Превратности судьбы

Людмила Урайчик

Превратности судьбы

О, весна без конца и без краю –

Без конца и без краю мечта!

Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!

И приветствую звоном щита!

Принимаю тебя, неудача,

И удача, тебе мой привет!

В заколдованной области плача,

В тайне смеха – позорного нет!

Принимаю бессонные споры,

Утро в завесах тёмных окна,

Чтоб мои воспалённые взоры

Раздражала, пьянила весна!

Принимаю пустынные веси!

И колодцы земных городов!

Осветлённый простор поднебесий

И томления рабьих трудов!

И встречаю тебя у порога –

С буйным ветром в змеиных кудрях,

С неразгаданным именем Бога

На холодных и сжатых губах…

Перед этой враждующей встречей

Никогда я не брошу щита…

Никогда не откроешь ты плечи…

Но над нами – хмельная мечта!

И смотрю, и вражду измеряю,

Ненавидя, кляня и любя:

За мученья, за гибель – я знаю –

Всё равно: принимаю тебя!

Александр Блок, «О, весна без конца и без краю»

Пролог

– Мне вчера звонила Алевтина, – негромко произнесла Муза, поставив чашки на стол.

– Мне она тоже часто звонит, – отозвалась Вероника и, глядя на цветущее дерево, задумчиво проговорила: – В тот год черёмуха цвела так же пышно. – Встав из-за стола, женщина вышла из беседки, протянула руку к ветке и, наклонив её, полной грудью вдохнула чарующий аромат. – Муза, как же быстро летит время!

– Да. А вспоминать об этом по-прежнему тяжело, тем более что там всё было не так просто.

– Муза, я стараюсь вычеркнуть из памяти и тот год и то, что всем довелось пережить. До сих пор не верится, что всё это произошло и всё это правда.

– Мне тоже не верится, что всё случившееся – правда. Всё-таки двадцать первый век на дворе. И кто бы мог подумать, что в наши дни такое возможно.

– И не поспоришь, – вздохнула Вероника. – Муза, если бы я не поехала тогда с Алевтиной на Рязанщину и не была всему свидетелем – ни за что бы не поверила.

– Знаю-знаю, – покачала головой та.

– Даже Степан был убеждён в том, что всё произошедшее – правда, а ты же знаешь, что он вообще мало чему верит.

– Да, я помню его рассказ по возвращении оттуда. Заметно было, насколько он был впечатлён поездкой.

– Поверь, не только он, – откликнулась Вероника. – Лада, к примеру, всю дорогу молчала. А Алевтина плакала. У неё по щекам текли слёзы, а никто из нас даже не пытался её успокоить или сказать хоть что-то утешительное.

– Думаю, что вы были попросту шокированы всем увиденным и услышанным.

– Вот-вот! Именно шокированы! – воскликнула Вероника. – Я до сих пор не могу сознать: как такое возможно?! Думаю, именно тогда Алевтина приняла решение перебраться поближе к сыну и его семье. – Вероника замолчала и грустно посмотрела на Музу. – Как думаешь, Алевтина всё-таки вернётся?

– Не знаю, – задумчиво проговорила подруга.

В это время женщины увидели Виталия и Степана, которые шли от дома к беседке и о чём-то весело беседовали. Отгоняя тягостные воспоминания, Вероника тряхнула головой и обратилась к Музе:

– Давай разрезай пирог!

Виталий, усевшись за стол, сообщил:

– Ребята выехали. Будут часа через полтора. Пробки. – Бросив взгляд на Музу, он озорно улыбнулся.

– Отлично! Это замечательно, что они едут! – радостно воскликнули женщины.

– А вы тут о чём беседовали? – с хитрецой поинтересовался Степан. – Если, конечно, это не секрет.

– Никакой тайны тут нет, – Вероника ласково посмотрела на мужа. – О невероятных перипетиях жизни. – Немного помолчав, тихо добавила: – И о том, что в тот год так же пышно цвела черёмуха, окутывая своим чарующим запахом всю округу.

– Помню, – сухо промолвил Степан, давая понять, что разговор на эту тему он продолжать не намерен.

Чтобы разрядить невольно возникшее напряжение, он взял гитару, стоящую в углу беседки, и, ловко перебирая струны, заиграл и запел:

Ах, только бы тройка не сбилась бы с круга,

Не смолк бубенец под дугой…

Две вечных подруги – любовь и разлука –

Не ходят одна без другой.

Мы сами раскрыли ворота, мы сами

Счастливую тройку впрягли,

И вот уже что-то сияет пред нами,

Но что-то погасло вдали.

Муза и Вероника, глядя на Степана, подхватили:

Святая наука – расслышать друг друга

Сквозь ветер, на все времена…

Две странницы вечных – любовь и разлука –

Поделятся с нами сполна.1

Он закончил играть, закурил и, глядя на друзей, негромко проговорил, словно самому себе:

– Да уж, две верные подруги – Любовь и Разлука… Всё так, всё верно. Превратности судьбы – нам, смертным, знать их заранее не дано.

Часть первая

Глава 1

Уже месяц, как Алевтина встречалась с Игнатом. Их счастью не было предела, хотя раньше казалось, что такое чувство, как любовь, давно позабыто. Ей сорок семь лет, ему пятьдесят один год, у обоих уже взрослые дети, и за плечами у каждого немалый жизненный опыт.

Она быстрым шагом шла по аллеям парка на встречу с Вероникой – Алевтине не терпелось рассказать о мужчине, которого наконец-то подарила ей судьба. Был месяц май. Вероника сидела на скамейке под цветущей, душистой черёмухой, уткнувшись в телефон, поэтому не сразу обратила внимание на подошедшую подругу.

– Привет! – весело поздоровалась Алевтина.

– Привет! – Вероника, оторвавшись от экрана, быстро поднялась и приобняла её. Окинув подругу внимательным взглядом, тут же заметила: – Вижу, тебе есть что рассказать.

Алевтина звонко рассмеялась и смущённо произнесла:

– Кажется, в свои сорок семь я влюбилась.

– Ого! Вот это новости! Меня не было всего три месяца, а у тебя уже такие яркие события!

– Ага, – с сияющим блеском в глазах подтвердила Алевтина и тут же спохватилась: – Как ты съездила? Как внучка?

– Всё хорошо! Нашей малышке уже три месяца. Алевтина, я не могу поверить, что стала бабушкой!

– Знаешь, я тоже ещё не осознала, что твоя дочь уже мама. Когда мы с тобой познакомились, ей было четырнадцать лет.

– Точно, – подтвердила Вероника, – а сейчас ей двадцать девять.

– Как же быстро время прошло, – задумчиво проговорила Алевтина. – Этак я и оглянуться не успею, как ты прабабушкой станешь.

– Очень остроумно, – рассмеялась Вероника. – Ладно. Со мной всё понятно. А что у тебя? Мы же с тобой регулярно созванивались – ты ни словом не обмолвилась о своих переменах в личной жизни.

– Да, я ничего тебе не говорила. Да и что тут сказать? Просто он лучший, самый добрый и заботливый.

– А-а-а, – неопределённо протянула Вероника, мало что понимая. – Но если всё именно так, то я за тебя рада.

– Я вас обязательно познакомлю!

– Надеюсь.

Та в ответ улыбнулась и, приобняв подругу, задумчиво заметила:

– В этом году черёмуха цветёт особенно пышно. Её дивное белоснежное одеяние всегда напоминает мне наряд невесты.

– Точно, – согласилась с ней Вероника. – А какой аромат! Чувствуешь? Восхитительный, дурманящий!

Любуясь деревом, женщина осторожно наклонила ветку с пышными гроздьями цветов и вдохнула их запах полной грудью. Глядя на подругу, Алевтина невольно процитировала:

Под окном черемуха колышется,

Осыпая лепестки свои.

За рекой знакомый голос слышится,

Да поют всю ночку соловьи.2

Глава 2

– Алло, Вероника? – послышался в трубке весёлый голос Дарьи. – Привет! Как поживаешь? Что-то давно ты не звонила.

– Привет, подруга! У меня всё по-прежнему. Всего четыре дня, как вернулась от дочки с зятем.

– Да, дорогая, поздравляю! Вот и ты стала бабушкой. Отметим девичником это радостное событие?

– Конечно! – в тон подруге отозвалась Вероника. – С Алевтиной я уже встречалась.

– Ну не сомневаюсь. Полагаю, она известила тебя о том, что ходит в невестах?

– Да. Знаешь, я за неё очень рада.

– И я тоже.

Немного помолчав, Вероника осторожно поинтересовалась:

– Даша, а ты видела этого Игната?

– Видела. И твой муж его знает. Он их и познакомил.

– Степан? – растерянно уточнила Вероника.

– Да. А ты что, не знала? Он тебе ничего не говорил?

– Нет, об этом разговора у нас не было… Вот в этом весь Степан, – улыбнулась Вероника.

– Настоящий дедушка, – рассмеялась Дарья. – Ну что, тогда до субботы?

– Да-да, – подтвердила Вероника. – Приезжайте с Алексеем к нам на дачу. Будем вас ждать!

– Договорились! – звонким голосом проговорила Дарья и нажала кнопку отбоя.

Вероника направилась в комнату, где раньше жила дочь. После того, как она вышла замуж и уехала с мужем, Степан из её комнаты сделал себе кабинет, что было для него как нельзя кстати. Теперь же он, склонившись над клавиатурой ноутбука, набирал какой-то текст. Супруга, не говоря ни слова, расположилась в удобном кресле и взглядом пробежала по полочкам и стеллажу, от пола до потолка заставленному книгами. На стене висела картина с осенним пейзажем, а у окна торжественно возвышалась напольная ваза, привезённая ими из путешествия в Индию. К удивлению самой Вероники, ваза отлично вписалась и в интерьер комнаты, и в её цветовую гамму. На полу лежал ковер золотистого цвета, а окно было занавешено тюлем.

Оторвавшись от работы, Степан повернулся к жене, но спросить у неё ничего не успел – Вероника сама задала ему вопрос:

– Кто такой Игнат? И почему ты мне ничего не сказал о том, что начал подрабатывать сватом?

– Что-о?! Кем подрабатывать? – возмутился Степан. – Вероника, ты следи за своим языком.

Она тут же поняла, что была излишне резкой, и тихо проговорила:

– Извини.

– Игнат – это мой коллега, он работает у нас на кафедре. Пришёл к нам два месяца назад – ты тогда была в отъезде. И хотя мы с тобой созванивались ежедневно, я как-то упустил это из виду и ничего тебе не рассказал. Вероника, ты же хорошо знаешь: мне не нравится то, что наша единственная дочь живёт в Мурманске. А теперь там же живёт и наша внучка. И эта ситуация меня очень сильно напрягает!

– Наша дочь живёт с мужем. Она знала, за кого выходила замуж. А наша внучка – это прежде всего их дочь. И давай оставим их семью в покое.

– Конечно, оставим их в покое, – не скрывая раздражения, закончил разговор Степан и снова повернулся спиной к супруге, взглядом уткнувшись в экран.

– Хорошо поговорили! – громко сказала женщина, выходя из кабинета мужа.

Глава 3

Степан и Игнат сидели в университетском кафе, неторопливо беседуя о предстоящих экзаменах. Когда у Игната зазвонил телефон и на дисплее появилось «Милая», Степан невольно улыбнулся. Игнат, закончив разговор с Алевтиной, не мог не заметить хитрого взгляда приятеля:

– Что это тебя настолько развеселило?

– Так значит «Милая»? – вопросом на вопрос ответил Степан.

– Она хорошая. И действительно милая, – серьёзным тоном произнес Игнат.

– Всё так и есть. Иначе я бы тебя с ней не познакомил. Вот только Вероника обиделась.

– Твоя жена? Из-за чего?

Степан сделал глоток чая:

– Из-за того, что я ничего не рассказал ей о новом коллеге и уж тем более не сообщил о том, что свел вас.

– То есть размолвка с супругой у тебя произошла из-за меня? – приподняв бровь, уточнил Игнат.

– Ну-у-у в некотором роде… – протянул Степан и тут же поспешно добавил: – Разберёмся!

Дома, услышав шаги жены в коридоре, Степан тут же ей вышел навстречу. Вероника, сняв ветровку, молча прошествовала мимо благоверного, давая понять, что вчерашняя беседа её обидела.

– Вероника, может, поговорим? – угрюмо произнёс Степан.

– Мы уже вчера поговорили, – сухо ответила жена.

Он усмехнулся и опустился на диван:

– Сядь, пожалуйста, рядом.

Она исполнила его просьбу. Тогда Степан, не решаясь посмотреть ей в глаза, приобнял супругу и заговорил, медленно подбирая нужные слова:

– Вероника, ну не дуйся. Пожалуйста. Мне незаслуженно повезло встретить тебя. Ты самый близкий и любимый мой человек. Да, вчера я вспылил. Был не прав, Вероника.

Подняв глаза, он увидел улыбающуюся супругу.

– Я люблю тебя, Стёпа. И сама не знаю, за что. Просто люблю, – тихо проговорила женщина, крепче обнимая мужа.

– Знаешь, а я тоже тебя люблю. Все эти годы смотрю и восхищаюсь тобой. Горжусь, что ты моя жена. Хотя порой такая вредная и несносная.

Степан лукаво улыбнулся. Им больше не надо было никаких слов – два любящих человека, две души устремились друг к другу, два жаждущих тела соединились в одно. Это было нежное, но бурное слияние после мелкой ссоры и глупой обиды.

Глава 4

День, вопреки прогнозам, выдался пасмурным и прохладным, но, к счастью, без дождя. Алевтина боролась с желанием надеть брюки и водолазку, но в конце концов победило решение выглядеть более женственно, поэтому она достала светло-бежевую юбку в еле заметную полоску. Прямой покрой с разрезом сзади позволял оценивать красоту её ног, а выбранная блузка оживляла задуманный образ. Глянув в зеркало, женщина осталась довольна собой и негромко пропела:

Пришла любовь моя, печаль сердечная...

Пришла, прихлынула и встала гордая

Над пересудами, недоговорками.

Ему навстречу я летела птицею.

Крута тропиночка – не оступиться бы…3

Игната она заметила сразу, как только вошла в ресторан. Подойдя к столику, мило улыбнулась и негромко произнесла:

– Привет. Я немного опоздала.

Мужчина тут же поднялся:

– Здравствуй! Нет, ты не опоздала. Немного задержалась, – и подмигнул ей.

Алевтина внимательно посмотрела на Игната: тёмные волнистые волосы с сединой, правильные черты лица. Серые глаза под тёмными ресницами смотрели на неё в упор, из-за чего она слегка смутилась. Ей было грустно сознавать, что, дожив до своих, можно сказать, уже почтенных лет, она никак не могла выстроить отношения с мужчинами. Сколько бы их ни появлялось в её жизни, всё это было не то. Конечно, были в её жизни встречи, свидания и романы, но гораздо чаще всё заканчивалось быстрыми расставаниями. И даже сожаления по этому поводу у неё не возникало – просто не её, и точка.

«Ты бы планку опустила, – выговаривала ей Вероника. – Иначе так и проживёшь всю жизнь одна».

И вот Игнат. Она влюбилась, словно девчонка, ждала его звонков и с трепетом в душе бежала на свидания. Да, она влюбилась! В этого мужчину с озорным блеском глаз.

– Игнат, в прошлый раз мы затронули в нашей беседе Велеса и Ягиню.

– Да, я помню, – кивнул он, слегка прищурившись.

– Их история – это славянская ода великой любви. Или я ошибаюсь?

– Нет, ты права. Их взаимоотношения наполнены лирикой и печалью.

– Ещё я слышала, что именно бог Велес обладал способностью создавать движение. А ведь движение это и есть жизнь.

Игнат покачал головой:

– Насчёт Велеса – не совсем так, ему эти способности приписывали.

– А разве не по велению Велеса мы и сейчас наблюдаем смену времён года, живём и умираем?

– Ты хочешь сказать, что, по сути, вся наша жизнь проходит под его властью?

– Не знаю, – задумчиво ответила Алевтина.

– Вот и я не знаю.

Передавая ей меню, Игнат как бы невзначай коснулся её руки. Алевтина подняла глаза и тут же утонула в его взгляде. «Создаёт же природа настолько красивых мужиков», – мелькнула у неё мысль.

– А ты знаешь, – продолжил мужчина, – что слово «ведьма» – это не оскорбление, как многие думают.

– Да, знаю, в этом же слове корень «вед» говорит сам за себя. В старину ведьмой называли женщину, которая знает секреты врачевания, обладает мудростью и разнообразными знаниями. Только вот Ягине этот дар не помог, – с грустью произнесла Алевтина.

– Не всё так просто было тогда. Бедолага Велес мчался куда-то по своим делам, преодолевая грань миров, когда увидел Ягиню. Только он забыл, что существует такое понятие, как превратности судьбы.

– Ничего он не забыл! Что за трактовка, товарищ профессор! – с доброй улыбкой укорила его собеседница.

– А что не так? – Игнат внимательно посмотрел на Алевтину.

– Не знаю. Не готова ответить, – смутилась женщина.

– Понятно. Ну а заказ сделать готова? – добродушно уточнил Игнат.

– Да.

– Отлично! – И он подозвал официанта.

Глава 5

Внезапно и стремительно испортилась погода. Невесть откуда налетел холодный северный ветер, который нагнал хмурые грозовые тучи. Ещё секунда – и начался ливень.

Убрав мокрые волосы с лица, Дарья заметила:

– Вероника, мне кажется, что непогода только добавила уюта вашему дому.

– Возможно, – задумчиво глядя во двор, ответила подруга. – Знаешь, я люблю здесь бывать в любое время. Мне нравится сидеть возле растопленного камина в кресле с книгой.

– Ага, мне тоже. У вашего камина, – уточнила она с улыбкой. И после небольшой паузы поинтересовалась: – Алевтина приедет?

– Да. С Игнатом.

– О-о-о, – понимающе протянула Дарья. – А ты с ним так ещё и не познакомилась?

– А где? – вопросительно подняла бровь Вероника.

– Ну, может, Степан его к вам приглашал.

– Нет, Дарья, ты знаешь: в конце учебного года в преддверии экзаменов Степан весь в работе.

– И этот Игнат, как я понимаю, тоже.

– А у тебя как дела на работе? – спросила Вероника.

– Всё как обычно – рутина. С того момента, как я стала главным редактором издательства, дома бываю в основном чтобы переночевать и переодеться. Хорошо, что с Алексеем работаем вместе, иначе муж уже забыл бы, как я выгляжу, – усмехнулась Дарья.

– Ваше издательство научно-популярную литературу выпускает, верно?

– Именно так.

В это время женщины услышали голос Степана:

– Вероника, баньку топить будем?

– Конечно, – отозвалась супруга. – Видишь, как дождь разошёлся?

– Погодой мы, к сожалению, управлять не можем, – заметил присоединившийся к друзьям Алексей. – И из дома выходить тоже не хочется. Стёпа, где нарды?

– В комоде, – ответил Степан. – Но сейчас мы идём растапливать баньку, а уже потом – нарды, карты, гитара.

– Как скажешь, босс, – улыбнулся Алексей. И подмигнул супруге: – Дашуль, а ты с нами не хочешь пойти?

– Не-е-ет, – решительно протянула Дарья, – я вашу работу принимать буду, когда париться в баньку пойдём.

– Договорились!

Дождь усилился, его барабанная дробь была хорошо слышна в доме. Стремительный, он звучно стучал по крыше. Лужи пузырились. Ярко сверкнула молния, где-то совсем рядом громыхнуло.

– Смотри, Дарья, – негромко проговорила Вероника, – природа словно ликует, приветствуя наступление весны. Вон и первые ласточки волнуются под тяжестью капель.

– Я люблю весенний дождь. – Дарья поставила на стол вазу со сладостями. – Он весёлый, раскатистый, шумный, будит природу, питает землю и ручьи, словно даёт импульс началу новой жизни.

– Полностью с тобой согласна!

Обе женщины обернулись на голос входящей Алевтины.

– Ну наконец-то вы приехали! – весело произнесла Дарья.

– Привет! – радостно заулыбалась Вероника и тут же заботливо поинтересовалась: – Чай, кофе – что будешь? И где же твой самый лучший, самый заботливый милый?

Не успела Алевтина ответить, как послышался мужской голос:

– Надеюсь, это меня наградили такими приятными словами? – На пороге веранды стоял мужчина в тёмно-синем спортивном костюме. Он был чуть выше среднего роста, с тёмными, немного волнистыми волосами, тронутыми лёгкой проседью. В руках он держал два объёмистых пакета. – Куда ставить, хозяйка? – задал вопрос Игнат, глядя прямо на Веронику.

Та, немного смутившись, указала на стол, пролепетав:

– Ребята, спасибо, конечно, но у нас всё есть.

– И хорошо, что есть, – улыбнулся ей гость.

В это время на веранде появились Степан с Алексеем.

– О-о-о, какие люди к нам приехали! – радостно воскликнул Степан, приветствуя друга. – Знакомьтесь, друзья: Алексей, муж Дарьи, Игнат, коллега по институту… – И добавил, обращаясь к жене: – Вероника, банька готова!

– Вот и отлично! – обрадовалась Алевтина. – А как насчёт шашлыков?

– Всё будет, Алевтиночка, – заверил Степан, – наш отдых только начинается!

Вечером за большим накрытым столом сидела вся дружная компания. Дождь давно прекратился, но с крыш всё ещё капало. Небо окрасилось в разные цвета – оранжевый, серый, жёлтый, розовый, – словно какой-то художник уронил баночки с красками. Пахло свежестью и весной.

– Жаль, Лада не смогла приехать, – с сожалением произнесла Дарья.

– Мы её приглашали, – тут же откликнулся Степан.

– Она ответила, что постарается, – пояснила Вероника, – но, наверное, не получилось.

– А давно ты с ней встречалась? – поинтересовалась Алевтина у Дарьи.

– В марте. Созваниваемся частенько, но видимся, как понимаешь, редко, – задумчиво ответила та.

– Вот наша жизнь – одна суета, – вздохнула Алевтина.

Алексей взял стоявшую в углу гитару и, пробежав пальцами по струнам, запел:

Я не поверила в примету давнюю:

Цветет черемуха к похолоданию

И вся компания дружно подхватила:

К похолоданию, ветрам неистовым...

Цветет черемуха, цветет душистая.

В ту пору майскую неслышной поступью,

Дурманом-веткою, да белой россыпью…4

Глава 6

– Лада, ты в мистику веришь?

– Что? – переспросила та.

– Ты вообще меня слушаешь?

– Извини, задумалась.

– Так веришь ты в мистику? – повторила вопрос Муза.

– Нет, – коротко ответила Лада и с подозрением посмотрела на подругу. – А что?

– Ничего. Просто сейчас какую газету или журнал ни открой – столько объявлений: белые и чёрные маги, потомственные ведуньи и ясновидящие… Про Интернет и соцсети я вообще молчу.

– Муза, к чему ты завела это разговор? – продолжала настойчиво допытываться Лада.

– Не ищи во всём подвох, – спокойно ответила та и, окинув взглядом подругу, засмеялась: – Просто я подумала – может, мне тоже стать ясновидящей, а? И начну я с тебя!

– Отстань, – махнула рукой Лада. – С шефа начни.

– Ой нет! Его я трогать не буду!

– А что так? – не скрывая любопытства, уточнила Лада. – Прямо на совещании ему и скажи, что в тебе открылся дар ясновидящей и сейчас ты всем присутствующим про их будущее расскажешь. Только когда будешь эту речь толкать, предупреди по дружбе – я в этот день на планёрку специально опоздаю! – И она звонко рассмеялась.

– Надо же как смешно, – с притворной обидой проворчала Муза. Затем, посмотрев на часы, охнула: – Подруга, опаздываю я!

– Куда?

– Сыну обещала внучку на выходные забрать.

– Стало быть, на этих выходных ты работаешь бабушкой?

– Что-то вроде того, – кивнула Муза.

– Не слышу энтузиазма и бодрости в твоём голосе!

Муза промолчала в ответ. После небольшой паузы Лада спросила:

– Твоей внучке сейчас три года?

– Нет, что ты, в августе уже пять исполнилось.

– Ого! Извини. Быстро растут чужие дети.

– Это точно, – кивнула Муза. – И время как-то уж очень стремительно летит … Мне в феврале уже пятьдесят лет.

– Не начинай! До февраля ещё дожить надо. И пятьдесят лет – это не приговор. С этим живут, уверяю тебя! – Лада очаровательно улыбнулась.

– Я до сих пор не могу взять в толк, зачем он так рано женился! Да ещё и на ней…

– Муза, хватит! У тебя отличный сын, очаровательная внучка. Да и невестка не погода, чтобы нравиться или не нравиться тебе. Она неплохая, и живут они хорошо. Чего ты заводишься?

– Ничего, – коротко бросила женщина в ответ. – Поехала я, созвонимся. Хороших выходных, подруга!

Глава 7

Алексей не скрывал раздражения:

– Что ты себе позволяешь?! Да ещё в присутствии коллег!

– Ничего, – холодно бросила в ответ Дарья. – Я не стану закрывать глаза на твои косяки. У нас серьёзное издательство! А это не работа, это откровенная халтура.

– Халтура?! – с вызовом посмотрел на неё Алексей.

– Именно халтура.

– Ах, вот как ты оцениваешь мою работу?!

– Как ты её сделал, так я её и оценила, – парировала Дарья.

– В таком случае я увольняюсь. А ваше издательство, полагаю, найдёт более грамотного сотрудника! – с этими словами Алексей резко развернулся и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. И тут же столкнулся с фотографом.

– Дарья Георгиевна у себя?

– У себя, только не в себе, – хмуро ответил Алексей. Не говоря больше ни слова, он пошёл к лестнице, размышляя о сложившейся ситуации. Уволиться-то можно, благо предложения о работе есть. Но ведь Дарья – не только главный редактор, она ещё и его жена, с которой он прожил ни много ни мало двадцать пять лет…

Выйдя на улицу, Алексей закурил, продолжая думать о произошедшем. Сами собой нахлынули воспоминания: их первое с Дарьей свидание, первый поцелуй, известие о том, что любимая беременна, появление на свет их дочек-близняшек… Господи! Сколько времени прошло с той поры! Их дочерям уже по двадцать четыре года, обе они уже замужем…