Сто шагов до счастья

– Нет!

Макс вздохнул и завёл руку за спину.

– А разрешите вас поцеловать?

– Нет, – отозвалась Мариша.

Макс лишь улыбнулся. Он и не рассчитывал, что Мариша скажет «да»: девчонки всегда вначале говорят «нет».

На последнем повороте Макс остановился и, обхватив её за талию, удержал на месте, не дав сделать и шага.

– Постоим немножко…

Мариша бросила удивлённый взгляд, но спорить не стала, лишь кивнула в ответ и замерла в объятиях. Макс стоял так близко, что мог коснуться губами её щеки. Только вместо поцелуя он глубоко вдохнул и перевёл взгляд на дорогу. Всё шло по плану: мама с сестрой Мариши уже подходили к дому. Вот только, к его разочарованию, они не зашли внутрь, а замерли на пороге, высматривая, когда же появится пара.

– Пойдём, – вздохнул он, понимая, что план оказался не очень удачным.

Наконец заметив их, мама с Дашей зашли в подъезд. Макс и Мариша неспешно двинулись следом по гравийной дорожке, но ему казалось, будто её дом приближается с ошеломительной скоростью. В голове вертелись слова, но все они казались лишними. Обычное шутливое настроение исчезло, и он не решался ничего сказать. Мариша, подойдя к дому, свернула к беседке напротив подъезда. Макс последовал за ней.

– А помнишь прошлое лето? – Она села на лавочку и взглянула на него.

– Конечно, – отозвался Макс, устраиваясь рядом.

– А что ты помнишь?

– Всё!

Он действительно мог пересказать каждый день, связанный с Маришей.

Впервые он увидел её летним вечером, стоя у ворот автомастерской, где подрабатывал на каникулах. Она проезжала мимо на новеньком складном велосипеде. В глаза бросились жёлтый, словно канарейка, сарафан и длинные каштановые волосы. Тогда Мариша, проигнорировав Макса, задела его самолюбие. И, несмотря на слова Николаевича, он караулил её каждый день, пока не добился ответного внимания.

Улица, на которой располагалась мастерская, была тупиковой и после закрытия сервиса становилась тихой и уединённой. Поэтому они часто встречались именно здесь. Сидели по вечерам на лавочке. Разговаривали, шутили, мечтали.

В последнюю встречу перед её отъездом Макс очень удивился, когда Мариша в ответ на его шутку о влюблённости стала наизусть читать «Письмо Татьяны» Пушкина. Тихим, но уверенным голосом, глядя ему прямо в глаза, она произнесла: «Я вас люблю, чего же боле…» Тогда он смутился и сказал лишь, что будет рад, если в следующий раз она напишет для него сама.

Из воспоминаний его вырвал голос Мариши:

– Знаешь, я этой осенью обиделась на одного человека. Искала с ним встречи, но безрезультатно. Правда, об этом не знала ни одна душа.

– И кто этот человек?

Макс сжал руками край скамейки. Внутри неприятно кольнуло. Зачем она ему рассказывает об этом?

– Ты, – голос Мариши был чуть слышным.

– Я? – От удивления Макс резко повернулся к ней.

– Да, – она кивнула и смущённо прикусила губу.

– Я не знал, – растерялся он. – А чем я тебя обидел?

– Нет, ты не так понял. Просто было обидно, что тебя нигде не было.

– Разве? Я всегда с народом. И в клубе бывал каждые выходные.

– А я, к сожалению, не могла так. У меня отец строгий, и бабушка одну гулять не пускала, – вздохнула Мариша. – Я хотела тебя увидеть, но на велосипеде кататься холодно, а твой дом на другой улице…

Она замолчала, и Макс радостно улыбнулся. Было приятно знать, что Мариша не забыла о нём и сама искала встречи. Но один вопрос всё же требовалось выяснить.

– У тебя есть парень?

– Нет.

– Как? У такой красивой девушки никого нет?

– А вот так!

– Почему?

– Мне… – Мариша помедлила мгновение, – и одной хорошо.

– Так мне уйти? – спросил он с расстановкой.

– Нет, не нужно, – её голос дрогнул и затих.

Макс напрягся, боясь сделать или сказать что-нибудь лишнее. И парня нет, и одной хорошо. Как её понять?

– Все мои замёрзли, а мне тепло, – неожиданно сменила тему Мариша.

Макс улыбнулся её словам.

– Правда, похоже, кто-то ещё замёрз, – добавила Мариша, бросив на него хитрый взгляд.

Замёрз? Нет, он не чувствовал холода. От одного её взгляда становилось жарко, а тело требовало действий. Макс потянулся, разведя руки в стороны, будто разминая затёкшие мышцы. В этот момент Мариша несильно стукнула его в живот, и её кулачок наткнулся на стальной пресс. Это был сигнал к действию.

– Можно тебя обнять? – его голос был чуть слышен.

Мариша молчала.

– Можно! – ответил он за неё.

Макс притянул девушку за талию к себе, ожидая реакции на такую наглость. Но Мариша не оттолкнула его, а позволила заключить себя в объятия и прижать ещё теснее.

Как же хотелось поднять её и пересадить на колени, чтобы впиться поцелуем в нежные губы! Но вместо этого Макс неуловимо коснулся губами щеки, ожидая, что Мариша всё-таки рванётся из его объятий. Однако она даже не попыталась высвободиться. Это придало ему смелости, и он стал нежно покрывать поцелуями её профиль, сцепив руки в замок.

Макс не увидел, а губами почувствовал, что она улыбается, и наконец-то расслабился. Он понял – Мариша не собирается его отталкивать. Некоторое время она вслушивалась в его шумное дыхание, а потом повернула голову.

Каким же робким и нежным был её поцелуй! Но с каждой секундой он становился всё смелее и требовательнее. Из груди Макса вырвался глухой стон, и он прижал податливое тело девушки к себе ещё сильнее. Куртка распахнулась, и сквозь тонкую ткань платья он чувствовал, как вздымается её грудь – это отзывалось мучительной дрожью в каждой клеточке его тела.

А душа ликовала. Он так долго мечтал об этом вечере и боялся, что он не наступит. Но все страхи оказались напрасны. Мариша – в его объятиях, и её нежные губы принадлежат ему!

Неожиданно заскрипела дверь, и из подъезда вышла женщина в домашнем халате. Макс отстранился от Мариши, но не выпустил её из объятий.

В тусклом свете фонаря под козырьком лицо женщины выглядело недовольным. Она строго взглянула на парочку, но через несколько секунд улыбнулась.

– Мариша, пора домой, поздно уже, – мягко произнесла она и, постояв ещё мгновение, скрылась в подъезде.

– Мама… – вздохнула Мариша. – Мне нужно идти.

Она сделала лёгкое движение в сторону, но Макс не дал ей отстраниться. Он снова поцеловал её в кончик носа, в прикрытые глаза и лишь потом – в губы, с радостью ощутив, как они приоткрылись навстречу.

И всё же, как ни сладко было целовать Маришу, он понимал – нужно отпустить. Макс оторвался от её губ и ослабил объятия.

– Прости меня, – смущённо взглянула на него Мариша.

– За что?

– За то, что вечно подкалывала тебя прошлым летом.

Макс улыбнулся и снова её поцеловал. Он не помнил, чтобы Мариша хоть раз его чем-то задела. Наоборот, каждая встреча с ней была радостью.

Она снова чуть отстранилась. Макс нехотя разжал объятия, давая ей возможность встать, и поднялся следом.

– Твоя куртка, – произнесла она, накидывая джинсовку ему на плечи, и тут же снова оказалась в кольце его сильных рук.

– Не отпущу, пока не поцелуешь на прощание! – с улыбкой сказал Макс.

Мариша склонила голову к его плечу, и цветы, вплетённые в венок, коснулись его. Макс чувствовал её горячее дыхание и стоял не двигаясь. Когда же она подняла лицо, на её губах играла улыбка, а во взгляде было что-то, отчего сердце забилось чаще. Макс глубоко вдохнул воздух, насыщенный терпким ароматом лимона и лёгкой горечью ромашек. Выждал ещё несколько секунд и стал нежно покрывать поцелуями её лицо, избегая губ.

Ему было так важно, чтобы Мариша поцеловала его сама! Чтобы он мог быть уверен – она его! Одна секунда сменяла другую, растягиваясь в мучительную вечность. Макс уже был готов отступить. Он почти разомкнул объятия, с сожалением отстраняясь и давая Марише свободу. В тот миг она, словно наперекор, порывисто прижалась к нему, обняла за шею и поцеловала.

Её поцелуй был нежным и долгим. Сомкнув ладони чуть ниже талии, Макс крепче прижал её к себе. Он был счастлив! Но как бы ни хотелось продлить эти мгновения, это было невозможно. Оставалось лишь впитать каждое ощущение, словно губка.

Мариша отстранилась, и он с сожалением отпустил её, позволив сделать шаг в сторону.

– Мы ещё увидимся? – она прикусила губу, словно испугавшись собственного вопроса.

– Конечно! – тут же отозвался Макс.

Он шагнул к ней, но Мариша улыбнулась и быстрым шагом направилась к подъезду. Открыв дверь, она обернулась и посмотрела на него. Макс вытянулся в струнку и отдал честь, приложив руку к виску, как делал прошлым летом.

Мариша помахала на прощание и скрылась в подъезде. Чуть не потеряв по пути куртку, Макс рванул за ней, но щелчок замка и недовольный голос остановили его.

– Мариша!

– Мама, всё хорошо. Я уже иду.

Услышав, как захлопнулась дверь, он с сожалением вздохнул. Опустив взгляд, Макс заметил лежащий на ступеньках венок Мариши, словно потерянную туфельку Золушки. Он поднял его и, поднеся к лицу, вдохнул пьянящий цитрусовый запах её волос. Надел джинсовку, что всё ещё хранила тепло Мариши, и повернул в сторону своего дома.

Теперь Макс понимал, почему бежал ото всех и кого искал в толпе. Почему те немногие поцелуи с другими девчонками не трогали его. Всё было просто – ему была нужна только Мариша!

Глава 4. Странный выбор

Они никогда не договаривались о встрече. В маленьком городе легко найти друг друга, если знать, где и когда искать. Однако после праздника Максу удалось лишь один раз встретиться с Маришей и совсем недолго поговорить. Тогда он не решился даже поцеловать её на прощание. А потом слёг из-за ангины с высокой температурой. Попил, называется, холодного молока в жару.

Мариша снилась ему каждую ночь. В забытьи ему чудились её сладостные поцелуи, нежное прикосновение рук. Он бы так и продолжал болеть, но Ванька, зайдя проведать, сообщил, что видел Маришу с сестрой на дискотеке. И что рядом с ними крутился их бывший одноклассник Жорик по кличке Блин. Не то чтобы Макс был не уверен в себе, но от этого известия у него неприятно засосало под ложечкой.

Температура стала падать как раз к субботе, и он решил идти в клуб чего бы это ни стоило.

Подойдя к зданию со стороны тёмного парка, Макс почти сразу заметил Маришу на освещённом крыльце. В голубом платье, с рассыпавшимися по плечам волосами, она была похожа на итальянскую певицу Ромину Пауэр. Рядом с Маришей стояла её двоюродная сестра Вита. Её Макс узнал по модной стрижке и неизменным брюкам.

– Здрасте, Тётя! – Он вынырнул из темноты на крыльцо рядом с ней.

– Здрасте, Дядя! – улыбаясь, передразнила Мариша.

– Привет, Вита! – Макс невольно отметил на себе колючий взгляд.

– Привет! – Она недовольно поджала губы.

Общение с Витой не заладилось ещё в прошлом году. Она всегда смотрела на него сверху вниз. Только ему это было неважно. Главное, что глаза Мариши светились радостью.

– Я боялся, ты не появишься в клубе.

– А мы с Витой в прошлую субботу тоже приходили. А тебя не было! – Мариша обиженно надула губки, словно маленький ребёнок, но глаза её улыбались.

– Я болел.

– Ну да, – вклинилась Вита. – Нам соседка говорила, что за озером пацана избили. Там видели парня в джинсовке с орлом. Может, оттого ты и болел?

– А у вашей соседки бинокль имеется, чтобы куртку рассмотреть? – не удержался Макс от резкости.

– Нет, но…

– Нет, не но! – перебил он. – Я не боюсь за дело врезать по физиономии, но с температурой тридцать девять геройствовать не стану.

– Вита, ну зачем ты так! Степановна ещё та сплетница, – вмешалась Мариша. – Пойдёмте лучше танцевать, музыка классная.

Она вопросительно посмотрела на Макса, приглашая присоединиться. Макс отрицательно мотнул головой.

– Идите. Я не танцую.

Она кивнула и вместе с Витой скрылась в здании клуба.

И почему всю дрянь, происходящую в их городке, вечно приписывают ему? Раньше его такие вещи не беспокоили. Однако после выпада Виты стало понятно, что с этим нужно что-то делать. Он достал из кармана сигареты и замер.

– Блин, джинсовка! – сорвалось с его губ.

Куртка и правда была очень узнаваемой из-за огромного белого орла, вышитого мамой на спине. В прошлую субботу эту джинсовку выпросил двоюродный младший брат на свидание. У Мелкого на улице возле озера живёт подружка. И в тот вечер там действительно была потасовка. Вот и ответ, откуда сплетни!

Неожиданно его размышления прервала Соня:

– Макс, опять куришь! Ты же маме обещал, что не возьмёшь больше эту гадость в руки!

– Не возьмёшь здесь, когда тебя обвиняют во всех драках в городе, – огрызнулся Макс.

– Тоже мне отмазка. С каких пор тебя это волнует? Сам всегда говорил, что тебе побоку все сплетни, – наседала сестра.

– То было раньше, а из-за неё всё изменилось. – Макс убрал сигареты назад в карман и примирительно посмотрел на Соню.

– Вот это поворот! – Сестра уставилась на него так, словно видела впервые. – Это из-за кого?

Макс хитро улыбнулся. Соня заглотила наживку. Впрочем, он не собирался больше делать секрета из своих чувств к Марише.

– Обещаешь маме ни о чём не болтать?

– Макс! – в голосе сестры сквозила обида.

– Ладно, ладно. – Он поднял руки в примирительном жесте. – Есть одна…

Неожиданно раздался визг разбегающихся в стороны девчонок, а за ним – шум мотоцикла. «Ява» чуть не опрокинулась, сворачивая на скорости у крыльца клуба и тормозя рядом с Максом.

– Ваня, ты одурел!

– «Мадьяры» Мелкого бьют! – не обращая внимания на возмущения Сони, выпалил тот.

– Где? – Макс шагнул к другу.

– Возле Журавинника. Миха уже туда рванул, а я – тебя искать.

– Да чтоб его!

– Макс… – Соня испуганно прижала ладонь к груди.

– Я разберусь, – бросил он сестре, усевшись за спиной друга. – Погнали.

Журавинником называли небольшой пляж у озера, на окраине города. Окружённый ивами, этот уголок был излюбленным местом парочек и тех, у кого было желание померяться силой.

Туда Ванька с Максом долетели быстро, а вот растащить дерущихся удалось не сразу. Нескольким пришлось врезать, чтобы успокоились, кое-кого – просто отшвырнуть в сторону. Да и на поиски правды ушло много времени. Каждый считал себя правым, и, кто за что кого зацепил, пришлось выяснять по крупицам.

Когда всё было улажено, глянув на часы, Макс ужаснулся – он опоздал! Дискотека заканчивалась, и, как Мариша отреагирует на его внезапное исчезновение, было трудно сказать. Он ведь даже не предупредил её ни о чём!

Попрощавшись с Михой, Макс забрал Ваньку с братом и рванул на мотоцикле к клубу. Притормозив напротив здания, убедился, что там уже никого нет, и помчался дальше. Сделав очередной поворот, увидел впереди медленно идущие фигуры. Без сомнения, это были Мариша с сестрой. А третьим шёл, по всем приметам, Жорик. Он двигался вразвалочку, слегка откинув голову, словно пытаясь казаться выше.

Макс обогнал компанию на расстоянии около пятидесяти метров, остановился и снял шлем.

– Ваня, отвези Мелкого домой. У меня тут дело нарисовалось. – Он бросил взгляд на друга.

– Справишься? – Ваня оглянулся на приближающуюся троицу, беря в руки шлем.

Макс кивнул, и друг, не задавая больше вопросов, уехал.

Теперь всё внимание Макса было сосредоточено на компании. Они шли на некотором расстоянии друг от друга. Вита что-то рассказывала, остальные молчали. Не зная, как лучше поступить, Макс просто пошёл им навстречу.

Десять метров, пять, один. Мысли метались: от желания с разбегу врезать Жорику – до решения поднять Маришу на руки и закружить на месте. Когда он оказался между Маришей и Жорой, душу заполнила обида. Макс наклонил голову, до хруста сжимая кулаки. Неужели он ошибся в своих мечтах?

– Ну и как далеко ты собрался? – вдруг услышал он спокойный голос Мариши, и тьма, заполняющая его душу, развеялась.

– С тобой могу и через всю ночь! – разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и становясь рядом, произнёс Макс.

Он ликовал. Мариша узнала его и остановила! Остальное не имело значения.

– Не понял! – возмутился Жора, когда Макс толкнул его плечом, отстраняя подальше от Мариши.

– Слушай, дядя, я тебя вообще не знаю, уйди отсюда! – надеясь избежать конфликта, решил отшутиться Макс.

Мариша с сестрой, не вмешиваясь в их диалог, прошли вперёд, словно всё происходящее не имело к ним отношения, и остановились поодаль.

– Слушай, тебе что, мало тёлок в городе? – Пухлые щёки Жорика пошли розовыми пятнами.

– Тёлок?!

Макс посмотрел снизу вверх на Жорика так, что тот слегка отшатнулся. Он терпеть не мог, когда так выражались.

– Ну девок, что на тебя вешаются.

– Похоже, ты из стада баранов! – процедил сквозь зубы Макс. – Отвали! Тебе здесь ничего не светит!

– Уверен? – Жорик сложил руки на груди. – Если бы не светило, то я бы и не пошёл.

– Вы ещё долго будете здесь стоять? – неожиданно раздался голос Мариши у Макса за спиной.

Он повернулся и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Это тебе решать, Тётя. Ты с ним шла. Меня тоже остановила…

Стараясь быть спокойным, Макс оборвал себя, боясь сказать грубость. Мариша смущённо взглянула на него и медленно проговорила:

– Я не знаю ответ на один важный вопрос, который давно меня мучит…

– Ну, говори, отвечу! – тут же слетело с его губ.

Несмотря на лишние уши, Макс был готов рассказать всё, что Мариша попросит. Только она снова молчала в нерешительности, а на лице читалось сомнение.

– Мари, может, пойдём уже! – вдруг вмешалась Вита, о которой все забыли.

Мариша оглянулась на недовольную сестру, потом вновь посмотрела на Макса, и он удивился тому, каким расстроенным вдруг стало её лицо.

– Где ты берёшь столько наглости смотреть мне в глаза? – спросила она явно совсем не то, что собиралась.

– Сейчас темно, их не видно! – огрызнулся Макс. – Так что будем делать? Кому идти дальше?

– Решайте сами, – бросила Мариша, развернулась и пошла за сестрой.

Вот тебе и здравствуй, бабушка, Юрьев день! Что же произошло за эту неделю? Или даже за вечер? Чего она добивается?

Макс повернулся к Жорику. Тот стоял в задумчивости, скрестив руки на груди.

– Слушай, давай ты просто уйдёшь и больше не будешь приближаться к Марише, – голос Макса звучал зловеще спокойно.

– А тебе-то какой к ней интерес? – ухмыльнулся Жорик. – Чё-то я не видел вас вместе.

– Я вас тоже, – скривился Макс.

Откровенничать с бывшим одноклассником он не собирался. Но, похоже, сегодня был не его день. Или ночь? Нужно отметить, вопросы Жорик задавать умел. Ведь действительно – вместе ли, если она пошла с другим?

– Тогда давай у неё ещё раз спросим, кто ей нужен, – перестав улыбаться, предложил Жора.

Они направились в сторону о чём-то споривших сестёр. Заметив приближение парней, Мариша с Витой замолчали.

– Жора настаивает, что пусть будет так, как решишь ты, – с нажимом на слове «ты» выпалил Макс.

На несколько мгновений воцарилась тишина.

– Лучше ничего нельзя было придумать? Почему всё сложное достаётся девушкам? То вы сами всё решаете, никого не слушаете, а здесь вдруг такая милость!

Короткий монолог Мариши привёл Макса в недоумение. «Что опять не так?» – хотелось крикнуть ему, но Жора его опередил:

– А в чём для тебя сложность? Что, выбрать между нами не можешь?

Мариша проигнорировала эти вопросы и, переведя на Макса взгляд, лишь добавила:

– Нет чтобы по-мужски разобраться!

– Мне морду ему набить, что ли? Ты этого ждёшь от меня?! – взорвался Макс.

– Нет, я не выношу драк, – смутилась Мариша.

– Так чего же ты хочешь, Тётя? – Макс сжал кулаки так, что, казалось, ещё немного – и он сломает себе пальцы.

«Что за фигня происходит? Или все сегодня сговорились довести меня до белых мошек в глазах? То “мадьяры”, то Жорик, теперь ты», – хотел добавить Макс, но на эмоциях с его губ сорвались лишь матерные слова.

Будь на месте Мариши кто-то другой, он бы испугался свирепого выражения лица Макса. Но она сделала шаг навстречу, запустила пальцы в его густую шевелюру и несколько раз довольно чувствительно дёрнула за волосы. Движение было столь стремительным, что Макс не успел перехватить её руку. Он лишь поймал Маришу за длинные волосы и потянул на себя.

– Не трогай её! – Влажная ладонь Жоры схватила его запястье.

Макс разжал пальцы, выпустив прядь волос. С удивлением глянул на бывшего одноклассника, который тут же убрал руку. Отступив чуть в сторону, Жорик сказал Марише:

– С Максом так себя вести опасно!

Она резко развернулась лицом к Жоре, и Макс оказался у неё за спиной.

– Я… – подал он голос, но тут же замолчал.

Никто не заметил, как Мариша припечатала его ногу каблуком, не дав двинуться с места. Резкая боль пронзила ступню. Макс зажмурился, но не издал ни звука. Мариша оказалась так близко, что, чуть наклонив голову, он уткнулся носом в её пышные волосы. И ему стало плевать, что наутро на месте, где впился каблук, возможно, появится синяк. Важнее была сама её близость. Макс прикоснулся губами к каштановым локонам, зная, что она не почувствует поцелуя, – отчего он становился ещё интимнее. На мгновение ему показалось, что вокруг никого нет, и сейчас он повернёт её к себе, чтобы…

– Как – так? – прозвучал требовательный голос Мариши, разрушив иллюзию.

– Ну вот так, грубо, – промямлил Жорик.

Макс заметил, как Мариша пожала плечами. Она убрала острый каблучок с его ноги и сделала шаг в сторону.

Максу пришлось возвращаться к реальности. В голове роились вопросы: «Почему Жорик не отступает, хотя обычно в таких ситуациях ретируется сразу? Что произошло, пока мы не виделись? Почему Мариша тянет время?» Но всё это отошло на второй план. Сейчас ему был нужен ответ на другое.

– Тётя, так кому уходить – мне или Жоре?

Макс встал рядом с соперником, словно предлагая сравнить их и сделать выбор. При ярком свете фонаря он видел растерянное лицо Мариши и впервые почувствовал неловкость за свой скошенный нос, непослушные волосы и перешитую джинсовку. Он чувствовал, что проигрывает Жорику – высокому голубоглазому блондину в модной новой одежде. Обычно Макс не придавал этому значения, но сейчас внутри что-то неприятно сжалось.

– Ну так как?

Голос Макса прозвучал резче, чем он хотел. Тонкая серебристая цепочка на шее Мариши дрогнула, и маленький плоский кулон съехал к пульсирующей вене. Казалось, она хочет что-то сказать, но не может решиться. Её губы разомкнулись, но так и не издали ни звука. Вита тоже молчала, с недоумением наблюдая за происходящим.

Эта нелепая ситуация была для Макса невыносима. Он заглянул Марише в глаза. Если бы по ним можно было прочесть мысли! «Видимо, я здесь лишний, – подумал он. – Значит, мне только показалось, что я ей нужен».

– Ну ладно, тогда ухожу я, – выдохнул Макс.

Он развернулся и быстро зашагал прочь, пока не передумал. Радовался, что никто не видит его лица, искажённого гримасой боли и отчаяния. Шаг, второй – метр. Два, три, четыре, семь… С каждым шагом на душе становилось всё холодней.

«Значит, вот так! Ну и ладно. Пусть… Плевать! Подумаешь, королева!» – проносились в голове мысли, разрывая сердце. Но, не пройдя и десяти метров, он услышал голос Мариши.

– Стой! – это была не просьба, а разрывающий душу крик.

Макс затормозил и медленно повернулся. В этот момент Мариша чуть не налетела на него.

– Если бы ты не остановила, я бы ушёл, – тихо сказал Макс, глядя ей в глаза.

– Я знаю, – тут же отозвалась она.

– Ну так что, Мариша? Долго ещё этот цирк будет продолжаться? Я что-то ничего не пойму.

Он чувствовал странную усталость – пройденное небольшое расстояние казалось марафоном на выносливость.

– Нет, – Мариша отрицательно качнула головой.

– Так что тогда? Мы что, отношения выясняем? – он старался быть спокойным.

– А тебе не кажется, что их давно пора выяснить?

Макс промолчал. Спорить он не умел. Он не понимал, что ещё можно выяснить, когда на Купалье всё и так стало ясно. Не то чтобы ему не хотелось услышать, как Мариша к нему относится, – просто за свою недолгую жизнь он привык верить поступкам. А её поцелуй был красноречивее любых слов. Правда, именно «был»!

– Ты… – произнесла Мариша на выдохе и остановилась.

– Ну, я… – нетерпеливо сорвалось с его губ.

– Ты… когда-нибудь… меня… любил? – она делала паузу после каждого слова.

– Любил! – отозвался он не задумываясь.

– А сейчас?

«Да что за вопросы?! Я же остановился по твоему требованию и всё ещё здесь. Какие нужны ещё доказательства?» – хотелось взорваться Максу, но вместо этого холодно ответил:

– А ты не поверишь.

– Почему? Скажи. Поверю!

Макс внимательно посмотрел на Маришу. Довериться? Выложить своё сердце на ладошке, сказать заветные пять букв и стать совершенно беззащитным? Легко! Только если бы в десяти метрах не стоял другой. Но и врать смысла не было…