Каспиана

«Праздник был в самом разгаре. Звуки музыки и смеха витали в утреннем воздухе.

«Ты – царица всех подземных вод», – возлагая корону на голову Ирканэи, провозгласил король, – а ты, Дарданелла, – царица вод надземных. Дочери мои, принесите нам испить из лона великой матери-вод», – воскликнул он и сёстры направились к реке, сопровождаемые радостными возгласами и благословениями собравшихся.

Первый советник и старший сын короля стояли поодаль, беседуя вполголоса.

«Кто, как не я, ведает замыслами вашего отца? Король уже мысленно разделил земли между вами и вашими сводными сёстрами, – ядовито лукавил Ширин. И станете ли вы править после его кончины – большой вопрос».

«Как же получилось, что это известно тебе, а мне – нет?» – пренебрежительно, сквозь зубы, спросил Дарий.

«Разве вы – его первый советник?» – едва заметно усмехнулся Ширин.

«Что же ты предлагаешь?», – в голосе принца зазвучало раздражение.

«Что бы вы сегодня же отправились в Персон с деловым предложением. А именно – с предложением руки ваших сестёр обоим персонским принцам».

«В своем ли ты уме, Ширин?», – Дарий вспыхнул от гнева.

«Выходит, вы не желаете быть единоличным правителем?», – продолжал разжигать алчность в душе принца советник.

«Мои сёстры должны оставаться вблизи от родного дома, чтобы я имел возможность первым оказать им помощь в случае непредвиденных обстоятельств. Не вижу необходимости продолжать этот разговор», – холодно бросил он, давая ясно понять, что разговор окончен.

"Видит Бог, я желал вам лишь добра», – с показным смирением отвесил поклон Ширин.»

Осознав, что принца ему не склонить на свою сторону, и опасаясь краха всех своих планов, Ширин решил действовать самостоятельно. Обхватив левой рукой запястье правой, он подал сигнал к действиям. В тот же миг из чащи вынесся всадник на вороном коне. В одно мгновение он проскакал по мосту и оказался рядом с принцессами. Растерявшаяся Ирканэя оступилась на комке белой глины, выпавшем из кувшина, и упала в бурную реку. Всадник, не теряя ни секунды, наклонился в седле, схватил Дарданеллу и умчался прочь, яростно подстёгивая коня плетью.»

– Как он мог так жестоко с нами поступить? – шёпотом, полным неверия и боли, вымолвила королева. – Ведь мы относились к нему как к родному дядюшке.

Айен снова выдохнула густой, багровый дым, и комната наполнилась новыми, трепетными образами.

«Во дворце царила глубокая, давящая сознание скорбь.

«Отец, миновал месяц со дня трагедии», – обратился принц к сидевшему с поникшей головой королю.

«Мы не можем прекратить поиски, Дарий. Каждый уголок земли должен быть нами обыскан. В этот раз с нами пойдут самые лучшие воины и больше людей. Собери всех и объяви… мы выдвигаемся с рассветом.», – скорбно, но с непреклонной волей вымолвил король.

«Повелитель! Разреши мне сопровождать тебя.», – вмешался в разговор между отцом и сыном Ширин, напустив на себя опечаленный вид.

«Нет, Ширин. Ты останешься здесь и будешь вести дела королевства, – это будет твоей лучшей помощью для меня».

С первыми лучами рассвета отец с сыном, сопровождаемые отрядом лучших воинов покинули дворец. Едва массивные ворота закрылись, первый советник вскочил на коня, и умчался по тайной тропе, торопясь привести в действие новый план. Через двое суток он добрался до лагеря, укрытого в лесу.

«Убейте обоих!», – приказал он заговорщикам, тыча пальцем на карту, в место расположения королевского привала. Этой же ночью, в жестокой схватке с цареубийцами погиб Дарий.

Не дожидаясь рассвета, Ширин, уверенный в своём успехе, возвращался назад. На том самом месте, где месяц назад был приведён в исполнение его коварный план, он замедлил шаг, предаваясь мечтам о троне. Внезапно конь оступился, и упав, ударился головой о затвердевший ком глины, тот самый, что выпал из кувшина принцессы. Оглушённое животное, вместе с всадником, запутавшемся в стременах и поводьях, упало в реку и камнем пошло ко дну. Так река, холодно и бесследно поглотила изменника, погубившего покой в королевстве, где восемнадцать лет царили мир и благоденствие.

Спустя еще два месяца, в убогой рыбацкой хижине была найдена уцелевшая Ирканэя. Благодаря заботам жены старого рыбака, бережно выхаживавшей незнакомку, принцесса выжила и шла на поправку.»

– Что же стало с Дарданеллой? – воскликнула королева, видя, как все видения тают в воздухе.

Айен жадно вдохнула фимиам и с хриплым криком выдохнула новый виток багрового дыма, густым слоем покрывшего тяжёлый воздух. Через несколько секунд дым рассеялся, и в пространстве замелькали новые, тревожные образы.

«Высокий юноша, говоривший на ломанном наречии, был явно взбешён; каждое слово искажало его красивое лицо уродливой гримасой раздражения. Обращаясь к человеку в чёрном, он грубо проскрежетал:

«Ширин пропал! Кто теперь заплатит за пленницу?»

«Как ты не понимаешь, Ардар… Если мы вернём её во дворец, нас выследят и убьют. Ты предпочитаешь убить или быть убитым?»

«Я предпочитаю, чтобы мне заплатили за выполненную работу. О другом, мы не договаривались», – в голосе юноши кипела ярость.

«От неё нужно избавиться. И желательно немедленно», – торопливо, шёпотом выдавил собеседник.

«И как, позволь спросить, ты предлагаешь мне это сделать?», – язвительно усмехнулся Ардар.

«Выбрось в реку с камнем на шее. Так её точно не найдут», – холодно ответил человек в чёрном и бросил на грубый стол увесистый мешочек, звонко брякнувший золотом. – «Это плата за работу… и за молчание», – сказал он, и вышел так же бесшумно, как и появился.

Дарданелла, связанная по рукам и ногам, сидела с кляпом во рту в углу смежной комнаты. Каждое слово, произнесённое незнакомцами за стеной, эхом отдавалось в её воспалённом сознании, обрастая ужасными подробностями. Ардар вошёл в комнату с ножом в руках и направился к ней. Слёзы ручьями полились из глаз принцессы, но не в силах сопротивляться, она лишь качала головой, умоляя беззвучно и отчаянно.

«Не плачь, – его голос неожиданно смягчился, – я вынужден быть вором, но я не убийца, –он быстрым движение разрезал путы, – тебе необходимо поесть и привести себя в порядок. Нам предстоит долгий и нелёгкий путь».

В комнату вошла молодая девушка с кувшином тёплой воды и чистым полотенцем.

«Дарина, помоги ей умыться и накорми. Переодень в одно из своих платьев, а её одежду сложи в дорожный сундук. Ночью мы отправляемся».

Безлунная ночь выдалась как нельзя кстати, и Ардар вместе со спутницами, выехал захватив лишь самый необходимый скарб. Так шли они ночами, днём укрывая похищенную спутницу от людских глаз, пока не достигли границы Яилоты. На рассвете, переодев Дарданеллу в грубое платье невольницы, Ардар вывел её на шумный рынок рабов.

Семь долгих дней он водил принцессу по площадям, высокомерно отказывая каждому покупателю, пока молва о неземной красоте невольницы не достигла дворца. Молодой князь, сражённый обаянием Дарданеллы, немедленно выкупил её, щедро расплатившись. Как только сделка завершилась, Ардар опустившись перед ней на колено прошептал:

«Надеюсь, вы когда-нибудь простите мне мой проступок, принцесса. Бог свидетель, я сделал всё, чтобы вы остались живы и попали в достойные руки. Теперь ваша судьба – только в ваших руках. Знайте: это похищение, было организовано по приказу вашего брата. Отец убит, сестра мертва, и, если вы вернётесь, гибель ваша будет так же неизбежна. Прощайте!»

Принцесса в отчаянье закрыла лицо руками. Тихие, горькие рыдания вырвались наружу, сотрясая её истощённое и уставшее тело.»

– Дарданелла, сестра! – протянув руки к призрачному видению, прошептала в слезах Ирканэя. – Всё это оказалось чудовищной ложью. Дарий не предавал нас.

Айен раскашлялась, оглушая воздух, и дым начал рассеиваться, унося с собой последние призраки прошлого.