Пленить Морского дьявола

Пленить Морского дьявола

Глава 1

– Авантюрист, насильник и отпетый негодяй. Имя этому воплощению всех людских пороков – Фредерик ван дер Ост, капитан галеона «Морской дьявол». Последние сто пятьдесят лет бороздит океан в виде проклятого духа, что держит в страхе моряков и жителей прибрежных городов. Наша с тобой задача, Сента – пленить и обезвредить капитана-призрака. Сента! Ты меня слушаешь?

Сента вздрогнула, выпрямилась и виновато улыбнулась.

– Простите, профессор. Я вся внимание.

– Ты напугана? Переживаешь, что не справишься? – профессор Бальтазар с упреком покачал головой. – Отринь страх. Охотникам за привидениями он не к лицу. Не подведи меня.

Вспыхнув, девушка вздернула подбородок.

– Я не боюсь, профессор. Вы оказали мне большую честь, пригласив ассистировать.

…Не могла же она признаться Бальтазару, что отвлеклась, потому что любовалась его длинными ресницами, а от звука его голоса впала в блаженный ступор.

Сента Спаркс, студентка выпускного курса Академии тайных наук, стиснула зубы и сосредоточилась. Профессор пригласил ее к себе в кабинет, чтобы обсудить важное дело. Не время предаваться романтическим грезам.Бальтазар со вздохом откинулся на спинку кресла и задумчиво глянул на книжный шкаф, набитый справочниками и фолиантами столь древними, что они напоминали растрескавшиеся кирпичи – профессор увлеченно собирал старинные рукописи. С верхней полки, уцепившись когтями за край, свисала вниз головой ручная летучая мышь. Профессор также любил окружать себя необычными атрибутами и питомцами, чтобы подчеркнуть свой статус именитого оккультиста.

В вечернем луче кружились пылинки – словно призраки солнечной мошкары.

– Я пока не классифицировал этого морского фантома, но, если опираться на легенду, ван Дер Ост – неупокоенная душа первой категории, а именно, дематериализованное тело, связанное проклятием. Либо импринт сильных эмоций. Уточним на месте. В любом случае, манифестация опасная, представляет серьезную угрозу.

Любопытство глодало Сенту, но она научилась не задавать лишних вопросов, и поэтому коротко поинтересовалась:

– Куда мы отправляемся?

– «Морской дьявол» вернулся, – профессор выразительно впечатал ладонь в стол. – Вчера ночью проклятый галеон пришвартовался в порту Мерстада. Команда и капитан сходили на берег, сея хаос и ужас. Местное население подало жалобу в магистрат, бургомистр связался с нами. Вовремя, – профессор легко улыбнулся. – Именно такой эксперимент нам и нужен. Я проведу испытание Вис Люминариса. Научному сообществу пора узнать о моем гениальном изобретении.

Профессор любовно коснулся тонкими пальцами бархатного футляра, где хранил Вис Люминарис– «Мощь Света», уникальный артефакт, призванный навсегда освободить мир от нечисти.

Сента гордилась тем, что внесла вклад в его создание. Пусть и небольшой вклад, мизерный, прямо скажем… Она лишь искала в древних трактатах забытые формулы для артефакта и проверяла их действенность. Любой бы справился. Но профессор горячо уверял Сенту, что без ее помощи ему не обойтись.

– Верховный магистр Помпоний сообщил, что делом ван дер Оста заинтересовался сам министр мореходства. Более того: его величество король Себастиан просил докладывать ему все новости о капитане-призраке! Ты понимаешь, что это значит?

Сента округлила глаза и кивнула. Дело и правда нешуточное!

– Итак, мы едем в Мерстад. Пленим ван дер Оста и заслужим горячую благодарность местных рыбаков. Бургомистр весьма осторожно упоминает вознаграждение…

Профессор насмешливо фыркнул.

– Но дело не в вознаграждении. Мы служим науке, Сента. Мы обезвредим и изучим этого просоленного фантома. Я испытаю артефакт в полевых условиях, а ты получишь материал для выпускного трактата. Однако нельзя терять времени. «Морской дьявол» будет входить в порт Мерстада каждую ночь на протяжении восьмой фазы луны, пока солнце проходит созвездие Каймана. В астрологических расчетах я опирался на предание. У нас остается четыре дня. Вот деньги. Купи два билета первого класса до Мерстада – для нас с тобой. Еще два билета на крыше дилижанса для моих лаборантов. Выезжаем утром, к обеду будем в Мерстаде. В полночь выходим на охоту. Фредерик ван дер Ост от нас не ускользнет!

***

Сента со всех ног бросилась выполнять поручение.

Первым делом отправилась на стоянку дилижансов и заказала места. Зарядил дождь, в студенческий пансион пришлось возвращаться бегом, прыгая через лужи. Оказавшись в тесной комнате, Сента сбросила мокрый плащ и принялась укладывать вещи в дорожный саквояж. Ее сердце пело от радости.

Она поедет в приморский город с профессором Бальтазаром! Будет жить с ним в одной гостинице, вместе решать загадки природы и противостоять жутким ее явлениям. Как равные, как партнеры!

Профессор оценил ее знания. Выбрал ее из сотни однокурсников, дал ей шанс проявить себя.

Но тут в голову полезли непрошенные сомнения, и Сента приуныла, осознав, что стоит на кону. Девушка выронила из рук ночную рубашку и нахмурилась. Под ложечкой неприятно засосало.

До выпускных экзаменов еще два месяца, но теперь ее главное испытание случится раньше. Если она оплошает, испортит репутацию отличницы. Ей снизят балл, и на распределении ее в лучшем случае отправят работать магическим утилизатором. Самое ужасное – профессор Бальтазар навсегда в ней разочаруется.

Годы учебы пройдут впустую, а блестящее будущее обернется провалом.

Профессию Сента выбрала в возрасте десяти лет, когда жила на ферме родителей в деревушке Нижние Бураки.

Тогда она впервые увидела призрака.

Светящийся силуэт в окровавленном саване выплыл из дверей заброшенного хлева в час, когда небо чернеет, и зажигаются первые звезды, а деревенские детишки собираются у коровника, чтобы поиграть в «раздолбай-угол».

Призрак, как и полагается, исправно гремел цепями, скрежетал зубами и завывал на все лады.

Колыхаясь, он протащился через грядки. Помидоры разом пожухли, свекольная ботва поникла, как от заморозков, а на веточках укропа засеребрился иней.

Собаки завыли, старый мерин забился в стойле.

Дети испуганно притихли, а потом разом вскочили на ноги, завопили и разбежались по дворам жаловаться родителям.

Сента же увязалась за призраком и бродила за ним по деревне, пока не прокричал петух, и призрака не унесло порывом ветра – до следующей ночи.

Дома ее за отлучку не ругали; родители привыкли к выходкам младшей дочери. В деревне Сенту считали «лунной» девочкой. Так жители Нижних Бураков называют тех, кто совершает необъяснимые поступки, заговаривается и не интересуется повседневными заботами, вроде прополки сорняков и уничтожения крюкохвосток.

На первый взгляд ничего «лунного» в Сенте не было. Ни льняных волос, ни бледного вида, ни хрупкого стана, ни белоснежного платья.

Сента росла голенастой, резвой. Густые русые локоны не поддавались гребню, загорелый нос усыпали веснушки, а платьям она предпочитала рубашку и брюки.

Но Сента отличалась от остальных детей тем, что хотела знать все на свете и задавала много странных вопросов. Например, какое настроение у солнца по утрам? Какая магия самая полезная – ферромагия, магия железа, фламмагия – магия огня, или витамагия – магия всего, что цветет и зеленеет? А какие еще бывают виды магии? Почему свекла красная, а репа – желтая? Почему мертвые не всегда остаются в могилах?

Родители вздохнули с облегчением, когда отправили ее в школу. Но деревенский учитель скоро воспылал к Сенте острой неприязнью, потому что не знал ответов на все ее вопросы, а дураком выглядеть не любил.

Сента взялась изучать тайны мира самостоятельно. Читала, слушала, наблюдала, и даже порой пробовала на вкус. Иначе как бы она узнала, чем отличаются черные камни от белых, кроме цвета? (У черных камней привкус сажи, если вам интересно, а у белых – мела. В процессе исследования Сента сломала зуб – ее первая жертва во имя науки).

Призрак, разумеется, ее заворожил. Сенте очень хотелось узнать, откуда он пришел, куда испарился, почему у него такой дурной характер, и нельзя ли ему чем-то помочь. Но никто из соседей и родственников не смог ответить на ее вопросы – их волновало другое.

Деревенские держали совет.

Появление призрака – не к добру. Стоит хоть одной нечисти завестись окрест, как через месяц их уже уйма шастает. В банях скребутся домовые, на чердаках швыряются вещами буйные духи, а банши так и норовят забраться ночью в отхожее место и истошно завизжать в тот момент, когда ты сидишь со спущенными штанами и занят серьезным делом, не терпящим суеты.

Нечисть портит посевы, пугает скот и в целом приносит убыток и раздражение.

С каждым годом призраков в Эленвейле становится все больше. Магическое производство оставляет отходы. Маги проводят исследования, ставят эксперименты или просто чудят, а простой люд расхлебывай. Современные призраки – магический мусор. Есть еще старые, легендарные призраки, но они нынче встречаются редко.

Староста составил жалобу и отправился в город за подмогой.

На следующий день прибыла охотница за привидениями. Себя она называла «экстерминатором паранормальных импринтов», но деревенские таких слов отроду не слыхали и повторить не смогли. И потому уважительно обращались к ней «госпожа ведьма».

Госпожа Лотус отличалась высоким ростом, ступала твердо, по-мужски. Седые волосы носила коротко, одевалась в черное и кожаное. С собой привезла саквояж, полный магических штуковин.

К тому времени бродячий призрак успел уничтожить половину урожая и заунывными воплями довел до истерики деревенских собак, а старосту – до заикания.

Госпожа Лотус быстро разделалась с фантомом. Двумя взмахами рук сплела в воздухе магическую сеть, в которую тот и влетел на полном ходу. Жалобно скуля, растаял и осел на призрачных паутинках искрящимися каплями росы.

«Эктоплазма», – пояснила госпожа Лотус.

После чего собрала росинки в пробирку, запечатала ее магической печатью, спрятала в саквояж и охотно согласилась пропустить кружку пива в трактире, который держал старший брат Сенты.

Там-то девочка и атаковала госпожу Лотус вопросами.

Сента узнала, что призрак относился к классу ментальных импринтов и был порождением пьяного бреда мага из соседнего города. Попросту говоря – оживший кошмар алкоголика, страдающего от белой горячки.

Также Сента выяснила, что охотников за привидениями готовят в столичной Академии, и мигом решила туда поступить.

Ей казалось, что узнав тайны потустороннего, она получит ключ к пониманию сиюстороннего. Ведь призракам ведомо все, что происходит в гуще и за пределами бытия, они настойчивы и не знают преград. И у каждого есть своя удивительная история, которую Сенте очень хотелось узнать.

Потом были годы споров с родителями, зубрежка, вступительные экзамены, переезд в столицу, полуголодная, но веселая студенческая жизнь в пансионе.

Она стала одеваться, говорить и держать себя по-городскому – сдержанно, невозмутимо. Приучила себя задавать вопросы обдуманно (оказалось, профессора тоже не желают выглядеть дураками и излишне любознательные студенты вызывают у них изжогу).

Сента быстро сообразила, что лишний раз лучше не выделяться, но строго следовать указаниям и протоколам. Она научилась относиться к фантомам без восторженности, но с холодным любопытством – и скоро стала лучшей на потоке.

На третьем курсе случилось непредвиденное: Сента влюбилась в профессора Бальтазара. Впрочем, как и половина других студенток курса, где готовили экстерминаторов призрачных манифестаций. В просторечии – охотников за привидениями.

Бальтазар завоевал ее сердце на первой же лекции. Молодой, гибкий, с черными волнистыми локонами, похожий больше на искусного фехтовальщика, нежели на именитого оккультиста, он стремительно вошел в зал и поднялся на кафедру. Солнце горело на начищенных пуговицах его черного академического мундира.

Девушки подались вперед и заулыбались. Парни тоже заулыбались, но с ехидцей.

А потом профессор заговорил и разом покорил всех без исключения.

Сента зачарованно слушала его вводную лекцию. Ей хотелось часто вздыхать и предаваться розовым девичьим мечтам, что в целом было ей несвойственно.

Бальтазар пленил ее недюжинным умом, но больше всего – пылом, с каким он рассказывал о своей профессии. Как же он отличался от высушенных ученых оккультистов, равнодушных ко всему на свете!

Профессору не было равных. Он мог бы зарабатывать огромные деньги, выбери он карьеру наемного борца с нежитью.

Но Бальтазар предпочел остаться в Академии, потому что мечтал вписать свое имя в историю магической науки, навсегда избавив мир от нечисти.

Сенту восхищала его цель, хоть она и не до конца ее разделяла. Ее больше интересовал процесс, а не результат.

И вот итог: выпускной трактат и выездная практика, куда Сента поедет напарницей профессора Бальтазара. Предстоит схватка с ее первым опасным фантомом – капитаном Фредериком ван дер Остом, подлецом, негодяем и грабителем. Который за годы в обличии призрака наверняка приобрел еще больше дурных привычек.

Простыми чарами с ним не справится: потребуется нечто особенное. Но именно для таких случаев профессор и создал Вис Люминарис, а Сента лично составляла для него заклинание окончательного развоплощения.

И тогда, чтобы подбодрить себя, она достала толстую тетрадь, открыла на нужной странице, скорчила зверскую физиономию и низким голосом произнесла первую формулу:

– Диспело те, умбра малефика!Я изгоняю тебя, злой дух! Ван дер Ост, тебе со мной не совладать!

Глава 2

Видавшая виды шхуна удирала в сторону Мерстада. Мачты стонали от нагрузки, паруса хлопали, как крылья перепуганной курицы. Последние отблески багрового заката придавали нелепой картине драматизма. Хоть полотно пиши. Заняться, что ли, живописью на досуге?

Немного помечтав о славе мариниста, капитан ван дер Ост продолжил со злорадным удовлетворением наблюдать за суетой матросов на палубе шхуны.

Солнце нырнуло за горизонт, опустилась неспокойная ночь, палубные огни горели не ярче светлячка, да и расстояние до судна было приличное. Обычный человек ни черта бы не разглядел, но у призраков есть некоторые преимущества. Сверхъестественная зоркость среди прочего. Хотя видел ван дер Ост вовсе не глазами. Ему даже подзорная труба не требуется, но все же приятно ощущать в руке ее тяжесть.

– Все паруса на ветер! – отчаянно вопил красномордый капитан шхуны, а его боцман, вместо того чтобы заниматься делом, пал на колени и начал возносить молитвы, время от времени прикладываясь лбом к доскам палубы.

Ван дер Ост покачал головой. Какой идиот ставит все паруса в шторм? Подобное позволено только кораблю-призраку. А шхуна вот-вот лишится мачты или опрокинется. Если ее раньше не выбросит на скалистую отмель. Куда этого олуха несет? Он пьян в стельку? Либо не знает здешних вод, а на лоцмане сэкономил.

Морячков можно пожалеть. Легко представить, какой ужас их охватил, когда облако тумана сгустилось и обратилось трехмачтовым галеоном с хищно изогнутым форштевнем и уродливой носовой фигурой. Истлевшие паруса и пляшущие огни святого Элмо на рангоутах сразу дали команде понять, с кем они имеют дело.

Ван дер Оста пробрала досада. Как бы то ни было, брать еще один грех на душу не хотелось. Хотя какая разница? За сотню с лишним лет их скопилось немерено, но все же их тяжесть не смогла утянуть «Морского дьявола» на дно.

– Забрать паруса! Положить руль на левый борт, – приказал он негромко. Помощник прокричал команду рулевым и матросам. За полторы сотни лет Фармунд успел хорошо изучить своего капитана и читал его мысли без слов.

Галеон снизил ход и лег на другой галс. Скоро огни шхуны растаяли в темноте.

Сейчас ее команда наверняка возносит благодарности Тритону за то, что избежала гибели по вине призрачного галеона. Рано радуются – с таким идиотом вместо капитана удача не на их стороне.

Налетел сильный шквал, нос судна зарылся в волну, в лицо капитана ударили соленые брызги.

«Они приятно холодят кожу, а ветер свеж и пахнет водорослями», твердо напомнил себе ван дер Ост и поверил, что чувствует сырость на щеках.

Став тенью, ты получаешь подобие всемогущества, но лишаешься куда большего.

Например, способности видеть, обонять и осязать мир во всех его красках. Сверхъестественное зрение и слух не восполняют потерю. Ведь чаще они показывают то, что ты бы предпочел и вовсе не видеть и не слышать.

Например, Фармунда в его нынешнем обличии.

– Первый помощник, что за вид, черт вас побери? – обрушился на него капитан. – Немедленно приведите себя в порядок. Вы на мостике, а не на погосте.

Помощник испуганно повернулся: под шляпой темнели провалы глазниц, с костей щек свисали лоскуты истлевшей кожи.

– Виноват, – пробормотал Фармунд, и через миг на ван дер Оста смущенно смотрел не мертвец, но щекастый здоровяк с детски-голубыми глазами.

– Так-то лучше. Не расслабляться, Фармунд! – рявкнул капитан для острастки.

Однако подумал сочувственно: захандрил парень, тает на глазах. Надо бы отвести его этой ночью в веселый дом, да найти ему сговорчивую и жадную девицу, которую не отпугнет запашок тлена.

Капитан поскреб жесткую от соли бороду и подавил зевок. Под конец вахты его всегда клонило в сон – что тоже было воспоминанием, а не обычной человеческой усталостью.

Ничего, скоро он взбодрится. Сегодня третий день побывки на суше – пятнадцатой за сто пятьдесят лет. Краткие моменты, когда реальный мир пускал его в свои границы, больше не наполняли ван дер Оста надеждой. Но команда все еще радуется и предвкушает. Что ж, пусть парни повеселятся от души. Он не будет их удерживать.

В это десятилетие запредельные ветры принесли «Морского дьявола» в Мерстад.

Ван дер Ост еще при жизни любил этот старинный городок в уютной гавани. Особенно таверну «Золотой якорь» у рынка.

Вчера он обнаружил ее на своем месте. Продолжают ли там варить знаменитое темное пиво? Заглянуть, что ли, поностальгировать? Ведь рано или поздно наступит день, когда капитан, сойдя на берег, не узнает Мерстада. Быть может, обнаружит на его месте руины, или сверкающий огнями и сталью фантастический город будущего.

Время меняет все, но над призраками оно не властно. Нам, привидениям, время вообще ни к чему, подумал капитан цинично. Пустая выдумка, это время. Ну его к дьяволу!

Буря крепчала, палуба гарцевала под ногами, как норовистый жеребец. Ветер пронизывал до печенок, сыпал водяной пылью и свистел в снастях. Море ревело и стонало.

Капитан рассмеялся в лицо заклятому врагу и верному другу – славному крепкому шторму.

Только дьявольская непогода позволяла ему наслаждаться биением утраченной жизни.

– Шкоты на ветер! – проорал ван дер Ост, чувствуя, как его захватывает безумие.

Горе тому, кто станет на его пути! В такие ночи он сам становился штормом и повелителем пучин. Буря слушалась его покорно и говорила с ним. Ужасалась его ругательствам и богохульствам, но порой и сама отвечала крепким словцом.

Но тут случилось странное. Рев ветра стих, и в наступившей тишине эхом прозвучали смутно знакомые слова, произнесенные сердитым девичьим голосом.

«Диспело те… Изгоняю тебя…»

Тело капитана скрутила судорога, он едва удержался на ногах, схватившись за леер.

И потом осознал другой звук – мерную череду глухих ударов. В своей груди.

Он так давно не слышал подобного, что не сразу понял, что это значит.

Биение сердца? Чушь! Он лишился сердца полторы сотни лет. А может, и не имел его никогда.

Тут на капитана обрушилось и другое, давно забытое.

Пронзительный холод. Сырость и липкость. Ощущение падения, когда палуба уходит из-под ног. Жаркий ток крови. Укол бодрящего страха.

Миг – и все прошло. Вновь свистел ветер, а дождь хлестал, не обжигая кожу. Галеон несся с волны на волну, порой скользя над водой.

Капитан недоумевал. Что за чертовщина с ним только что приключилась? Он сам по себе чертовщина! Бывают ли у привидений галлюцинации? Преследуют ли их другие привидения – помимо призраков прошлого?

Ван дер Ост помотал головой, подбодрил себя забористым ругательством.

Поднес руку к глазам, и, позволив себе скользнуть в нереальность, проследил, как тает плоть, обнажая рисунок костей. Прислушался и ощутил пустоту в грудной клетке.

Ничего не изменилось. Проклятие Эрмины все еще висит над ним. Но Эрмина давно истлела в могиле, а он еще существует.И будет существовать вечно, черт побери, в этом призрачном состоянии!

Ван дер Ост ощутил приступ такой сосущей тоски, что поскорей выбросил непонятный эпизод из головы.

Глава 3

Утро выдалось жарким, в карете стояла духота. Профессор Бальтазар согнал с дешевых верхних мест своих помощников Гуго и Уве и переселил их внутрь. Сам вместе с Сентой перебрался на крышу.

Дилижанс катил по тракту на Мерстад, упруго подпрыгивая на выбоинах. Пригревало яркое солнце, ветер качал ветки придорожных сосен, нес терпкий запах хвои, в который вплетались новые для Сенты йодистые нотки.

– Море близко, – магистр со вкусом втянул воздух полной грудью. – Скоро покажется пролив. Ты раньше видела море, Сента?

– Никогда, профессор. Моя семья живет далеко от побережья.

– Значит, и легенды о морских призраках у вас не рассказывают?

– Нет. У нас рассказывают сказки об оживших огородных пугалах. Но у меня высший балл по фольклористике, – торопливо добавила Сента.

Профессор весело прищурил глаза, сверкнули ровные зубы. Мимолетная улыбка полоснула ее по сердцу.

Сегодня Бальтазар казался Сенте умопомрачительно красивым. Дорожная кожаная куртка с серебряной вышивкой ладно облегает широкие плечи, ветер ерошит его темные локоны, а карие глаза сверкают вдохновенно.

– Тогда позволь рассказать тебе легенду о капитане-призраке. Она есть в папке с материалами, но ты вряд ли успела изучить ее за ночь, не так ли?

Сента прочитала материалы до последнего листочка, но ей так нравилось слушать рассказы профессора, что она помотала головой и развела руками.

Доклады не отличаются захватывающим языком и богатством деталей. А Бальтазар любой сухой параграф из учебника превращал в увлекательное повествование.

– Итак, Фредерик ван дер Ост, – начал профессор, вглядываясь в даль. – Жил сто пятьдесят лет назад. Имел лицензию королевского торгового морехода, но брался за любые контракты. На своем галеоне «Морской дьявол» доставлял из-за моря пряности и серебряные слитки, тюки шелка и чай. Переправлял научные экспедиции и дипломатов. Имея орудийную палубу, охотно ввязывался в драки. Бывало, грабил одинокие суденышки. Что сходило ему с рук – при дворе ван дер Оста ценили за безрассудную храбрость и нещепетильность.

Бальтазар покачал головой и усмехнулся.

– Настоящий морской сорвиголова, лишенный какой-либо чести и благородства – вот каким был Фредерик ван дер Ост. Шатался по морям в свое удовольствие, веселился, как черт, не думал о последствиях.

– Что же с ним случилось? – спросила Сента, жмурясь от удовольствия. Ветер трепал ее волосы, солнце припекало щеки, а она сидела бок о бок с профессором и слушала интересную историю, которую он рассказывал ей одной!

– Ван дер Ост влюбился. И эта любовь стала началом его конца. Занятно, что в легендах любовь часто предстает разрушительной силой – или силой возмездия.

– Любовь многогранна, – пробормотала Сента и вспыхнула. Ей показалось, что профессор глянул на нее с подозрением. Мог ли он догадываться о ее чувствах?

Но Бальтазар не стал дальше рассуждать о любви, а вернулся к легенде.

– Ван дер Ост доставлял домой ученого мужа. Тот возвращался из экспедиции в далекий жаркий Афар и вез королю магический изумруд, который отыскал в гробнице древнего царя. Ученого сопровождала его племянница Эрмина. Как только ван дер Ост увидел златокудрую красавицу, им овладела черная страсть. Он решил сделать Эрмину своей – даже против ее воли. Бурной ночью, когда молнии разрывали небо, неиствовал ветер и гнал волны высотой с дом, ван дер Ост заковал ее дядю в кандалы и бросил в трюм, а Эрмину запер в каюте до тех пор, пока она не согласится стать его женой.

У Сенты мурашки пробежали по коже. Голос профессора звучал низко, гипнотически. Перед ее глазами разворачивалась страшная картина: ночная буря, качка, перепуганная девушка и зловещий капитан со сверкающим похотью и злобой взором.

Она слышала рев шторма и хлопанье парусов, а солоноватый свежий запах, что нес ветер, стал таким сильным, что Сента ощутила на лице ледяные брызги.

Такова была магия голоса профессора. Либо же сказывалось то, что карета приближалась к Мерстаду, и теперь все вокруг говорило о близости морских просторов.