На крыльях вечности

Трудно было определить, что происходит в глубинах его глаз, что скрывается за голубизной неба и темной бездной. Аделина уже подумала, что он ей ничего не ответит, но тихий голос вновь заполнил пространство:

— Женщина жива снаружи, но мертва внутри. От неё не осталось даже прежней тени.

Аделина прикрыла глаза, сдерживая отчаяние, размеренно задышала.

— Зачем ты это сделал? — надломленным голосом спросила девушка.

— Моей причастности в том нет. Я бы так не поступил, ведь мне требовались те знания, что она хранила в сознании.

Аделина резко подняла на него глаза. Её лицо заалело от обиды и злости.

— Какие? — уточнила она, смотря исподлобья.

— О тебе.

— Да что вам всем от меня нужно? — сквозь зубы проскрипела она.

Первый раз за всё время Зверь опустил голову, пряча от девушки свой взгляд. Он заговорил ещё тише, словно их беседа подходила к концу:

— Не доверяй членам Ордена: кто-то из них выскреб из памяти смертной… всё. Они всегда будут честны лишь наполовину, а то и меньше. Слушай и запоминай, что они говорят, — тогда сможешь разобраться со всем сама. И прими уже наконец постигшее тебя бремя. Я чувствую, как ты рвёшь себя на куски, твои метания и уныние. В тебе течёт сила моей матери, так пользуйся даром богини, перестань изводить себя прошлым — его не вернуть.

Их взгляды вновь пересеклись, и у Аделины спёрло дыхание: такие пронзительные глаза были у мужчины, что он и впрямь заглядывал в самые отдалённые части души.

— Как тебя зовут… Твоё настоящее имя? — девушка поторопилась, ощущая, что объятия сна ослабевают.

— Мать нарекла меня Арием.

Арий поднялся на ноги, а Аделина, словно марионетка, потянулась вслед за ним. Приподнялась на коленях, придерживаясь за изножье; волосы её рассыпались по плечам и груди. Она не собиралась просить его задержаться, ответить на вопросы, что тревожили и мешали заснуть. Ей хотелось, но она бы не осмелилась.

Единственное, что она смогла вымолвить:

— Ты снова придёшь в мой сон?

Арий смотрел на неё сверху вниз, будто раздумывая над ответом, который у него уже был. В какой-то момент Аделине показалось, что его рука дёрнулась, желая прикоснуться к её лицу, но мужчина так и не решился. Челюсть его выделилась чётче, а на шее колыхнулось адамово яблоко.

— Я могу вернуть тебе смертную женщину, но прежней она не станет никогда.

— Правда? — изумилась Аделина. — Как ты это сделаешь? Я хочу увидеть её!

— Поразмышляю до следующей встречи и дам знать.

Голос Ария до девушки долетал издалека, комната померкла, и она провалилась в бессознательность.

Вскоре она открыла глаза и приподнялась на локтях. Взглянула на догоревшие свечи: луч дневного света прорезал стену рядом с занавеской. Аделина обратно рухнула в кровать и потянулась, отходя ото сна. Долго лежала, смотря в потолок и вспоминая ночного гостя.

Глава 10. Барахаэль

От каждого шага туманная дорога вздрагивала: подошвы десятка пар сапог мягко погружались в дымку, но гостей, ступивших на Распределительные земли, держала крепко. Путь их проходил через тёмно-синее, точно ночное, но беззвёздное небо, окружавшее со всех сторон. Впрочем, Арию не было никакого дела ни до того, что творилось над его головой, ни под ногами. Его сосредоточенный взгляд устремлён исключительно вперёд — туда, где возвышалась арка, точно вырезанная из когда-то цельного камня. Увенчанный барельефом аттик изображал ангела и души, опустившиеся перед ним на колени.

— Мы подбираемся к богам всё ближе. Битва уже не за горами.

— Да, но Орден всё ещё верит, что есть возможность избежать бойни, — Арий хмыкнул, скривив губы. — Глупый скот до последнего будет защищать своих пастухов.

— Так и есть, — не останавливаясь, Наум сделал жест рукой перед проходом через широкую арку, означавший, что остальным следует остаться на месте.

Туманная дорога сменилась холодным камнем. Под сводом, уходившим вглубь арки, стало темнее, приглушённое эхо шагов отражалось от стен. Арий ступал твёрдым неспешным шагом, в каждом из которых ощущались сила и тяжесть прожитых лет. Может, он молод телом, но душа, познавшая множество тягот, не была столь прекрасна. Невольно Арий задумался, как могла бы сложиться его жизнь, если бы он не был низвергнут богами и если бы Ахава всё ещё находилась рядом, продолжила обучать и направлять сына. Но толку сейчас забивать голову призрачными фантазиями не было.

Арий и Наум преодолели цилиндрический арочный свод, камень под ногами сменился мраморными плитами. Пространство не имело ни стен, ни потолков. Ионические капители колонн, расположенных полукругом, тянулись к ночному небу. На оформленных рельефом постаментах стояли сосуды из алебастра, в центре возвышался подиум, с одной стороны снабжённый лестницей, а с остальных — отвесными стенами. По широкой лестнице, не имеющей перил, к ним спускался мужчина, обёрнутый в белую ткань, ниспадающую с левого плеча.

— Приветствую.

Голос его мягкий и спокойный, поступь — тихая, неторопливая. Опущенные руки покоились перед ним. Светло-голубые, почти обесцвеченные радужки глаз, окаймлённые белоснежными ресницами, выражали радушие, а слабая улыбка выдавала приятную усталость. Восковое лицо обрамляли прямые светло-серые волосы чуть выше плеч.

— Здравствуй, Барахаэль, — Наум поприветствовал херувима. — Мы пришли взглянуть на плоды твоих трудов.

— Разумеется, — он миновал последнюю ступень и подошёл к серафиму и Арию. — Прошу за мной.

Херувим, как истинный хозяин Распределительных земель, шёл немного впереди, ведя гостей за собой. Трое мужчин пересекали зал под открытым небом, словно тот расположился в самом сердце мира.

Барахаэль отворил высокие двери, и они прошли вдоль сада со статуями ангелов и демонов, а также с беседками, скамьями и разнообразием деревьев и цветов. Далее последовал ещё один зал с мозаикой под ногами. Как и повсюду, здесь отсутствовали стены и потолки, а тёмно-синее небо простиралось куполом над головами Высших.

— Расскажи немного о своих прекрасных подопечных, Барахаэль, — непринуждённо попросил Арий, желая скрасить путь беседой.

— Действительно… прекрасных, — херувим беззлобно улыбнулся. — Что же, Арий, на своих веках я помню много славных и кровопролитных сражений Высших. Твоя же битва войдёт в Великую Историю Мироздания. Ведь на твоей стороне не только ангелы и демоны, но и живые мертвецы. Существа, сотканные из души и плоти, не ведают ни страха, ни боли. Как, впрочем, и других чувств. Однако они не бессмертны.

— Как и всё в этом мире.

Барахаэль глубоко вздохнул, вновь мягко улыбнувшись.

— И то верно, — согласился он. — Они достаточно выносливые и быстрые. Я смешал с плотью песок из пустыни Теней и добавил глины из долины Пустоты. Так они смогут дольше противостоять стали мечей и силе Высших. — Херувим остановился напротив высоких дверей, увенчанных коваными металлическими решётками. — Добро пожаловать.

С тяжёлым, протяжным лязгом, двери разошлись в стороны. Барахаэль жестом предложил гостям пройти вперёд. Арий невозмутимо подошёл к выступу, где земля обрывалась. Выдохнул, поражённый и одновременно восхищённый развернувшимся перед собой зрелищем.

Земляная яма кишела отродьями, созданными из смешанной плоти Высших и смертных. Уродливые, чаще с одним глазом на лбу, они сконфуженно передвигались, сталкиваясь друг с другом. У кого-то Арий смог разглядеть даже рты, правда, искривлённые и расположенные не совсем на тех местах, где положено. Истинные твари, с мощными конечностями и острыми костями вместо ногтей.

— И как боги посмели не заметить в тебе столь потрясающий талант, Барахаэль, — только и сказал Наум, оглядывая монстров.

— Боги слепы в той же степени, что и зрячи, — Барахаэль сложил ладони на поясе, обращаясь к Арию: — Позволишь показать?

Арий кивнул. Не прошло и секунды, как в воздух взметнулась пара тварей. Тогда Арий смог разглядеть кожу, туго обтягивающую кости, смешанную с глиной и песком, длинные и изогнутые руки и ноги. Отростки на спине, напоминали крылья летучих мышей.

Херувим управлял ими молча, потому что в следующий момент твари бросились друг на друга. Одна, что покрупнее, махнула тем, что когда-то было чей-то рукой, полоснув когтями по груди особи помельче. Вторая тварь не повела и единственным глазом, покорно зависнув в воздухе. На её плоти остались рваные рубцы.

— В них нет крови, — понял Арий.

— Ни капли.

— Ты сможешь управлять сразу всеми?

— Да, они — безвольное стадо. Но больные овцы иногда путают голос своего овчара.

— Нападут на своих?

— Исключать подобное нельзя. Поэтому я должен буду находиться где-то рядом.

В голове Ария вдруг возникла мысль, хоть он и заранее понимал, что она обречена.

— Русалкам эти твари не подойдут?

— Нет, — ответил Наум. — Души уже попали в Распределительный мир, а плоть их второсортна. Нимфы хоть и не привередливый народ, однако избирательный.

Арий кивнул и развернулся, давая понять проводникам, что зрелищ ему достаточно. Обратный путь он уже знал, поэтому шёл чуть впереди Барахаэля и Наума. В голове всплыли моменты ночного визита, который состоялся накануне. Внутренности Ария обожгло, снова странные ощущения проникли под его кожу. Ему вспомнились голубые девичьи глаза и длинные шелковистые локоны, что так изящно обрамляли хрупкое тело. Разорванная одежда, обнажённые бёдра, энергия его матери. Арию отчаянно захотелось вновь увидеть девушку.

Проходя через сад по выложенной серой плиткой дороге, Арий замедлил шаг, поравнявшись с херувимом и серафимом. Свой вопрос он задал Барахаэлю:

— Возможно ли вернуть уничтоженную суть человеку?

— Ты про выжженную память? — Арий молча кивнул. — Нельзя, — с присущей херувиму мягкостью ответил он. — Но несчастной душе можно дать шанс на перерождение, конечно, если она что-то значит для тебя. Иначе ею можно пополнить ряды мертвецов.

Для Ария смертная не имела никакого значения. Но Аделина испытывала к этой женщине глубокую привязанность и благодарность. Возможно, Арий когда-то испытывал нечто похожее по отношению к Ахаве, но это было так давно.

Глава 11. Освобождение

Аделина сидела на самом краю обрыва, уперев ноги в торчащий из земли корень. Там, далеко внизу, обычные люди продолжали свою размеренную жизнь. Работали и учились, отдыхали и веселились, занимались воспитанием детей, путешествовали. Девушка тоже мечтала посмотреть на мир, исследовать новое, но даже представить не могла, в каком миреей предстоит оказаться.

Аделина иронично усмехнулась, выглянув за край. Выступающий корень застонал, слегка накренился — несколько крупных комьев земли полетели в пропасть.

— Надеюсь, ты не собираешься прыгать.

Аделина обернулась. Эликсия стояла, скрестив руки на груди; взгляд её был устремлён вдаль, а не на девушку.

— Нет, я… — Аделина провела ладонью по траве рядом с собой. — Почему люди не видят огромные острова, парящие над землёй?

— Люди и не должны их видеть. Им не доступны наши миры.

— Вы говорили, что принесли меня в междумирье… Так называется это место?

— Да, промежуточные миры между небесами и землёй. Но такие бывают и на небесах, и под землёй. Обычно небольшого размера, парящие где-то между пространствами. Их создают Высшие — у кого силёнок хватает.

— Ты тоже можешь такой создать?

Эликсия усмехнулась, склонила голову набок и посмотрела на девушку своими серо-голубыми глазами.

— Нет, не могу. На самом деле я моложе тебя лет так на восемьсот.

Не удержавшись, Аделина широко раскрыла глаза.

— А так и не скажешь. Вон, на лбу морщинка проступила.

Эликсия потёрла лоб ладонью, но быстро сообразила, что девушка пытается так отшутиться, чтобы снова не погружаться в пучины бытия.

— Ну, знаешь ли, я тоже не спала тысячу лет безмятежным сном, — осмотревшись по сторонам, Эликсия произнесла с каким-то странным восхищением: — Это междумирье создал Дмитрий и наложил на него заклятие, запирающее наши энергии внутри невидимого купола. Посторонние Высшие не смогут ни увидеть, ни почувствовать нас.

— Даже… Зверь?

Эликсия задумалась, будто и не услышав вопроса, затем тряхнула головой, словно отмахиваясь от собственных мыслей.

— Что? Нет, конечно, нет! Я не думаю… Но некоторые в Ордене перешёптываются о вашей с ним связи. Болтают, знаешь ли, всякое, — Эликсия поморщилась, словно ей подобная болтовня действовала на нервы. — Давай я лучше покажу тебе одно место. Тебе понравится, обещаю.

Эликсия протянула девушке руку, предлагая помощь. Аделина, не задумываясь её приняла. Отряхнув одежду, они бок о бок направились к зданию Ордена, но Эликсия повела её по дороге, мимо каменных стен.

Девушка попыталась уловить разницу в тёплом воздухе, почувствовать различие, но ни на земле, ни в междумирье обстановка не отличалась. Всё то же солнце, небо, многогранные облака, только теперь они казались ближе. Аделина всматривалась и в существ, снующих мимо или отдыхающих в древних беседках.

— Почему у кого-то есть крылья, а у кого-то нет? — вполголоса поинтересовалась девушка, плотнее придвинувшись к демону, чтобы её никто не услышал.

— Мы не всегда ходим с ними. По сути, они нужны, чтобы летать, но ещё мы становимся сильнее, когда за спиной крылья.

— Они тяжёлые?

Эликсия с улыбкой повернула голову к Аделине.

— Я не знаю, они у меня с рождения, так что… крылья — часть меня. Но, знаешь, спать с ними на спине не очень удобно.

Аделина улыбнулась краешком губ, опустила глаза к ногам, немного смутившись. Ей было неловко задавать много вопросов; она боялась, что некоторые из них окажутся неуместными, но как же без этого она узнает, что и как устроено в новом мире?

— Я заметила, что в вашей архитектуре и стиле в целом, ну, много архаичных элементов. Присутствует что-то первобытное, точнее, античное?

— Думаешь, небеса не поспевают за прогрессом смертных? — хмыкнула Эликсия.

— Я не об этом…

— Давай я попробую выразиться более понятно, — Эликсия ненадолго задумалась, увлекая Аделину за собой по тропке среди деревьев. — Считай, что у нас этническая культура. Мы первобытный и патриотичный народ, с привязанностью к нашему историческому прошлому. Люди же так стремятся к совершенствованию, к познанию нового, что из-за глобализации утрачивают свои культурные традиции.

— Думаю, что причина ещё и в том, что люди живут недолго, если сравнивать с вами. Когда уходит старшее поколение, а младшее так и не обрело веру или достаточно знаний, то эти традиции уходят в землю вместе с носителями.

Эликсия посмотрела на девушку с одобрением, и Аделина поняла, что мысль верна. Она и сама похвалила себя за то, что осмелилась высказать своё мнение. Тем временем демон нырнула в густые заросли, которые спускались сверху до земли плотным тёмно-зелёным ковром, словно желая скрыть некое место от чужих глаз. Аделина раздвинула руками лёгкие и гибкие стебли в стороны и двинулась дальше. Увидев спину Эликсии, девушка подошла ближе и, замерев рядом, издала восхищённый вздох.

— Говорила же, тебе понравится.

Если бы у междумирья было сердце, Аделина однозначно указала бы на это место. Впереди водопад каскадом спадал с высоты, словно выливался из самого неба. Чистые, прозрачные струи воды, будто хрустальные нити, сверкали в лучах солнца. У подножия водопада раскинулось озеро, чья гладь отражала синеву небес и зелень окружающих деревьев. Но девушку заворожила не только красота природы, но и движение воды. По обе стороны от водопада ручьи, словно живые существа, взбирались по каменным выбоинам и неровностям, возвращаясь к источнику.

— Невероятно…

Эликсия проследила за взглядом Аделины, понимающе улыбнулась.

— Таким образом вода никогда не застаивается и не выходит из берегов, она всегда чистая и прохладная. На земле такого не увидишь, скажи же?

Аделина прошла по каменистому берегу к кромке, прислушиваясь к грохоту обрушивающейся воды. Какое-то время стояла неподвижно, желая запомнить «голос» водопада — одновременно громкий и успокаивающий. Эликсия оказалась рядом и тут же принялась стягивать с себя одежду и складывать на невысокий валун. Оставшись в одном белье, она смело двинулась в воду, покачивая бёдрами, а зайдя по колено, обернулась и махнула рукой.

— Так и будешь стоять на месте? Пойдём купаться.

— Ты серьёзно? — Аделина замялась, глядя на воду; пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

Вместо ответа Эликсия изящным движением нырнула под воду. Аделина в растерянности осматривала водную гладь, но и ей, признаться, очень хотелось поплавать, расслабиться, хоть ненадолго почувствовать себя счастливой, пусть и счастье это заключалось в подобной мелочи. Девушка скинула обувь, стянула джинсы и футболку, сложила вещи рядом с одеждой Эликсии.

Камни под ногами оказались гладкими, их прохлада холодила босые ступни. Однако вода оказалась не просто холодной — ледяной. Эликсия во всю прыть плыла где-то на середине озера, подбадривая девушку боевыми кличами и напутственными речами.

— Давай, Ади, плыви ко мне!

Аделина сжала челюсти — зубы уже начинали стучать.

— Неужели ты не чувствуешь, какая здесь ледяная вода? — в голосе ей не удалось скрыть дрожи.

Эликсия заливисто рассмеялась:

— Да-а-а, я умею контролировать температуру тела. Ты так тоже можешь — благодаря своей силе.

Аделина обняла себя руками, упрямо поджала губы. Когда вода дошла до поясницы, по позвоночнику побежали мурашки.

— Знать, что я могу, — мало, — пробормотала Аделина себе под нос. — Можно было и научить, прежде чем приглашать в этот морозильник…

— Хватит ворчать, — Эликсия вдруг возникла прямо перед ней; в глазах демона промелькнули лукавые огоньки.

Аделина только открыла рот, чтобы попросить не делать ничего опрометчивого, — но не успела. Эликсия уже взяла её за руки и увлекла вглубь, туда, где дно осталось вне досягаемости.

— Боже, как холодно, боже… — залепетала Аделина, неуклюже барахтаясь на поверхности. В середине озера вода казалась обжигающе ледяной — словно девушку заковали во льду.

Пальцы Эликсии сомкнулись на предплечьях Аделины — мягко, но уверенно. Девушкам приходилось чуть запрокидывать головы, чтобы вода не попала в рот. Длинные волосы расплывались по глади, словно шелковые ленты. Какое-то время серо-голубые глаза демона всматривались в небесные глаза Аделины.

— Не сопротивляйся холоду, а прочувствуй его. Представь, как он становится твоей частью, а не мучителем.

Постепенно тревога отступила — вместе с пронизывающим холодом. Голос Эликсии звучал успокаивающе, почти гипнотически. Аделина расслабилась, позволяя воде держать её на плаву. Прикрыла глаза, не сопротивляясь тому, как незримая сила сковывает каждую клеточку тела… А потом всё исчезло. Теперь вода ощущалась ей тёплой и дружелюбной — словно берег моря, прогретый солнцем.

— Это ты сделала? — Аделина часто захлопала ресницами, размеренно двигая руками и ногами.

— Я только помогла тебе расслабиться. Всё остальное — сделала ты сама.

От по-детски наивного счастья, заполнившего грудь, Аделина за долгое время искренне и широко улыбнулась. Девушки купались, ныряли в глубину, где вода оставалась прозрачной до самого дна, и можно было увидеть округлую гальку разных текстур и цветов. Когда Эликсия, в которой энергия, казалось, не заканчивалась, поплыла к водопаду, Аделина решила передохнуть на берегу.

Девушка смахнула с плеч прилипшие мокрые пряди и, оставшись по пояс в воде, замерла. У кромки воды стоял Шарм – ангел с дьявольским нутром. Его ореховые глаза со злой усмешкой смотрели на девушку, хотя лицо оставалось беспристрастным. В одной руке он держал сжатую в кулаке одежду. С нехорошим предчувствием Аделина шагнула вперёд, но, осознав, что на ней только нижнее бельё, остановилась и прикрыла грудь скрещёнными руками.

— Какая ты стеснительная, — вкрадчиво произнёс ангел.

— Что тебе нужно? — голос Аделины содрогнулся, а холод вновь подступал к женскому телу.

Не говоря ни слова, Шарм бросил одежду Аделины в воду прямо перед собой, затем наступил на ткань, подошва сапога погрузилась в воду чуть выше щиколотки. Убрал ногу и посмотрел на вымокшую одежду, которая всплыла со дна.

— Извини, какой же я неуклюжий. Случайно уронил твои вещи в воду.

Аделина покачала головой, стараясь понять, за какие проступки Шарм с ней так поступает. Да с какой стати вообще позволяет себе подобное отношение? Обида и холод заставили девушку приблизиться к берегу ещё на пару шагов, теперь она стояла в воде, обнажив бёдра. Тело покрылось мурашками, по которым лениво скользили капли.

— Не волнуйся, я всё исправлю.

С неприязненной ухмылкой ангел достал одежду из воды, швырнул на валун. За спиной девушки послышались всплески. Она не обернулась, но очень надеялась, что Эликсия уже заметила Шарма и направляется к ним. Ангел между тем смотрел только на Аделину. Поднял руку, согнутую в локте, ладонью вверх. Над ней закружилась искрящаяся энергия, быстро превращающаяся в сферу голубого и белого света, словно огненный ледяной шар. Даже не посмотрев, куда именно Шарм направляет силу, Аделина увидела, как сгусток превратился в небольшой поток, стекающий с руки ангела. Луч энергии коснулся мокрых вещей, и те моментально вспыхнули синим пламенем, оставляя после себя лишь пепел и столб дыма.

— Шарм! Какого демона ты творишь?

Голос Эликсии всё ещё слышался на расстоянии; скорее всего, она только подплывала к берегу. Аделина нахмурилась: возмущение сдавило ей желудок. Ещё несколько шагов, и вода отступила до голеней.

— Зачем ты это сделал?

— Чтобы ты не забывала своё место, избранная, — на последнем слове ангел сделал акцент, произнеся его по слогам и с отвращением. — В тебе сила богини, которая породила на свет чудовище. Тебя держат в Ордене только потому, чтобы эта сила не попала к Зверю, а лично до тебя никому нет никакого дела. Не обнадёживай себя, смертная. Ты сгинешь с небес также быстро, как и поднялась.

— А я и не стремилась здесь оказаться, — выдавила Аделина, не скрывая презрения в глазах. — И уж точно не тебе судить, кому есть до меня дело и где моё место!

— Проваливай, Шарм! — рявкнула Эликсия, становясь рядом с Аделиной и обнимая её за плечи.

— Не указывай мне, демоница, что делать! — ангел вновь перевёл уничтожающий взгляд на девушку. — Я и так знаю, где твоё место. Оно — на коленях перед Зверем, а твой поганый рот должен открываться на уровне его паха!

Аделина подавилась от неприязни к подобным изречениям: ей стало обидно и мерзко, что после выброшенных слов, фривольный взгляд ангела заскользил по её телу. Ей отчаянно захотелось заступиться за себя, дать отпор негодяю. Прикрыв глаза, девушка мысленно воззвала к силам внутри себя, но почувствовала лишь пустоту. Словно разгадав её замысел, Шарм усмехнулся.

— Шарм, не вынуждай меня показывать, гдев следующий раз откроется твойпоганыйрот, если позволишь себе говорить с ней подобным образом.

Ангел обернулся: за его спиной стоял Эмин, разгневанный, но сдержанный. Тёмные глаза прожигали Шарма, а от пламенеющей энергии демона, от которой накалялся воздух, Аделине захотелось вернуться обратно в воду.

— Заступник прекрасных дам, Эмин пожаловал, — лениво, но явно теряя прежний запал, протянул Шарм. — Дмитрий уже знает про твоё маленькое увлечение. Определённо ему не по нраву твоя слабость перед этой смертной.

— Уходи, Шарм, — тихо произнёс Эмин, сдерживаясь из последних сил. — Иначе, клянусь, я убью тебя.

Аделина заметила в ореховых глазах ангела отпечаток доверия: он и правда поверил в искренность слов демона. Шарм последний раз обжёг девушку взглядом, затем обошёл Эмина и скрылся за завесой зелени. Эликсия быстро уточнила, в порядке ли Аделина, и вывела её из воды. Эмин снял с плеч чёрную мантию, подошёл к Аделине, накинул лёгкую ткань на тонкие девичьи плечи, завязав ленту спереди.

— Я могу дать тебе свою одежду, — предложила Эликсия. — Мою этот мерзавец не тронул.

— Не надо.

Аделину