаешь.

— Понял, — сдержанно поклонился дядя.

Зашёл па. Сразу принялся по-хозяйски дёргать крепления моей брони и хлопать по защитным пластинам.

— В самое пекло не лезь, вперед всех не прыгай! Дай сначала мужчинам дорогу проверить.

— Я всё поняла, па. Честно. Я за это время столько раз валялась в регенераторе, что выводы на всю жизнь сделала.

Я крепко обняла дедушку:

— Ты тоже себя береги, ладно? Помни, что мы тебя очень любим.

— Помню.

— Ну и не забывай, что ма тебя сначала реанимирует, а потом всё равно прибьёт, если что.

По отсеку прокатился дружный хохот. Мы ещё раз обнялись с Миёном, и я шагнула в десантный отсек к парням.

Спуск к планете занял около двадцати пяти минут. Мы вылетели из ангара, сразу активировав маскировку на штурмовике и бронекостюмах. Я огляделась по сторонам и нахмурилась: парни стояли на своих местах, я видела каждого.

— Великосил, ты здесь?

— Да.

— Почему я всех вижу? Маскировка не сработала?

— Мо́рочник позволяет видеть своих. Сними шлем и глянь ещё раз.

— Шот, забра́ло вверх.

— Принял, — отозвался ИИ.

Дождавшись, когда опустился шлем, я посмотрела на своё отражение в полированной стене — никого. Абсолютно пустой корабль. Вот это дела!

— Здо́рово.

— Мы долго работали над этим, — отозвался воевода.

— Шот, поднять шлем и усилить броню.

— Принял, — снова ответил помощник.

Приземлились гладко.

Десантировались и сразу разделились: часть отряда осталась окапываться, а я с остальными пошла посмотреть, где, что и как.

Насчет снега я отдельно порадовалась, Тан Ман Шик заставляет своих бойцов чистить территорию. Сначала мы летели на аэроботах, чтобы не оставлять следов на сугробах, а дальше пошли пешком по протоптанным дорожкам. Тагды смотрели на снег и удивлялись, а вот лайеры со льдом уже были знакомы. Пару раз мы нарывались на патрули людей, но, благо, нас не видели. Всё-таки удивительное устройство.

— Мы не сильно от своих далеко уходим? — тихо спросила я у Доде.

— Прилично, — ответил тагд.

Мы шли дальше, передвигаясь вдоль стен ангаров, пока я не увидела на смотровой вышке Таю. Девочка смотрела в небо — ждёт.

— Это Тхе-Ён, — я показала Доде.

— Опасно.

Я присела за стеной, закрыла глаза:— Тая, я здесь.

— Кира! Я знала, что ты придёшь.

Я открыла глаза и посмотрела на Доде, но капитан покачал головой:

— Если её заберём сейчас, то можем всё сорвать и попасться.

— Предложения?

— А если… — Раро подался вперёд, — если мы зайдём вместе с ней? Это шанс.

— Спятил? Как они не заметят толпу?

— Да не видят они нас! — Раро сжал кулак. — Нашим внутрь не прорваться, если никто не заклинит замок изнутри.

Доде опустил голову, просчитывая риски.

— Доде, решай, её сейчас уведут! — поторопил Лат.

— Хорошо, но Кира останется здесь…

— Ещё чего! — отрезала я. — С Кимами умею говорить только я, так что без меня вы никуда не идёте.

— Плохо. Очень плохо, — буркнул Доде. — Свяжись с девчонкой. Пусть попробует хоть чем-то задержать дверь.

Я снова прикрыла глаза, ловя ментальную волну.

«Тая, когда тебя поведут обратно?»

«Не знаю, минут через пятнадцать».

«Хорошо. Ты будешь спускаться с вышки?»

«Да.»

«Мы будем рядом. Попытайся придержать дверь. Сможешь?»

«Не знаю…»

Я открыла глаза, возвращаясь в реальность.

— Ну что? — спросил Лат.

— Она ребёнок. Не знает, как придержать дверь.

Мы обогнули смотровую вышку и притаились под лестницей. Когда Тая начала спускаться, у меня бешено заколотилось сердце.

Мы шли след в след. Перед самой дверью бункера Тая вдруг согнулась пополам и выдала такой натуральный жалобный стон, что я едва сама не поверила:

— Ай-ай...

— Что ещё у тебя? — ишт так резко обернулся, что броня на его плечах лязгнула. Тёмные полосы шрамов на его лице хищно перекосились от злости, а поднятый от холода воротник припорошило свежей белой крупой.

— Живот. Очень больно! Ай! — она зажмурилась и заскрипела зубами, правдоподобно разыгрывая муки прямо на ледяном ветру.

Динамик рации на груди охранника хрипло затрещал. Тот зажал кнопку, быстро заговорил, косясь на скорчившуюся девочку.

Сквозь помехи прорезался чужой сухой голос.

— Ты совсем идти не можешь? — ишт ткнул носком тяжёлого сапога в припорошенную снегом землю рядом с ней.

— Очень больно! Не могу... — Тая зашаталась, едва удерживая равновесие под падающими хлопьями и картинно всхлипывая.

Рация снова плюнула шипением.

Выслушав короткий приказ, конвоир мотнул головой в сторону массивных дверей:

— Сойто Урмо, тащи носилки.

— И как мы её на себе попрём?! — второй ишт недовольно поправил ремень оружия и сплюнул в сугроб. — Скажи им, пусть пришлют кого-нибудь дверь подержать.

Снова треск связи, короткий обмен лающими фразами и глухой щелчок отключения.

— Вот ирхи! — выругался тот, что держал рацию, и злобно тряхнул головой, стряхивая снег со своих торчащих белых волос.

— Что там?

— Сказали камень под дверь подложить! Я им это припомню! Мерзкие человечишки, такие же паскудные, как та тьёнда, что вылезла в сайеды!

— Всех землян истребить подчистую надо! — второй хрустнул костяшками пальцев и тяжёлым шагом скрылся в тёмном проёме бункера, отправляясь за носилками.

Первый остался караулить Таю, свысока разглядывая её холодным, колючим взглядом:

— Если обманываешь — сожру.

— Если сожрёшь меня, папа сломает машину, — Тая даже не подняла головы, продолжая уверенно гнуть свою линию. — И тогда начальник убьёт тебя.

— Мелкая йнди! — ишт шумно втянул воздух сквозь зубы. Прошёлся взад-вперёд, тяжёлые подошвы заскрипели по обледенелому бетону. Смерив её подозрительным взглядом из-под насупленных бровей, хмуро выдавил:

— Сильно болит-то?

— Очень, — выдохнула девочка и медленно, словно у неё действительно подкосились от стужи ноги, опустилась на колени прямо перед открытым шлюзом.

— Сейчас отнесём тебя в лазарет. Терпи.

Вернулся Сойто Урмо, таща за собой носилки. Обычные, самые примитивные — даже не аэро.

— Залезай, — скомандовал он.

— Не могу пошевелиться… — жалобно протянула Тая.

— Вот же… — Сойто раздражённо сплюнул в снег. — Каньэ Куох, переложи её сам, а то я ей шею сверну. Бесит уже.

— Спокойно. У меня вчера тоже живот крутило. Это всё из-за местной еды.

Каньэ Куох на удивление аккуратно подхватил Тхэ-Ён на руки и перенёс на брезент. Малышка при этом самозабвенно ойкала и айкала, не выходя из роли.

Ишты подхватили носилки и двинулись вглубь бункера. Уходя, один из них просто пнул ногой удерживающий шлюз камень. Тяжёлая створка начала медленно отсекать морозный воздух улицы.

Я среагировала мгновенно — рванулась вперёд и аккуратно вставила руку в сужающийся проём. Дождавшись, пока тяжёлые шаги конвоиров стихнут за поворотом, я принялась слегка водить полотном шлюза туда-сюда, имитируя завывание ветра, и один за другим пропускала внутрь своих бойцов. Как только последний Бесстрашный нырнул в тепло коридора, я скользнула следом, закрепила на косяке крошечный маяк-глушитель и бросилась догонять отряд.

Всё заняло от силы пару минут.

Мы бесшумно двигались по просторным переходам, где легко разъехался бы небольшой колёсный транспорт. Искать цель не приходилось: мы шли строго на недовольное бурчание Сойто Урмо, разносившееся по коридорам. Пока мы вели мысленный счёт камерам слежения, Чо Фо Гын — наш техник из Бесстрашных — ловко перехватывал сигнал каждого четвёртого объектива и пускал по кругу пустую картинку.

Таю занесли в лазарет. За столом там суетился низкорослый, непропорционально сложенный ишт, который сам больше походил на чьё-то неудачное генетическое исследование.

— Кладите сюда, — скомандовал он.

— Я думаю, это из-за нового пайка, который нам выдают, — предположил Каньэ Куох.

— Посмотрим...

Врач хмурился, ощупывая Таю, а та исправно стонала при каждом нажатии на живот.

— Хм... Сейчас проверим.

Он подтащил медскан и принялся водить датчиком по животу девочки. На экране прибора ничего подозрительного не отобразилось.

— Пусто. Когда ты ела в последний раз?

— Утром...

— Угу... Понятно. Местная еда не подходит для детского организма. Вот, — он протянул Тае круглую капсулу, — выпей. Это снимет спазмы. И никуда сегодня не ходи. Лежи. Поняла?

— Да.

— Уносите, — махнул рукой док и отвернулся к терминалу компьютера.

Конвоиры недовольно переглянулись, и Каньэ снова аккуратно переложил малышку на брезент.

— А может, сама пойдёт? Почему мы должны её на себе таскать? — возмутился Сойто Урмо.

Врач с неожиданной для его комплекции прытью подскочил к нему и яростно зашипел прямо в лицо:

— Потому что, если с ней что-то случится, господин лично с тебя шкуру сдерёт! Ему нужны мозги её отца, а у того чёткое условие — живая и здоровая дочь! Если не хочешь стать материалом для моих экспериментов, проваливай и делай, что сказано!

Ишт тяжело вздохнул, развернулся к выходу и привычно забурчал под нос:

— Хотя бы аэроносилки выдал бы...

— Хулюонполья твоя башка! Хочешь, чтобы здесь всю электронику закоротило?! — завизжал док вслед.

Мужчины поспешно подхватили носилки, а я неожиданно увидела... как врач-ишт заговорщически подмигнул Тхе-Ён!

Я недоумённо покосилась на Доде. Тот лишь неопределённо пожал плечом, а затем быстро набрал в комме: «Разделяемся. Сбор у выхода».

Я и половина Бесстрашных двинулись дальше по коридору, к самому отсеку Кимов. Фо Гын на ходу привычно гасил одну камеру за другой.

Зайдя в комнату, охранники переложили Тхе-Ён с носилок на кровать и вышли, вполголоса ругая свою собачью работу. Как только за ними захлопнулась дверь, мы отошли в самый тупик коридора, и я настроилась на ментальную связь с профессором Кимом.

«Профессор, Тая в комнате. Она только что разыграла приступ, можете к ней пройти?»

«Да. Врач уже сообщил мне, что дочке плохо».

«Отлично. У вас получится сорвать запуск установки?»

«Уже. Я перенастроил систему так, что она запустится только после сканирования моей сетчатки».

«Здорово».

Я открыла глаза и повернулась к командиру:

— Яр, Ким скоро будет здесь.

— Хорошо. Но с ним пойдёт конвой. Нужно чисто нейтрализовать охрану и сразу выводить семью.

— А если поднимется шум?

— Придётся постараться, чтобы этого не случилось. Наши уже на подходе.

— Княгиня, я выдвинусь навстречу профессору и предупрежу вас, когда он пойдёт и сколько с ним сопровождающих, — раздался из темноты тихий шёпот Великосила.

От неожиданности я едва не подпрыгнула на месте. За всеми этими шпионскими играми совершенно забыла, что он в нашем отряде.

— Спасибо.

Ждали мы около сорока минут, пока в моей голове наконец не раздался бестелесный, прохладный шёпот Великосила:

— Его ведут. С ним четверо.

— Ясно.

Мы рассредоточились по коридору и приготовились. Фо Гын на время врубил камеры, чтобы на посту не заподозрили неладное: пусть дежурные видят, что техника исправна, а коридоры не пусты.

Настал наш выход. В дальнем конце перехода показался измождённый профессор, он шёл внешне абсолютно спокойно. Как только охранники вместе с ним зашли внутрь комнаты, я привычным движением придержала створку, не дав ей защёлкнуться. Наш техник тут же вырубил камеры в этом секторе и кивнул — можно начинать.

Спустя полторы минуты Бесстрашные обезвредили иштов.

Совсем.

Фо Гын быстро проверил датчики и выдохнул: в комнате ни камер, ни прослушки. Полная изоляция.Только тогда я сбросила мо́рок и показалась Кимам.

— Кира! — радостно вскрикнула Тая и с разбегу бросилась ко мне.

Я крепко обняла девочку и на ходу обратилась к её отцу:

— Профессор, времени в обрез. Нужно уходить. Одевайтесь теплее — и на выход.

Перед самым выходом я надела им на пальцы кольца-мо́рочники. Едва отец и дочь активировали маскировку, мы скользнули за порог.

К шлюзу продвигались на предельной скорости. На одном из поворотов коридора нам попались тагды; они понимающе ухмыльнулись и слаженно показали мне большой палец. До вожделенной свободы оставалось всего ничего, когда в голове снова пронёсся ледяной шёпот Великосила: «Впереди ишты».

Мы осторожно заглянули за угол. Трое охранников кучковались у выхода, с явным подозрением разглядывая объективы камер, отброшенный в сторону камень и... мой маяк. Чисто проскочить не удастся. Без боя не уйдём.

Фо Гын мгновенно вырубил сектор обзора. Трое Бесстрашных серыми тенями скользнули вперёд и беззвучно ликвидировали врагов. Но в ту же секунду под потолком оглушительно завыла сирена тревоги.