Невеста с условием, или Отбор по драконьим правилам

— Разрешите узнать, к чему такое самопожертвование? — прерывает молчание Римберг. — Вы же понимаете, какие сомнения рождает ваше поведение?

— Между мной и Сибиллой нет отношений, если вы об этом, — без заминки отвечает Ивао.

Принцесса же краснеет и прячет взгляд. У меня внезапно сердце сжимается от желания пожалеть её. Не знаю почему, я вроде бы должна если не ненавидеть Сибиллу, то хотя бы испытывать к ней неприязнь. Но ни того ни другого в душе не находится. Возможно, потому, что принцесса и впрямь такая, какой кажется.

— Я отношусь к Сибилле как к младшей сестре, — тем временем продолжает файердорниец с ничего не выражающим лицом. Такое ощущение, что он взял под контроль все эмоции. — Я видел, как она росла, и, пока меня не назначили генералом, проводил достаточно времени рядом с её высочеством. Когда император Хираль предложил мне возглавить стражу Сибиллы, я согласился незамедлительно.

— А духовником вы когда стали? — уточняет Кай.

— Перед отправкой сюда.

Принц переглядывается с Римбергом, делая какие-то выводы.

— Значит, между духовником и его подопечной не может возникнуть любовной связи? — продолжает допрос мой командир.

— Она мне как сестра! — внезапно раздражается Ивао. — Какая любовь? Сибилла знает, для чего она здесь. Мы все знаем свои места.

Горько ухмыльнувшись, я понимающе прикрываю глаза. Файердорниец сейчас практически слово в слово повторил то, что я говорила Каю пять лет назад, когда он настаивал на наших отношениях, а я указывала ему на его предназначение и моё место. Я бастард, сказка о принцессе и принце не про меня. Но даже не это самое страшное. Рождённая от союза дракона и твари Бездны, носящая метки этой чужеродной силы, я вообще не должна жить. И слава драконьим богам, этот мой секрет известен только моей названной матери и лучшей подруге.

Вереница мыслей пролетает за долю секунды. Когда я открываю глаза, то натыкаюсь на острый взгляд Римберга. Дёрнув подбородком, безмолвно спрашиваю его, что от меня требуется. Командир же, едва заметно улыбнувшись, качает головой.

— Что ж, лотр Грайфулл, — тем временем произносит Кай. — Раз мы выяснили все нюансы ваших с её высочеством отношений, то вынужден признать, что ваше присутствие на отборе просто необходимо.

Ивао, до этого будто бы не дышавший, протяжно выдыхает.

— Если нападение действительно подстроили не вы, то нам понадобится помощь таких специалистов по Бездне, как ваши парни, — продолжает Кай. — Им можно доверять?

— Они преданы только мне и Сибилле, — с готовностью подтверждает Ивао.

— А Хиралю? — как бы невзначай уточняет Кай.

— У его величества достаточно преданных людей, — обтекаемо отвечает Ивао.

— Но вы в его число не входите? — продолжает допытываться Кай под одобряющую ухмылку Римберга.

Замечаю, как Сибилла сжимает ладонь Ивао. Духовник косится на принцессу, и между этими двумя явно происходит безмолвный разговор.

— Мы здесь в надежде… — начинает сестра.

— Сибилла, — прерывает её духовник.

— В надежде, что нам не придётся возвращаться в Файердорн, — упрямо продолжает принцесса. Она смотрит на Кая и Римберга открыто и честно. — Мы же говорим начистоту, верно? Так вот, даже если я не стану вашей женой, ваше высочество, то разрешите нам остаться в Хардении. Я больше не хочу быть пешкой в руках отца.

У меня дыхание сбивается. Надо быть либо очень смелой, либо совершенно отчаянной, чтобы вот так открыто заявлять о своей неприязни к императору Файердорна.

— Я правильно понимаю, вы просите политического убежища? — спустя несколько молчаливых мгновений уточняет Римберг.

Кай же выглядит ошарашенным и слегка потерянным. Принц явно не ожидал такого поворота.

— Только в том случае, если не будет заключён брак, — кивает Сибилла. — Я не хочу неприятностей для Хардении, а потому пока лучше не оглашать мою просьбу. Понимаете?

— Конечно, — кивает Римберг и, прочистив горло, привлекает внимание принца. — Ваше высочество, как вам такое предложение?

— Давайте вернёмся к нему после отбора? — осторожничая, отвечает Кай. — Мы в любом случае защитим права Сибиллы на свободу воли. Но решать вопрос о предоставлении убежища будет мой отец. Простите, ваше высочество, я могу лишь настоятельно просить отца, но не требовать.

— Конечно. — Сибилла опускает взгляд и тонко выдыхает. — Я понимаю.

— Но мы сделаем всё возможное, — тут же заверяет её Кай, а я только ухмыляюсь.

А Сибилла умеет манипулировать. Вон, стоило только огорчиться, расстроенно подышать — и принц уже готов передумать. С одной стороны, молодец, сестричка, я бы тоже так сделала. С другой — а не напускные ли эти её открытость и искренность, которые Сибилла демонстрирует?

— Благодарю, — тем временем лепечет сестра.

— Раз основные вопросы мы выяснили, не хотите ли составить нам компанию в осмотре сада и заслушивании доклада моих Теней? Как вам такая идея, лотр Грайфулл?

— Ивао, ваше высочество, — с улыбкой произносит файердорниец и протягивает руку Каю. — Для вас и лотра Римберга я просто Ивао.

— Взаимно.

Мужчины жмут друг другу руки, и теперь выдыхаю уже я. Правда, ненадолго.

— Эфи, — обращается ко мне командир. — Будь добра, проводи её высочество в выделенные ей покои. И составь ей компанию до тех пор, пока Ивао не вернётся. Понимаю, у тебя есть другие обязанности на отборе, но защита принцессы с этой минуты становится твоим приоритетом.

Молча киваю, полностью согласная с решением командира. Есть вероятность, что нас отвлекают от чего-то более серьёзного, но на данный момент смерть Сибиллы приведёт по-настоящему к страшным последствиям. Отец, возможно, только этого и ждёт.

— А вы? — восклицает Сибилла, встревоженно глядя то на Ивао, то на Римберга. — Что будет с моим духовником?

— Всё с вашим опекуном будет в порядке, — улыбается командир до одури знакомой улыбкой. — Знаете пословицу: враг моего врага — мой друг? Так вот, у нас сейчас общий враг, ваше высочество. Кто-то пытается убрать или вас, или мою подчинённую. Как понимаете, ни один из этих вариантов меня не устраивает.

Сибилла несколько мгновений раздумывает, будто решает, отпускать Ивао или нет. А потом резко кивает и отпускает руку духовника.

— Будьте осторожнее, — вроде бы говорит она всем троим мужчинам, но я уже понимаю, что наставление звучит для одного конкретного.

— Безусловно, — кивает Римберг и первым направляется к двери. Открыв её, командир проверяет коридор и приглашает Кая с Ивао. А затем снова обращается ко мне: — Эфи, вечером жду тебя в кабинете. Подготовь анализ и дневной доклад.

— Будет сделано, — деловито подтверждаю я.

Через секунду мы остаёмся с Сибиллой одни, если не считать стражей, стоящих за разбитыми окнами.

— Ну что, пойдём? — произношу я, глядя в голубые глаза сестры.

И вот сейчас я нервничаю. А о чём мне с ней разговаривать?

Глава 4. Серьёзные разговоры

— Прошу, лотти, ваши покои, — щебечет совсем юная камеристка, которую Розали отрядила прислуживать Сибилле.

Маленького роста, чуть пышная, со светлыми волосами, уложенными под форменный чепец, девушка шустро открывает перед нами двери. Шелестя многослойной юбкой строгого платья, она проходит к высоким окнам и распахивает шторы.

— Здесь личная ванная, — докладывает камеристка, указывая на правую дверь. — Спальня — налево.

Я бегло осматриваю комнату. Знаю, что все покои проверены досконально, но после нападения придётся постоянно быть настороже. Впрочем, гостиная кажется безопасной, защитные печати на дверях и окнах не повреждены. Единственное, что режет мне глаз, — это показная помпезность обстановки. Красно-чёрные цвета, используемые в текстиле, явно подобраны с учётом происхождения Сибиллы. Только никто, видимо, не задумывался, что жить в окружении таких цветов — то ещё удовольствие. Надеюсь, хотя бы спальня оформлена в спокойных оттенках.

— Прости, напомни, как тебя зовут? — отзывается Сибилла, с любопытством оглядываясь.

До покоев мы шли практически молча. Я не могла расслабиться, сестра же задавала вопросы о дворце, погоде и прочей чепухе. Похоже, Сибилла тоже не знает, с чего начать общение.

— Лотти Риста, ваше высочество, — бодро отзывается камеристка, присаживаясь в реверансе. — Я отвечаю за ваш гардероб, выполнение личных просьб, а также дегустацию подаваемой еды.

— Даже так? — Сестра слегка округляет глаза и смотрит на меня.

— Хоть мы и уверены в защите претенденток, но лучше перестраховаться, — поясняю я и, помолчав, добавляю с кислой улыбкой: — Сама видела, что не бывает стопроцентной защиты.

— Ага, — кивает Сибилла и поворачивается к Ристе. — А можно прямо сейчас подать напитки? Очень хочется промочить горло.

— Сию минуту. — Риста буквально подпрыгивает на месте и срывается к двери. Обогнув нас с принцессой, она внезапно замирает и уточняет: — А что бы вы хотели?

— Лимонада будет достаточно, — мягко улыбается Сибилла. — Что-нибудь кисленькое.

— А вам? — Камеристка смотрит на меня.

— Аналогично, — коротко бросаю я, замечая, как робеет Риста под моим взглядом.

— Будет сделано!

Камеристка вылетает из гостиной, только топот её слышно.

— Забавная она, — улыбается Сибилла. — Зря ты так с ней сурово.

— Да вроде бы обычно, — пожимаю плечами.

— Это тебе так кажется. На самом деле ты смотришь так, что хочется вытянуться в струнку и начать докладывать. Неважно о чём, главное — рапортовать!

Вместо ответа я лишь улыбаюсь. Возможно, Сибилла права, мне не раз говорили, что у меня тяжёлый взгляд. Ну так и жизнь у меня нелёгкая была.

Сестра тем временем проходит в центр гостиной, озираясь, а я внимательно слежу за эмоциями на её лице. И сразу ловлю то, что почему-то ожидала. Всего на долю секунды в глазах Сибиллы проскальзывает досада. Сестре не нравятся её покои.

— Что-то не так? — тут же уточняю я.

— Нет-нет, — поспешно восклицает Сибилла — явно машинально, повинуясь привычке держать недовольство при себе.

— Ты не в Файердорне. Здесь можно говорить свободно.

Сестра замирает и в лёгком недоумении смотрит на меня.

— Я всё время об этом забываю, — неловко усмехнувшись, произносит Сибилла. Она прикладывает ладонь ко лбу и выглядит при этом растерянно. — То есть я правда могу тебя кое о чём попросить?

— В рамках разумного, — криво улыбаюсь я. — Бездну не укрощу, отца нашего не покрошу…

Сознательно иду на провокацию. Но лучше вот так в открытую, чем метаться в сомнениях.

— Насчёт последнего жаль, конечно, — подыгрывает мне Сибилла. — Но на самом деле моя просьба не такая уж и глобальная. Хотя… это как посмотреть.

— Сиби-и-илла, — устало выдыхаю я, — не тяни дракона за хвост. В чём дело?

— В этом. — Сестра разводит руки и кружится на месте, показывая, что вся проблема в покоях. — Тут так неуютно, будто в музее пыток.

— В помпезном музее пыток, — поправляю я, удивляясь тому, как сходится наше с сестрой мнение о выделенных ей покоях. Как в принципе легко идёт наше общение. — Ты хочешь, чтобы здесь сменили интерьер?

Вообще-то, у меня уже есть идея, но хочу узнать, что может предложить сама Сибилла.

— Что? — восклицает она. — Нет, конечно! Это ж сколько суеты и трат только из‑за моего каприза. Нет, я думала, может, возможно как-то осветлить комнату? Добавить цветов или, не знаю, убрать эти чёрные комоды.

И её ответ, и искренность, с которой говорит Сибилла, облегчают мне душу. Меня учили выявлять ложь по малейшим движениям, изменениям в интонации человека. И сейчас я ничего подозрительного не вижу. Либо сестра — отличная актриса, либо она такая, какая есть. И я позволю себе поверить во второе.

— У меня есть мысль получше, — наконец-то решив всё для себя, улыбаюсь Сибилле. — Как насчёт того, чтобы вообще сменить покои?

— А так можно? — ошарашенно выдыхает сестра.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться — настолько по-детски изумлённой выглядит Сибилл.

— Повторюсь, ты не в Файердорне, здесь можно высказывать недовольство. Никто тебя за это не накажет.

— Бездна, мне к этому ещё привыкать и привыкать, — хихикает сестра. — Тогда давай сменим. Меня от этих цветов, — Сибилла ведёт рукой, охватывая комнату, а затем опускает взгляд на свой наряд, — откровенно тошнит. Неудивительно, что наш папаша умом двинулся, он в этом чёрно-красном коконе ежедневно существует. Хорошо, что братец постоянно в разъездах, а то тоже бы… того…

Она замолкает, испытующе глядя на меня. Ждёт реакции, ждёт моей оценки.

— Поговорим о семейных отношениях в новых покоях, хорошо? — обтекаемо отвечаю я.

— Как скажешь! — тут же откликается сестра и, подойдя ко мне, спрашивает: — Идём сейчас? Камеристку ждать не будем?

— Ей сообщат, где ты обитаешь. Идём.

Выйдя из гостиной, я ставлю в известность стражу и людей Грайфулла, которые тенями следуют за нами. Пока думаю, к кому обратиться, чтобы поменять Сибилле покои, мои ноги сами выбирают направление. И я с удивлением понимаю, что несут они меня к выходу из дворца невест. Мне нужен командир или Кайгард.

— А разве нам не к свахе? — тихо спрашивает Сибилла. — Или к местной управляющей?

— Лотта Муар последняя, кого я поставлю в известность о твоём переезде, — отвечаю я, не глядя на сестру.

— О, — выдыхает та. — То есть мне стоит её опасаться?

Вот сейчас я кошусь на Сибиллу. При всей её детской искренности, важную информацию она схватывает на лету. Впрочем, это свойственно и мне, разве что детскости во мне совсем не осталось: жизнь вытравила.

— У тебя здесь мало друзей, Сибилла, — произношу я, выходя в главный холл.

По пути нам попадаются бесчисленные слуги. Радует, что ни невест, ни Розали с её прихлебательницей на горизонте не видно.

— Но ты ведь мне друг? — внезапно спрашивает сестра и краснеет под моим взглядом. Опустив глаза, она тихо добавляет: — Я бы очень хотела, чтобы мы стали друзьями.

— Всё зависит от тебя, — улыбаюсь ей я. — У меня нет причин сейчас ненавидеть тебя.

— А раньше? — в явном волнении спрашивает Сибилла.

Прежде чем ответить, я задумываюсь. Не думала, что столь серьёзную тему мы будем обсуждать у всех на виду, в кольце стражников.

— Раньше я думала, что ты разрушила мою жизнь, — честно отвечаю я, ловя в глазах сестры огорчение.

— Но я ведь…

— Да, ты ничего не сделала. Ты просто родилась. И со временем я это поняла. Но не жди от меня заверений в дружбе, Сибилла. Мы, по сути, незнакомы. Но у нас есть шанс всё исправить.

Жду реакцию сестры, а сама при этом краем глаза отслеживаю появление слуг и других работников. От количества приходящих и уходящих людей холл наполняется звоном сканирующей магии.

— Спасибо, — тем временем искренне благодарит меня Сибилла. — Я постараюсь этот шанс не упустить!

Она складывает руки в молитвенном жесте и смотрит на меня так доверительно, что у меня не остаётся сомнений: она нормальная. Хотя папаша наш, скорее всего, со мной бы поспорил. Открытость, порядочность и прямота в нашей семье не ценятся.

Киваю сестре и резко разворачиваюсь, услышав знакомый голос. Из бокового коридора, пропуская вперёд стражу, выходит Кайгард. Что-то говоря невысокому парню, он останавливается, едва замечает меня.

— Ваше высочество! — зову я и резко срываюсь с места. Когда между нами остаётся не больше метра, я отбрасываю официоз. — Кайгард, нужна твоя помощь.

И замечаю, как в удивлении расширяются зрачки принца. Будто он не сразу понимает, что обращаются к нему.

— Да? — Отмерев, он озадаченно чешет пальцем переносицу. — И в чём же дело?

Коротко оглядевшись и убедившись в том, что лишние уши хоть и имеются, но нас не услышат, я встаю к Каю вплотную и тихо объясняю:

— Принцессе выделили ужасные апартаменты. В том склепе невозможно жить. К тому же, чисто для безопасности, считаю: Сибилле нужно сменить покои.

Замолкаю и выжидающе смотрю на принца. Даже вдыхаю медленно, будто боюсь, что Кайгард откажет мне. Знакомый запах льда и стали окружает меня, но странным образом кажется чужеродным. Да, так пахнет принц, но почему-то сейчас этот аромат совсем ему не идёт.

— Какие-то проблемы, ваше высочество?

Вопрос Римберга, который появляется из того же коридора, что и принц, застаёт меня врасплох. Я дёргаюсь от Кая так, будто меня застали на чём-то постыдном. Вместе с командиром в холл выходит лотр Грайфулл. Ивао останавливается за спиной своей подопечной и превращается в изваяние. Внимательно слушающее изваяние.

— Ничего нерешаемого, — криво ухмыляется принц, мигом становясь самим собой. — У сестры Зах есть интересная идея. Думаю, стоит позвать лотту Муар. Смена покоев в её ведении.

— Нет! — восклицаем мы вместе с Сибиллой, а я ловлю на себе вопросительный взгляд Римберга.

— Думаю, нам не стоит специально ставить её в известность. Лотта Муар со временем сама узнает о переезде, а пока…

Выразительно смотрю на командира, надеясь, что он поймёт мою задумку. Нам нужно время, чтобы вычислить врага. И Розали, несмотря на своё высокое положение, тоже в числе подозреваемых.

— Хорошая мысль. — Римберг одобряюще прикрывает глаза. — Ваше высочество, не могли бы вы занять её высочество? Проведите для неё экскурсию по дворцу, расскажите, кого из приглашённых на сегодняшнюю церемонию аристократов стоит обходить по широкой дуге.

Командир обращается к Каю, который в этот момент с интересом поглядывает на Сибиллу. И если бы не слова Римберга, я бы, может, и зацепилась за эту явную симпатию, но мои чувства сейчас совершенно неважны.

— Церемония? — хмурюсь я, мысленно роясь в памяти.

В расписании, которое мне ещё утром выдала подпевала Розали, ни о какой церемонии и слова не было.

— Конечно, — кивает мне Римберг. — Первое испытание невест.

— Мы будем проходить лабиринт? — тут же откликается Сибилла.

— Нет, ваше высочество, — с мягкой улыбкой отвечает командир. — Это только в приключенческих книгах лабиринт становится обязательным испытанием. Нет, сначала вас ждёт небольшое мероприятие, где невест познакомят с гостями, отобранными императрицей. А затем…

— А вот что будет затем, вы узнаете на самой церемонии, — ревниво перебивает Римберга Кай. — Арно, не стоит рассказывать все секреты. А то сюрприза не будет.

Глаза командира недобро вспыхивают, но в следующий же миг Римберг учтиво улыбается и склоняет голову:

— Как скажете, ваше высочество. Мы можем идти?

— Мы? — встревоженно выдыхает Сибилла и, переглянувшись с духовником, уточняет: — Вы снова забираете Ивао?

— Нет. — В голосе Римберга слышится участие. — Со мной пойдёт сестра Зах. Нам есть что обсудить.

Неподготовленное сердце прыгает до самого горла. И непонятно, каких эмоций во мне сейчас больше: волнения от предстоящего доклада командиру или странной взбудораженности оттого, что мы останемся наедине. Перед глазами фантомом пролетает воспоминание: склонённое надо мной лицо, тревожная морщинка на лбу Римберга и всполохи огня на фоне — момент, когда командир, не задумываясь, бросился спасать меня от ищейки. Меня, не принца.

Опешив от этой мысли, я не сразу реагирую на зов командира.

— Эфи?

Чуть встряхиваю головой, понимая, что все ждут только меня.

— Да, конечно, я готова!

Дружелюбно распрощавшись с сестрой и её сопровождающими, я следую за Римбергом. Командир почему-то направляется не к выходу, а к едва заметной двери, за которой обнаруживается затемнённый коридор.

— Лотр Римберг, а разве мы идём не в ваш кабинет? — спрашиваю я, наблюдая за тем, как по мере нашего продвижения на стенах вспыхивают магические светильники.

— У меня есть собственные покои в этом дворце, — не оборачиваясь, отвечает командир.

— Серьёзно?

Эта новость удивляет. Дворец невест на то так и называется, что мужчины тут лишь гости. Даже принцу нельзя оставаться здесь на ночь.

— Я возглавляю императорские Тени, Эфи, — с явной ухмылкой произносит Римберг, останавливаясь у единственной двери, в которую упирается коридор. — Для меня везде найдётся место. Даже под кроватью его величества.

Командир распахивает для меня дверь и великодушно приглашает войти.

— Понятно, — только и выдыхаю я, с любопытством оглядываясь.

Комната небольшая, неприметно обставленная и больше похожа на кабинет, чем на гостиную. Впрочем, спит Римберг точно не здесь: среди мебели нет ни дивана, ни даже тахты.

— Присаживайся, — предлагает командир, проходя мимо и кивая на кресло, стоящее напротив рабочего стола.

— Командир, можно вопрос? — спрашиваю я, едва мы занимаем места.

— Арно. Когда мы наедине, можно обращаться ко мне по имени, — разрешает Римберг, поставив локти на подлокотники и сложив ладони треугольником. — И да, задавай вопрос.

Слова встают в горле комом. В этот раз это точно волнение. В обращении по имени ничего такого нет, но мало того что это сокращает между нами дистанцию, так ещё… Не могу сформулировать, что меня так царапает. Будто какое-то несоответствие. Словно командиру не подходит его имя.

— Хорошо, — киваю я и, слегка поёрзав в кресле, решаюсь. — Скажите, почему во время нападения ищейки вы бросились защищать меня, а не принца?

Внимательно слежу за реакцией Арно. Но не вижу ничего, кроме довольной ухмылки. Если его мой вопрос и взволновал, то Римберг никоим образом этого не выдал.

— А принц у нас за себя постоять не может? — склонив голову набок, спрашивает командир.

Такого поворота я не ожидала, а потому с ответом мешкаю.

— Конечно, может. Но… Разве защита его высочества — не наша первоочередная задача?

Арно изображает задумчивость, но отвечает с таким видом, будто весь этот разговор наводит на него скуку:

— Моя первоочередная задача — сохранение спокойствия в империи. Да, здоровье и безопасность членов семьи Хардскейл для меня так же в приоритете. Но я глава Теней императора. Императора, Эфи, не принца. Кайгард хорошо обучен не только в академии, но и боевым опытом — он знает, как нейтрализовать ищейку. А вот ты могла погибнуть. И это бы очень огорчило его высочество. Я просто расставил приоритеты, Эфирайн.

Не первый раз замечаю, как он практически смакует моё имя. Так, будто ему доставляет удовольствие произносить его. Странный он всё-таки, этот Римберг. И моя симпатия к нему тем более странная.

— Я удовлетворил твоё любопытство, сестра Зах? — приподняв бровь, спрашивает Арно.

— Полностью, — киваю я.

И хоть ответ командира оставляет осадок недосказанности, я делаю вид, что приняла его на веру. Потом разберусь: и с мыслями моими, и с растревоженной воспоминаниями душой.

Сажусь ровнее и с вежливой улыбкой жду, когда Арно начнёт говорить.

— Итак, что можешь сказать о наших гостях из Файердорна? — спрашивает командир.

— Сибилла кажется искренней и влюблённой в своего духовника, — выкладываю я, не находя причин скрывать очевидное.

— А ещё очень наивной и оттого верящей в хороший исход для всех, — соглашается Арно. Его взгляд сосредотачивается на кончиках сложенных треугольником пальцев. Прежде чем продолжить, командир бросает на меня острый, проникающий в самую душу взгляд. — А ты, Эфирайн? Я слышал, у тебя были чувства к его высочеству.

Вопрос заставляет похолодеть. Дыхание прерывается, но я усилием воли держу вежливую улыбку на губах. У меня даже скулы сводит от напряжения. Но я не покажу Римбергу ни единой эмоции. Ничего, что может выдать меня или мою уязвимость.

— Это было пять лет назад, Арно, — отвечаю я и откидываюсь на спинку кресла. — Я была такой же, как и Сибилла сейчас. Не такой наивной, но тоже верящей в чудеса.

— Да? А Кай дал мне несколько иную интерпретацию событий, — усмехнувшись краем рта, припечатывает командир.

Мысленно посылаю принцу два десятка проклятий. Что там ещё наплёл это самовлюблённое величество?

— Я не бегала за Каем, если вы об этом, — несколько поспешно выпаливаю я. — Не с моим происхождением рассчитывать на ответные чувства. Да и давайте будем честны, Кайгард далёк от идеала.

— Я слышал другое, — хмыкает Римберг. — На самом деле, количество дел, которые мы заводили на каждую пассию принца, давно превысило все разумные пределы. Так что с далёкостью от идеала ты погорячилась.

— Вот вы сами и ответили на свой вопрос. — Горько усмехнувшись, я отвожу взгляд и рассматриваю скромную обстановку кабинета. — У меня не было никакого желания становиться очередным делом в потаскушном списке принца.

— Желания не было, а чувства? — продолжает докапываться Арно.

— А есть разница? — раздражаясь, спрашиваю я.

— О, Эфи, она есть, и ещё какая. — Командир отталкивается от кресла и, обойдя стол, присаживается на его угол.

Ноги Арно оказываются в опасной близости от меня. Мы почти соприкасаемся, и почему-то этот факт будоражит. Я теряю концентрацию на очень важном для меня разговоре.

— Дело в том, что первое испытание для невест — это испытание драконом. Каждая претендентка пройдёт через магическую церемонию, после которой станет ясно, кого из них готов принять дракон Кая. У кого максимальная совместимость с магией принца.