Сводная проблема

— Сама малевала? — пальцем по рисункам водит.

— Ага.

— Чётко.

— Ты ещё не видел, как она дрифтует, — с гордостью позирую у яркого капота.

— Посмотрел бы с удовольствием, — дергает бровями Тим. – Мы по выходным иногда дрифтуем возле «Талика».

— Это где? Я город плохо знаю.

— Ты мне номер телефона, я тебе адрес, — хитро лыбится он, выуживая из кармана гаджет.

— Да без проблем, — кокетливо стреляю глазами.

Пока мы обмениваемся контактами и параллельно флиртуем, на парковку заезжает Феррари. Желтая дверь эффектно открывается наверх, и свету является кучка понтов в облике моего обожаемого брата. Как всегда одет в бренды, броско, стильно, вызывающе. Уверенной развязной походкой к нам движется. Волосы по—модному зачесаны, на носу черные очки, во рту жвачка. Мои глаза не выдерживают контакта с наглой физиономией и предвзято закатываются.

Макс здоровается с Тимом, а на меня смотрит, как на грязь под ногами. Одной секунды хватает, чтобы выбесить. Сволочь. Поджав губы, я напряжено вдыхаю через нос. Аромат дорогого парфюма забивает легкие. Сам по себе запах приятный, но в горле всё—равно горький осадок.

Поморщившись, я оставляю двух друзей и иду вперёд. Чеканю шаг от бедра. Туфельки цокают по дорожному покрытию. Полы юбки ветерок слегка приподнимает.

Позади доносятся смешки парней.

— Смотри, как задницей крутит. Для тебя старается, — говорит Макс.

Тим только усмехается.

Я останавливаюсь и нагибаюсь, чтобы поправить застёжку на туфельке.

— О—о—о, — голосит Макс. – Сразу с козырей пошла.

— Челюсть подбери, — разгибаюсь и встряхиваю волосами.

— Не обольщайся насчёт своей целлюлитной задницы, зая, — дерзит Макс.

— Так не смотри на неё, как кот на сметану, — натягиваю губы.

— Она слишком жирная, навязчиво в кадр лезет.

Два моих средних пальца посылают его в далёкую страну.

— Ну харе, ребят, — встревает Тим и ласково обращается ко мне. – Не слушай Макса, у тебя всё красиво, и сзади, и спереди.

— Я знаю, спасибо, — на ходу бросаю через плечо.

— Подхалим, блядь, — выплевывает Золотов. – Уже невтерпёж ей присунуть?

— Заткнись, ради бога, — шипит Тим.

— Вкусы у тебя гадские, друг.

Я специально ускоряю шаг, чтоб не слышать их разговор. Уверена, у Тима есть своя голова на плечах и мнение Макса никак не повлияет на его отношение ко мне.

Учебный день проходит по дежурному расписанию. Две лекции, окно на отдых, матанализ и заключительная пара по экономике.

Возвращаюсь домой крайне уставшая. Сразу под душ. Ужин. Домашка. Серия любимого сериала перед сном. Пытаюсь дозвонится до мамы, но она недоступна, значит, ещё в самолёте.

«Напиши, как долетите», — пишу ей в мессенджере.

Непрочитанное сообщение висит от Тима.

«Подгоняй на Жиге дрифтить»

Заманчивое предложение никак не стыкуется с моим расслабленным состоянием. Я уже в пижамке под теплым одеялом.

« Не сегодня. Спокойной ночи»

Выключаю интернет, ставлю будильник и убираю телефон на тумбочку.

Макс домой так и не заявлялся. Класс. Пусть гуляет. Без него очень даже комфортно.

Я растягиваю ноги и зеваю в кулак. Выбрав удобную позу, закрываю глаза и через некоторое время проваливаюсь в сон.

Посреди ночи меня будит громкая музыка. Стены дрожат от басов.

Какого чёрта?

Недовольно протерев лицо, я выхожу из комнаты и обнаруживаю на первом этаже толпу веселой молодёжи. Шумят, танцуют, пьют. Не трудно догадаться, кто их сюда пригласил.

Заприметив пьяную рожу Золотова, я протискиваюсь к нему, чтобы как следует «отблагодарить».

Глава 7

Марьяна

В это время к Максу подходит белокурая красотка и, свиснув на шее, прилипает к его в губам. Я стою рядом с приподнятыми бровями и шалею, глядя на их откровенные лобзания. Когда женская рука смело спускается на мужские джинсы и сжимает пах, мои глаза практически вылезают из орбит. Я резко отмираю и красноречиво откашливаюсь.

Макс замечает меня, но вместо того, чтоб остановить поцелуй, показывает мне фак и хватает девку за задницу.

Придурок…

Приличных слов в лексиконе не хватает, чтобы описать, как же он меня бесит. Стиснув зубы, проклинаю взглядом распущенного мажора.

Чтоб у тебя не встал ни на одну из этих девиц!

Легкий толчок в спину заносит меня прямо на обжимающуюся парочку. Кукла Золотова сразу возмущается, а сзади звучит виноватое:

— Блин, прости…

Оборачиваюсь нахмуренная и вижу парня, который явно выпил лишнего. Его мутные глаза скользят по мне сверху—вниз, а губы расплываются в нахальной улыбке:

— Зачётный прикид, — оценивает мою пижамку и фиксирует взгляд на груди. – Я Марат, а тебя как зовут?

— Меньше знаешь, крепче спишь, — копирую его развязную интонацию.

Отшив наглеца, я поворачиваюсь к Максу с претензией:

— Завтра к первой паре, ты в курсе?

— Мне похуй, ты в курсе? – дерзко ухмыляется он. – Спрячься в норку и не отсвечивай, мышь.

Грубый ответ даёт ментального леща. Вспыхнув, я хватаю воздух ртом и плотно сжимаю губы.

— А если родители узнают, м? – с вызовом приподнимаю подбородок.

— Узнают что? – заламывает бровь Золотов. – Что ты случайно выпала из окна или утопилась в бассейне?

Он шагает на меня, и нагнувшись к лицу, шипит в губы.

— Пока отца нет дома, главный тут я. Ты подчиняешься и делаешь всё, что я скажу. Усекла, Маруся?

— Пошёл ты, — толкаю его в грудь, но он снова напирает.

— Тут не пижамная вечеринка, либо снимай шмотки, либо проваливай.

Неожиданно Макс щипает меня за сосок, который просвечивает через ткань топа. Взвизгнув, я заряжаю ему по щеке и ошарашенно выпучиваю глаза.

Что он себе позволяет?

Гад нагло скалится и сверкает глазами.

А у меня кровь к лицу приливает. Ошпаренная кипятком постыдных чувств, я прикрываю руками грудь и удираю на второй этаж.

Хлопнув дверью, падаю на кровать лицом вниз и шумно дышу.

За какие грехи в моей жизни появился этот кретин?

Наглый. Спесивый. Вредный. Фиг сотрёшь.

Колочу подушку, представляя что это напыщенная физиономия Золотова.

В дверь стучат.

— Не входить! – ору и вскакиваю с кровати.

По любому каких—нибудь мудаков принесло.

В комнату заглядывает голова Рады.

— Это я, — улыбается она. – Можно?

Выдохнув, я запускаю её внутрь и закрываю дверь.

Мы расстилаемся поперёк кровати.

— Макс не предупредил тебя о вечеринке? – догадывается одногруппница.

— Нет.

— Вот жук, — прицокивает она и, глядя на мою недовольную мордашку, озабоченно добавляет, — Ты совсем не в духе, подруга?

— Думала выспаться, — замученно растираю лицо я. — Но кто ж мне даст теперь.

— Не кисни. Переодевайся и пошли тусить.

— Настроения нет, — бубню под нос.

— Поднимем, не переживай, — заряжает бодрый шлепок по заднице и соскакивает на пол. — Показывай, чё из шмоток есть нарядное?

Рада распахивает гардероб, осматривает содержимое и восклицает:

— Вау, шик да блеск! Почему до сих пор с бирочками?

— Духу не хватает надеть такие дорогие вещи.

— Грех пылиться таким роскошным нарядам. Ты погляди, — восхищенно распахивает рот Рада и снимает с вешалки платье. – Это то, что надо. Срочно переодевайся. Я хочу увидеть, как оно на тебе сидит.

— Приставучая, как репей, — нехотя скатываюсь с кровати.

— Давай—давай. Спать на пенсии будешь.

Не в силах сопротивляться неугомонной девице, я примеряю платье и нарываюсь на восторженные комментарии.

— Бомба! Секси! Тим с ума сойдет, когда тебя увидит.

— Он тоже здесь?

— Ага. Про тебя спрашивал.

— Ясно, кхм, — смотрю в зеркало и провожу ладонями по бедрам.

Облегающее платье мини подчеркивает самые соблазнительные части тела.

— Надевай туфельки, и вперёд, — подсказывает Рада.

— А макияж? – дотрагиваюсь до лица.

— Итак, красивая. К тому же все парни под градусом. Алкоголь преображает все вокруг, получше всякого фейстюна. Так что расслабься.

Мы смеёмся. Подбираем туфли и спускаемся в центр вечеринки.

Рада намешивает мне коктейль по фирменному рецепту, который известен только ей. Смешивает разные напитки, как ведьма ингредиенты для зелья, и приговаривает:

— Капелька для веселой улыбки. Капелька для блеска в глазах. Капелька для игривости.

Я хихикаю и покручиваюсь на барном стуле.

— Держи, красотка. Зацени, тебе придётся по вкусу, — протягивает бокал Рада.

Мы чокаемся. Я пригубляю эксклюзивное творение и облизываю губы.

— Вкусненько, — одобрительно киваю.

— А то, — дергает бровями и чуть тише добавляет, — Тим идёт сюда.

Моментально приосанившись, я делаю глоток розовой жидкости и улавливаю боковым зрением приближающегося парня. Нога на ногу сразу взлетает. Платье неприлично высоко задирается.

— Классно выглядишь, Марьяна, — очаровательно улыбается Тим, уперевшись рукой на спинку моего барного стула.

Открытые участки кожи начинают покалывать от его горящего взгляда.

Рада хитро стреляет глазками. Я умоляю её прекратить и не сдавать меня. Надо выдержать грань неприступности для этого красавчика. Вероятно, ему давали все, кого он хотел, так что… Надо удивить парня и стать для него особенной.

— Спасибо, — отпускаю милую улыбку и прилипаю губами к краю бокала.

Коктейль приятно обжигает горло. Внутри теплеет. Напряжение плавно отпускает.

Хм, а зелье—то действительно работает.

— Как подрифтили? – интересуюсь я, откинув распущенные волосы назад.

Нельзя скрывать такое декольте. Пусть Тим полюбуется.

— Без тебя было скучно, — открыто подкатывает он.

Игривый блеск его глаз немного смущает, но я держу лицо.

— А ты обольститель, — приспускаю ресницы и перемешиваю трубочкой напиток.

— Хороший?

— Ну, — кокетливо веду плечом. – На семёрочку.

— Из семи, надеюсь, — улыбается парень.

Смеёмся в унисон. Тим касается ладонью моего оголенного плеча, нежно приобнимает. Маленький жест проносит волну мурашек по коже. Возможно, волшебный коктейль обострил мою чувствительность, но… Как же это приятно, господи.

Я делаю пару глотков, чтобы стереть с лица неловкое выражение. Тим не должен заподозрить, что я млею от одного его касания. Это слишком.

— Кто будет играть в бутылочку?! – оживает Рада, размахивая пустой стеклянной тарой от виски.

Народ подтягивается к барной стойке.

— Я пас, — слезаю в со стула.

— Сидеть! – приколачивает взглядом Рада.

— Будет прикольно, — поддерживает Тим. – Пошли сыграем.

— Ок, — сомнительно поджимаю губы и обратно занимаю своё место.

Макс тоже вписывается в игру. Когда наши взгляды сталкиваются, воздух начинает трещать от напряжения. Поэтому я предпочитаю смотреть на кого угодно, только не на него.

Бутылочка крутится по кругу. Задания сменяются одно на другое. В меру пошлые и забавные. Очередь доходит до Тима: он выбирает действие, которые должны придумать другие участники.

— Поцелуй Марьяну, — громко выдаёт Рада.

Глава 8

Марьяна

Участники игры одобряюще присвистывают.

— Если она не против, то без проблем, — говорит Тим.

Парень вопрошающе смотрит на меня, а я машинально облизываю пересохшие губы.

— Конечно против, — вклинивается Макс и каверзно ухмыляется. – Моя сестричка — невинный цветочек, не правда ли?

Очередная попытка уколоть меня. Такая же безуспешная, как и все остальные. Я специально игнорирую выпад Золотова, тем самым обесценивая его мнение.

— Я согласна, — улыбаюсь Тиму и взволнованно сглатываю.

Скажу сразу, я не очень опытна в поцелуях, но этот курдявый парниша мне нравится и к тому же, нельзя упускать шанс позлить Макса. Сводного брата почему—то сильно раздражает, что его друг симпатизирует мне. Какая—то нездоровая ревность. Не знаю, может он и правда «по мальчикам»?

Приобняв меня за талию, Тим склоняется к моему лицу и касается моих губ своими. Очень аккуратно, как будто берёт на пробу. Ждёт отклика. А у меня дыхание спирает. Сердце останавливается. Всё что чувствую – застывшую дрожь по позвоночнику и чрезвычайную нежность мужских губ. Они такие мягкие, атас! Ощутив импульс, я прихватываю нижнюю, потом верхнюю, поцелуй становится влажным. Мы сладко причмокиваем. Наши дыхания переплетаются. Сжав затылок ладонью, Тима проскальзывает языком внутрь и заигрывает с моим. Поцелуй стремительно набирает обороты и из нежного превращается обигающе—пламенным. Мы тонем в глубоком слиянии, позабыв о зрителях . Болезненно—приятный спазм прихватывает низ живота. Я тихо простанываю в мужской рот и зажимаю зубами нижнюю губу.

Стоп.

Стоп.

Стоп.

Три крепких удара в груди останавливают головокружительный водоворот.

Мы отлипаем друг от друга. Перед глазами до сих пор дымка. Учащенный пульс. Сбитое дыхание.

Облизнув смятые губы, я разворачиваюсь на стуле и поднимаю туманный взгляд. Мрачное лицо Макса выделятся на фоне остальных. Челюсть напряжена, желваки гуляют. Два черных глаза заживо меня сжигают.

— Вы, ребята, вошли во вкус, конечно, — хохочет кто—то.

— Понравилось? – хитро подмигивает Рада.

— Очень, — отвечаю, глядя на Золотова.

Мы обмениваемся колючими взглядами.

— Крутим дальше! – самый активный запускает бутылку.

Сделав пару кругов, она медленно останавливается напротив меня.

Ох… Нервишки скручивает от волнения. Что на этот раз?

— Я выбираю правду, — сразу обозначаю.

Рада открывает рот, чтобы озвучить вопрос, но Макс беспардонно её перебивает:

— За какую сумму отсосала бы Тиму? Прям щас.

Столь дерзкий вброс срабатывает, как унизительная пощечина. Кровь приливает к лицу, и оно начинает пылать.

— Макс, не перегибай, — включается Тим.

— Пусть ответит, — сверлит меня Золотов.

— Нет такой суммы, — выталкиваю я, излишне крепко сжав пальцами стеклянную ножку бокала.

— Почему это? У моего друга найдётся. Покажи ей, Тим, — кивает ему, но тот сразу посылает его на три буквы.

— Макс, реально, успокойся, — рычит Рада.

— Пусть скажет цену, и я отстану.

— Я не торгую подобными услугами. Ты не по адресу, — выжимаю хладнокровную улыбку.

— А на вид — очень даже продажная…

Не стерпев его ублюдской ухмылки, я поднимаю бокал и плескаю коктейль в физиономию Золотова.

Свидетели восклицают, кто—то ржёт. На прилюдный позор мой братец никак не рассчитывал. Я моментально подскакиваю с места, почувствовав острую угрозу в его сверкающих глазах.

— Ах ты сучка…

Золотов делает резкий выпад вперёд, чтобы достать до меня, и сметает всё с барной стойки. Взвизгнув, я уворачиваюсь и бегу прочь от взбесившегося зверя. Крутой поворот винтовой лестницы пролетает на одном дыхании. Через две ступеньки прыгаю на каблуках. По моим пятам следует тяжёлый настигающий топот.

Я распахиваю дверь спальни, чтоб немедленно скрыться в личном убежище. Крепкий захват за руку тащит меня назад. Моё тело оказывается в жестких тисках Макса.

— Отпусти меня, придурок! – сопротивляюсь, что есть мочи.

— Сначала ты извинишься, дрянь.

Он силой затаскивает меня внутрь и запирает дверь. Я срываю голос, проклиная его бранными словами. Золотов мощной горой напирает на меня и заваливает на кровать. Буквально придавливает своим весом. Не пошевелится. Руки зафиксированы над головой. Парень гневно дышит мне в лицо и атакует враждебным взглядом.

— Давай, Маруся, я не слышу, — шевелит он губами, которые расположились в сантиметре от моих.

Проглотив его едкую издёвку, я фыркаю:

— Для начала выучи моё имя.

— Это самое безобидное, что крутится на языке в твою честь.

Он сильнее стискивает мои запястья. Я всхлипываю и морщусь от боли и злости.

— Извини, что мало досталось! – выкрикиваю так яростно, что случайно касаюсь мужских губ.

Округлив глаза, я сконфужено таращусь на Макса и вижу, как он проводит языком по губам в том месте, где остался невидимый ожог от прикосновения. Мои губы тоже начинают зудеть. Жар распространяется по коже. Сгустившийся воздух потрескивает от взаимных искр.

В звенящей тишине слышно, как Золотов сглатывает. Улавливаю движение его кадыка и заглядываюсь на приоткрытый рот. Испугавшись собственных ощущений, я поднимаю взгляд и осознаю, что Макс до сих пор пялится на мои губы.

— Слезь с меня, — густо краснею я.

Наши слипшиеся тела охвачены электричеством. По венам бежит ток.

О Боги… Я чувствую, как твердый стояк парня упирается в меня.

Знать не хочу, по какой причине Золотов возбудился. Надеюсь, от злости.

— Понравилось целоваться с Тимом? – вдруг спрашивает он.

Его голос заметно сел и стал хриплым.

— Какая тебе разница?

— Передам ему. Он рассчитывает в ближайшее время трахнуть тебя. Есть шанс этой ночью?

— Сегодня ему точно ничего не светит.

— Почему? Лобзала ты его с удовольствием.

— Это было задание. Не более того.

— Не хочешь его?

— Меня волнуют больше чувства, а не секс.

— Так обычно рассуждают монашки и девственницы. Я угадал, м?

— Такое спрашивают только озабоченные кретины.

— У —га—дал, — растягивает лыбу Макс.

Он совершает движение бедрами, вжимая в меня свой пах. Я реагирую ошарашенным вздохом и широко распахиваю глаза.

Что, чёрт возьми, он делает?

Под воздействием его пошлого взгляда дар речи пропадает. Я не дышу. Боюсь пошевелится.

— Отомри, Маруся, — едко хмыкнув, Золотов отталкивается кулаками от матраса и слезает с меня. – На тебя я даже в самые голодные времена не посмотрю.

Глава 9

Марьяна

Будильник уже прозвенел, но я не помню, как отключила его и уснула дальше. Мне снится нечто безумное: я кручу бутылку и получаю задание поцеловать Макса. Но стоит нашим губам соприкоснуться, как меня резко выдергивает из сна.

— Фух, слава богу, это сон… —простанываю в подушку.

Нащупав телефон, я смотрю на время сощуренными сонными глаза. Они тут же расширяются.

— Вот чёрт.

Факт, что я проспала целый час, бодрит получше холодного душа.

Первая пара в универе, и я катастрофически опаздываю!

Скатываюсь с кровати неуклюжей пандочкой и тяжело приземляюсь на пол. Мне хватает пяти минут на сборы. Небрежный пучок, патчи под глаза —вместо модных аксессуаров. Закинув рюкзак на плечо, я спускаюсь на первый этаж. После вечеринки тут стоит ужасный бардак. Веселье продолжалось до утра. Кто—то не уехал домой, и остался спать здесь. Чувак, развалившийся на диване, храпит на всю гостиную. Треш.

Я выбегаю из дома и прыгаю в Жигули. Попытка завести двигатель оборачивается провалом. Машина тарахтит, как старый дед, и отказывается работать.

— Давай же, — умоляю, в очередной раз проворачивая ключ.

Старания проходят безуспешно.

Заглянув под капот, я разочарованно вздыхаю. Похоже, катушка зажигания накрылась. Без ремонта не обойтись.

Какая же я везучая! Лучше просто не бывает. Теперь я точно опоздала. Можно даже не спешить.

Захлопнув крышку, я отряхиваю руки и расстроенно оглядываюсь. На глаза попадается Феррари, и они загораются навязчивой идей.

Нет, нет, нет. Нельзя.

Макс меня прикончит, если я посягну на его тачку.

Я нервно жую нижнюю губу и борюсь с собственными мыслями. В какой—то момент риск и безграничная смелость берут вверх.

Блин, да Золотов дрыхнуть будет до вечера! Я к этому времени уже точно вернусь домой.

Посчитав аргумент железобетонным, я забегаю в дом и бесшумно прокрадываюсь в спальню Макса.

Мажор спит в компании двух красоток – брюнетка слева, блондинка справа. Уж не знаю, что с ними вытворяла эта секс—машина, но они так стонали ночью. Фантазия генерировала самые непристойные картинки. Я не могла уснуть, но на помощь пришли бируши.

Пошарив в карманах разбросанной мужской одежды, я достаю ключ от Феррари и быстренько, на носочках аки вор, уматываю с места преступления.

— Ой, мама родна—а—я—я, — восхищенно протягиваю я, как только охренительная тачка под задницей начинает рычать. – Ну погнали.

Укрощение «зверя» в ярко—желтом окрасе проходит на «ура». Я вхожу во вкус и уверено даю газу. Теперь я понимаю Золотова — на такой машине волей не волей хочется нарушить всякие скоростные правила.

Слава богу, Жига не видит, как я кайфую, выжимая педали Феррари. Ревновала бы жутко. Я тоже такая. Если кто—нибудь сядет за руль моей машины, мне будет очень неспокойно. Надеюсь, что Золотов не такой уж и собственник в этом плане.

Успешно доехав до универа, я паркую тачку и бегу на занятия.

Пара за парой пролетают, как по накатанной. Перерыв на обед, болтовня в коридоре, куча домашки. Стрелка на часах в аудитории встаёт ровно напротив тройки, когда раздаётся звонок с последней лекции.

Конец учебного дня и выглянувшее солнце за окном поднимает настроение. Перебирая планы в голове на вечер, я двигаюсь в плотном потоке по лестнице. Телефон в руке издаёт короткую вибрацию.

Входящее сообщение от Макса.

« Я ТЕБЯ УБЬЮ!!!»

Только не это…

Я через буквы слышу его гневную интонацию. До холодка по спине.

Проклятье! Я не хочу так рано умирать. Спаси, Иисусе. Я же во благо знаний согрешила.

Адреналин колотит в висках, пока я ускоренно двигаюсь на парковку.

В голове прокручиваю варианты, как можно выкрутиться из патовой ситуации. Если бы у меня было больше времени я бы обязательно что—нибудь придумала. Но фигура Золотова, неожиданно и ужасно, вырисовывается рядом с Феррари. Увидев меня, его взгляд мрачнеет и источает искры.

Он сегодня во всём черном, как Дьявол, которому нужна моя душа.

Идёт ко мне.

— Блин, — нервно дергаю заедающий замок сумочки.

— Ключ! — гремит угрожающе сверху.

Содрогнувшись, мышцы в тонус приходят. Я не рискую поднять глаза. С духом собираюсь. Сердце усиленно тарабанит.

— Щас, молнию заело, — насилую бегунок .

— Дай сюда.

Рявкнув, Золотов отбирает сумку и дергает замок так резко, что попросту рвёт его. Я возмущенно восклицаю. Но его острый взгляд живо затыкает мой рот. Сжав в руке ключ, он небрежно пихает мне сумку и низко рычит:

— Ещё раз, ты посмеешь взять мою тачку, я оторву тебе нос.

В подтверждении его пальцы щипают кончик носа.

— Эй, – фыркаю.

— Цыц, Маруся, — шикает Макс. – В наказание за угон ты собственноручно будешь мыть мою тачку снаружи и внутри. Вылижешь её до блеска, до скрипа. Поняла?

Я поджимаю губы и скриплю зубами. Подчиняться ему – самое унизительное, что может быть в жизни.

— Так и быть, — нехотя выталкиваю.

Хмыкнув, Макс разворачивается и шагает к машине.

— Подвезёшь до дома? – вслед ему говорю.

— Ковыляй пешком. Может наконец потеряешься.

— Козёл…

Сложив руки на груди, наблюдаю за тем, как он садится в Феррари и проезжает мимо.

Позади пикает сигнализацией чёрный Форд Мустанг. Оглянувшись, я замечаю Тима и грустно улыбаюсь.

— Где твоя раритетная красотка? – намекает на Жигу парень.