Последнее зелье её светлости

Я кивнула, наконец-то облегченно вздохнув.

– Давай помогу с украшениями.

Я молча позволила брату застегнуть браслет на моей руке, с серьгами справилась сама. Свернула договор, положив его в незаметный карман, спрятанный в складках платья. Посмотрела на брата.

– Пойдем?

– Кариель, и что, никаких шуток на вечер? – Брат сделал обиженное лицо, однако я только усмехнулась, взяв с низкого столика небольшой флакон из своих старых запасов, ещё годичной давности.

Глаза Зара зажглись в предвкушении.

– Кариель, признавайся, что там.

– Узнаешь, однако мне понадобится твоя помощь.

– Как и всегда, прекрасная сестричка. Я, между прочим, тоже не с пустыми руками, – Зариель полушутя поцеловал мои обтянутые перчатками пальцы, и мы пошли вниз.

Глава 11

Все гости уже прибыли. Мы с братом остановились у порога, глубоко вздохнули, переглянулись.

– Надеюсь, это не затянется.

– Надеюсь, всё получится.

Мы с Заром усмехнулись, придали лицу благородное, улыбчивое выражение и вошли в зал, обстановка в котором была заметно накалена. Мама разговаривала с ис Лартами, родителями Джозефа. Сам парень стоял чуть в стороне, однако заметив нас, поспешил в нашу сторону. Семья казначея и ар Ельцы окружили папу и тихо переговаривались. Ар Ельцы лучились превосходством и уже явно считали, что приз в моём лице непременно будет получен их уродским сынком к концу вечера. Уэнс, к слову, сверлил меня взглядом, презрительно улыбаясь, однако подходить не спешил, чему я была, несомненно, рада, пусть он и нарушал правила приличия.

– Ваша светлость Кариель, ваша светлость Зариель, рад видеть вас снова, – Джозеф подошел к нам с братом, едва заметно поклонился, поцеловал мне руку.

Зариель подавился воздухом.

– Рад видеть вас, ваша милость. Кариель, что ты с ним сделала в академии и где настоящий Джо?

– Мы сумели прийти к компромиссу, – подмигнула я брату.

– Я пришел к пониманию, что моё поведение было не допустимым и со стороны выглядело откровенно плохо, – признался Джо, кривя губы. Не знаю, во что обошлось ему это признание, однако я была рада, что он сумел это произнести.

– Это определенно надо отметить! Джо и признал свои ошибки! – Зариель едва удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу. Я видела, как дернулась его рука.

Джозеф как-то криво улыбнулся, а потом вдруг внимательно посмотрел на меня. За прошедшие полтора месяца обучения он всё-таки заметно изменился и, слава богам, в лучшую сторону. Возможно, если он и дальше будет меняться в том же направлении, когда-нибудь я смогу назвать его своим другом. Не считая своего поведения, которое он пытается исправить, он в принципе не самый плохой молодой человек. В любом случае, если бы ей пришлось выбирать между Джо и Хряком, выбор бы тут вообще не стоял.

– Кариель, если позволишь. Я понимаю, что это не моё дело, но ты же терпеть не можешь Уэнса, даже больше, чем меня. Да и ар Ельцы с вашей семьёй мало дружили. Или у меня устаревшая информация?

– Кари, молчи, – остановил меня брат, а потом заговорщически наклонился к Джо. – Сегодня будет шоу. А завтра с утра Да, я посмотрю на лицо Уэнса!

– Милые! Подойдите! – позвала нас мама и мы, переглянувшись уже втроем, поспешили к родительнице.

– Кариель, прекрасно выглядишь. Не хочешь ничего сказать леди Фелиции? – мама кивнула в сторону матери Джозефа, которая с неким волнением рассматривала сына. Она явно боялась очередных неприятностей.

– Ваша милость, я приношу свои извинения за тот инцидент, больше такого не повторится. Мы с Джозефом поговорили и пришли к пониманию, – я поклонилась, прося прощения.

– Я принимаю твои извинения, – кивнула женщина, – Наслышана о том, что вы вместе учитесь в академии. С его слов именно ты помогла ему исправить тонедоразумение.

Я кивнула, подтверждая. Так как конфликт был улажен, дальше разговор плавно потек не о чем. Отец Джозефа, лорд Денот, расспрашивал Зара об учебе, леди Фелиция интересовалась успехами сына и моими. Ар Ельцы всё также разговаривали с моим отцом, не спеша подходить к нам с братом. Опрометчиво, раз их сын сегодня решился просить моей руки. Семья казначея, собственно, сам казначей, милорд Гувальд, его жена, миледи Алисия, и их дочь, Матильда, немногим младше нас с Заром, тоже участвовали в разговоре, но как-то вяло. Матильда давно уже стояла возле окна, рассматривая увядающую природу.

Однако пора было за стол. Один из слуг подошел к маме, сказав пару слов, и тут же ушел, получив кивок. Мама хлопнула в ладоши, привлекая внимания.

– Дорогие гости, прошу всех к столу!

Разговоры ненадолго прекратились, брат откланялся и подал руку Матильде, так как сопроводить её было его небольшой обязанностью. Джозеф остался рядом со мной, подавая руку.

– Не знаю, что вы задумали, но заранее сочувствую тому человеку, против кого направлена ваша шутка.

– А кто сказал, что она будет одна? – лукаво улыбнувшись, ответила я, впервые за наше знакомство принимая руку Джозефа без всякий сомнений.

Спину ожег взгляд Уэнса, однако он не стал подходить и предъявлять права. Впрочем, у него их и не было. И никогда уже не будет.

Проводив меня до места, на котором стояла табличка с моим именем, Джозеф откланялся, заняв место по левую руку от меня. Уэнс сел напротив него, не прекращая смотреть на меня с превосходством. Этот – боги, за такие слова мама заставить наизусть выучить столовый этикет Лейского эмирата, а там более тридцати приборов только на завтрак – этот Хряк уже чувствовал свою победу. Зариель прав, щелкнуть этого наглеца по носу будет неописуемо прекрасно.

Мама, как хозяйка принимающего дома, завязала неспешную, мало что значащую беседу о погоде и моде с дамами за столом. Впрочем, посматривая на её светлость, миледи Селесту, маму Уэнса, я едва ли могла представить её где-то в ателье или за просмотром журналов по моде. Дама была ещё необъятнее сына, бусы на шее грозили порваться от ещё хоть сколь-нибудь сильного натяжения, платье, призванное скрывать недостатки фигуры, сидело так, что лишь делало ситуацию хуже. И как только милорд Латеус выбрал такую в жены? И терпит ведь к тому же. Не раз и не два уже аристократия слышала о скандалах, которые миледи ар Ельц может начать на пустом месте. Да что там аристократия – её истеричность обсуждали и обычные граждане, к которым информация доходила от словоохотливых слуг.

– Кариель, признавайся, что вы с братом задумали? Мне уже не по себе от того, как ты плотоядно смотришь то на Хряка, то на его матушку.

Я удивленно посмотрела на Джо.

– Хряка?

– То, что я ни с кем из группы не разговаривал, не означает, что я вас не слышал, – закатил глаза парень. – Ну так что?

– Позже. Когда перейдем в комнаты отдыха. – отмахнулась я.

Джо кивнул, подложил мне в тарелку моего любимого салата. Из-за того, что он сидит рядом, ему нужно за мной ухаживать. Вон брат тоже положил Матильде на тарелку пару рулетиков. Девушка смущенно кивнула, принимая вынужденное внимание.

Я никак не могла дождаться, когда ужин закончится и мы сможем перейти в другую комнату. Милордов там ждал ликер и игра в преферанс, а женщин – музыкальные инструменты, вышивка и мягкие диваны. А ещё там были пирожные, пунш и наверняка там же мне попытаются сделать предложение.

Ожидание длилось, казалось, целую вечность, однако вот ужин подошел к концу, десерты обещали подать прямо в комнату отдыха, а потому Джо помог мне выйти из-за стола, и все переместились в соседнюю комнату, по традиции праздника так же украшенную в светлых тонах от желтого до красного.

Доведя меня до мягких диванов, куда уже сопроводили остальных дам, Джо откланялся, с неким опасением посматривая на меня и весело ухмыляющегося брата, который стоял чуть в стороне, не спеша присоединяться к мужским играм. Я незаметно достала флакончик из кармана и нанесла пару капель на тыльную поверхность ладони, как раз там, где обычно касаются губами мужчины, приветствуя дам. Главное самой не коснуться руками губ. Я посмотрела на брата, положила ладонь на пустое место рядом с собой. Зариель тут же оказался рядом под недовольным взглядом мамы Хряка. По всем нормам он не должен был подходить к девушкам, а должен был присоединиться к мужчинам.

– Ну-с?

– Напомни Уэнсу, что он поступил невежливо, не поприветствовав дочь хозяев дома, устраивающего вечер.

– Тебя заботят его манеры?

Я тихо фыркнула.

– Едва ли. Мне нужно, чтобы он подошел и поцеловал мне руку.

Взгляд брата метнулся к моим сложенным на коленях ладоням, потом к карману, в котором был флакон. В глазах появилось понимание. И смех.

– Какой эффект? И боги, Кариель, они же сразу на тебя подумают.

– Действие отсрочено, – я поймала мамин взгляд, который обещал мне не одну нудную лекцию о правилах поведения, если я немедля не отошлю брата и не вернусь к дамской болтовне. – Примерно через неделю наш замечательный Уэнс начнет чудить. Сильно и увы, фатально, для его положения и репутации, естественно.

– Каааариии

– Зариель, разве тебе не скучно с нами? – не выдержала мама, вмешавшись. Брат тут же поднялся, поклонился.

– Вы правы, матушка. Думаю, стоит предложить Уэнсу и Джозефу сыграть, им не хватает третьего.

Матушка благосклонно кивнула, отпуская брата, нахмурилась, посмотрев на меня, но ничего не сказала. Я же, тут же завязав пустую болтовню с Матильдой о популярных сейчас в столице маленьких домашних собачках, во все глаза следила за братом, который сначала подошел к Джозефу, что-то объяснил ему, а потом отправился к Уэнсу. Джозеф направился к свободному столу, ожидая партнеров по игре, а брат, что-то резкое бросив Уэнсу, присоединился к нему. Я видела, как сжал кулаки Хряк, однако он не опустился до ответного оскорбления, а наоборот, улыбнулся, кривовато, хотя может, мне так казалось, из-за его заплывшего жиром лица, и направился ко мне.

– Я приношу свои извинения за неподобающее поведение, – с нотками грусти произнес парень, кланяясь. Ну да, ещё бы ты был невежлив, пока рядом моя мать, миледи Селеста, леди Фелиция и миледи Алисия с дочерью. – Я должен был подойти к вам, едва вы прошли в комнату. Не иначе не совладал со стеснением при виде вашей красоты.

– Я принимаю ваши извинения, – я едва сумела не скривиться. Мама благосклонно улыбнулась, слушая извинения Уэнса.

Потная грязная ладонь милорда подхватила мою протянутую ему ладошку. Слюнявые, жирные губы коснулись кожи как раз там, где нужно. Внутренне меня передернуло от отвращения, однако я сумела сдержать себя. И даже руку вытерла о юбки уже когда Уэнс ушел к моему брату и Джо играть.

– Лиания, милая, скажи мне, как же так получилось, что ты отпустила Кариель в академию? Она же девушка! – обмахиваясь веером, тяжело вздохнула миледи Селеста, привлекая моё внимание.

– Она маг и сама вольна решать, что делать.

– И всё же! Девушки созданы быть украшением мужа и должны блистать на балах. К тому же, кто возьмет в жены такую своенравную девицу?

– Не думаю, что моя дочь останется в девицах, – несколько холоднее обычного ответила мама. – Маги предпочитают жениться на магически одаренных девушках. А, как ты наверняка знаешь, магов последнее время рождается больше обычного.

– И всё же Хотя знаешь, скажу тебе по секрету, мой сын очарован Кариель, – наклонившись к матушке, громким шепотом сообщила миледи. Она знала, что я слышу, однако её это, по всей видимости, не волновало. – Они виделись в столице в начале месяца. Скажу прямо, компания для миледи с ней была неподходящая, – скривившись, произнесла она.

Мама бросила на меня красноречивый взгляд. Просила не вмешиваться. Она знала о том походе в таверну, и уже прочитала мне нотацию о поведении. Знала и о том, как вел себя Уэнс во время той нашей встречи. Поэтому и не растерялась сейчас, хотя миледи Селеста очевидно на это и рассчитывала.

– Ваш сын тоже был в том квартале. Не подскажите, кстати, что он там делал? Насколько я помню, ваше имение в столице находится совсем в другом районе, – матушка обворожительно улыбнулась. Ни слова грубости, однако миледи Селеста тут же замолчала. Боги, хочу уметь так же, как матушка.

– Я прошу минуточку внимания, если мне позволят, – громко произнес Уэнс, выйдя на центр комнаты.

Мужчины тут же заинтересованно обернулись, отвлекаясь от игры. Папа посмотрел на меня, нахмурился. В глазах его я видела волнение. Ничего, папочка, всё будет хорошо. Брат и Джо сидели всё там же. Зариель выглядел жутко довольным, из чего я сделала вывод, что свою пакость брат уже сделал. Дамы тоже обратили внимание на Хряка, стоявшего, словно маршал на параде, подбоченившись и высоко задрав голову. Миледи Селеста посмотрела на меня, всем своим взглядом выказывая триумф и высокомерие. Она, видимо, думала, что я, такая своенравная и неправильная, попалась.

Папа кивнул, давая разрешение Уэнсу сделать объявление.

– В этот замечательный день я хотел бы просить руки её светлости, миледи Кариель ар Наром. – Уэнс стоял всё так же, широко улыбаясь и в ожидании смотря на меня. Он не сомневался в моем положительном ответе. Ну уж нет.

Я медленно поднялась. Так как я совершеннолетний маг, то отвечать должна от своего имени сама. Я нервно мяла в руках платок, который мгновением ранее достала из кармана как раз на этот случай. Опустив смущенный взгляд в пол, я вспоминала особенно курьезные моменты и, когда вновь посмотрела на собравшихся, порадовала всех красным якобы от смущения лицом.

– Ох, боги, сынок! Такой отважный поступок! – влезла матушка Уэнса.

Парень приосанился ещё больше, впрочем, едва ли кто-то это заметил за складками жира.

– Девушка столь смущена, что даже не может ответить. Явно, ответ положительный, – отец Уэнса гордо кивнул сыну, усмехнулся, глядя на моего хмурого отца.

Уэнс уже сделал шаг ко мне, доставая из кармана браслеты.

– Нет.

– Что?

– Я не могу принять это предложение, – я снова смущенно опустила лицо. Уэнс заскрипел зубами, метнул взгляд на своего отца.

– Кариель, объяснись, – ледяным голосом потребовал мой отец. Ему нужно было показать, что он не в курсе моей «помолвки» с Генрихом.

– Я имею устную договоренность с его светлостью, милордом Генрихом ар Игласом о помолвке, – я услышала, как охнула мать. Нужно было и её предупредить, но сейчас её реакция всё же более достоверная. – Мы хотели дождаться его приезда и завтра объявить об этом всем, однако в данной ситуации я не могу вводить в заблуждение почтенную семью ар Ельцев.

– На тебе нет браслета! И что за бред о договоренности! Девчонка просто пытается выкрутиться! – совсем некрасиво взвизгнула миледи Селеста, поднимаясь с дивана. – Вольгард, ваша дочь смеет унижать своей ложью моего сына!

– Кариель, у тебя есть доказательства?

– Браслетов и правда нет. Генрих привезет их завтра, однако у меня есть письменное соглашение, составленное по всем правилам.

Я вытащила из кармана платья свернутое соглашение. Уэнс на пару с матушкой побагровел, его отец возмущенно посмотрел на моего, однако папа только развел руками. Мол, я пытался, но как видишь.

– Кариель, позволь, – мама протянула руку к бумаге. Я покорно передала её ей.

– Это и правда соглашение

– Оно поддельное!

– Миледи Селеста, при всем моем к вам уважении, вы знаете – такие документы подделать невозможно, – покачала головой мама. – Бумага гербовая, подписи подкреплены кровью. Всё честно. Приношу свои извинения, но моя дочь действительно не может принять предложение вашего сына.

– Этот Генрих! Он известный гуляка, не мог он заключить помолвку! Это всё фарс! – Подал голос Хряк. Я лишь подняла на него холодный взгляд, спокойно улыбнулась.

– Не нужно оскорблять моего жениха. Он прибудет к завтраку и, я уверена, ответит на все ваши вопросы. Равно как и на оскорбления, кои я, как трепетно волнующаяся за репутацию жениха невеста, обязательно ему передам.

Хряк замолчал тут же. Собственно, как и его матушка. Оба гневно сверлили взглядом милорда Латеуса, однако тот не спешил на помощь. И, похоже, смирился с проигрышем.

– Селеста, Уэнс, вы ведете себя неподобающе. Приношу свои извинения за поведение жены и сына. – Лорд поклонился моему отцу.

– Отец!

– Уэнс! Умей принимать отказы!

Парень тут же покинул комнату. Следом выбежала его мать, наверняка, чтобы утешить ребенка. Я тяжело вздохнула, опускаясь на диван. Неужели всё обошлось? Отец смотрел на меня с заметным облегчением и, кажется, сожалением. Он явно был рад, что всё обошлось, однако, видимо, чувствовал, что нужно будет извиниться, за то, что чуть не отдал меня Хряку. Я лишь успокаивающе улыбнулась. Теперь всё хорошо.

Вечер быстро окончили, семья Джозефа и казначея покинули нас, их имения были не так далеко, остальные отправились по приготовленным для отдыха комнатам. Генрих и правда прибыл к завтраку. Никогда я ещё не была так рада ранним гостям. Ар Ельцы, единственные из наших гостей решившие переночевать у нас, гостей встречали не так радостно. Скорее всего рассчитывали, что Генрих не приедет и тогда все мои слова и вправду окажутся просто словами. Мы как раз садились за стол, когда в комнату вошел слуга и подошел к родителям.

– Прибыл его светлость ар Иглас младший. Один. Говорит, что хочет увидеть невесту, – произнес молодой паренек бесстрастно.

– Пригласите его. Думаю, он не откажется от завтрака, – приказал отец и слуга тут же испарился, чтобы через пару минут снова появиться на пороге и объявить:

– Его светлость, Генрих ар Иглас.

– Благодарю за приглашение и приветствую хозяев дома, – Генрих подошел к столу, поклонился.

Слуги уже подготовили ему место рядом с моим отцом, слегка подвинув брата. Впрочем, тот ничего не имел против соседства с другом.

Мой фиктивный жених поцеловал руку матушке, а потом подошел ко мне, целуя ладошку.

– Кари, дорогая, простите. Не получилось вырваться вчера.

Я улыбнулась вежливому обращению на «вы», как того и требовал этикет, а также восхитилась его актерской игре. Вот так с порога изобразить искренне переживание и нежные чувства к своей «невесте» явно сумеет не каждый.

– Ничего страшного. Я рада, что вы приехали, – я смущенно потупила взгляд, а Генрих ещё раз коснулся моей руки губами, нарушая все нормы вежливости, но поддерживая легенду, и поспешил занять место за столом.

Не прошло и пары минут, как ар Ельцы откланялись и поспешно покинули наш дом, не задав Генриху ни единого вопроса. Впрочем, это было ожидаемо. Раз он и правда двоюродный племянник короля, не стоит переходить такому дорогу. Завтракали дальше весьма спокойно. Отец расспрашивал Генриха о нашей помолвке и его намерениях, естественно, самых серьезных. Чуть позже мы переместились в каминный зал. Скоро нам с Заром нужно будет собираться, чтобы завтра утром прибыть в столицу.

– Простите, что всё вышло так сумбурно. Мы с Кари не думали, что выйдет такой казус, – с улыбкой произнес Генрих, поглаживая мою ладонь на вполне законных правах.

– Главное, что недоразумение разрешилось, – с улыбкой ответила мама. – Я предполагаю, что вы вернетесь в столицу вместе с Кариель и Зариелем?

– Да. Увы, из-за дел я не смог прибыть вчера и был лишен удовольствия встретить Солайран с моей невестой. К слову, Кари, дорогая, – Генрих поднялся, а потом с поклоном протянул мне два браслета. Один мужской для него и тонкий, изящный женский, для меня. – Нужно было сделать это раньше. Вы думаю, я могу сказать ты, принимаешь моё предложение?

– Да, – я немного трясущимися руками взяла мужской браслет и застегнула его на руке Генриха.

Фиктивная помолвка или нет, волнение это не уменьшало. Все-таки не каждый день такое происходит. Генрих застегнул мой браслет. Застежки засветились и пропали, подтверждая, что два мага добровольно заключили помолвку. Теперь снять с меня этот браслет мог только Генрих.

Никогда не думала, что за неполный день успею заключить помолвку, утереть нос ар Ельцам и напакостить отпрыску благородного семейства. Кстати, о пакостях.

– Он будет что?! – я чуть не подскочила с дивана. Мы втроем, – я, Зариель и Генрих, – сидели в комнатах брата. Родители не были в восторге, что мы так быстро покинули их, однако позволили брату увести меня и друга к себе. Мать пошутила, что Зар теперь должен присматривать за нами и не оставлять наедине.

– Хрюкать. Как только захочет сказать гадость он будет хрюкать, – Зариель отправил в рот ещё горсть орешков. Они с Генрихом ударили по рукам. – Ты же не думала, что я забыл бабулины уроки? – Брат подмигнул мне. – Я, конечно, не ты. Зельевар из меня такой себе, но кое-что и я умею.

– Я не сомневалась в тебе! Зато теперь у Уэнса будет полный набор.

– В каком смысле? – Генрих, который облюбовал второе кресло в комнате брата, тоже потянулся к орешкам.

– Я привила ему любовь к свиньям. Стойкую. Думаю, пик развития придется на конец зимы.

– Боги, как коварна моя невеста! – Возведя очи, сокрушительно произнес Генрих, под громкий смех моего брата. Кинуть в жениха подушкой, как уже кинула бы в брата, я не рискнула, мало ли как отреагирует, но желание было. – Кстати, я так и не поблагодарил тебя. Твоё предложение оказалось весьма к месту. Я с чистой совестью отшил всех девиц, приглашенных матушкой на праздник, и назвал им имя своей невесты. Вы бы видели их лица.

– Не стоит благодарить. Мне самой очень кстати пришлась это помолвка. Правда, я так и не поняла про обеды и прогулки.

Генрих сразу стал серьезным, сел ровнее. Он был старше нас с братом на два года, однако сейчас мне казалось, что повидал он куда больше. К вопросу нашей помолвки, пусть и фиктивной, он явно относился серьезно.

– Мне должны поверить. Думаю, пару раз в неделю будем выбираться в город на короткие прогулки. Плюс подарки и письма.

– К чему подарки? Я же их все равно потом верну.

– Не выдумывай, – отмахнулся жених. – Всё, что я посчитаю нужным подарить будет принадлежать тебе. Считай это приятным бонусом. Через год, я думаю, может и раньше, все решится и тогда я представлю родителям настоящую невесту. С тобой разойдемся из-за несовместимости характеров или ещё по какой причине, – пожал плечами молодой человек.

– Год? А что будет через год?

Я попыталась вспомнить какие-то значимые даты для королевства, однако так и не смогла. Возможно, какие-то личные дела Генриха.

– Не бери в голову, – махнул он рукой хмуро, подтверждая мои догадки.

Мы задержались дома до обеда. Слуги как раз успели собрать наши вещи, которые мы, впрочем, почти не доставали. Мать с отцом проводили нас до экипажа, ещё раз поздравили меня и Генриха с помолвкой. На людях блондин так умело играл влюбленного, что я даже поверила и невольно начала ему подыгрывать. Это было ново, интересно и да, осознание того, что это просто игра, щекотало нервы.

Экипаж тронулся, а я облокотились на плечо брата, прикрыв глаза и раздумывая о том, почему бабуля, которая всегда приезжает на Солайран и с которой я очень хотела поговорить, так и не навестила наш дом в праздник.

Глава 12

– Доброе утро, – Джозеф вошел в столовую, взял под нашими внимательными взглядами жаренный бекон, омлет и чашку чая и спокойно сел за соседний столик. Пустой.

Ребята с неким удивлением смотрели на лорда, который сначала грубил им, потом почти месяц не разговаривал, а тут вошел с утра в общую столовую, куда раньше старался приходить так, чтобы ни с кем не видеться, поздоровался, да ещё и сел спокойно.

– Доброе, Джо, – ответила я спокойно. Взгляд ребят тут же переместился на меня.

– Только не говори, что это его браслет – Лави круглыми глазами смотрела на меня. В столовой сейчас была только наша компания. Близняшки убежали минутой ранее, а остальные либо ещё спали, либо уже ушли.

С праздника прошла неделя, а браслет на моей руке не заметил бы только слепой. Ребята пытали меня на тему, чей он, и из-за чего я так поспешно заключила помолвку, однако я не распространялась, сказав только, что это не имеет значения. И вот теперь Зела с Лави смотрели на мою руку с украшением удивленно и даже испуганно, а парни поглядывали на Джо с явным недовольством.