Абонемент на потом

Алексей Корнелюк

Абонемент на потом

Глава 1

Михаил Серов считал себя человеком занятым, хотя, если не врать совсем уж нагло, был просто человеком, которого давно никто не мог поймать живым. На работе он продавал людям будущее: светлые кухни, закрытые дворы без машин, счастливых детей на велосипедах и взрослых, которые почему-то всегда шли по рендерам с бумажными стаканчиками кофе, будто это не жилой комплекс, а международный конгресс довольных ипотечников. Дома он продавал то же самое, только хуже: Лене — обещание поговорить вечером, Егору — обещание прийти в следующий раз, матери — обещание перезвонить через десять минут. Будущее у него получалось убедительнее настоящего. Настоящее всё время лезло без очереди, пахло утренней раковиной, требовало денег на школьную экскурсию, просило проверить давление, начинало разговор словами «нам надо поговорить» и вообще вело себя как человек, не понимающий, что у Михаила сегодня презентация.

В тот четверг Москва решила доказать, что тоже умеет быть полноценным участником семейного конфликта. Снег давно сошёл, но город всё ещё выглядел так, будто его разморозили в микроволновке и забыли перемешать. У подъезда лежала коричневая каша из реагентов, окурков и растаявших надежд. Дворник в оранжевой жилетке с видом человека, пережившего три империи и одну управляющую компанию, ковырял лопатой лужу у бордюра. На детской площадке качалась пустая качеля. Её раскачивал ветер или чья-то родительская вина, тут уже каждый выбирал по своей подготовке.

Михаил вышел из подъезда с ноутбуком, телефоном, вторым телефоном, стаканом кофе из автомата и лицом человека, которому жизнь опять неправильно выставила приоритеты. На нём было пальто, купленное в приступе карьерной уверенности, шарф, подаренный Леной ещё тогда, когда она дарила вещи не из вежливости, и ботинки, которые скрипели так укоризненно, будто знали о нём всё.

Телефон завибрировал в руке. На экране высветилось: «Мама».

Михаил посмотрел на имя и сразу почувствовал усталость, как будто звонок уже состоялся и он уже выслушал всё: про давление, про соседку с третьего, которая опять ставит пакеты у мусоропровода, про поликлинику, где «все какие-то злые», про лампочку в коридоре, которую «ты в прошлый раз обещал посмотреть», хотя прошлый раз был, по мнению Михаила, примерно вчера, а по мнению календаря — в сентябре.