Добрым словом и кулаками. 2 четверть

Я постоял минут тридцать возле дома бабы Дуси, спрятавшись в кустах, полюбовался Ларисой, которая сидела за столом в одной комнате с хозяйкой дома и проверяла тетради, пока пенсионерка смотрела телевизор и вязала на спицах. Выманивать на улицу Лару я не буду, а то действительно ляпну от избытка чувств чего-то не то, а она потом будет накручивать себя и думать лишнего.

Вот так бы стоял и стоял, любовался и любовался. В натуре как влюбленный по уши малолетка, которому достаточно просто лицезреть свою любимую и ничего большего не надо.

Встряхнулся сбросил с себя зачарованность и романтическое оцепенение. Стоп! Хватит! Я точно знаю, чего мне надо и чего я хочу не только от жизни, но и от любимой женщины. Я свое возьму! Сейчас только джинсы раскидаю, получу первые деньги и сразу же возьмусь за генеральный штурм Ларисиной крепости. Фигли мне ждать зимних каникул и поездки в Москву. Скоро осенние каникулы и можно будет с Ларой под каким-нибудь предлогом сгонять в Воронеж. Кстати, я даже знаю чем её туда завлечь, она ведь как и все женщины любит всякие тайны и загадки, ну так у меня есть для неё одна тайна, да не простая, а золотая и это не фигура речи, а самое что ни на есть настоящее золото, причем высшей пробы, да еще и весом, если мне не изменяет память чуть ли не в четверть тонны.

Силой заставил себя вылезти из кустов, бросил последний взгляд в окно на склонившуюся над тетрадками Ларису, та, как будто бы почувствовала мой взгляд и глянула в ответ прямиком на меня и хоть я понимал, что в ночной темноте меня Лара не может видеть, но, как только наши взгляды встретились меня будто бы разрядом тока шибануло: по телу пробежали друг за дружкой огромные табуны гигантских мурашек, а в животе разлилась приятная нега и лёгкость. Бляха-муха, любовь как есть любовь, чтоб меня на месте разорвало, если это не настоящая любовь.

Послал Ларисе мысленный воздушный поцелуй и пошел в сторону дома Сашинянов. Вновь, как и сегодня днем свернул на задки дворов к речушке, аккуратно прокрался к ограде, осторожно прошел вдоль неё передвигаясь на карачках. В самом углу ограды, там, где она сходилась с соседским забором у Демченко стояла старый сарай, в котором хранился всякий хлам, а сразу за сараем была накидана длинная насыпь земли вдоль всего соседского забора. Земляная насыпь была призвана уберечь огород от разлива речушки по весеннему половодью. Вот аккурат под прикрытием этой насыпи я и прополз почти к самому дому Сашинянов.

Между домом и сараем, чуть ближе к огороду стояла летняя беседка, которую когда-то смастерил старший брат Игоря Демченко, который к сожаленью погиб в Афгане.

Мужские голоса я услышал метра за три-четыре, хоть шел явный спор, но разговаривающие между собой мужчины старались говорить тихо, лишь изредка переходя на яростно шипение и злобный полушепот. Я узнал все три голоса: один принадлежал главе сельсовета Борису Бенюку, второй - инженеру Сашиняну, а третий - тому самому лысому борцу, у которого я сегодня так знатно потоптался на лодыжке и зашарашил великом по морде.

- Нет, это ваша проблема, а не моя! – злобно прошипел Бенюк. – Сами её и решайте.

- Это наша общая проблема, - возразил ему Сашинян, - попадем мы, тебе же в первую очередь будет хуже.

- Без вас как-то тут жил и нормально всё было, - отмахнулся глава сельсовета, - мне ваш приезд и стройка химкомбината – как кость в горле, вот тут уже сидит, - видимо в этот момент Бенюк рубанул себя ладонью по кадыку, но этого я в не видел и мог только предполагать.

- Слушай, хохол, мы сами не рады что попали в вашу глушь, после столицы ваша Красновка – это сущий Ад, так что не надо тут рожу кривить, раз уж оказались в одной лодке, то и выгребать надо вместе, - спокойным, рассудительным тоном заявил лысый борец, - этот пацан не так прост, как кажется, уж больно самоуверенно он себя ведет. За ним кто-то стоит!

- Плевать на него, - злобно сплюнул Борис, - и на вас мне плевать, вы мне не указ.

- Понятно дело, что мы тебе не указ, - хмыкнул Сашинян, - но, те кто нас свел вместе, они тебе указ, верно!

- Верно, - враз потухшим голосом прошептал Бенюк и с тяжёлым вздохом добавил, - бисова шлёндра, курва матка пердоле. Если мне они скажут вам помочь, то помогу, но сам проявлять инициативу не буду.

- Зачем лишний раз дергать тигра за усы? – примирительно начал Сашинян. – Давай все сами порешаем?

- Нет! – судя по звуку отодвигаемого стула Бенюк резко встал из-за стола. – Разговор окончен. Я напишу письмо, если мне в ответе прикажут вам помочь, то так уж и быть я вам помогу, но только по приказу оттуда и никак иначе. Бывайте!

- Остальное по плану? – вдогонку спросил Сашинян.

- Да, - явно нехотя отозвался Бенюк, громко хлопая за собой калиткой.

- Трусливая жирная хохляцкая свинья, - злобно процедил лысый борец и добавил пару фраз на армянском, которые явно были ругательством в адрес главы сельсовета, - кунем екацд чампен.

- Вачрах! – поддакнул Сашинян и оба армянина коротко рассмеялись, чокнувшись рюмками.

Армяне продолжили разговор исключительно на своем языке из-за чего я ни черта не понял. Еще очень сильно пожалел, что так поздно тут появился. Эх, мне бы застать начало разговора, чтобы понять, что армяне предлагали Бенюку. Зуб даю, что речь шла не только обо мне, но и совместных делишках приезжих инженеров и главы сельсовета. Вот было бы здоров услышать всё из первых уст, но не сложилось, армяне говорили между собой еще минут двадцать, исключительно на армянском, потом Сашиняна окликнули из дома женский голос и мужчины разошлись. Лысый борец сильно хромая на правую ногу пошел прочь со двора, а Сашинян скрылся в доме. Когда профиль хозяина дома мелькнул в свете дверного проема я с чувством глубокого удовлетворения отметил, что его гигантским нос распух и стал еще больше, хотя, казалось бы, куда еще больше он может стать, а вот поди ж ты если хорошенько вмазать ногой по носу, то он гарантированно опу