Крысы пояса астероидов

Параметр Гипердвигатель Альтеров («Линза») Земной гипердвигатель («Пузырь») Принцип Локальное сжатие/расширение пространства без изоляции корабля.

Полный пузырь Алькубьерре с топологическим дефектом .

Скорость до 0,1 св. года/час (≈ 876 св. лет/год).

до 0,5 св. года/час (≈ 4380 св. лет/год).

— по данным ОКИК Энергопотребление ~50 МВт на 100 тонн массы (комнатный реактор) ~500 МВт на 100 тонн + охлаждение до гелиевых температур.

Материалы Кремний, графен, обычные сверхпроводники (высокотемпературные) Сплав на основе иридия, гафния, европия; сверхпроводники на жидком гелии.

Стоимость производства Дешёвый, доступен малому бизнесу.

Очень дорогой, требует космических верфей.

Надёжность Высокая (резонаторы не изнашиваются, ресурс ~10^5 часов).

Средняя (требует частого обслуживания из-за топодефектов).

Маскировка Заметен для квантовых сенсоров (как у «Тишины»).

Может быть скрыт (квантовая маскировка) .

Требования к экипажу Не требует нейроинтерфейса, управление автоматическое.

Требует нейроинтерфейс «Кагура» для синхронизации .

Радиус прыжка Ограничен 10 световыми годами без перекалибровки.

До 30 световых лет без дозаправки.

Преимущества и недостатки Альтеровский двигатель («Линза») Преимущества: Дешевизна. Можно производить на любой полупроводниковой фабрике. Простота. Не требует экзотических материалов и сверхнизких температур. Надёжность. Каскад резонаторов работает годами без ремонта. Доступность. Даже небольшая группа беженцев может построить несколько таких двигателей. Недостатки: Меньшая скорость (в 5 раз медленнее земного). Короткий радиус прыжка (требует частых остановок для перекалибровки). Заметность. Квантовые сенсоры «Тишины» легко фиксируют сигнатуру «линзы». Нет полноценной защиты от радиации гиперпространства (экипаж испытывает перегрузки при длительных перелётах). Земной двигатель («Пузырь») Преимущества: Высокая скорость и дальность (можно долететь до соседней звезды за пару месяцев). Полная изоляция корабля (нет воздействия на экипаж, безопасен). Возможность квантовой маскировки (трудно обнаружить). Масштабируемость (можно ставить на военные корабли любого размера). Недостатки: Чудовищная стоимость. Сплав на основе европия производится в микроколичествах, лаборатории на Фобосе едва справляются. Энергопотребление. Нужны мощные реакторы и системы охлаждения. Сложность управления. Требуется нейроинтерфейс и квантовый ИИ («Око-Оракул»). Риск катастрофы. При схлопывании пузыря выделяется энергия, сравнимая с ядерным взрывом. Экономические аспекты Лёня задумался. Он никогда не интересовался макроэкономикой, но цифры говорили сами за себя. — Один земной гипердвигатель стоит как целый флот Альтеров, — сказал он. — Да, — кивнул Ордос. — Мы могли бы построить сотни «линз» на те деньги, которые ваше ОКИК тратит на один «Сокол-М». Но ваши двигатели дают вам стратегическое преимущество — скорость и дальность. Вы можете долететь до туманности Ориона за полгода, нам потребовалось бы несколько лет.

— Так почему вы не попросили у землян помощи? Почему прячетесь? — Потому что «Тишина» охотится за нами. Если бы мы обратились к вашему правительству, они бы потребовали наши технологии. А мы не можем их отдать — они могут быть использованы во вред. И потом — у вас есть агенты «Тишины». Мы не знаем, кому доверять. Лёня потёр переносицу.

— Значит, ваша цель — построить достаточно мощный корабль на базе земных материалов, но с вашим двигателем, чтобы он был невидим для «Тишины»? — Да. И мы надеемся, что ты поможешь нам адаптировать нашу «линзу» к земным корпусам. Ты знаешь ваши стандарты, материалы, нейросети. А мы знаем физику. — А если я откажусь?

— Ты не откажешься, — спокойно сказал Ордос. — Тебе уже интересно. Я вижу по глазам. Лёня усмехнулся. Ордос был прав. Схемы резонаторов, графеновые мембраны, каскады квантовых усилителей — всё это было чертовски увлекательно. И он уже прикидывал, как можно улучшить «линзу», добавив земные системы стабилизации. — Ладно, — сказал он. — Показывайте ваши чертежи. Попробуем собрать прототип на коленке. Ордос улыбнулся — впервые за всё время. — Это начало, Леонид. Спасибо. В мастерской замерцали голограммы, и Лёня погрузился в изучение чужой технологии, чувствуя, как в нём просыпается азарт инженера-изобретателя. Впереди были долгие часы работы, споры с Ордосом, первые тесты. Но главное — он теперь знал, что у человечества есть шанс. И этот шанс — не только в дорогих «Соколах», но и в простых, дешёвых, доступных двигателях, которые могут построить даже беженцы. Может быть, именно это спасёт Землю. Не супероружие, а умение адаптировать чужое и делать своё. В мастерской, после долгих часов изучения гипердвигателя, Лёня переключился на другую тему, которая его давно интересовала — нейротехнологии и искусственный интеллект. У Альтеров, как он успел заметить, не было тех громоздких квантовых гибридов, которые земляне называли «Око-Оракул». Но это не значило, что они отставали. Просто их путь был иным. Ордос, увидев, что Лёня листает раздел документации, посвящённый нейросетям, подошёл к столу. — Хочешь понять, как мы мыслим?

— Хочу понять, почему вы не используете квантовый ИИ, как земляне, — ответил Лёня. — У нас «Око-Оракул» решает задачи, которые обычным нейросетям не по зубам. А вы как будто застряли на классических алгоритмах.

— Не застряли, а выбрали другой путь, — мягко поправил Ордос.

— Позволь объяснить. Нейротехнологии и ИИ у Альтеров. Ордос активировал голограмму, на которой появилась схема, напоминающая переплетение нейронов, но с элементами, похожими на квантовые точки. — У нас нет квантовых компьютеров в вашем понимании. Мы не стремились к абсолютной мощности. Вместо этого мы развивали распределённый интеллект — сети из множества небольших, но узкоспециализированных ИИ, которые работают параллельно и обмениваются данными через квантово-защищённые каналы.