Связь времён

Некоторые мои коллеги, как не пытались себя обезопасить от заразы, заболевали сами. Были даже такие, кто самостоятельно вскрывал себе бубоны. В последнее время медицина выяснила, болезнь, прозванная чёрной смертью или чумой, имеет три формы. Первая, и она же самая лёгкая, называется бубонная. Здесь, главное - вовремя вскрыть бубон. Прочистить его от гноя и крови. На освободившееся место приложить смесь древесной смолы и корня лилии, можно использовать шкуру лягушки с высушенными человеческими экскрементами. Лучше всего помогает живой голубь. В присутствии пациента, птицу нужно вскрыть и приложить к ране. Кто по богаче использует тёртые изумруды в смеси с сильно пахнущими травами. Если вскрыть и обработать бубон до прорыва его в кровяное русло, а на противоположной стороне произвести флеботомию, то больной вскоре выздоравливал и повторное заражение исключалось. При второй форме гной попадал в кровь и человек погибал в течение суток. Последняя и самая страшная, заразная и скоротечная форма - это поражение легких. Несчастный задыхается, кашляет кровью. С утра он был ещё здоров, к обеду появлялся озноб. Вечером одышка, затем удушье и кровавый кашель. До следующего утра такие не дотягивают.

Кроме лечения пациентов в лазаретах, приходилось вскрывать бубоны в домашних условиях. Много раз заходил в дома, где, казалось и живых никого не осталось. В одной из халуп, наткнулся на молодого человека. Покрытый бубонами и чёрными пятнами по всему телу, он часто дышал. Жить, я думаю, парню оставалось не дольше нескольких часов. Чтобы хоть как-то облегчить состояние умирающему, я сделал ему кровопускание. На том же полу, в двух метрах от молодого человека, лежала мёртвая, по пояс обнажённая женщина. Кожа её лица по цвету напоминала пергамент. На груди трупа, обхватив ручонками тощую мамину грудь, лежал живой ребёнок, трёх - четырёх месяцев отроду. Голодная малютка тщетно пыталась высосать хоть несколько капель материнского молока.

Какое-то время я стоял и смотрел на эту жуткую картину. В моей израненной душе всё переворачивалось от горечи и сострадания. Сколько осталось жить этим двум несчастным? Час? Два? Как бы, не сжималось моё сердце от жалости, помочь я им уже ничем не смогу. Кто знает, может вскоре, я последую за ними. Как это ни прискорбно, но передо мной суровая реальность. Святые отцы говорят:

- Всё в руках Господа.

А существует ли он, этот Бог? И что ждёт нас на том свете? Может совсем не Рай, а только холод, темнота и черви.

***

Сегодня еле открыл глаза. Накануне отпахал полторы смены. Сутки, а потом ещё девятку за напарника. Не вышел доктор на работу - какие-то у него сложились обстоятельства. Бывает. Все мы люди. Ночью спал, как убитый. Но всё-таки, несколько отрывков сна припоминаю. Не могу подавить сонливость. На работу только через два дня. Нужно хорошенько выспаться.

***

Чем дольше я работаю в медицине, тем больше прихожу к заключению, что в нашей стране у врача прав не больше, чем у быка на скотобойне. Получая диплом или надевая белый халат перед очередным дежурством, ты заранее становишься виноватым во всех преступлениях, которые ты ещё не совершил, но потенциально способен совершить.

Много раз в своей практике, успешно разрулив сложные ситуации или вытащив безнадёжных больных с того света, я становился предметом детального и жёсткого разбора на планёрках. Строгие комиссии, состоящие из корифеев медицины, скрупулёзно изучали документацию, стараясь найти дефекты в работе врача. В свою очередь, представители страховой медицины, этой пиявки на теле честно работающих врачей, тщательно рассматривают каждую букву и запятую в картах вызовов, пытаясь отыскать хоть малейшие отклонения от стандартов качества и протоколов. Им плевать, что от пациентов идут благодарности, а родственники спасённых людей приходят на подстанции, чтобы сказать спасибо.

Приведу в пример случай, подтверждающий мои слова. В одном из вузов города случился пожар. На место выехало несколько бригад скорой помощи, в том числе и старший врач смены. Все работали чётко и слаженно. В результате никто из пострадавших не погиб, всем на месте была оказана необходимая медицинская помощь, все пациенты в итоге доставлены в соответствующие их нозологиям стационары. Казалось, со стороны «скорой» всё сделано, как нельзя лучше. Нет, на следующий день старшего врача, того самого, руководившего эвакуацией пациентов из очага пожара, вызывают на комиссию. На разборе умные дяди обвиняют доктора во множестве дефектов и недочётов в работе. Выносится вердикт - наказать. На второй день готовится приказ о лишении провинившегося врача стимулирующих выплат.

И тут, как снег на голову. Из телевизора, стоящего в холле звучит речь мэра. В своём выступлении он высказывает огромную благодарность врачам станции скорой помощи за слаженную работу. Вот так! А приказ-то уже готов. И тот виновник уже вызван в администрацию для ознакомления. Как быть? Пришлось нашим крючкотворцам срочно дать «заднюю» и ликвидировать приказ вместе с протоколом комиссии.

Когда в коллективе узнали об этих событиях, кто-то из моих коллег произнёс:

- Надо было тот приказ засунуть кое-кому в известное место и залепить то место скотчем. Пускай ходит, переваривает.

Со своей стороны, я не одобрил высказанное радикалом предложение. Считаю, для медиков, как представителей самой гуманной профессии, такие речи не допустимы.

В последнее время требования к врачам и фельдшерам «скорой» увеличились. А количество желающих идти на эту адскую работу уменьшилось. И все, даже наши конченые маргиналы понимают, в чём причины. Умные дяди с высоких трибун вещают, что в помощь, доктора выездных бригад, получили планшеты. Что-то я в этом сомневаюсь. Подумайте. Кадров не хватает. Доктора и фельдшеры часто работают по одному, а требования, прописанные в служебных обязанностях к медперсоналу, никто не отменял.

Представьте себе хрупкую, невысокого роста женщину или девушку, еле идущую по глубокому снегу, обвешанную, как новогодняя ёлка всяким хламом. В одной руке тяжеленный медицинский ящик, во второй папка с документами, на плече кардиограф, тоже не из лёгких, на шее болтается планшет. А в недалеко стоящей машине её ждёт ещё дыхательная аппаратура, реанимационная, токсикологическая и родовая сумки, портативные и стационарные носилки, небулайзер, ящики с растворами для переливания и ещё всякая дребедень по мелочи. Не забывайте, что после вызова или нескольких вызовов, а бывает и утром, после окончания суточной смены, сохраняя бодрость духа и ясные мозги, ей ещё нужно сесть у монитора компьютера забить туда всю информацию, которую она наработала за дежурство. А если, вдруг начальство или страховая найдёт недочёты в её работе или придёт жалоба от какого-нибудь недовольного обслуживанием клиента? Ну, тогда завтра утром пожалуйте на разбор к начальству, со всеми вытекающими из того последствиями.

А недочётов в деятельности врача можно найти массу. Здесь не нужно долго размышлять. Во-первых, доктор, как тупой, безжизненный и беспристрастный аппарат, должен чётко, не отклоняясь ни на йоту, выполнять стандарты качества. Если, где-то, как-то проявил вольность - значит виновен. Отклоняться от протокола считается преступлением. Во-вторых, если врач не уговорил пациента, которому нужна госпитализация, пускай больной подписал, хоть десять отказов - виновен, значит, плохо уговаривал.

Теперь рассмотрим поведения противоположной стороны. Во время записи ЭКГ, БОМЖ оплевал медика с ног до головы. Ничего особенного. Нам, обычно говорят - вы должны надевать маску и перчатки. А после вызова, всегда можно помыть лицо и руки. Маргинал ударил врача по лицу. Ничего страшного, бывает. Его можно понять, он больной человек. В конце концов, не убил же, переживёте. И даже в полицию писать заявление не нужно. А то, пока в отделе полиции сидите, кто будет вызовы обслуживать? Правильно, надо понимать сознательным людям, что с кадрами напряжёнка.

А как прикажете расценивать маты в наш адрес? В последнее время мы их слышим на каждом втором вызове. Нецензурная брань в последнее время становится нормой общения народонаселения страны со «скорой». Что это, полное падение нравов? Почему неуважение и хамское отношение к представителям медицины стало нормой общения? Не знаю, но возможно, именно эту цель преследовала пресловутая оптимизация здравоохранения?

Удивительно, что при поступлении в медицинские вузы до сих пор сохраняется большой конкурс. Хотя, думаю в результате принятых в этом году драконовских законов с обязательной пятилетней отработкой после шести лет обучения, число желающий стать врачами, заметно поубавится.

Я не хочу утверждать, что все наши пациенты ведут себя с медиками по-хамски. Очень часто мы приезжаем к нормальным, адекватным, вежливым людям. Как правило, это образованные, достаточно обеспеченные люди. Хотя и среди них тоже встречаются распальцовщики.

Больше всего меня удивляют некоторые БИЧи и маргиналы. Эти асоциальные элементы почему-то считают, что на социальной лестнице они стоят выше врачей «скорой». Человек, который месяц не мылся, у которого, извините за выражение - ср*ч в доме, если эту нору ещё можно назвать домом, требует, чтобы врач разулся или надел десятки раз использованные, бахилы. Другой, бывший интеллигентный человек с таким же бардаком в квартире, стоит надо мной в затрапезном халате и с пеной у рта пытается доказать, что регулярно платит налоги, тем самым меня содержит. И за это врач должен чуть ли не целовать ему руки.

Ненормальная мамаша, с лексиконом, состоящим на половину из нецензурных слов, вызывает «скорую» к совершенно здоровому ребёнку. Неопределённого возраста особа, с опухшим от пьянки лицом, упорно настаивает, чтобы «безграмотный» доктор, провёз её неизлечимо больного малыша по всем больницам, где ему сделают так необходимые мальчику обследования и анализы.

Трое, не совсем трезвых родственников наседают на врача с оскорблениями и угрозами. В выражениях, разумеются, не стесняются:

- Да, ты получаешь такие деньги. Тебе, что трудно потратить час и отвезти нашего деда в лучшую больницу города?

Замечу, что речь идёт о пожилом человеке, возрастом 80-ти лет, и течение 40-ка лет страдающим остеохондрозом. Почему именно сейчас родня решила устроить деда в лучшую больницу, я так и не выяснил. Как всегда, спокойно стараюсь объяснить:

- Остеоходроз - это хроническое, дистрофическое заболевание позвоночника. Человек болеет десятки лет. Ни одна больница у «скорой» не примет планового пациента.

Но родственники меня не слышат. Пытаюсь встать и уйти. Но двое мужчин и одна женщина стали стеной. Слышу в свой адрес:

- Ты отсюда не выйдешь, пока не возьмёшь деда в машину.

Тут, я имел неосторожность дать совет:

- Почему бы вам не найти по интернету самую лучшую больницу. Вызвать такси, погрузить своего любимого деда, и спокойно без ругани и нервов его госпитализировать.

Через минуту, я пожалел о сказанном. На меня, как горох посыпались оскорбления и обещания скорой расправы. Только после того, как я взял в руки телефон и пообещал вызвать полицию, родственники расступились, и дали мне возможность покинуть столь негостеприимный дом.

Бывают вызова, после которых каждого доктора немного потряхивает. Так произошло со мной и на это раз. Врачи ведь тоже люди и как все прочие подвержены эмоциям. Самое лучшее лекарство от подобного стресса - это на следующем вызове пообщаться с нормальным, адекватным человеком. Проверено. Знаем.

Глава 8

Прошла третья неделя, как мы на марше. Вчера перешли границу Польши. Местная дорожная пыль гораздо противнее прусской. Поднятая сотнями солдатских сапог и копытами коней, она, казалось, стоит в воздухе и не собирается опускаться на землю.

Эта мелкая, вонючая польская гадость забивается везде. В глаза, в рот, в нос, за шиворот камзола, в сапоги. Над дорогой стоит такое густое марево, что с трудом можно различить затылок впереди идущего человека.

В отличие от пехоты, лекари и операторы передвигаются на повозках, запряжённых парой лошадей. С сожалением, а скорее с состраданием смотрю на нестройные колонны солдат в разноцветных мундирах.

На правом плече сгорбленных фигур тяжёлое ружье, весом не менее семи килограммов. Кожаные лямки тяжеленного солдатского ранца за неполный месяц успели натереть на плечах несчастных кровавые мозоли.

Вошли в деревню. Вокруг нас слышится незнакомый говор. По сравнению с отрывистой и резкой немецкой речью этот язык кажется мягче. Белобрысые ребятишки стоят у обочины дороги, показывают на нас пальцами, что-то говорят, смеются.

Деревенские халупы, покрытые соломенными крышами, скоро закончились. Мы оказались на большом поле, вдали виднеется лес. Сколько километров дивизия пропахала за день, никто не считал. Радует одно обстоятельство - солнце у горизонта, значит скоро привал.

В нашей повозке всё необходимое для развёртывания летучего лазарета. На первом же привале мы начнём принимать больных. Уже с неделю нам приходиться голодать. Обозы с продовольствием оказались в конце колонны, за много километров от нас. А от харчей своих маркитантов совсем животы подвело. Казалось, желудок свернулся узлом, кишки, те вообще приросли к позвоночнику.

Наконец, по рядам рот и батальонов слышатся долгожданные команды: - Остановиться! Разбить лагерь!

Начинает темнеть. Потянулись первые страждущие. Жалобы разные. У кого-то огромные мозоли от оружия и тяжёлой амуниции. У нескольких человек неукротимая диарея. Трое из нашего полка полка ещё до остановки, вообще упали от изнеможения и оказались не в состоянии идти дальше. Пока мы оказывали максимально возможную помощь всем, кому можно было её оказать, и отправили несколько пациентов на нашей повозке в штаб армии, где будет решаться вопрос о дезертирстве или помещении их в госпиталь ближайшего города для лечения, совсем стемнело.

Закончив с больными и заполнив необходимые документы, мы присаживаемся у ближайшего солдатского костра. Слышим разговоры - группа из 10 – 12 человек собирается уйти из лагеря с целью промысла съестного в окрестностях. Отчаянные парни решили пойти в деревню, которую дивизия проходила днём. Измученным голодом, им больше ничего не оставалось, как заняться грабежами. С собой они взяли сабли, ножи и две пары пистолетов.

Как потом мне рассказывал один из них, к деревне приблизились не по дороге, а со стороны поля. Не успели они дойти и ста метров до ближайшего дома, как поднялся такой жуткий собачий лай, что им пришлось оставить все попытки хоть что-то получить от крестьян. Быстрым шагом ушли в сторону. В конечном итоге, после двух часов поисков, скитаний, мытарств и унижений, на одном из хуторов удалось добыть небольшой мешок муки и шмат сала.

В лагерь возвращались счастливыми. Только начали замешивать тесто и резать сало, видим - другая группа волокёт на верёвке поросёнка приличного размера. Оголодавшие солдаты с диким рёвом набросились с ножами на бедное животное, и за несколько минут, предварительно не умертвив, ещё живого, разорвали несчастного на части. Мясо жарили на кострах, наколов куски свинины на сабли. Кто-то не дожидаясь, пока мясо прожарится, ел его полусырым. Другие, как истинные эстеты, смаковали каждый кусочек.

Прилично набив свои утробы, почувствовав сытую сонливость, мои братья по оружию расположились около костров.

На следующее утро их майор выстроил батальон и произнёс очень неприятную речь о том разбое, который творили наши солдаты в окрестный деревнях. Строго было приказано никому не покидать территорию лагеря в ночное время. Виновные по приказу императора подлежат расстрелу. В заключение он добавил, что еды будет вдоволь, когда пересечём границу России, а сейчас надо потерпеть. Солдаты стояли, понурив головы. А мы, эскулапы молча сидели на своей только, что вернувшейся телеге, скромно, не выражая никаких эмоций. А что нам оставалось делать? Ведь от вчерашнего нелегального промысла, нам тоже досталось по кусочку.

Наконец, к началу июня мы подошли к Неману. Огромная разноязыкая армия, состоящая из десятков и сотен тысяч людей, лошадей, сотен различный повозок, не спеша, по нескольким переправам, переходила на восточный берег реки.

Что за страна лежит перед нами? Что нас там ждёт? Что произойдёт с этой многолюдной толпой французов, пруссаков, поляков, австрийцев, итальянцев, испанцев, голландцев, бургунцев, баварцев, вестфальцев и прочих десятков представителей европейских народов через месяц, два, через полгода?

Майор говорит, что размер этой загадочной страны огромен. Он так велик, что не укладывается в головы европейцев. Если в Европе, через каждые 5 -10 лье попадается очередное поселение, то в России, можно проехать сотни вёрст, так и не встретив жилья. Возможно, командир батальона немного преувеличивает? Может быть. Но я надеюсь, что император знает, что делает. И поэтому мы, представители Европейской цивилизации, возглавляемые великим Бонапартом, смело идём навстречу неизвестности.

***

И снова военные действия. Теперь я увидел себя в роли военврача армии Наполеона. Войска императора Франции переходят Неман. Перед ними расстилается бесконечная равнина - Россия. Неведомая и загадочная для многих европейцев, страна. Через короткое время начнутся жестокие бои. В течение многих месяцев на необъятных просторах моей страны с обеих сторон начнут погибать тысячи людей. Да, в своём сне, я наблюдал себя в армии врага. Но не солдата, а военного медика. Условности надо сразу отбросить. Священное предназначение врача - оказывать помощь всем, не зависимо от их вероисповедания, нации и расы. Клятва, данная каждым врачом при получении диплома, обязывает его честно и добросовестно исполнять свой долг. Не щадя сил, применяя всё свою умение и знания, даже если перед ним находится раненый или больной враг.

***

Как плохо, что человек не может предвидеть своё будущее. Конечно можно поймать цыганку и сунув её несколько денежных знаков, заставить сказать, что тебя ожидает в ближайшие год или два. Но ведь соврёт черноокая, как пить дать. Ещё существуют различные пророки, ясновидящие, астрологи, хироманты и прочие мошенники. Им верить тем более нельзя. Они расскажут вам то, что вы от них ждёте, а не то, что вас ожидает. Да, и нужно ли вам знать правду? Предскажут они вам скорую погибель, и начнёте проводить бессонные ночи в её ожидании. Думаю, что человек сам творец своей судьбы. Фатализм - это участь безвольных. У меня есть знакомые коллеги, тяжело болевшие много лет назад. Так тяжело, что медицина поставила на них крест и родственники уже готовились к похоронам. Но эти двое вопреки всем прогнозам, будучи в совершенно безнадёжном состоянии, нашли в себе силы выкарабкаться, удивив всех и медиков и родственников. Перенесли несколько серьёзных операций, реабилитировались. Сейчас они работают наравне со всеми. Я считаю их людьми железной воли. По-моему, именно, их желание жить помогло этим двоим преодолеть тяжёлую болезнь.

***

Много лет назад уже не молодой мужчина после смерти жены остался совсем один. Одиночество страшно угнетало человека. Придя домой после ненавистной, до колик в животе нелюбимой работы, он, как привидение, слонялся по квартире, не зная чем себя занять. Встречи с друзьями и алкоголь позволяли ему только на короткое время забыться и отвлечься от своих тяжёлых мыслей. Оставшись один, он снова впадал в депрессию.

И вот однажды, возвращаясь домой после работы, мужчина увидел у подъезда грязного худого котёнка. Что-то шевельнулось в душе у человека. Возможно жалость к бездомному, выброшенному на улицу живому существу. А может вдовец увидел родственную душу? Ведь маленькое, беспомощное создание также одиноко, как и он сам.

Шли годы. Мужчина старел, вышел на пенсию. Котёнок превратился в роскошного пушистого красавца. Оказался очень умным и ласковым. Пожилой человек обожал своего питомца, благодарный кот отвечал ему тем же. Мужчина уже не чувствовал себя таким одиноким, как сразу после смерти супруги. Сейчас ему было за кем ухаживать, о ком заботится. Человек и животное так прикипели друг к другу, что не расставались ни на миг. Спали вместе. Кот обычно мирно дремал в ногах хозяина. Когда человек брал в руки книгу и поудобнее устраивался в кресле, кот калачиком сворачивался у него на коленях.

Даже гуляли они вместе. Чтобы хвостатый друг не потерялся, хозяин приобрёл шлейку, поводок и прогуливал кота по аллеям парка, как любители собак выгуливают своих четвероногих друзей. В осенне - весенний период и в сильные морозы человек засовывал кота себе за пазуху, так, чтобы между пуговиц пальто торчала только одна кошачья морда.

Время не остановишь. Пожилой мужчина стал превращаться в конкретного деда. Кот, тоже понятно, не молодел. Стал вальяжным, ленивым. На поводке гулять уже не хотел, сразу запрыгивал за пазуху своего хозяина.

Случился однажды в жизни этой идиллии неприятный эпизод. Дед на целый месяц загремел в кардиологию с инфарктом. Кота Василия, а именно так хозяин назвал своего хвостатого друга, пришлось оставить соседям. Животное так тосковало по деду, что целый месяц не могло ни есть, ни пить. Кот сильно похудел. Несчастный Василий с грустными, полными от слёз глазами, молча, лежал возле порога и лишь иногда издавал протяжный, полный отчаяния вой.