Гость на Рождество

Он смотрел на тело, на кровь, на надпись на стене. И знал: это его вина. Он пришёл сюда, он спросил о тормозных шлангах, он привёл за собой убийцу.

Игорь схватился за край верстака, чтобы не упасть. Руки дрожали, колени подкашивались. Он перевёл дыхание, заставил себя думать. Смотреть. Видеть.

Он пришёл сюда не просто так. Он искал ответы. И он нашёл их — или часть.

Игорь огляделся. На верстаке, среди разбросанных инструментов, лежал сотовый телефон. Старый, кнопочный, с потёртым корпусом. Он взял его, повертел в руках.

На экране горела иконка аудиозаписи. Одна. С датой — 10 марта 2019 года.

Игорь нажал на воспроизведение.

Сначала шум — запись была плохого качества, слышно было только дыхание и какой-то гул. Потом голос. Женский. Тонкий, испуганный.

— Я знаю, что ты сделал. — Это была Анастасия. Игорь узнал её голос сразу — даже спустя пять лет. — Ты перерезал тормозные шланги. Я видела, как ты это делал. Ты думал, что я не узнаю? Я знаю, что это был ты. Я не могу… я не могу больше. Ты меня не остановишь. Я расскажу всё. Игорю. Или в полицию. Я не боюсь тебя. Я боюсь, что ты сделаешь с Артёмом. Но я всё равно скажу.

Пауза. Шум. Потом женский голос — тише, почти шёпот:

— Я боюсь тебя, Антон. Но я не могу молчать. Прости меня.

Запись оборвалась.

Игорь стоял, сжимая телефон мёртвого механика, и слушал голос жены. Голос, который он не слышал пять лет. Голос, который говорил, что она боится Антона. Что Антон перерезал тормозные шланги. Что Антон хотел её убить.

Он поднял глаза на тело, на кровь, на надпись на стене.

И знал: это только начало.

Он набрал номер полиции. Дрожащими пальцами. Сказал адрес, сказал, что в гараже убит механик. Сказал, что он сам был здесь, что он не убивал, что он свидетель.

Положил трубку. Посмотрел на телефон в руке. Включил запись снова. Перемотал на начало.

Анастасия. Её голос. Её слова.

«Ты перерезал тормозные шланги».

Игорь выключил запись, убрал телефон в карман. Он знал: это единственная улика, которая у него есть. И он не отдаст её никому.

Он вышел из гаража, сел в машину. Снег валил, залепляя стёкла. Он сидел за рулём, сжимая телефон мёртвого механика в кармане, и думал о том, что будет дальше.

Кто-то убил механика, чтобы он не мог рассказать правду.

И тот же кто-то — Антон — перерезал тормозные шланги.

И тот же кто-то был в его квартире вчера. Пил чай. Смотрел на фотографию.

Игорь завёл двигатель. Выехал из промзоны, не глядя в зеркала.

Он знал: он везёт улику, которая может всё изменить.

И он знал: кто-то готов убить, чтобы её не было.