За бездной невозврата

– Такое возможно?..

Он не смог сдержать улыбку, возобновляя диалог, и мечтательно представил фрегат с неброским названием: «Марк», несущийся на всех парусах. Матросы, снующие по судну, чётко выполняют его распоряжения, а старший помощник тенью стоит на мостике.

– Всё невозможное бывает в этой жизни.

– Вы сменили имя? – Удивился Марк, едва не открыв глаза.

– А ты поразительно догадлив для юнги…

– Но почему?! – Он всё-таки открыл глаза.

Диана, не открывая своих, подняла бокал с напитком. «Игристое», – определил Марк по наличию пузырьков. И лишь слегка коснулась губами красивой в свете заката жидкости, после чего поставила бокал рядом с собой, не пролив ни капли.

– Так мне подсказала моя звезда… – Диана открыла глаза.

– Звезда?.. В смысле, одна из тех, что в небе?

Марк окинул взглядом звёздное небо и посмотрел на Диану, пытаясь понять – «не пьяна ли она?» Но тут же отбросил эту мысль – «Капитан судна, такая ответственность. Да и этот напиток? Вряд ли винный поцелуй, даже урожая там какого-то-до-рождения-самой-Дианы года, опьянит её…»

– Конечно, на небе… – прервала Диана размышления юнги, и она снова коснулась губами вина, пузырёк которого застыл на верхней губе и затем лопнул. – У каждого есть своя звезда. – Она открыла глаза.

– И даже у меня? – Марк покачал головой в ответ на предложение глотнуть или поцеловать «игристое».

– Разумеется… – Диана легко и плавно поднялась, глядя вперёд. – Прочти небо по звёздам, найди свою звезду. Дай ей понять, что вы связаны… Это должно исходить изнутри тебя. И жди, что она тебе скажет.

Марк смотрел на небо, пытаясь понять, что из того, что он слышал, вообще реально. Начиная с чтения неба…

– А как?.. Я пойму? – Он перевёл взгляд на стоящую рядом с ним женщину.

Её лицо, белоснежное одеяние в ещё не потухшем свете заката выглядели таинственно-мистическими. Марк снова обратился взглядом к небу.

– Мне было столько же, сколько и тебе, – она, казалось, не слышала его вопроса. – Я была гораздо глупее, ветренее…

Последнее донеслось до Марка издалека, откуда-то сзади от кресел:

-… Я прочла и всё поняла. И ты справишься…

Что-то коснулось шеи Марка, вызывая мурашки. Лопнувший пузырёк, такой же, какой недавно сыграл на губе его собеседницы. Он повернул голову назад и увидел удаляющийся вдоль борта силуэт Дианы. Он снова взглянул на небо, пытаясь снова его прочесть.

– Послушайте, что прошептала мне моя звезда… – и, несмотря на то, что родители синхронно прыснули от смеха, Марк повторил за «своей звездой»: – «В камне и под камнем, в пламени огня и в пепле его, в толще воды и вне её. В недрах земли и на ней нет существа меня сильней…»

Мать с отцом, лежащие просто на полотенцах рядом с джакузи, приподнялись на локтях. В глазах – удивление, вопросы, раздумье и даже испуг…

– Сын! – Начал отец, спасая жену от внутрисемейного признания во временном отсутствии материнских чувств в результате услышанного. – Во-первых: называть Диану «своей звездой» несколько преждевременно, нет, – он, вздохнув и соглашаясь, кивнул головой. – Я, конечно, допускаю… – вскрикнул – Надя укусила его за плечо.

– Да причём тут Диана?! – Марк поморщился фактурности сцены родительских отношений. – Нет… Она, конечно, при всём. Ведь это она научила меня читать небо и найти «свою звезду» …

Надя выпустила из зубов плоть отца, но рот при этом не закрывала. Отец поддержал её в этом. Так они и смотрели на сына с полуоткрытыми ртами.

– Да, да, я нашёл свою в созвездии Большой медведицы, – Марк быстро говорил, понимая, что родительский сарказм вот-вот заставит его замолчать. – Она верхняя угловая в ручке «ковша», и она мне прошептала то, что… что я вам продекламировал раньше.

– Хм… – закрыл рот отец, в этот раз доверяя продолжить матери.

– Сын-о-о-о-о-к.. – протянула Надя, начав так же, когда отговаривала от общения с Натали после едва не случившейся трагедии.

– Да ну вас! – Марк, поднявшись с колен, побежал на верхнюю палубу.

– Поговорил бы ты с этой Дианой! – Надя впилась ногтями в раскрасневшуюся от солнца кожу груди мужа. – Понятно, что она постоянно в море, оторвана от земли, но… мальчику что-нибудь более приземлённое необходимо, а то ведь… заблудится в созвездиях…

Они снова прыснули от смеха и погрузились в джакузи, где Надя под водой нажала пяткой в пах тела мужа и расширила глаза, увеличивая давление.

– Ну! – Взвыл от боли отец. – Сказал же… поговорю!

Морское путешествие подразумевало под собой посещение более двух десятков портов. Разных стран. С различными историями, традициями, культурой и достопримечательностями. И мать с отцом таскали Марка с собой, будь то скучнейшие развалины древних архитектурных ансамблей, музеи, рынки, выставки или аукцион холодного оружия древности, танцевальные шоу и страна аттракционов. Они старались напичкать сына позитивными эмоциями, и надо отдать им должное – это получалось.

– Смотри, как его это «звёздное чтиво» зацепило, сам на себя не похож… – Надя кивнула на сына, который замер возле костюма конкистадора в одном из музеев на побережье.

– Ага… «звёздная болезнь» прямо… – улыбнулся отвлечённо отец, разглядывая схему приготовления древнего алкогольного напитка из агавы.

И тут же получил короткий тычок в пивной животик.

– Ты поговорил с Дианой?! – Надя расширила глаза, глядя в мужские, и вторгаясь в личное пространство мужа.

– А о чём? – Втянул живот тот, ожидая новой атаки. – Сын в порядке! Чуть-чуть непостоянен, но очевидно же в разы лучше, чем был. Пусть эти звёзды хоть сачком с Дианой ловят. Ничего критического пока не вижу.

– Если дойдёт до критической точки, я тебя и Диану скормлю акулам! – Прошипела змеёй Надя, видя приближающегося Марка, и улыбнулась ему. – Ну как, сынок?.. Как тебе эти завоеватели?

– Потрясающе! – Живо отреагировал сын, умиляя родителей. – Особенно я в восторге от их галеона. Макет в полном масштабе – это мощь!

– И путеводная звезда над ним горит… – успел вставить отец, за что получил короткий тычок в почку.

-… Вот бы на нём в море… – Марк мечтательно произнёс, глядя в морскую даль, не замечая возни родителей.

– Ну, ну, сынок… – Надя обвила его рукой, уводя в сторону от мужа. – Какие твои годы? Выйдешь ещё и не раз!

– Думаешь? – Марк оглянулся на отца, ища в его глазах опровержение слов матери.

Но Надя своими быстрыми движениями не дала отцу и попытки разочаровать сына, развернулась всем телом сама и подхватив мужа под руку повела их обоих. Маленькая, обоим по плечо. Но целеустремлённая и во всём уверенная.

– Конечно, что за вопрос. Идём гулять! – и затем на спуске, задержавшись на одну ступень лестницы, потрепала своих мужчин – Марка за густую шевелюру волос, мужа за его лысину.

– Почему ты выбрала море? – Марк смотрел на неподвижный профиль и устремлённый взгляд вперёд собеседницы.

Они уже давно перешли на «ты» – Диана не считала себя старой. Хотя ей вряд ли ранее кто-то даже намекнул об этом.

– Из-за любви… – после паузы ответила капитан, так словно впервые поделилась своим сокровенным.

– Из-за любви… к морю?

Марк, понимая её полностью и разделяя её чувства, сидел рядом в такой же позе, что и Диана, хоть потом всегда и ощущал боли в ногах. Так они общались уже не первую неделю и ежедневно. Только возле Марка стоял бокал с минеральной водой, а не с вином.

– Нет, почему же? – донеслось до него справа. – К мужчине…

– В смысле? – Он, открыв глаза, повернулся к «живому изваянию», застывшему рядом с ним.

Теперь повернулась и она к нему. В её глазах удивление – «очевидно же…».

– Он любил меня и море… – Она, продолжая смотреть в глаза юнги, поднесла к губам бокал и снова только коснулась их вином. – Он выбрал море. Я решила узнать «почему?» … – Диана отвернулась.

– И?!

– И я полюбила море.

Лёгкий вечерний бриз ласкал их лица, словно заботливой рукой поправляя волосы.

– А какая твоя звезда? – Марк прервал пугающее его именно сейчас молчание.

– Не называй никому своей звезды и не рассказывай о диалогах с нею… – чуть понизив голос, проговорила Диана, – иначе это всё потеряет смысл.

– Но я уже… – закусил нижнюю губу Марк.

– Рассказал предкам?

– Да…

– Не страшно… это твои близкие, – она сменила позу – встав на колени, мягко села на пятки. – Тем более, что они не особо-то тебе верят, не так ли?

– Точно. – Он тоже сменил позу, хоть и не любил именно эту из-за последующих болевых ощущений.

Он впился глазами в свою звезду. В её многообещающе мерцание, которое, как ему казалось, меняет цвет, от бледно-стального до золотисто-жёлтого и даже фиолетово-пурпурного. Звезда молчала. Как и Диана. Которая молча ушла. Всегда делала так, оставляя его наедине со звездой. Понимая, насколько важен для него сам процесс общения и его качество. Высшей степени которого можно было достичь только в уединении.

Теперь он точно решил, что больше не поделится тем, о чём говорит со звездой, даже с родителями. «Это нерушимо личное…»

Вояж затягивался. Но все были довольны. Особенно пассажиры. И команда, застоявшаяся в одном месте до этого, в течении месяца обслуживающая короткие, в основном ночные прогулки не трезвых и не совсем культурных аборигенов полуострова.

– Ну чего «родаки» то не пилят? – Константин с улыбкой наблюдал за родителями Марка в пятистах метрах от яхты нарезающими круги на скутере. – Как дети…

– Да как?.. – младший матрос с удивлением взглянул в смеющиеся глаза Константина. – С патологическим постоянством, уже устал «склеиваться» после их «распилов». Голова гудит как улей…

– Плюнь!

– Как?..

– Смачно, слюной… – Рассмеялся белозубо Константин, играя мышцами.

– А чуть-чуть больше конкретики?

Константин стёр ветошью масло с рук и постучал ладонью одной из них по мощной груди. Он отвечал за двигатели всех машин – два скутера, четырёх местный скоростной бот и резиновая лодка с двумя мощными моторами, ну и само собой за механическое сердце яхты.

Они с Марком четверть часа назад отправили в плавание скутер с семейной парой.

– Подыграй им, – механик взглянул на юнгу хитро прищурившись, – Пусть получают визуально то, что хотят от тебя, а сам разумно делай своё. Начни с мелочей. Такое и в жизни пригодится, поверь мне… ты же, наверное, всё в штыки?

– Ну, а как ещё если они?.. – начал Марк и замолчал, услышав в словах Константина рациональное зерно, задумался.

– Вот видишь, – улыбнулся Константин, – начинаешь размышлять, значит всё получится. Знаешь, как у меня было жёстко? У-у-у.. – он взглянул на небо и улыбнулся, – до тех пор, пока я не начал двигаться по чётко выстроенному отцом жёсткому плану, а сам гнул свою линию, когда находился в не зоне доступа его контроля. Когда всё вскрылось, было уже поздно и они только махнули рукой. Правда… – Его взгляд ясный лучистый вдруг потускнел, – это привело меня не к лучшим моментам моей жизни. Но…тут главное не перегнуть. Не переступить черту. Научишься балансировать на грани, что так же поможет в будущем. Тем более посмотри, – Константин снова улыбаясь кивнул на родителей Марка, – у них сейчас возрождение молодости…

–Ты серьёзно? – Но Марк и сам слышал смех увлечённых ездой на скутере родителей.

–Ну. Смотри тебе сестру или брата за бабахают. Тебе на руку будет. Всё внимание сконцентрируется на новой жизни… – Константин рассмеявшись покачал головой глядя какие трюки выделывают на скутере взрослые люди, – подкинь им эту идею.

Юнга задумался.

–Как у тебя с нашей то всё нормально? – механик достал из переносного холодильника пару банок ледяного лимонада одну протянул Марку. – С принцессой?

–Дианой?

–Ага. – Константин ловко подкинул пластиковый ящик с инструментами, поймал перевернувшийся в воздухе и поставил на пол, открыл, удивлённо наморщил лоб и принялся наводить порядок в нём.

– Да. Всё супер… – Юнга посмотрел на небо – не светит ли его звезда, вздохнул, на небе только одна – Солнце, и оно в зените, – Она на самом деле в море из-за любимого пошла?

– Это она так?.. – Константин, морща лоб придирчиво проверил провода тестера.

– Да.

– Ну, можно и так сказать… – парень загадочно улыбнулся, посмотрев в даль, – если бы не одна небольшая деталь…

– Я смотрю не для всех работа есть на судне?! – Раздалось строгое и однозначно капитанское, – раз языки заняты больше чем руки.

На верхней палубе в белоснежной форме и пилотке стояла капитан, глядя на них и только бровями потребовала ответ от невольно поднявшихся собеседников.

– Работаем капитан.

– Да, работаем…

Диана усмехнулась и взглянула на вопящую Надю с трудом удерживающуюся за жилет отца. Покачала головой и повторила уже озвученную ранее оценку:

– Как дети!

Через десять минут механик и юнга под взглядом капитана встречали пару «взрослых детей». Эмоционально возбуждённых. Запыхавшихся. Со светящимися глазами на загорелых лицах.

Денис кормил гостей и команду яхты. К двадцати годам успел поработать в нескольких европейских ресторанах, отмеченных мишленовскими звездами.

Загорелый блондин. Не болтун, если это не касается описания блюд. С открытым взглядом вечно весёлых зелёных глаз. Крепкий и видимо от природы. Всё тело покрыто татуировками – биомеханика в сочетании с космическими пришельцами в 3-D формате.

Сегодня юнга помогает ему – намечался банкет. День рождения Георга с «беззвучной» фамилией Распутин. Глубокие русские корни.

Денис простыл при погружении и его вкусовые рецепторы не работали, и Марк подрабатывал на камбузе ещё и «индикатором вкуса». То ещё занятие – Денис подвергал детальному расспросу после каждой дегустации, будь то соус, крем или тесто для торта. И по требованию необходимо было описать ощущения и всю гамму послевкусия.

– Кок! – Марк тестировал заварной крем для зефирного торта с орехами и сухофруктами. До этого был соус для тигровых креветок на основе имбиря. – Очень вкусно…

– Что за ответ юнга! – Глаза Дениса даже утратили свой обычный весёлый огонёк, – это не может быть «вкусно». Это должно передать тебе весь спектр вкусовых ощущений и последовательно, каждый ингредиент этого десерта своеобразен и дополняет друг друга, крем же, подчеркивает вкус груши в зефире и только затем он толкает тебя плавно в объятия миндаля. Но и там ты ненадолго. Твоё путешествие заканчивается в лесу на ягодной поляне, где растут и черника, и земляника и даже немного брусники.

– И как мне это всё «прокачать»? – Марк удивился очередному описанию блюда. – Закусить крем зефиром, а затем засыпать в рот орехи и сухофрукты, или… в обратном порядке?

– Дилетант… – покачал головой Денис улыбаясь. – А как же основа из слоёного теста. Нет. – Он вздохнул закапал каплями нос. – Это… – очередная салфетка полетела в ведро с мусором. Кок дважды помыл руки. Тщательно вытер. – Это я доверю своим точным расчётам консистенций, составных блюд и времени. А ты мне вечером расскажешь соответствовало это всё моим описаниям. Только один вопрос? Вкуса ванили и шоколада ты не ощутил?

– Нет. Так мы же туда и не добавляли ни того ни другого?! – Удивился искренне Марк.

– В этом-то и есть мастерство повара, – цыкнул сквозь зубы Денис, – добиться вкуса в блюде ноток продуктов, которые в нём отсутствуют…

– Зачем?! –Ещё больше удивился юнга, принимая ковш с желейной массой и с пониманием принялся перемешивать. – Ведь можно же просто положить необходимые для вкуса продукты и всё!

Денис посмотрел на юнгу как Папа Римский на еретика.

– Ты сам ответил на свой вопрос… – «просто». Это всё слишком просто. Стоп! – И Выхватил из его рук ковш сунул в печной шкаф, мигающий своим интерфейсом. – Тогда это будет смесь из вкусов. А нам, помнишь?.. необходимо, по шаговое, восхождение на «вкусовой Олимп». – И Денис рассмеялся, бросая полотенце в собеседника.

Марк понял – кок, как и любой повар не выдаёт личных секретов, Денис – вуалируя свои обычной весёлой болтовнёй.

– Денис?..

– Да?

– А Диана?

– Что, Диана? – Высморкался громко кок.

– Она?..

– Ну да, «она» … не он! Не научился различать людей по половым признакам? Говори, что мнёшься как голодный возле кухни.

– Ну… правду говорят, что она пошла в море?..

– Из-за несчастной любви? – Денис открыл печь, окинул быстрым взглядом стоящие там блюда и закрыл снова, открыв новую пачку салфеток. Шмыгнув носом, он продолжил: – Ну не в петлю же лезть из-за неё… – Он повернулся и застыл, и Марк всё понял, глядя на кока, который «официально» продолжил. – В твои годы я не слазил с чистки картошки…

– А юнга у нас здесь не растолстеет? – Донеслось из-за спины, вполне ожидаемое для Марка, который покраснел до корней волос. – В машинное отделение, если что, влезет?

– Так всё, капитан! – Глаза Дениса светились искренностью, что никак не сочеталось с его красным носом. – Задача, что была возложена на юнгу, выполнена. – И он пожал плечами. – Может быть, свободен.

Марк ощутил, как по его спине пробежал холодок, а на лбу выступил пот.

– Иди помоги Питерсону! – Диана мягко улыбнулась развернувшемуся к ней Марку. – У него что-то неладное с антеннами…

Юнга проскользнул мимо капитана и, уже поднимаясь, услышал её голос, подымающийся на октаву выше, но не разобрал слов.

Питерсон возился над рубкой – высокий брюнет с чёрными угольными глазами, волосы которого были забраны в хвост на затылке. Он насвистывал что-то «хитовое», название которого Марк не знал, но неоднократно слышал на радиоволнах.

– Ты чего такой, словно приведение увидел? – Питерсон, прерывая «хит», даже не взглянул на юнгу.

– Меня капитан прислала. Помочь…

– Значит, точно увидел. – Только теперь взглянув на Марка, он удовлетворенно кивнул.

– Приведение?

– Да. Держи!

В руки Марка упала небольшая бухта с проводами.

– Три куска по полтора метра. Там метки – на самих проводах, так что не ошибёшься. – Сам Питерсон ловко вскрывал коробку соединений, а второй рукой открывал сумку с инструментами.

– Так почему, приведение-то? – Марк непроизвольно перешёл на шёпот.

Питерсон зажал провода измерительного прибора в губах, «стрельнул» глазами по сторонам и быстрыми точечными движениями пробежал по контактам. Удовлетворенно хмыкнув, он буквально без движения губ спросил: