Я никогда не буду прежней. Книга 7

— Ты правда любишь мою дочь? — спросил папа.

— Больше всего на свете, — сказал Макс. — Я понял это, когда чуть не потерял её. Я хочу быть вашим зятем. В любом случае. Но я хочу, чтобы у нас были хорошие отношения. И я не умею чинить машины — для меня проще заказать сервис. Я не умею готовить завтрак в постель — мне проще заказать доставку. Не ждите от меня того, чего я не умею.

— Так завтраки — это дело жены, — сказал папа. — А муж должен чинить…

— Я не жду этого от неё, — ответил Макс. — Мне не нужна домработница и кухарка. Мне не важно, умеет ли она готовить. Я люблю её. Не за борщ.

Отец усмехнулся.

— Ну и современная же вы молодёжь… Пошли есть твои блюда.

Я видела, как они пошли обратно. Что-то изменилось. Может быть, они не стали друзьями, но они нашли общий язык.

Мы пробовали еду. Я спросила Макса:

— А что ты любишь на десерт? Я никогда не видела, чтобы ты заказывал чизкейки или пирожные…

Он улыбнулся.

— Я люблю мороженое. Простое белое мороженое в вафельном стаканчике. Помню, в детстве папа покупал несколько стаканчиков, а мама тёрла шоколад. Они смешивали всё и возвращали обратно. Это был мой любимый десерт.

Я посмотрела на него с любовью. Я знала, чем смогу его баловать.

Дегустация заняла несколько часов. Мы пробовали десятки блюд. Когда мы вышли из ресторана, я уже знала, что хочу сделать. У меня был план.

После дегустации мы поехали домой, но я сказала Максу, чтобы он шёл домой, а мне надо забрать кое-что у родителей. Что я приду через пару часов. Он не задавал вопросов. Только поцеловал меня в лоб и ушёл.

А я спустилась в кладовку. Там меня ждал костюм.

Я оделась медленно. Чёрное боди с открытым низом — чтобы он мог войти в меня в любой момент, не снимая его. Пипидастр в руке. Повязка на голову — как у настоящей горничной. Рыжий парик, который я купила ещё в Китае. Яркий макияж: красные губы, чёрные стрелки, румяна, которые делали меня другой.

Я смотрела на себя в зеркало и не узнавала себя. Я была не Катей. Я была Самантой. Девушкой, которую наняли, чтобы навести порядок. И которая, возможно, наведёт его не только в квартире.

Я накинула плащ, вышла из кладовки и поднялась на десятый этаж к нему.

Я шла к его двери, и внутри всё дрожало. Я боялась, что он не узнает меня. Что он рассмеётся. Что он скажет: «Катя, что за глупости?» Но я знала: он оценит. Он любит игры. Он любит, когда я беру инициативу. Он любит, когда я не боюсь быть другой.

Я скинула пальто и положила его за дверь аккуратно, нажала на звонок. Я слышала его шаги за дверью. Он открыл, и я увидела его глаза. Они скользнули по моим рыжим волосам, по боди, по пипидастру в моей руке.

Я стояла перед ним, и я чувствовала, как внутри меня поднимается волна. Я была не Катей. Я была Самантой.

— Здравствуйте, — сказала я низким, чуть хриплым голосом. — Меня наняла ваша жена, чтобы я навела порядок дома.

Он смотрел на меня, и я видела, как его улыбка расширяется. Он узнал меня. Но он решил играть. И это было идеально.

— Проходите, — сказал он, отступая.

Я вошла. Я чувствовала его взгляд на своей спине, на своей попе, которая покачивалась в такт шагам.

Я подошла к столу. Взяла тряпку. Начала протирать поверхность — медленно, с нажимом. Я знала, что боди открывало меня снизу, и каждый раз, когда я наклонялась, он мог видеть всё. Мои половые губы, мою влажность. Я слышала его дыхание.

— Вы так смотрите, — сказала я, не оборачиваясь. — Это мешает моей работе.

— Я просто смотрю, — сказал он. — Вы хорошо работаете.

Я улыбнулась. Мне нравилось, как он смотрит на меня. Мне нравилось, что он не спешит.

Я пошла в спальню. Начала заправлять кровать — медленно, наклоняясь, вставая раком. Я чувствовала, как его взгляд прожигает меня. Я слышала, как он тяжело дышит. Мне нравилось, что он видит меня всю. Что он хочет меня, но ждёт.

— Меня зовут Саманта, — сказала я, выпрямляясь.

Я смотрела на него сквозь ресницы. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди. Я видела, как он смотрит на мои ноги, на мои бёдра, на моё боди.

— Очень приятно, Макс— сказал он.

— У вас на шкафу пыль, — сказала я, показывая на верхнюю часть. — Но я не могу дотянуться. Поднимите меня, пожалуйста.

Он подошёл. Его руки легли на мои бёдра. Они были тёплыми, и я чувствовала их даже через ткань.

Он поднял меня. Я взялась за край шкафа, подтянулась выше. Я чувствовала его руки на своих бёдрах. Я чувствовала его дыхание.

— Выше, — сказала я. — Мне нужно протереть там, где много пыли.

Он приподнял меня ещё. Я смотрела на шкаф, но я не видела его. Я чувствовала его руки на своих бёдрах. Я чувствовала его дыхание.

— Не получается, — сказала я. — Попробуйте подсадить меня спереди.

Он подошёл ко мне спереди. Я вскочила на него, обхватив его голову ногами. Я сидела на его плечах, и моя киска была прямо у его лица.

Я видела, как он смотрит на меня снизу вверх. Я чувствовала, как его дыхание касается моего самого сокровенного места.

Он начал целовать меня. Сначала нежно, почти невесомо. Я чувствовала, как его язык касается меня, как он скользит по моим половым губам.

— О да, — прошептала я.

Потом сильнее. Он лизал меня, втягивал, смаковал. Я держалась за шкаф, извивалась, стонала. Я чувствовала, как внутри меня нарастает волна, как тело начинает потряхивать, как по мне разливается огонь, как дыхание начинает прерываться а изо рта вырываться стоны.

— Я сейчас... — выдохнула я.

— Давай, — сказал он.

Я кончила. Волна накрыла меня, и я застонала громко. Я чувствовала, как его язык продолжает ласкать меня, как он дарит мне это удовольствие.

Он снял меня с плеч и понёс на кровать. Я чувствовала его руки на своей талии. Он был готов. Я была готова. Но я вскочила.

— Я не такая, — сказала я, играя. — Я не оказываю сексуальные услуги. Но раз вы сделали мне приятное, я отвечу вам взаимностью.

Я опустилась на колени. Я расстегнула его ширинку. Я взяла его член в руки. Он был твёрдым, горячим, пульсирующим. Я взяла его в рот.