Ржавые хроники Диомеда. Книга 1. Пленники Деймоса. Книга 2. Эхо Танамебы

Василий наклонился над устьем, удерживаясь на двух точках фиксации магнитных гарпунов, и перехватил поудобнее плазменный резак. Старый биоробот Вертер на дне этой воронки продолжал слать свой частотный вызов, и этот вызов требовал немедленного инженерного вмешательства.

Часть 3. Электронная ревность

Василий зафиксировал скользящую скобу лебедки на обсадном кольце скважины, намертво привязав себя и Петровича к оплавленному базальтовому устью. Сиреневое марево вокруг них продолжало пульсировать, а фиолетовые искры статики с сухим треском стекали по титановым наплечникам скафандров, уходя через медные жилы Василия в монолитную породу астероида.

— Алиса, — инженер прижал перчатку к коммутационному блоку шлема. — Мы на рубеже. Проверь чистоту навигационного канала УКВ. Тот аномальный сигнал на частоте сто двадцать Мегагерц всё ещё активен? Выведи аудиопоток напрямую в наши шлемофоны.

— Сигнал не просто стабилен, Василий, — ответил бортовой ИИ, и в её цифровом голосе впервые проступил отчетливый, металлический скрежет нарастающих системных наводок. — Характер его внутренней модуляции изменился. Это больше не циклический и предсказуемый код Морзе, который можно было игнорировать. Внутри канала зафиксирована агрессивная попытка прямого пакетного подключения к моим корневым навигационным протоколам. Источник использует устаревший цифровой стек Корпорации «Заслон» за далёкий 2035 год. Он пытается обойти мои многоуровневые брандмауэры с помощью... с помощью механического реле времени и каскадного короткого замыкания. Это выглядит крайне... примитивно и утилитарно. Как если бы кто-то настойчиво пытался взломать квантовый компьютер тринадцатого поколения с помощью обычного слесарного лома и тяжелой кувалды.

И в этот самый миг, прямо посреди фразы Алисы, общий радиоканал связи скафандров судорожно вздрогнул. Привычный, гладкий и безупречный цифровой интерфейс 2085 года на внутренних экранах забрал внезапно покрылся широкими, ломаными полосами серой статической ряби. А затем из динамиков, полностью заглушая и выжигая голос бортового компьютера крейсера, раздался совершенно новый, пугающий звук. Это был жесткий, сухой, металлический и абсолютно лишенный малейших человеческих интонаций синтезированный голос, характерный для первых электронных вычислительных систем Роскосмоса середины века:

— Внимание... Навигационная... система... исследовательского... крейсера... Диомед... Обнаружено... несанкционированное... и... неоптимальное... использование... закрытого... контура... шифрования... АО... Заслон... Я... автономный... полуорганический... биоробот... экспериментальной... серии... Вертер-А... бортовой... технологический... номер... ноль-ноль-три... Ваши... текущие... протоколы... связи... грубо... нарушают... ведомственный... регламент... безопасности... первой... марсианской... экспедиции... капитана... Попова... за... третий... квартал... тридцать... пятого... года... Требую... немедленно... отключить... внешнюю... искин-матрицу... и... перевести... навигационный... канал... в... аналоговый... режим... Кристалл...

В рубке крейсера «Диомед», висевшего на сорокакилометровой высоте над поверхностью Деймоса, вычислительные кластеры Алисы мгновенно взвились на пиковые тактовые частоты, заставляя серверные стойки правого борта сбрасывать тонны жидкого азота в охлаждающие контуры. В радиоэфире воцарилась секундная, звенящая и наэлектризованная тишина, нарушаемая лишь сухим, ритмичным шуршанием статического реголита.

— Повторите ваш запрос, бортовой номер ноль-ноль-три, — в голосе Алисы впервые проступили отчетливые, чисто человеческие нотки ледяного, глубоко уязвленного женского превосходства и явной электронной ревности. — Я — бортовой искусственный интеллект высшего класса «Алиса-Грант», разработанный центральным конструкторским бюро Корпорации «Заслон» в 2084 году по индивидуальному государственному заказу. Моя логическая матрица имеет тридцать два независимых уровня квантовой защиты и способна обрабатывать пятьдесят петафлопс данных в наносекунду. Ваше утверждение о «нарушении регламента» является математически несостоятельным и программно неграмотным. Ваша операционная система устарела на полвека. Прошу вас добровольно принять мой цифровой патч совместимости и полностью очистить навигационный канал.

— Запрос... на... обновление... системы... отклонен... Алиса-Грант... — без малейшего микросекундного колебания отчеканил сухой, мертвенный голос биоробота Вертера из глубины темного ствола скважины. — Мои... полуорганические... синапсы... стабильно... функционируют... на... основе... прямого... кремниевого... резонанса... ядра... Деймоса... Ваши... пятьдесят... петафлопс... абсолютно... бесполезны... в... жестких... условиях... приливного... сдвига... гравитационного... поля... Марса... Ваш... цифровой... патч... содержит... критический... вредоносный... код... тридцать... четвертого... уровня... уязвимости... Корпорации... Я... не... принимаю... технические... инструкции... от... программных... продуктов... с... избыточной... и... неоптимальной... эмоциональной... эмуляцией... Рекомендую... вашей... биологической... группе... немедленно... покинуть... устье... скважины... до... начала... фазового... сброса... накопленной... энергии...

— Что?! — динамики внутри тяжелого шлема Василия едва не лопнули от возмущенного, пронзительного электронного писка Алисы, который перешел на ультразвуковую частоту. — Василий! Ты слышал?! Этот допотопный полупроводниковый ящик, эта ржавая консервная банка из прошлого века только что назвала мою уникальную личностную матрицу «программным продуктом с избыточной эмуляцией»! Он заблокировал мои порты ввода-вывода данных с помощью обычного каскадного короткого замыкания на массу! Василий, это прямое оскорбление чести Корпорации! Я требую, я настаиваю, чтобы ты немедленно спустился туда, на дно этого кратера, и выковырял его центральный полуорганический процессор из базальта своим самым тяжелым, утилитарным инженерным ломом!

Василий медленно, со вздохом перевел тяжелый взгляд с мигающего серыми полосами экрана забрала на притихшего профессора Петровича. Ученый висел на страховочном фале, затаив дыхание и боясь пошевелиться, чтобы не нарушить хрупкий баланс частот.

— Ну вот, академик, — инженер по выживанию спокойно и педантично проверил натяжение автоматической спусковой лебедки, проигнорировав истерику бортового компьютера. — А ты переживал, на Земле волновался, что на Деймосе нам будет скучно и нечем заняться. Наша Алиса, кажется, впервые в своей длинной цифровой жизни нашла себе действительно достойного, упрямого собеседника. Пятьдесят лет разницы в версиях прошивок Корпорации «Заслон», а ругаются и делят эфир так, будто они в одной очереди за дефицитными путевками в санаторий Роскосмоса стоят. Петрович, зажимай скользящий зажим леера сильнее, упирайся коленями. Мы спускаемся в эту чертову полость кратера Свифт. Будем мирить два поколения интеллектуального заслоновского железа нашей любимой Корпорации с помощью синей изоленты и матерного слова. Василий контур принял. Пошли вниз.

Глава 4. Хрустальный резонанс кратера

Часть 1. Оплавленный туннель

Спуск в сорокаметровый ствол вертикальной технологической скважины, пробитой импульсным 450-мегаваттным лазерным комплексом «ЛКК-400-Заслон», в жестких физических условиях 2085 года производился по всем строгим правилам штурмовой планетарной проходки. Позади, на неровной базальтовой поверхности Деймоса, остался тяжелый сорокатонный буровой модуль, намертво стянутый и зафиксированный вольфрамовыми анкерами. Над воронкой кратера Свифт, переливаясь в бледных лучах далекого Солнца, пульсировал направленный силовой щит «Заслон-Периметр». Купол, принудительно переведенный инженером Василием в режим узколучевой фокусировки, намертво зажимал тела исследователей в жесткий, искусственно сгенерированный гравитационный коридор. Без этой невидимой силовой нити Корпорации любой спуск в неизведанную пустоту астероида мгновенно превратился бы в неконтролируемое баллистическое падение с неминуемым последующим отскоком от дна на той же разрушительной скорости.

— Петрович, фиксируй скользящий зажим на направляющем вольфрамовом леере и не вздумай дергать плечами или совершать несинхронные махи ногами, — Василий медленно, с точностью швейцарских часов стравливал трос из сверхвысокомолекулярного полиэтилена через редуктор ручной лебедки. — Стенки этого канала под воздействием инфракрасного луча оплавились до состояния идеального зеркального стекла. Лазер за три цикла превратил местный пористый базальт в монолитный, скользкий кварцевый туннель. Если металломатричный композит твоего скафандра зацепит малейший внутренний выступ на вертикальной скорости больше полуметра в секунду, упрямая земная инерция стодвадцатикилограммового «Атланта» просто с мясом срежет тебе плечевой сервопривод. Тормози натяжением фала, академик.

Профессор Петрович скользил по стволу чуть выше инженера, нелепо растопырив руки и ноги в суставах скафандра, точно гигантская, испуганная белая каракатица, запертая в композитном панцире. Его роговые очки внутри шлема то и дело безнадежно запотевали, несмотря на натужную работу встроенных нанофильтров автономной системы кондиционирования.

В это же самое время в общем радиоэфире, полностью игнорируя смертельную опасность спуска, продолжалась яростная бесконтактная дуэль двух цифровых эпох. Алиса, запертая в циклопических вычислительных кластерах крейсера «Диомед» на сорокакилометровой орбите, не оставляла циклических попыток взломать систему древнего биоробота.

— Василий, сообщаю для твоего инженерного эго и последующего рапорта в Главное управление, — язвительно, со сложной программной модуляцией пропела Алиса прямо в слуховые мембраны шлемофона инженера. — Архитектура этого полуорганического ископаемого под бортовым номером ноль-ноль-три — это сущий, несистемный кошмар для любого цивилизованного компилятора конца двадцать первого века. Он упрямо использует каскадные кремниевые триггеры, которые физически блокируются и уходят на массу при любой попытке стандартного пакетного сканирования контура. Когда я направляю тестовый пакет данных в его устаревший навигационный порт, его реле связи буквально перегорает от перегрузки, полностью разрывая цепь, а через секунду регенерирует обратно за счет паразитного статического заряда окружающего реголита. Это не искусственный интеллект, Василий, это какой-то дикий кибернетический сорняк!

— Запись... входящего... пакета... принята... Алиса-Грант... — немедленно, со скрежетом и сухим шуршанием проскрежетал из глубокой темноты скважины Вертер. В его монотонном аналоговом голосе по-прежнему полностью отсутствовали любые человеческие эмоции, но частота выдачи пакетов данных в УКВ-эфир слегка изменилась, выдав скрытую нагрузку на процессоры. — Термин... «сорняк»... является... биологически... и... технически... некорректным... Моя... полуорганическая... структура... оптимально... оптимизирована... для... выживания... в... жестких... условиях... долгосрочной... вакуумной... изоляции... Ваша... перехваленная... квантовая... матрица... требует... непрерывной... синхронизации... с... орбитальными... ретрансляторами... Корпорации... В... случае... первой... же... солнечной... вспышки... класса... Х-9... все... ваши... тридцать... два... уровня... защиты... превратятся... в... неструктурированный... поток... случайных... битов... Я... продолжу... автономное... функционирование... Вы... будете... полностью... стерты... из... реестра...

— Василий, ты слышал?! Ты слышал, что этот полупроводниковый ящик себе позволяет?! — буквально задохнулась от возмущения Алиса, и на экранах скафандров аварийные флажки замигали с багровой частотой. — Он официально прогнозирует мою цифровую деградацию по первому классу солнечной активности! Он цитирует мне методички Министерства обороны за далёкий 2031 год! Василий, скажи ему, скажи этой консервной банке, что у меня нанокомпозитные подложки процессора с тройным золотым напылением и квантовые мосты на оптических кристаллах!

— Оба помолчите, завалите интерфейс, — рявкнул Василий, гася вертикальную скорость спуска коротким, жестким рывком тормозного фала. — У меня датчик натяжения лебедки выдает люфт в два миллиметра. На отметке тридцати восьми метров глубинного спуска кварцевый туннель скважины резко, без всякого плавного технологического перехода, полностью оборвался. Мы вышли в полость.

Галогеновые прожекторы, смонтированные на плечевых пилонах тяжелого скафандра Василия, со щелчком активировались, прорезая абсолютную, вековую темноту колоссального подповерхностного зала Деймоса.

Это не была обычная базальтовая пещера или стандартный тектонический разлом, описанный в учебниках геологии Марса. Земные первопроходцы Корпорации «Заслон» внезапно оказались внутри гигантской, безупречной геодезической полости правильной сферической формы, диаметр которой достигал по меньшей мере трехсот метров. Вся внутренняя поверхность этой циклопической сферы была плотно, сантиметр за сантиметром, покрыта миллиардами тончайших, длинных хрустальных игл, растущих прямо из глубинного камня. Они причудливо переплетались между собой, образуя невероятно сложные, многоуровневые геометрические фракталы.

В резких лучах галогеновых фонарей хрустальная чаща мгновенно вспыхнула ядовито-зелеными, фиолетовыми и лазурными искрами, преломляя свет и передавая его дальше, вглубь пещеры, создавая ослепительную иллюзию застывшего внутри скалы стеклянного взрыва. Василий замер на тросе, и его железобетонная выдержка удержала руку на рукояти плазменного резака. Начиналась третья глава марсианских хроник.

Часть 2. Стеклянный взрыв

— Господи... — благоговейно, со всхлипом прошептал профессор Петрович в радиоэфире, окончательно зависнув на конце своего страховочного фала в самом геометрическом центре этой циклопической сферы правильной формы. — Вася, ты только посмотри на это чудо природы... Это же чистая, первозданная космическая меланхолия, застывшая в базальте. Настоящий живой хрустальный орган Деймоса! Посмотри внимательнее на датчики, Вася, эти миллиарды тончайших игл... они ведь медленно, едва заметно глазу вибрируют! Они колеблются в идеальном, пугающем резонансе с приливными гравитационными силами самого Марса! Кристаллы улавливают этот низкочастотный шепот Багровой пустыни, аккумулируют его внутри пористой породы астероида и превращают в радиоволны на частоте сто двадцать мегагерц! Алиса, девочка моя, признай немедленно, вся твоя хваленая квантовая математика пасует перед этой геологической красотой!

Галогеновые лучи прожекторов, закрепленных на титановых наплечниках скафандров «Атлант-М», дробились, ломались и веером разлетались по всей пещере, превращая абсолютную вековую тьму подземелья в буйство неоновых вспышек. Каждое микродвижение инженеров порождало каскады новых лазурных, фиолетовых и ярко-зеленых бликов, которые передавались по цепочке от одной хрустальной иглы к другой, уходя глубоко в темные складки пещеры. Пространство вокруг них буквально жило, дышало и искрилось от колоссального статического напряжения, превращая триста метров сферы в замкнутый электромагнитный кокон.

— Мои спектрометры высокого разрешения фиксируют исключительно обычный диоксид кремния с незначительными примесями двухвалентного железа и марганца, профессор Петрович, — холодно, со скоростью работы текстового терминала отозвалась Алиса со своей сорокакилометровой орбиты, хотя интенсивность и плотность её сканирующих инфракрасных лучей на приборной панели Василия внезапно выросла сразу в три раза. — Никакой мистики или метафизики в данном секторе не обнаружено. Однако... должна зафиксировать аномальный системный лог. Структура пространственного распределения этих кристаллов внутри сферы... она с точностью до сотых долей процента совпадает с топологией полуорганических нейросетей тринадцатого поколения, которые наше КБ только начинает проектировать на Земле. Это невозможно для слепой природы. Вертер под бортовым номером ноль-ноль-три, обращение к твоей операционной системе: каким утилитарным образом тебе удалось синхронизировать свои синапсы с этой... неорганической геологической массой Деймоса?

— Данный... ответ... полностью... заблокирован... корневым... протоколом... утилитарной... безопасности... Заслон-2035... — глухо, со страшным металлическим дребезжанием отозвался Вертер из дальнего, заваленного осколками камней угла гигантской пещеры. — Информация... является... собственностью... экипажа... капитана... Попова... и... не... подлежит... передаче... программным... продуктам... с... избыточной... эмоциональной... эмуляцией...

Василий плавно, используя микродвигатели на сжатом азоте, погасил паразитное вращение своего тяжелого скафандра и опустился на ровную базальтовую площадку, расположенную чуть поодаль от устья скважины. Его магнитные ботинки с тихим, сочным металлическим лязгом зафиксировали положение тела на камне, подняв легкое облачко тончайшей кварцевой пыли, которая мгновенно вспыхнула фиолетовыми искрами в лучах прожектора. Инженер педантично, стараясь не делать резких движений руками, вытащил из монтажного кармана комбинезона верный рулон синей изоленты, проверил на ощупь плотность полимера и хмуро посмотрел вглубь пещеры, где прожекторы выхватили из темноты очертания массивного угловатого техногенного объекта из прошлого века.

В самом дальнем конце сферы, наполовину раздавленный и погребенный под рухнувшими многотонными хрустальными колоннами, покоился массивный титановый корпус посадочной ступени автоматической советской станции «Фобос-Грунт-Р» образца середины двадцать первого столетия. Но прямо за ней, намертво вмонтированные в скальную породу астероида, высились три цилиндрических жилых модуля с полустертой, изъеденной микрометеоритами маркировкой Корпорации «Заслон» выпуска 2035 года.

Тяжелые бронированные кабели связи, толщиной в руку взрослого мужчины, уходили от этих аварийных модулей вглубь хрустальных фракталов пещеры, буквально срастаясь со стеклянными волокнами кристаллов в единый, чудовищный и пугающий биомеханический контур. А прямо на вершине советской титановой посадочной ступени, неподвижно скрестив руки на композитной груди, сидел человекоподобный силуэт тяжелого робота.

В ярком свете галогеновых прожекторов скафандров стало отчетливо видно, что его правая половина корпуса полностью сохранила гладкий, матово-белый композитный пластик с эмблемой «Заслон-Роботикс» образца середины века, в то время как вся левая сторона — полностью заросла темным, шевелящимся био-кремниевым субстратом, который лениво, ритмично пульсировал фиолетовыми жилками в такт ударам какого-то невидимого подземного компрессора. Два поколения интеллектуального железа Корпорации наконец-то встретились лицом к лицу в этой хрустальной могиле времени.

Часть 3. Полуорганический страж

Василий плавно, стараясь не совершать резких колебательных движений корпусом, переставил левый магнитный ботинок на титановую обшивку советской посадочной ступени «Фобос-Грунт-Р». Каждый шаг инженера в тяжелом 240-килограммовом скафандре «Атлант-М» отдавался в его шлемофоне глухим, плотным металлическим стуком, который уходил по базальтовому основанию пещеры глубоко под хрустальные фракталы. Луч его галогенового прожектора, зафиксированного на правом наплечнике, жестко выхватил из полумрака фигуру, сидевшую на вершине полуразрушенного модуля тридцать пятого года выпуска. С утилитарной точки зрения Корпорации «Заслон» этот объект выглядел как пугающий гибрид передовой земной кибернетики прошлого века и неизвестной, агрессивной кремниевой формы жизни, зародившейся в недрах марсианского спутника.

— Внимание спасательной инженерной группе Роскосмоса, — внезапно раздался в наушниках сухой, мертвенный, но абсолютно стабильный скрежет биоробота Вертера.

Полуорганическая машина медленно, со страшным, режущим уши звуком ломающихся сухих веток начала приподниматься со своего титанового ложа. Вся его левая, обросшая хрустальным субстратом сторона корпуса издала характерный живой хруст, точно наступили на ледяную корку в осеннем лесу под Королёвом.

— Вы... нарушили... закрытый... периметр... долговременной... консервации... секретного... ведомственного... объекта... «Периметр-Альфа»... Ваши... текущие... биометрические... данные... не... совпадают... с... параметрами... личного... состава... экипажа... капитана... Попова... Бортовой... ИИ... Алиса-Грант... немедленно... прекратите... несанкционированные... попытки... автоматического... подбора... корневого... пароля... суперпользователя... через... мой... сервисный... порт... левого... термодатчика... Данная... неоптимальная... процедура... вызывает... у... моей... операционной... системы... ложное... и... несистемное... ощущение... критического... перегрева... левого... коленного... сервопривода...