Академия для наследников

– Голова закружилась. Надо просто поспать. Все будет хорошо. Завтра я обязательно приду.

– Вас проводить? – в его голосе звучала неподдельная забота, но я решительно замотала головой:

– Нет–нет, спасибо за помощь, стор Эвангелион. Выйду на улицу, сразу же полегчает.

Не хватало еще, чтобы все увидели, как некромант меня к общежитию ведет! Это официально его все боялись, но я привыкла наблюдать за остальными, пока об этом не догадываются. Неосознанно. Незаметно. И прекрасно знала, какие чувства вызывает высокий подтянутый мужчина в черном, пусть даже порой ходит с посохом в руках. И чувства эти были вполне однозначными, причем у подавляющего большинства суол.

– До дверей Академии провожу, и не спорьте, пожалуйста.

– Хорошо, – не стала спорить я. – Спасибо вам.

Остаток пути прошел в молчании. И если некромант, кажется, исподтишка наблюдал за мной, опасаясь, видимо, нового падения в обморок, то я погрузилась в думы, связанные с нахлынувшим видением. И раз за разом, прогоняя в голове картину произошедшего, только сильнее убеждалась: это не было воспоминанием. Просто оплавленный почти до основания воск свечей был слишком знакомым, пламя бросало блики на расписание, донельзя напоминающее то, что висит сейчас, а Эвангелион точно обзавелся парой новых морщинок у глаз. Почему я заметила именно это – толком так и не поняла. Но в меня точно вселилось нечто, имеющее отношение к факультету Времени. Предсказатель, открывший мне будущее. Мое будущее…

Глава 4

Авидала смотрела на меня так, словно я оказалась жителем диких земель. Когда мы встретились с ней после занятий, уже в общежитии, я не стала ничего скрывать и рассказала, почему из завтрашних четырех пар первая будет посвящена занятиям на факультете Смерти. Сначала подругой овладело легкое оцепенение, потом она принялась измерять шагами комнату, на ходу соображая:

– Среди некромантов очень мало девочек! И их селят вместе с мальчишками, ты понимаешь?! А вдруг тебя переведут от меня и к магам Смерти определят! Я тогда с тобой перееду, учти!

Я с недоумением смотрела на девушку, которая все никак не могла остановиться:

– Нет, я догадывалась, что ты необычная, но что настолько – никогда! Одновременно некромант и маг Жизни!

– Я? Необычная? – я даже отвлеклась от домашнего задания, которое собралась выполнять, когда выложила информацию подруге. Открытые тетради сиротливо лежали на столе, а я сосредоточилась на взволнованной подруге. – С чего ты так решила?

– Ну… – замялась Авидала. – Ты вроде такая доброжелательная, хорошая, милая…а дружишь только со мной и своей группой!

– Теперь у меня в товарищах будет куча некромантов, – мрачно пошутила я, но Ави это только раззадорило:

– Точно! Куча некромантов–защитников в друзьях!

Мне показалось, что у подруги от предвкушения загорелись глаза.

– Страшные злые некроманты – и вдруг в защитниках? – недоверчиво протянула я, и Ави яростно закивала:

– Конечно! Такие…неприступные, холодные с виду и добрые внутри!

– Ну, просто сказка о спящих красавцах, – усмехнулась я, и соседка по комнате рассмеялась:

– Я тебе даже завидую!

– О, я непременно передам это некромантам – они точно что–нибудь придумают.

– Это как раз в то время как я буду проживать на новом месте, да? – напомнила я, с чего началась тирада Ави.

– Не пущу! – погрозила мне пальцем девочка с Земли, после чего мы дружно рассмеялись. Напряжение ушло, мы уселись на кровать Авидалы и некоторое время молчали, взявшись за руки.

– Все же это так необычно. Стор Эвангелион сказал, что в твоих предках могли быть демоны света?

– Он не был уверен, – пожала плечами я. – Просто предположил. Кто ж знает, какое потомство может получиться у магов Жизни с нечистью.

– Демоны не нечисть, – Авидала покачала головой. – Они тоже создания мира, просто с большим магическим потенциалом. Ну и выглядят немного по–другому.

– Я даже этого о демонах не знала, – я подарила подруге удивленный взгляд, и Ави тихо призналась:

– Подслушала однажды разговор некромантов, пока стояла в очереди за книгами. Только никому! – она приложила указательный палец к губам. – Я боюсь возмездия…

– Тебе точно стоит с Амоном познакомиться, – решила я. – Оценишь его юмор по достоинству.

– Это с твоим белобрысым спасителем–то? – выразительно глянула на меня соседка.

Почему–то называть Амона по имени она отказывалась.

– С ним, – подтвердила я, и девушка покачала головой:

– Нет, это будет твой личный некромант.

– Да он просто от Дария меня спас, – стала защищаться я, но Авидала упорно не желала меня слушать:

– Скажешь мне это, когда вместе будем гулять на свадьбе.

Мучительно покраснев, я попыталась защититься, но Ави ни слова не дала произнести, поскольку поднялась с кровати и, вытащив из шкафа полотенце, произнесла:

– Я в душ!

Пришлось остаться ни с чем. Вот так моя решительная подруга обычно и пресекала любые попытки споров.

Конечно, когда она вернулась, я уже не собиралась возвращаться к теме с Амоном. Просто поняла, что ничем соседку не убедить, кроме как демонстрацией прилежного поведения. К тому же, оставшись одна, почувствовала, как сердцем и душой постепенно овладевает страх: каково это – после долгих лет уверенности в том, кто ты есть, вдруг оказаться перед неизвестностью? Я не хотела мучиться этим вопросом, но не находила в себе сил, чтобы вновь и вновь к нему не возвращаться. Что, если на завтрашнем испытании я действительно окажусь магом Смерти?

– Ты дрожишь так, что вибрации передаются полу и ножкам моей кровати, – притворно пожаловалась Авидала, уже устроившись на своем месте и готовясь ко сну, когда вечерние процедуры совершила и я. – Что случилось?

– Боюсь, – честно призналась я. – А вдруг во мне действительно окажется что–то от некромантов?

– Вот когда окажется, тогда и будем переживать, – справедливо решила Ави. – К тому же, ну чем, по большому счету, они хуже нас? Тем, что используют магию, которая не под силу остальным королевствам? Так это о любом из семи секторов сказать можно. А вот у тебя – задумайся только, Морин! – появится возможность овладеть аж двумя видами магии. Это же здорово, новые знания и горизонты – разве не это тебя так привлекает в учебе?

– Да, но… – нерешительно начала я.

– Не переживай, – соседка улыбнулась со своего места. – Ты не одна, я с тобой. Вместе мы обязательно что–нибудь придумаем и решим.

– Спасибо, – сердечно поблагодарила я ее, и подруга подмигнула:

– А теперь спать!

Спорить я не стала. Утро вечера мудреней.

Проснувшись, я уже не была столь уверена в том, что решила накануне вечером. Стоило только подумать о предстоящем первом занятии, как я чувствовала, что начинаю покрываться холодным потом. Все же идея проверить меня на наличие способностей к магии Смерти казалась ужасающей. И где–то в глубине души, несмотря на безропотное согласие с решением декана и стора Эвангелиона, я очень сильно не хотела положительного исхода эксперимента. Авидала, видя мое подавленное состояние, пыталась приободрить, как могла, однако завтрак все равно прошел в молчании. От предложения пойти к деканату вместе я отказалась. Если уж принимать судьбу, то с гордо поднятой головой и не пытаясь укрыться за спинами сочувствующих. С этими мыслями я поставила поднос с завтраком на специальный столик, расположенный по центру столовой.

– И где только с тобой ни столкнешься, мелкая, – прозвучал сзади насмешливый голос блондинистого некроманта, и я, не ожидавшая встречи, вздрогнула.

– Здравствуй, Амон.

– Чего приуныла? – добродушно поинтересовался он, а потом на глазах у многих сгреб в охапку, заставляя протестующе запищать. Кстати, среди заинтересовавшихся моим новым знакомством с представителем факультета Смерти я заметила и Дария, точнее, его сердитый прищур, направленный в нашу с Амоном сторону. Мне очень этот взгляд не понравился – только бы водник не задумал ничего плохого… Амон, тем временем, воспользовавшись тем, что оказался близко, незаметно шепнул на ухо:

– Прости. Мера предосторожности. Чтобы никакие враждебно настроенные элементы не возобновили своей подрывной деятельности.

– Ты о чем? – на мгновение я даже забыла о том, что разговариваем мы посреди столовой, и это привлекает совершенно ненужный интерес.

– Поговорить–то я с Дарием поговорил, только вот кажется мне, что просьбе держаться от тебя подальше он не внял, – объяснил Амон, и я против воли бросила еще один взгляд в сторону Маерийского принца. – Кажется, он в Академии ничего не боится, раз даже имя не удосужился поменять. Так что считай мое неожиданное влияние простой заботой о братьях наших меньших.

– Какая я тебе меньшая! – возмутилась я, хотя попыток высвободиться не сделала. Просто ощущались объятия Амона как братские, и мне в них оказалось очень уютно. – Ненамного я и ниже тебя! И младше – тоже!

– Ой, птичка, уймись, – попытался скрыть улыбку некромант, – а то от моего хохота пропадет вся конспирация. Боевой воробей, вот ты кто, Армина!

– Ш–ш–ш, – зашипела я на него, – не называй меня так в Академии, пожалуйста!

Парень искренне покаялся:

– Прости, само вырвалось. Ну, думаю, теперь можно отпускать – Дарий все увидел и проникся важностью момента. Твоя подруга, кстати, тоже, – кивнул он в противоположную сторону. Мне даже смотреть туда не хотелось: знала, что при первой возможности испытаю на себе все прелести допроса с пристрастием. – Приводи ее за наш столик на обед, – между тем продолжил некромант, и я, осознав смысл его слов, вскипела.

– Что значит – в обед и за ваш столик?! – на всякий случай решила поинтересоваться я. Мало ли, мы ведь могли и неправильно понять друг друга…

– Помнится, ты говорила, что находишься передо мной в неоплатном долгу, – тут же кое о чем напомнил Амон. – Так вот, можешь считать долг возвращенным, если вы с подругой будете проводить время приема пищи за нашим столом.

Поначалу я совершенно искренне хотела возмутиться и даже начала готовить изобличительную речь. Но тут на ум пришла догадка, от которой разом пропало все желание спорить с Амоном:

– Тебе что…Авидала нравится?

Ни единый мускул не дрогнул на лице некроманта, только в глазах на мгновение появилась досада, что тайну так быстро раскрыли, однако признаваться, конечно, никто не желал:

– Не выдумывай проблем больше, чем их у тебя есть. Просто выполни мою просьбу – и больше я ничего требовать не стану.

– Как ты вообще это представляешь? – возмутилась я. – Я ни с того ни с сего приглашаю подругу за стол к магам Смерти?!

– Придумай что–нибудь, – выкрутился парень. – Ты же у нас мастер до разговоров, – подмигнул он тут же.

Пылая праведным гневом, я начала удаляться от столика с использованной посудой, когда вновь услышала его оклик:

– С тобой точно все в порядке… Морин?

– Просто замечательно! – выдала я раздраженно, махнув рукой. Вот паразит! Решил подкинуть проблем в мою и так не сильно спокойную жизнь…

Но, надо признать, злость на принца королевства Смерти отвлекла от мыслей о предстоящем испытании. Так что вспомнила я о том, что первая пара будет посвящена некромантии, только у деканата факультета Жизни. Вздохнула с облегчением: стор Эвангелион еще не подошел, так что было время, чтобы морально подготовиться к встрече. Что я и сделала, опершись на стену перед дверью в кабинет стора Хонгрема и ненадолго погрузившись в себя.

Из раздумий меня вывел бодрый голос преподавателя высшей некромантии:

– Долго ждали, суола?

Подняв на него взгляд, я обнаружила сосредоточенное лицо стора Эвангелиона. Одет мужчина был в привычный костюм представляемого факультета, с собой ничего не имел. Только какая–то едва уловимая свежесть подсказала, что, скорее всего, на встречу со мной собирались прямо после душа. Смутившись ходу собственных мыслей, я помотала головой:

– Нет, стор Эвангелион. Только пришла – завтрак совсем недавно кончился.

– Выспались? – поинтересовался мужчина и, получив утвердительный кивок, впервые с момента встречи еле заметно улыбнулся. – Значит, готовы к проверке. Это похвально.

– Стор Эвангелион? – решила все же полюбопытствовать я. – А в чем она будет заключаться? Честно говоря, при одной мысли о том, что придется ступить на территорию магов Смерти, я чувствую себя неуютно.

Я знала, что он смеяться не станет. Почему–то чувствовала это на интуитивном уровне. И дело было не только в преподавательской этике – просто насмешки в Эвангелионе не было заложено в принципе. И в который раз мои ожидания оправдались – стор спокойно глянул на меня, а затем произнес:

– Вы зря переживаете, Морин. Ничего такого, что могло бы напугать вас, не произойдет. Вы просто должны будете обозревать пространство вокруг на предмет чего–то неожиданного или нехарактерного. Например, как это было в оранжерее.

– В смысле? – не поняла я.

– В смысле, духи и привидения там обитать не должны, – тут же пояснили мне. – И не удивляйтесь, если атмосфера на уроке покажется вам немного не соответствующей действительности: мы с вами еще не встречались в ситуации, когда нужно работать бок о бок, а ребята знают меня уже три года, у нас выработалась определенная манера взаимоотношений. Впрочем, все увидите сами, – подытожил стор, но у меня против воли вырвалось:

– Мы…встречались, стор Эвангелион.

– Правда? – мне подарили заинтересованный взгляд. – Ну, в коридорах – конечно, – тут же добавил он, но я решительно покачала головой:

– Нет, не в Академии. Пять лет назад. Вы были в составе комиссии, приезжавшей в школу при Академии на день открытых дверей. И помогли подняться после падения.

Он задумчиво рассматривал меня несколько минут, потом его лицо озарило догадкой:

– Птичка?... Простите, Морин, – тут же исправился мужчина, – я невольно дал той девочке прозвище. Это действительно были вы? Храбрая школьница, не побоявшаяся открыто смотреть на нашего декана, а после занятия окрыленная успехом настолько, что не удержалась на ногах?

Тут уж пришла моя очередь краснеть, и стор, заметив это, улыбнулся:

– Но тогда вы выглядели немного по–другому. Волосы изменились. Жизнь вошла в полную силу?

Я кивнула, обрадовавшись догадливости некроманта:

– Да. На втором году обучения началось.

– Огненная птичка, – почему–то произнес брюнет. – Феникс, – с улыбкой добавил он, а я неожиданно смутилась. – Ну что, суола, готовы пойти на занятие? – кажется, темы разговора он мог менять, не задумываясь, но сейчас мне было это на руку. Я согласно кивнула, и мне указали путь к зданию факультета некромантов.

Академия представляла собой комплекс из нескольких корпусов, в каждом из которых находились аудитории, принадлежавшие тому или иному факультету. Вотчина некромантов же была обособленной территорией – под нее отводилось отдельное здание, вот почему студенты их направления и вызывали повышенный интерес. Не видя, что изучают представители отделения Смерти, остальные выдумывали о них разные небылицы, подчас совершенно не соответствующие истине. Когда же некроманты заявлялись в столовую или на общие дисциплины, никто, естественно, не стремился узнать у них о сути получаемых знаний. У меня же появилась возможность приоткрыть завесу тайны, связанной с магами Смерти.

Вопреки ожиданиям, повели меня через тоннель, соединяющий, похоже, все корпуса, а не по верху, как я ожидала. Честно говоря, меня настолько поразил сам факт наличия еще одного способа сообщения между разрозненными частями Академии, что поначалу я смущенно молчала. Заметив мою оторопь, стор Эвангелион остановился и поинтересовался:

– Все в порядке, суола?

– Просто не знала о существовании тоннеля, – пояснила причину оцепенения я.

– Им пользуются только некроманты, – убедившись, что опасность мне не угрожает, мужчина продолжил путь. – Здесь проходит часть практических занятий – некоторые сущности удобнее вызывать под землей. Ну а по устоявшейся традиции и в силу простой человеческой лени студенты не возвращаются на поверхность, а предпочитают ход между корпусами – здесь их целая сеть вырыта. Вот и весь секрет, – кажется, со мной стор с легкостью преодолевал лимит улыбок на день. Хотя, возможно, связано это было с тем, что появился шанс в кои–то веки обучать некромантии не имеющую к этому никакого отношения студентку. Я осмотрелась и поняла, что в словах мужчины есть достаточная доля правды.

Широкий и достаточно высокий тоннель действительно располагал к тому, чтобы проводить здесь ритуалы. А порой расширялся в небольшие круглые залы, которых я насчитала три, освещенные благодаря факелам на выложенных камнем стенах. В коридорах такие тоже имелись, но залы гораздо лучше просматривались, потому что огней там было больше. Изредка встречавшиеся деревянные скамьи на каменных подпорках в круглых комнатах располагались вдоль стен на небольших расстояниях друг от друга, и я подумала, что сделано это для того, чтобы студенты сначала могли воспринять информацию от преподавателя, а уже потом приступать непосредственно к практике. Круглые помещения, кстати, еще и эхом обладали благодаря купольным потолкам, которые я тоже отметила. Нет, окажись я здесь внезапно одна, испугалась бы больше жизни. С некромантом страшно не было совсем. Просто с его темной фигурой, казавшейся особенно зловещей, не смогли бы соревноваться никто и ничто. Я несказанно обрадовалась, когда мы миновали тоннель и оказались на первом этаже факультета Смерти.

– Пойдемте, суола, я провожу вас к аудитории.

Мы поднялись на второй этаж, и все время в пути я рассматривала окружающее пространство. Нет, ничего особенного по сравнению с нашими корпусами я не заметила: те же достаточно высокие потолки со стрельчатыми сводами, колонны, поддерживающие их, красиво отшлифованная каменная кладка на полу, создающая ощущение, будто идешь почти по зеркальной поверхности. Разница, пожалуй, заключалась лишь в том, что, в отличие от привычных глазу картин на стенах здесь находились какие–то древние манускрипты, защищенные заклинаниями от угрожающего влияния окружающей среды. Таким образом, факультет Смерти не только за счет преподавателей насыщал своими знаниями – он словно был изначально пропитан ими.

В коридорах было прохладно: камины для обогрева располагались непосредственно в помещениях, отданных под аудитории. К одной из таких и подвел меня стор Эвангелион.

– Святые духи, – пробормотал он, поморщившись. – Суола Морин, подождите меня внутри, пожалуйста. Я, кажется, позабыл свой посох – без него мы не сможем провести проверку до конца. Я сейчас подготовлю все для вашего комфортного ожидания. Не пугайтесь, когда придут третьекурсники: они могут поначалу бурно отреагировать, но в целом являются доброжелательными ребятами.

Я осторожно кивнула, хотя перспектива оказаться наедине с оравой некромантов старшего возраста совсем не казалась замечательной. Потом подумала, что выход, если потребуется, найду безошибочно, не зря ведь запомнила и дорогу через тоннель, так что по поверхности ускользнуть тоже смогу. Да и этаж только второй, а простейшему полету нас уже обучили. Не пропаду. В общем, спокойно шагнула вслед за некромантом внутрь.

Первым, что сделал стор Эвангелион, стал хлопок в ладоши, заставивший широкий камин у противоположной окну стены запылать. Не знаю, как у него это получилось, но тепло стало почти сразу же – может, площадь очага была приличная, может, особенное заклинание, наложенное на вытянутую в длину комнату, а может, дрова сгорали особенно быстро, отдавая всю свою энергию внешней среде. Я осмотрелась, отмечая привычное расположение дубовой мебели, предназначенной под учебные места. Перед ними находился широкий преподавательский стол, но у меня создалось ощущение, что стор Эвангелион пользуется им только в качестве опоры, но никак не с целью, на которую тот рассчитан изначально. Три широких больших окна тоже не вызвали удивления, и я сразу направилась к среднему, где в углублении были установлены каменные скамьи, на одной из которых я и примостилась:

– Подожду здесь.

– Прекрасный выбор, – одобрил преподаватель. – Я скоро буду, Морин. Не скучайте.

Мне показалось, что порой некромант забывается и опускает вежливое отношение к студенту. Убедиться в этом предстояло на паре, которая вскоре должна была начаться. А пока я смотрела в окно и думала о том, какие результаты могло иметь сегодняшнее занятие.

Что там говорил стор Эвангелион о необученных демонах? Они расстаются с жизнью, поскольку могут служить элементами хаоса в установившемся порядке семи королевств. Но откуда демоны вообще знакомы с понятием цивилизованности? Ведь все они проживают за магической границей. Если не брать в расчет единичные проникновения на территорию королевства Жизни, то они не должны иметь никакого понятия о том, что значит жить в мире, порядке и согласии. Однако целенаправленное уничтожение наследников Биора могло говорить только об одном: демоны более организованы, чем нам бы того хотелось. Они ведь не убили первых попавшихся на пути магов. Они четко следовали вглубь королевства, чтобы… положить конец нашей династии. Они не могли быть безвольными исполнителями…

Из раздумий меня вывел ударивший в ноздри сладковатый запах. В комнате резко потемнело, чего ранним утром при солнечной погоде просто не могло произойти. Однако, взглянув в окно, я не увидела там ничего, кроме черного тумана, закрывшего обзор полностью. А потом из тумана появились две кроваво–красные точки, и я поняла: глаза. Страшные глаза, смотревшие на меня, словно из бездны, с каждым моментом приближающиеся к оконному проему с внешней стороны. Отшатнувшись, я бросилась прочь от углубления в стене и нечаянно хлопнула в ладоши. Тотчас загорелись факелы на стенах, но мне совсем не стало легче: чудовище снаружи сунуло огромную клубящуюся дымом голову в окно, у которого совсем недавно сидела я, а два других стали опорами для его гигантских рук. Окончательно испугавшись, я забилась в угол между камином и стеной и принялась молиться Жизни и Магии, чтобы со мной ничего в этой аудитории не случилось. Но, кажется, моим просьбам не вняли, потому что сверху, отражаясь от стен и потолка, прогремел незнакомый голос:

– Так–так–так, и кто это у нас тут такой? – а потом из угла, находившегося позади преподавательского стола, материализовалась тень еще одного чудовища. Имело оно ветвистые рога, передвигалось, как–то странно опираясь на ноги, словно колени его были вогнуты внутрь, а минимум одежды на теле, заключающийся в удлиненной набедренной повязке, создавал впечатление, что в аудитории появился демон. Ощутив, как вмиг вспотели ладони, я ухватилась за последнюю мысль особенно сильно. Святая Жизнь, неужели они все же нашли меня и пришли убить?! Я сдавленно застонала, но обоих чудищ это, кажется, только раззадорило: оконное нечто продолжило вплывать в комнату, а рогатый увеличился в размерах, словно питался моим страхом, и задвигался быстрее. Тут я не выдержала – закричала во всю силу легких. Кажется, сознание мое или сошло с ума, или начало постепенно покидать меня, потому что, помимо этих двух нечистей, я заметила еще одного: оно стекало крупными багровыми каплями с самого потолка, собираясь постепенно в лужу перед моими ногами. Я забилась в немой истерике и сползла по стене, от страха не в силах сделать ни одного движения. Темнота наполнила помещение, неизвестная субстанция впереди загородила видимость, показавшись странно знакомой. Она передвигалась гораздо медленнее рогатой образины, зато вид имела довольно устрашающий. Где же я могла видеть эту нечисть?

Вопрос решился сам собой, когда нечто проревело на всю комнату, проревело так, что затряслись стены:

– Морин – не трогать! Друг – Морин! Пугаешь Морин – грустит Пирожок!

Пирожок? Это Пирожок заслонил меня от тех двух страшилищ, что запугали до смерти? Как по волшебству, перед воплощенным духом мелькнула смазанная тень, а потом я оказалась в знакомых теплых объятиях, и голос Амона над ухом успокаивающе прошептал:

– Все, Морин, страшно больше не будет. Пирожок нас прикроет.

Почти в то же самое мгновение комната озарилась светом, и я, находясь в объятиях некроманта, зажмурилась оттого, насколько интенсивным он оказался. А потом прогремел голос стора Эвангелиона, проговаривающего заклинание на незнакомом языке. С трех сторон послышался оглушающий рев, перемешивающийся с замогильным воем, и я сжалась в объятиях Амона еще сильнее. Осмелившись открыть глаза, не сдержала сдавленного оха: Пирожок на глазах видоизменялся, точнее, его засасывало в воронку, вращающуюся над посохом, который держал в руках преподаватель высшей некромантии. Двое оставшихся существ также проверки не прошли: их ждала похожая с духом моего знакомого участь. А стор Эвангелион стоял посреди комнаты со сверкающими гневом глазами и ждал, пока порождения тьмы навсегда покинут ее. На мгновение мне показалось, что он сам сияет почти так же, как и оружие в его руках, но потом решила, что это обман зрения, вызванный перенесенным ужасом. Я и правда начала успокаиваться, стоило последнему клочку черного дыма стать поглощенным некромантом, а свету вновь вступить в свои права. Тогда–то и отметила, что позади преподавателя стоит с десяток студентов – все они оказались парнями – с любопытством и недоумением смотрящих на нашу с Амоном теплую компанию.