Ключники

– Здравствуй, Паша.

Голос Натаэль раздался раньше, чем её образ полностью сформировался. Паша, узнав добрые нотки белой женщины, поспешил уточнить:

– Здравствуйте. Вы мой учитель?!

– Учитель, – это очень громко сказано, – сразу отозвалась, переливающаяся в лунном свете, статуя.

Пашу смутил ответ Натаэль, но её добрая улыбка и мимолётный жест руки, умоляющий набраться терпения, заставили его расслабиться. Дождавшись, когда образ женщины полностью сформируется и обретёт живые оттенки, Паша чуть иначе задал свой вопрос:

– Тогда почему вас так представил голубь? И как же ваше обещание мне помочь?!

Прямо посмотрев в глаза мальчика, Натаэль очень серьёзно произнесла:

– В нынешние времена найти наставника для свободного Ключника невозможно. Я скорее буду твоим куратором, передавая тебе свои знания о наших мирах и законах, правящих в них.

Паша понимающе кивнул в знак согласия и расположился на кровати в ожидании долгого рассказа. Натаэль, позволив мальчику принять удобную позу, спокойно начала своё повествование:

– Сперва я немного расскажу о себе. Так мне будет проще донести до тебя некоторые вещи. Я – Альва. Современные люди часто путают наш род с Эльфами. Но сейчас не об этом. Моё племя одно из трёх, что железной рукой правят в Открытых мирах. В данное время Совет Старейшин находиться полностью под контролем Дрофов, Вампиров и Альвов. И все эти древние расы настроены против твоего отца.

В отличии от ДракоКрола проекция Натаэль реагировала на настроение мальчика, словно живая. Заметив, как на Пашином лице вытянулась недовольная гримаса, Натаэль поспешила прояснить свою личную позицию:

– Мне будет трудно объяснить тебе, почему я пошла против воли Совета Старейшин и вопреки большинства своих соплеменников. Лучше, если ты всё увидишь собственными глазами.

После этих слов Натаэль лёгким движением руки открыла перед Пашей картинку чужого мира, будто одним мимолётным взмахом распахнув зашторенное окно. Мальчик не сразу осознал, почему красочные пейзажи, белоснежные замки острова и лазурная поверхность воды вокруг них вызвали у него чувство неприятного отторжения. Но чем дольше он вглядывался в мир за окном, тем отчётливей у него в голове формировалась неприятная ассоциация. Однажды, он уже испытывал схожие чувства. Как-то на дорогах Урала, они с папой обнаружили в пыли обочины тельце раздавленного машиной коршуна. Заметив сильную гордую птицу в придорожной грязи, отец резко остановил машину и бросился ей на помощь. Паша выскочил следом за ним и без разрешения подбежал к пернатому хищнику. Издалека, ещё была надежда на то, что птица жива. Но стоило к ней приблизиться все иллюзии мигом рассеялись. Смотреть на мёртвого коршуна было неприятно и обидно. У Паши в голове не укладывалось, как какой-то нелепый случай мог погубить столь сильное и красивое существо. Те же смешанные чувства вызвала у Паши панорама чужого мира. Его волшебная красота пугала и отталкивала своей пустотой, а ещё он почувствовал боль, исходящую от Натаэль. Паша остро ощутил, с каким трудом его наставнице дались следующие слова: