МОЯ ЖЕНА ВАМПИР

— Ты ревновала меня к Лиде? — спросил он.

— Нет.

— А что это было?

— Мы обсуждали, кто лучше заботится о муже. Это не ревность. Это… дружеское соревнование.

— Ты сказала, что я бледный, хотя я нормально выгляжу.

— Ты бледный, — повторила Лера. — Я волнуюсь. Это моё право.

Она выключила воду, повернулась к нему.

— Слушай. Лида — моя подруга. Мы знакомы двести лет. Но это не значит, что я позволю ей думать, будто она лучше заботится о своём муже, чем я о своём.

— То есть это вопрос принципа?

— Это вопрос любви, — сказала Лера. — Я тебя люблю. И хочу, чтобы все знали: тебе у меня хорошо.

Кеша подошёл, обнял её.

— Мне хорошо, — сказал он. — Даже без чеснока.

— А я говорила.

Она поцеловала его в щёку. Аккуратно, без намёка на клыки.

Откровение

Ночью Кеша не спал. Лера лежала рядом с открытыми глазами — это уже не пугало. Он лежал, смотрел в потолок и думал о том, что произошло за ужином. О Степане, о его улыбке, о его руке на шее.

— Степан знает? — спросил он.

— Что знает?

— Ну… про Лиду.

Лера помолчала.

— Знает, — сказала она. — Узнал две недели назад.

— И как он?

— Испугался сначала. Заперся в ванной.

— А потом?

— А потом вышел и сказал: «Ты можешь хотя бы предупреждать? У меня голова болит от твоих ночных прогулок».

Кеша тихо засмеялся.

— И всё?

— И всё. Он её любит. Как ты меня.

— Интересно, — сказал Кеша, — почему мы, нормальные мужики, влюбляемся в тех, кто нас теоретически мог бы… ну…

— Съесть? — закончила Лера. — Потому что мы тоже по-своему вкусные. И потому что вы любите опасность.

— Я не любит опасность. Я люблю тебя.

— Это одно и то же, — сказала Лера и закрыла глаза.

Кеша поцеловал её в лоб и заснул. Спокойно, без кошмаров. Потому что дома — даже с вампиршей — спалось лучше всего.

---

Глава 6

Семейный вечер с телевизором

Обычный вечер

Кеша лежал на диване, накрытый пледом. Лера сидела рядом, положив ноги ему на колени. Тёща приехала из Сочи на выходные и заняла кресло — любимое, с подушкой.

За окном моросило. На столе стоял чай с печеньем. Всё было почти нормально.

— Что смотрим? — спросила тёща.

— Не знаю, — Лера взяла пульт. — Кеша, что хочешь?

— Что-нибудь спокойное, — сказал Кеша. — Без крови, без криков, без…

— Без того, что я ем, — закончила Лера. — Поняла.

Она включила первый канал.

Триггер

Шло кино. Обычный фильм, минут десять. Мужчина и женщина разговаривали в баре. Ничего подозрительного.

Кеша расслабился. Тёща пила чай. Лера перебирала его пальцы — холодными руками, как всегда.

А потом кадр сменился.

Женщина вдруг посмотрела на мужчину. Глаза у неё стали красными. Лицо исказилось.

— Милый, — сказала она голосом, полным голода. — Ты так вкусно пахнешь.

И набросилась.

Кеша застыл. Он смотрел, как на экране женщина — красивая, бледная, явно не человек — вгрызается в шею мужчине. Тот кричит. Кровь течёт. Музыка нарастает.

— О, боже, — прошептал Кеша.

И тут тёща захохотала.

— Ха-ха-ха! Вот это правильно! Давай, давай, не стесняйся!

Она привстала с кресла, подавшись вперёд. Глаза у неё горели — не красным, но каким-то древним, хищным восторгом. Кеша никогда не видел её такой. И ему стало очень страшно.

— Мама! — рявкнула Лера. — Перестань!

— Что? — тёща не сразу отвела взгляд от экрана. — Ну интересно же. Она молодец.

— Мама, сядь.

Тёща нехотя опустилась обратно в кресло, но продолжала улыбаться — широко, довольно, с явным сожалением, что это не по-настоящему.

Кеша сидел белый как бумага. Пульс зашкаливал.

Лера щёлкнула пультом. Экран сменил канал.

— Всё, — сказала она. — Хватит.

Переключение каналов

— Лер, — начал Кеша, — она же…

— Знаю, — перебила Лера. — Не смотри на неё. Смотри на меня.

Она включила другой канал.

Там шли зомби. Медленные, гнилые, они тянули руки к живым людям. Кто-то кричал. Кто-то убегал.

— Это не лучше, — сказал Кеша.

Лера переключила.

Оборотни. Луна. Вой. И человек, которого разрывают на части.

— Да что ж такое, — пробормотала Лера и нажала дальше.

На следующем канале был National Geographic. Львы нападали на антилопу. Антилопа отбивалась, но сил было мало. Ведущий комментировал спокойным голосом: «Хищник голоден, и у жертвы почти нет шансов».

Лера выключила звук.

— Это уже просто издевательство, — сказала она.

Кеша молчал. Тёща тоже молчала, но её улыбка стала меньше. Она вдруг заметила, как побледнел Кеша, и ей стало… неловко.

— Иннокентий, — сказала она, — ты это… не принимай на свой счёт.

— Мама, молчи, — тихо сказала Лера.

Она переключила ещё раз.

Мультфильм. Маленькие пушистые зверьки бегали по цветущему лугу. Один нёс другому ягодку. Солнце светило. Птички пели. Не было ни крови, ни клыков, ни хищников.

Лера выдохнула.

— Всё, — сказала она. — Смотрим это.

Тишина

Минут пять они сидели молча. Кеша смотрел на зверьков, но видел перед глазами ту женщину с красными глазами.