Галактика Андромея. Улвий Лимус: Темнейший век

— Ты помнишь голос своей матери? — спросил Утрос.

— Нет, но... я понял, что это её голос. Нет ничего более знакомого, чем это, — Клиций говорил с какой-то тяжестью, будто что-то мешало ему сказать это, его рот словно немел, а в горле застрял ком.

— Ты хоть абстрактно понимаешь, что это она... Завидую, лейтенант, — произнес Нальтус.

— А я услышал голоса сестры и отца, — опустив голову, с печалью сказал Улвий, — и как будто ощутил на себе прикосновение его сильных рук.

— Я услышал звуки моря, дома и голоса, зовущие кого-то, — произнес Дильвус, — зовущие меня. Да, это отрывок из моего детства. Я знаю это наверняка!

— Гм... Я увидел лесные пейзажи, а вместе с ними и песни природы. Да, это мой родной мир, вернее говоря, мои отдалённые детские воспоминания о нём, — задумчиво произнёс Арут, ощущающий одновременно как тоску, так и ненависть к своей родной планете.

— Я услышал громогласный голос какого-то старика… Это мой дедушка? — опустил голову Нальтус. — Проклятие, я так давно не слышал его голоса, что как будто сердце дрогнуло! Эх, хороший был старик.

— А я увидел пустоши и жестокое солнце, а также исхудалую женщину с маленьким ребенком на руках, — вырвалось у Утроса. — Наверное это моя мать. Я лишь помню, что родом с захудалой планетки, выжженной огнем и радиацией и помню вечно худой от недоедания силуэт матери.

— Что это было, брат-ментион? — спросил Улвий у Альрууса.

— Это побочный эффект мощного пси-импульса, Улвий. Это явление — норма в случае смерти сильного псионика, особенно, когда он перед самой смертью пребывает в глубоком эмоциональном переживании. Понятно объяснить, однако, это сложно, как и осознать. Это нужно чувствовать.

— Ясно, благодарю за объяснение. — Надо сказать, что сержант не особо понял слова ментиона, но решил дальше вопросов не задавать.

Ментион лишь кивнул.

Легионеры полностью пришли в себя спустя нотку грусти и детских воспоминаний.

Однако Клиций всё ещё находился в состоянии шока. Улвий это заметил. Подойдя к другу, пока остальные легионеры подбирали своё оружие и строились для того, чтобы организованно покинуть крейсер, передав его под юрисдикцию Галактио Форсинарум, Лимус приложил свою ладонь к напленчику лейтенанта.

— Клиций, как ты?

— Гм?.. Я не знаю. Как будто невольно задумался.

— О чем же?

— Я впервые задумался о том, какой была моя жизнь, если бы я не стал легионером, — с небольшой дрожью сказал Клиций, будто говорит о чем-то греховном, когда душу его впервые за столь долгое время затерзали сомнения и мысли, которые он просто не мог себе позволить. — Голос матери... Не верю, что он может быть не злобным.

— Я даже не знал своей матери, так что тебе повезло, друг мой.

— Повезло? Не знаю, ведь этот голос вновь заставил меня сомневаться в моей жизни. Это отвратительно! Я ангел — существо, превосходящее всякого жалкого смертного!

— Отвратительно? Нет, Клиций, это естественно. Мы не лишены чувств, брат, хоть и прошли через долгие этапы индоктринации и психообработки, потому что мы всё ещё люди. — Улвий выдержал небольшую паузу, пытаясь отмести ужасные чувства от Эрикиона. — Как бы мы не подавляли своих эмоций, Клиций, мы никогда не сможем от них избавиться, ведь мы люди. Но это не значит, что мы должны забывать про баланс между разумом и чувством.

— Эмоции чужды легионеру, следующему своему долгу и истине своего пути! Тем более для вознесения каждый из нас преступил всякую мораль, брат.

— Это тоже так, но если мы будем бесчувственными существами, то чем же мы будем отличаться от бездушных машин? — твердо спросил Улвий. — Мы — ангелы Её, несущие не только смерть и войну, но и свет и закон Её.

— Мы служим человечеству и Свободе осознанно, Улвий, не действуем по программе. Этим мы и отличаемся от машин, — парировал Клиций. — Но не стоит предавать забытью, что наша основная цель, брат, не нести свет, а уничтожать врагов Её, сжигая целые миры. Свобода, какой бы запятнанной не была, создала из нас ангелов войны. Этим мы отличаемся от слабаков, обычных людей: мы способны выжечь сотни миров без сомнения, в то время как те могут сдать назад в самый ответственный момент!

— Знаешь, порой смотря на некоторых наших братьев по всей галактике, кажется, что они отличаются от машин тем, что мы просто состоим из плоти. Задумайся над этим.

Сержант прошел к остальным братьям.

Лейтенант Девятого лишь промолчал.

— Что ж, необходимо передать крейсер в юрисдикцию Галактио Форсинарум, — утвердительно произнес лейтенант, обращаясь ко всем.

— Верно, но перед этим мы должны забрать наших павших, — сказал Альруус.

— Это даже не обсуждается, — сухо произнёс Клиций.

Оставшиеся в живых легионеры пятого взвода подняли на руки своих погибших братьев — тех, кто мужественно боролся и принял смерть, не отступая и идя до самого конца. Эти доблесть, храбрость и прежде всего стойкость присущи не просто защитникам человечества, а чёрным стражам: смело вступающим в ад, в самое пекло, чтобы нести на себе бремя вечной войны.

Многие люди и лояльные ксеноиды считают, что ангелы Свободы действительно бессмертные существа, и именно потому легионеры пользуются особым признанием во всей Империи Свободы. К сожалению, это зачастую затуманивает заслуги обычных солдат из Галактио Форсинарум — тех же героев различных кампаний и сражений, — и вносит в легионы семена гордыни и высокомерия.

Абордажная команда организованно покидала палубы крейсера, предварительно связавшись через Арута с имперским флотом, расположенным поблизости от калаэдрийского крейсера, и сообщив, что ожидает прибытия уполномоченных служащих.

Прошел час имерийского времени. За это время легионеры захватили целый древний крейсер. Однако у них возникли вопросы: почему такой величественный и один из древнейших почтенных космических кораблей Даэлотаса оказался здесь — в секторе Анрелия, в Астратуме Элемея, — в области еще неосвоенного космоса во множестве тысяч световых лет от границ калаэдрийского пространства.

— С псиоником мы разобрались, — вдруг начал Улвий, посмотрев на свои окровавленные руки, — но интересно из-за чего «Царь Лесов» рассекает космическое пространство здесь, в Астратуме Элемея?

— Гм? Ни тебя одного, сержант, это интересует, — заявил Утрос.

— Что бы его сюда не привело, крейсер теперь наш, — прозвучал голос Нальтус.

— И всё же калаэдры ничего не делают просто так, особенно, когда это касается нашего противостояния, — задумался Клиций.

— Нахождение здесь «Царя Лесов» загадочно, но я чувствую, что скоро мы узнаем правду, — уверенным и спокойным тоном произнёс почтенный брат-псионик.

Воины замолчали. Так таковую тишину прерывали тяжелые металлические шаги легионеров, колыхание аксессуаров на их доспехах, треск корабля и жужжания систем и механизмов доспехов.

Легионеры проходили те самые коридоры, по которым они шли к цели, не жалея никого, уничтожая всех тех, кто попадётся на пути. Кто-то сравнивает величайших за всю историю человечества суперсолдат с цепными псами: дай им команду, и они уничтожат всех и вся. Но это лишь заблуждение, ведь ангелы ведомы священным чувством долга.

На стенах проходимых палуб виднелись следы перестрелки, а на полу лежали тела погибших ксеноидов. Чёрные стражи не боялись холода рока, ибо сами были воплощением его. Присутствовавшая здесь смерть, ежедневно собирающая богатый урожай, на них никак не влияла — этот бесконечный поток душ, если пользоваться столь ненаучной терминологией, оставался незаметным. Тем не менее, наблюдая, как псионики боятся применять свои способности на «глубинных уровнях», Улвий, учитывая многие аспекты мироустройства, как минимум в Андромее, неизменно задаётся одним вопросом: «Может, душа и не является чем-то ненаучным?»

Великий Поход, начатый более пяти сотен лет назад и продолжающийся до сих пор, каждый день приносит новые смерти, победы или поражения, несмотря на то что он находится на своём неактивном, в некотором роде финальном этапе.

За все эти годы войн Объединения погибло так много людей и ксеноидов, что не сосчитать, но эти жертвы не последние и, как можно знать, не прекратятся ещё в ближайшие десятилетия.

Вражда людей и калаэдров возникла ещё в далекие времена ранней экспансии человечества во внешний космос — в великую эпоху, начавшуюся с 2270-х годов по имерийскому летоисчислению. Именно в тот период совсем неокрепшее человечество смогло начать колонизацию ближайших звезд и столкнулось с калаэдрийскими исследовательскими флотами.

Нельзя сказать, что Империя Свободы и Даэлотас находятся в состоянии открытой вражды из-за каких-то определённых претензий. Даже если такие претензии и были ранее, они давно забыты. Это противостояние — уже дело принципа: один должен победить, другой — проиграть и принять своё поражение. Военные столкновения между людьми и калаэдрами не закончатся до тех пор, пока не наступит далёкое будущее, которое, возможно, ничего светлого не предвещает.

Заступники человечества вышли к тому самому ангару, где взвод черных стражей принял бой, начав абордаж. Уходя из капитанского мостика, Клиций отдал приказ через войсофон воинам, следившим за пленными, который заключал в себе сопровождение военнопленных на ангарную палубу. Приказ был успешно выполнен.

Здесь практически не осталось уцелевших космических шаттлов ксеноидов, ведь ещё в самом начале чёрные стражи уничтожили их минными зарядами, из-за чего палуба была усеяна обгоревшими развалинами, кусками металлолома, когда-то представлявшими из себя изящные боевые истребители. Надо признаться, что в уничтожении вражеской техники не было так такового смысла, это просто было разрушение во имя разрушения, как бы глупо или бессмысленно не звучало. Это просто нужно принять: пятьсот лет бесконечных войн лишили много чего определённого смысла.

— Ожидаем коллонеуса[13] и контингент Галактио Форсинарум. Свою задачу мы успешно выполнили, — сказал Альруус.

— Следуем плану. Как всегда, — буркнул Клиций.

Когда все хотели смиренно ждать прибытия коллонеуса, их потревожил Хальг.

— Господин Эрикион, мы взяли в плен младшего капитана корабля. — Приват махнул рукой Нерату, и тот привел молодого ксеноида, до смерти напуганного. — Вот он.

— Как тебя зовут, калаэдр? — спросил Альруус, одновременно словно нависая над бедным ксеноидом.

— Нанаэль… — испуганным и дрожащим голосом произнёс калаэдр. Он смотрел на бойцов Чёрной Стражи, испытывая дрожь по всему телу и леденящую боль в сердце.

— Слушай сюда, ксеноид, живо назови цель прибывания вашего поганого крейсера в этой области! — вспылил Клиций, однако его остановил Улвий, положивший руку на наплечник лейтенанта, слегка потянув его назад.

— Клиций, спокойнее, — строго произнёс сержант.

— Итак, Нанаэль, цель вашего прибывания в Анрелианском секторе? — спокойно продолжил допрос ментион.

— Я… мы… мы прилетели сюда для колонизации, освоения этой части галактики.

— Колонизации? — Улвий был очень удивлен подобному ответу, ведь зачем Даэлотасу, находящемуся от сектора Анрелия во множестве тысяч световых лет, колонизировать столь отдалённое место.

— Да… колонизация трех звёздных систем в этой области, населённых людьми.

— Здесь есть три звездные системы с человеческим населением? — спросил Альруус, не открывая всем своего удивления по поводу услышанного.

— Верно, — ответил Нанаэль, чуть не проглотив половину слова.

— Но почему мы не знаем об их существовании? — удивился Улвий, посмотрев на Альрууса и Клиция, затем вернувшись к калаэдру. Фактически вопрос был адресован всем троим.

— С помощь местного владыки мы заглушали ваши системы слежения и скрывали системы…

— Местного владыки? — вновь задал вопрос Альруус.

— Да… Араниус Фий, так его вроде зовут, — уже более уверенно отвечал Нанаэль.

— Араниус Фий... Значит, он человек, сотрудничающий с ксеноидами и нежелающий вступать в нашу империю — он предатель всего человеческого рода! — гневно заявил Клиций. — Значит так, ксеноид, ты отдашь нам координаты этих звездных систем, иначе я лично разорву тебя на куски, отрывая конечность за конечностью!

— Прошу не надо! Я передам вам координаты! — взмолился молодой калаэдр. — Только не убивайте…

— Никто тебя не убьёт, если ты будешь сотрудничать, — уверил его Альруус, недовольно глянув на лейтенанта.

— В моём инфопланшете на рукаве есть диск данных, если позволите мне достать его, то координаты ваши, — продолжил Нанаэль.

Ментион одобрительно кивнул.

Калаэдр снял с предплечья портативное устройство с экраном и множеством портов. Нажав на микроруны, младший капитан корабля вынул из инфоустройства диск данных, передав специалисту по электронике.

— Данные зарегистрированы, — монотонно произнёс Арут, вставив микродиск, походивший больше на чип, в свой инфопланшет. — Эта область космоса находится в непосредственной близости к пси-аномалии «Аритон».

— А ведь удобно, — подчеркнул Улвий.

— «Аритон»? Ох… Гиблое место. Сколько экспедиционных кораблей было потеряно в той зоне, — огорчённо прошипел Альруус.

— Однако почему именно «Царь Лесов» находится здесь, так далеко от Даэлотаса? — задал вопрос Улвий. — Это же ваша историческая реликвия.

— Мы… это колониальная миссия, а «Царь Лесов» вместителен и крепок, плюс очень быстр. Однако… флот рассеялся, когда недавно «Аритон» испустил сильный импульс, нарушивший нашу навигацию. «Царь Лесов» отбился от основного потока. Нам нужно было быстро проскочить через ваше пространство, чтобы добраться до владений Фия, однако вы взяли нас на абордаж.

— Прямо как недавно у нас были перебои со связью, — тихо подметил Улвий.

— Неужели ты думаешь, мы поверим, что эти системы вам нужны для колонизации? — разозлился Клиций, взяв Нанаэля за воротник.

— Мы… хотели ударить по вам с неожиданной стороны…

— Жалкие ксеноиды, подлецы! — взревел Клиций, замахнувшись кулаком.

— Клиций, отпусти его и успокойся! — грозным приказным тоном произнёс ментион.

Лейтенант Девятого лишь фыркнул и отпустил Нанаэля.

— Лейтенант, передаю координаты на «Рыцаря» со всеми полученным данными, — заявил Арут.

Клиций ответил коротким кивком.

— Похоже, что следующей миссией будет захват трёх систем, — с холодной усмешкой вырвалось из уст Утроса.

Когда легионеры получили нужную им информацию, они посадили Нанаэля вместе с другими пленными, а сами выстроились в линию, ожидая прилёта коллонеуса Нормана Дантаха, который должен был прибыть с минуты на минуты.

Сам Дантах является одним из командиров Сто-пятьдесят-седьмого экспедиционного флота Империи Свободы, ведущего свои бои уже пять лет. Три роты Галактио Легионос и силы Дантаха из Галактио Форсинарум и Титанум в этом направлении действуют в качестве объединённой группы.

Воины стояли смиренно, ни о чём не думая, погружённые в какое-то подобие анабиоза. Возвышались они как живые статуи, облаченные в силовую броню.

В течение непродолжительного времени в ангар совершили посадку имперские космические штурмовики, а вслед за ними прилетел командирский шаттл, украшенный белоснежными и серебряными узорами-рунами.

Вот и он, прилетел сам коллонеус Дантах.

С шипением открылся шлюзовой люк, звонко вышла аппарель, уперевшаяся в палубу ангара. По ней к легионерам начал спускаться Норман Дантах, грозный и жесткий коллонеус, командующий войсками в данной части сектора Анрелия.

Его лицо украшали шрамы, сам он был лысый, но на голове была одета фуражка с золотой кокардой в виде имперского орла, закрывающая его лысую голову, а также он обладал щетиной на лице. Мундир цвета хаки был украшен золотыми эполетами и пышным аксельбантом. На правой стороне груди коллонеуса было семь орденских планок государственных наград, хорошо дополнявших его образ.

Руки он держал за спиной, гордо и медленно спускаясь к заступникам человечества, грудь выставив колесом. Сопровождали его несколько отрядов элитных солдат Галактио Форсинарум и представитель Архиминистерства, являвшийся ординатором[14], одетый почти так же, как и Дантах, разве что форма была серая и на груди виднелся ромбовидный значок с каллиграфической буквой «А».

Заметив коллонеуса, легионеры ударили кулаками по груди и отсалютовали вышестоящему по званию. Норман смотрел на легионеров равнодушно: он видел в них не личности, а расходный материал, инструмент. Такое отношение именно к чёрным стражам формируется у многих смертных командиров, что сами воины IX воспринимают самым высшим оскорблением. Удивительно, но себя расходным материалом в условиях сражений многомиллиардных армий Великого Похода такие офицеры не считают: их эго настолько велико, что они попросту не хотят замечать правды и считают себя чем-то бо́льшим. Однако исход у таких военачальников только один — смерть.

— Легионеры, отчитаться о выполненной задаче!

— Задача была выполнена успешно: крейсеру был нанесен минимальный ущерб, а псионик Ам’Анор была повержена, — отчитался Клиций, сделав шаг вперед. Как же он не любил, нет, ненавидел таких людей, как Дантах.

— Время.

— Стандартный[15] час, коллонеус.

— Час? Я думал таким силами легионеры должны были выполнить эту задачу за полчаса если не меньше! — ворчливо и надменно ответил Дантах.

— Господин, калаэдрийские силы оказали серьёзное сопротивление, а сражение с вражеским псиоником дело не из простых, — произнёс Улвий, выйдя вперед.

— Ха! Неужели? Сколько вас было? Пятнадцать легионеров? Вы с ума сошли? Чтобы взвод, обладающий такими умелыми воинами и ментионом, не смог за полчаса выполнить поставленную задачу по абордажу жалкого крейсера? — в голосе Нормана прозвучало презрение и насмешка. — Неужели легионеры настолько ослабли? Или вы такие некомпетентные? Кто вас вообще обучал, что вы даже при поддержке ментиона лишь за час целым взводом выполнили задачу?!

— Коллонеус Дантах, не стоит недооценивать способности легионеров. Сержант Лимус прав, абордаж «Царя Лесов» был нелёгкой задачей, — защищался Альруус.

— Не перечь мне, ментион, ведь ты не ускорил процесс. А может ты его вовсе замедлил?

— Я попрошу, коллонеус Дантах, вам не кажется, что вы перегибаете палку? — со всей резкостью, некогда присущей Вальту Нарро, грозно сказал Улвий.

— Что? Неужто сержант имеет право так разговаривать с офицерами? Умолкнуть!

Улвию пришлось подчиниться и он замолчал.

— Знаете, кажется, что легионеры становятся всё менее и менее компетентными для своей задачи. Может мне написать рапорт вместе с предложением перевести вас из состава Сто-пятьдесят-седьмого экспедиционного флота?

— Да как ты смеешь?! — резко возмутился Клиций, в его крике можно было столько злобы, что будто пульсар ярости взорвался из-за наглости и высокомерия коллонеуса.

— Что ты сказал, лейтенант?

— Что слышал, зазнавшийся ублюдок, — ответил Клиций.

— Вы совсем страх потеряли, лейтенант?! — на этот раз уже сам Дантах не выдержал и закричал на легионера.

— Умолкни, servitorus[16]! — Клиций окончательно вспылил и схватил коллонеуса за воротник, оторвав от пола. — Ты никто по сравнению с нами. Мы — Её ангелы, а ты лишь челядь, которая в час нашего триумфа будет целовать наши сабатоны!

Глаза Нормана и Клиция встретились взглядами. Коллонеус испытал сильнейший страх: он никак не ожидал, что такое может произойти. Ощущая мощь и ярость чёрного стража, Дантах задрожал, хватаясь руками за руку лейтенанта, без усилий удерживающей его.

Ординатор Архиминистериума дрогнул, но рукой показал солдатам Галактио Форсинарум направить оружие на легионеров. Ровный строй телохранителей коллонеуса тут же вскинул свои винтовки на суперсолдат, сделавших точно так же, только в направлении телохранителей Дантаха и куда быстрее. За этим наблюдали остальные военнослужащие, прибывшие несколько ранее, но все они решили не вмешиваться в ситуацию.

— Это кровопролитие ни к чему не приведёт, опустите оружие, а ты, Клиций, отпусти коллонеуса! — грозно, чуть ли не разрывая нити пространства своим голосом произнес Альруус, выйдя вперёд, ударив посохом по полу.

Клиций бросил взгляд на ментиона и, тяжело, но гневно вздохнув, грубо отпустил Дантаха. Солдаты Галактио Форсинарум медленно опустили оружие, как и легионеры, однако ситуация всё равно оставалась напряженной.

— Это вам с рук не сойдет! — вдруг промолвил представитель Архиминистериума. — Нападение на представителя Великой армии человечества будет наказано!

— Чья бы корова мычала, червь, — резко ответил Клиций, посмотревший на ординатора.

Испугавшись гнева легионера, ординатор замолчал.

— Легионеры… свободны, — отдал приказ коллонеус, поправив воротник.

— Отлично, — холодно произнес Клиций, отошедший от Нормана, вернувшись к своим солдатам. Посмотрев на ментиона, лейтенант Девятого увидел его одобрение.

Через мгновение в ангар ворвался и плавно опустился массивный десантный челнок Чёрной Стражи, прибывший за своими воинами. Его корпус был более грубым и громоздким, зато прочным и отлично бронированным, что особенно важно для защитников человечества.

Люк ангарного шлюза открылся, и легионеры начали погружаться внутрь. В короткий, сверкающий при ярком корабельном освещении миг, десантный челнок засиял, будто застыв в лучах звездного света. Следующая минута — и он уже поднимается, оставляя за собой яркие следы двигателей, — покидая крейсер «Царь Лесов» и знаменуя успешное завершение операции.

Примечания

1

Войсофон — это специальное звуковое устройство, встроенное в силовые доспехи легионеров, боевые скафандры, мехи и т.д. и позволяющее осуществлять переговоры, принимать радиочастоты, преобразовывать звуковые сигналы в радиоволны. Войсофоны легионеров также способны искажать их голоса и использоваться как радиопередатчик.

2

Ксеноиды (им. Xsenoides) — так в империи людей называют всех нелюдей.

3

Псионические способности — это выражающиеся во множестве видов способность разумных живых существ нарушать законы физики, воздействуя на мир силой своего разума. Тесно связаны с эфиром, чьими порождениями являются и псионические штормы, нарушающие навигацию судов и несущих существенный вред. Ученые Андромеи создали технологии, усиливающие или блокирующие пси-воздействие. Существуют существа, полностью невосприимчивые к псионике — антипсионики.

4

Тальт-оружие — особый вид имперского вооружения. Снаряды тальт-системы, содержащие взрывчатый элемент, развивают большую скорость благодаря нахождению внутри канала ствола электромагнитного ускорителя, использующего многоступенчатые системы с катушками и конденсаторами. Тальт-снаряды винтовки ТК-61, её предшественников и ей подобных, имеют 70-й калибр, но более тяжелые или специализированные модификации обладают калибром больше.

5

Лазеромеч — имперское оружие, одностороннее лезвие которого состоит из концентрированного лазерного излучения, из пульсирующего энергопотока, который при контакте с поверхностью способен прожигать броню и резать твердые материалы. Однако из-за слабой пробивной способности он использует импульсные энергии высокой, вибрирование высокой частоты, вызывая эффект непрерывного пиления. Импульсная вибрация и высокая частота колебаний имитируют движение зубьев электрической пилы и режут материал при помощи резонансного эффекта. В эфес встроена система энерголазерного генератора и конденсаторов.

6

Ментион (им. Mentionus, от Mentio — разум) — легионер-псионик, часто являющийся советником командира и старшим офицером.

7

Маэри'Кдуан (им. Maeri'Kduan, с общ.даэл. "Защитники царя") — элитное военное формирование калаэдров, занимающееся непосредственной охраной высокопаставленных лиц Империи Даэлотас.

8

Вальт Нарро (им. Valt Narro) (~5.259 — 5.407 гг. по им.к.) — первый прайм IX легиона Галактио Легионос. Во время событий Первой Чумной войны его генный материал был отобран для осздания геннаанцестории IX легиона с целью сохранения культуры воинства хотя бы на генетическом уровне. Под конец Объединительных войн он был отобран лично императором Ниливием для прохождения легионеризации. Будучи фанатичным воином Вальт Нарро переименовал свой легион в "Чёрную Стражу" и наказал своим рыцарям до скончания веков защищать человечество от гроз внешнего космоса. Один из легендарнейших воинов своего времени. Погиб в бою против Тирана боли во время Первой Чумной войны в 5.407 гг. по им.к.

9

Инициат (им. Iniciatus — "посвященный") — неофит, который прошёл весь процесс легионеризации и был посвящён в ряды легиона. Первые пять лет боевой службы легионер пребывает в звании инициаты и лишь по прошествию этого срока получает звание Привата (им. Privatus — "рядовой солдат").