Грот пяти мертвецов

Вечером сытно поужинали тушеной курицей с картошкой, потом вдоволь накупались. И я тоже, прямо в своих самодельных шортах. И естественно, оберегая повязку на голове. Девчонки потом сделали перевязку свежим бинтом, успокаивая, что рана уже почти затянулась. А позже, пока в жарких углях запекалась картошка, в лагере снова слышалась музыка самодеятельного концерта туристической песни, с исполнением новых композиций. Естественно, «Кукушка» в исполнении Ани, была высоко оценена всеми туристами. И к сожалению, открыть секрет авторства я не мог, так как до популярности Виктора Цоя, еще наверное, немногим меньше десяти лет. Но присваивать его песни себе, не хотел. Зато потом решился сыграть и спеть «Сказочную тайгу» группы «Агата Кристи», повеселил своих новых товарищей:

«Когда я на почте служил ямщиком,

Ко мне постучался косматый геолог.

И, глядя на карту на белой стене,

Он усмехнулся мне.

Он рассказал мне, как плачет тайга,

Без мужика она одинока.

Нету на почте у них ямщика,

Значит, нам туда дорога,

Значит, нам туда дорога.

Облака в небо спрятались,

Звезды пьяные смотрят вниз.

И в дебри сказочной тайги

Падают они…»

Вроде бы еще и вполне походная песня получилась: «тайга, дорога, косматый геолог…» Вечер получился прекрасным, звезды над головой, музыка, песни, девушки с восхищенными глазами и рассыпчатая горячая картошка в прогоревшей на углях кожуре. Не расходились по палаткам долго. Ночь теплая, даже еще хотели сходить искупаться, но комаров испугались. Спать я устроился все так же, на улице, в предоставленном спальном мешке. Хотя ребята предлагали потесниться и уступить место в своей палатке. Нет, вот если бы девчонки такое предложили…

Глава 4

Утро следующего дня началось стандартно: утренние процедуры, завтрак, мытье посуды одновременно с купанием в озере. Еще какие-то хлопоты, пока девушки бегали по лагерю в самом своем прелестном виде. Дежурными по лагерю сегодня оставались Никита с Леной, а остальные собирались в очередной поход на Шиханы. В этот раз и я. Во-первых, у меня теперь есть легкая обувь, и во-вторых, меня все-таки признали членом команды. И, кстати, звали по привычному мне имени: Алексей, Леша. Видимо, после вчерашнего успешного концерта. Головного убора у меня не было, что недопустимо по такой жаре под открытым небом, но Аня выделила мне простенький серый платок, который я повязал как бандану. С собой брали минимальный альпинистский набор, пару саперных лопаток, воду и обед сухим пайком.

Но, подъем на скалы сегодня не предусматривался, шли вдоль хребта, со стороны озера. Укрываясь от палящего солнца тенью невысокой растительности. Попутчики мои были привычными к большим пешим переходам, двигались легко и быстро, не выказывая признаков усталости. А я просто кайфовал от ощущения легкости в молодом здоровом теле, от полноты дыхания всем объемом легких экологически чистым воздухом, напоенным запахом сосновой хвои! Живописная местность, летнее солнце, легкий ветерок от озера с примесью застоявшейся сырости, и безмятежно счастливые лица новых товарищей и одной милой девушки!

Двигавшийся впереди цепочки, Андрей, периодически оборачивался, чтобы оценить физическое состояние членов группы, и скорее, в первую очередь – мое. И видимо, я его не разочаровал. Мы без передышки двигались пару часов, пока не уперлись в небольшой скальный отросток, перпендикулярно отходящий от основного хребта. Его можно было легко перейти по уже натоптанной другими туристами тропе, но мы повернули вдоль него. И без того невысокий, до трех метров, отросток еще больше снижался, уже порос полноценными деревьями и другой растительностью и вскоре совсем бы растворился в лесной чаще. Если бы не уперся в большую поляну, искаженную застарелыми рубцами ям и холмиков. Это место и было целью сегодняшнего похода. Следы очень древних раскопок едва проявлялись неровностью рельефа и проглядывающих скоплений камней местами. Андрей пояснил непосвященным, то есть нам с Аней, чем именно вызвало их интерес это место. Вчера тут обнаружили неожиданный провал куда-то вниз, и это не было норой какого-то зверя. Проглядывались признаки объемной пустоты под землей. То ли пещера, то ли рукотворная перекрытая яма.

МПЛ-50 – правильно называлась одна из двух компактных лопат. Вроде как малая пехотная лопата 50 сантиметров. А саперных лопаток, оказывается, никогда не было. Но в противовес ей, вторая была в как раз лопатка складная саперная ЛСС. Но суть-то не в правильности их названий, а в ужасном их несовершенстве, по сравнению с полноценными «взрослыми» лопатами. И в данный момент мне было как-то стыдно ссылаться на состояние здоровья, и пришлось помогать ковырять лопатками слежавшийся грунт, рубить корни кустарника и выковыривать, в большей части – руками, крупные камни и небольшие деревянные бревна. Завал был явно рукотворным, что еще больше вызывало интерес к неизвестной пещерке. Только очень древним, так что его переплело корнями близлежащих деревьев.

Мы, расположившись в самом удобном месте поляны, сначала перекусили бутербродами и овощным салатом, чуть передохнули и тут же взялись раскапывать искусственное перекрытие таинственной пещеры. Сначала с большим энтузиазмом, в предвкушении необычного открытия. Потом силы заметно упали, и темп работ тоже. И все же, постепенно открывали узкий лаз в пещеру естественного происхождения. Которую кто-то очень много лет назад закидал жердями, камнями и землей, а дальше естественный природный процесс надежно скрыл этот лаз. Однако этот же природный процесс, с помощью периодически возникающих водных потоков, промыл небольшой канал внутрь. А вчера неосторожный Вася случайно провалился ногой в эту дыру, когда они так же случайно заинтересовались замеченной поляной, а потом странным рельефом на ней. Очень было похоже на результат работы каких-то старых рудоискателей. Может даже, золото искали? Все равно, никто из нас не представлял настоящий процесс разведки или добычи каких-то геологических пород.

На краю поляны обнаружили большой провал и торчащие из земли частично сгнившие жерди. Предположили, что здесь была жилая землянка работников. Кстати, возможно лаз был перекрыт жердями от этой же землянки. Что примерно подводило итог одновременности происходящих событий: разрушение землянки и намеренное сокрытие пещеры.

К пяти часам вечера, когда уже пора было выдвигаться обратно в лагерь, мы все же полностью расчистили лаз, и теперь решали – оставить разведку на завтра, или уступить жадности первооткрывателей и спуститься вниз уже сегодня? Определяемый участок пещеры не имел большой глубины. С помощью имеющегося альпинистского шнура, можно было легко спуститься на ее дно и подняться обратно с помощью товарищей. И это было определяющим фактором в нашем решении. Для чего выбрали самого легкого из добровольцев. Но не Аню, так как она была все же девушкой. А принцип гендерного равенства в этот период Советской власти, оказывается, был не таким уж определяющим, как в первые годы после революции. Отправился Василий, дважды первооткрыватель пещеры. Андрей тут же обещал указать ее на походной карте по его имени – Васильевской.

Снабдили его фонариком со свежими батарейками и помогли спуститься вниз. И тот вскоре исчез из зоны нашего контроля. Ни голоса, звука шагов, ни проблеска света от фонаря. Однако недолго. Вася вскоре вернулся, требуя скорее поднять его наверх. Правда ничего обнадеживающего нашим ожиданиям, он не сообщил. Дальше, в пещере, обнаружился новый завал, который возможно было преодолеть поверху, но он один рисковать не стал. И это было верным решением. Полноценную разведку теперь решительно отложили на завтра, прикрыли лаз наломанными ветками сосняка и отправились домой, в лагерь.

Вечер стал необычайно оживленным, но не из-за новых, представленных мной песен, а из-за нетерпеливого возбуждения предстоящих открытий. Завтра никому не хотелось оставаться дежурить в лагере, но и оставлять его без присмотра не могли. Был даже вариант оставить его только на меня. Но, то ли из-за недостаточного доверия, то ли из сочувствия, что я тогда лишусь соучастия в открытии, вариант отвергли. Хотя я лично готов был на подобную жертву. Особенно зная из будущего, что ничего особенного в это время, здесь, никто не находил. И не было никаких знаменательных открытий. Мелкие находки могли скрыть, но не легендарные клады Пугачева или Колчака, как размечтались мои романтики.

Времени до конца недели, когда они собирались возвращаться по домам, оставалось три дня. И тратить каждый день на дорогу «туда-сюда» больше четырех часов, не очень хотелось. Приняли решение покинуть это место на берегу живописного озера и перебираться непосредственно к пещере. Минусом было довольно большое удаление от источника воды, как и вообще, от большой воды. А лично мне, было абсолютно безразлично любое их решение, лишь бы они не гнали меня из своей компании. Иначе мне придется возвращаться в совершенно скучную деревенскую жизнь моего предшественника по телу, и как-то приспосабливаться к действительности советской эпохи, которую я уже давно забыл. Конкретных планов, как поменять свою новую жизнь, пока не было. Единственно, хотелось чтобы в моей жизни надолго оказалась рядом, Аня. А вот ее мнение относительно меня, до сих пор оставалось неопределенным…

***

«…Без тебя мне все равно,

Что дождь весь день стучит в окно

Что может быть он завтра будет снова лить с утра

Без тебя я, как во сне брожу в осенней тишине

И даже в школу не иду, хотя давно пора.

Без тебя мне не хочется в кино

Без тебя я с тоской смотрю в окно

Без тебя мне не нужно ничего…»

Эта новая песня в нашем лагере, из репертуара группы «Сталкер», или Андрея Державина. А потом я вспомнил, что тот еще исполнял песню погибшего Игоря Талькова «Летний дождь». И ее тоже добавил в наш репертуар.

«…Летний дождь, летний дождь

Начался сегодня рано

Летний дождь, летний дождь

Моей души омоет рану

Мы погрустим с ним вдвоем

У слепого окна.

Летний дождь, летний дождь

Шепчет мне легко и просто

Что придешь, ты придешь

Ты придешь, но будет поздно

Несвоевременность — вечная драма

Где есть он и она…»

Авторство вновь пришлось скрыть в связи с потерей памяти. Что выглядело очень даже странно, на фоне хорошей памяти на музыку и песни. Но пока, это никому из нас не мешало пользоваться и петь на наших вечерних посиделках.

А с утра началось великое переселение. Еще до завтрака парни начали разбирать палатки, готовить вещи к походу. Я по мере возможности помогал, в большей степени с вещами девчонок. Мне-то самому, что собирать? Все имущество – личное тряпье, называемое одеждой, да подаренный «спальник». После завтрака дружно искупались в последний раз на этом месте, одновременно помыли посуду. Оделись, собрались и выдвинулись по знакомому уже мне маршруту. Только на этот раз у всех были объемные рюкзаки с дополнительным снаряжением, а у меня за спиной, кроме мелких вещей, две пятилитровые пластмассовые емкости с водой. Поначалу даже не замечал тяжести, но к концу маршрута плечи и спина напряженно гудели.

На месте нового лагеря закипела обратная работа: установка палаток, разжигание костра во вновь организованном кострище, суета с поиском продуктов, чтобы начать готовить обед. Принесенного с собой запаса воды было мало, и я вызвался сходить до озера. По прямой здесь до него могло быть не более километра. Если подняться на скалу, его должно быть видно, как рассказывали туристы, прошедшие по вершине хребта. В реальности, оказалось даже ближе, как мне показалось. Только что тропа оказалась еще не натоптанной. Тем не менее, я порадовал своих спутников, что купание в озере по-прежнему будет нам доступно, хотя бы раз в сутки.

После обеда, вместо отдыха, туристы продолжали деятельность по восстановлению лагеря и подготовке к спуску в пещеру. Чтобы каждый имел возможность спускаться и подниматься даже без альпинистской сноровки, Андрей с Никитой вязали веревочную лестницу из цельного альпинистского шнура и обрезков жерди. Обе палатки были установлены, вещи разложены по местам, а я опять остался без конкретного спального места. Однако Вася подсказал интересное предложение, и мы с ним и, Аней, пошли безжалостно уничтожать близлежащий молодой сосняк. Срубая подходящее стволы и ветви и стаскивая их в лагерь. Потом, под управлением того же Василия, мы с Аней стали воздвигать каркас обычного шалаша. Поверх каркаса из жердей, плотно укладывали густые сосновые ветви. Мелкие и еще более пушистые – на дно шалаша.

- С милым, и в шалаше рай? – не удержалась от «подколки» проходящая вблизи Лена.

Аня неожиданно резко отреагировала, даже заметно покраснев лицом:

- Да ну, тебя! Что болтаешь? Помогаю просто… члену нашего отряда!

Блин! В наше время за одно это словосочетание «член отряда» затролили бы девушку. А тут, это естественное понятие, как о полезном индивидууме какой-нибудь общественной организации.

- Ну, ну… Помягче укладывай.

- В нашем теремке, любым гостям рады, - как бы задумчиво начал я, - Кроме лягушки.

- Почему лягушки? Вроде, медведь был последним и неловким? – не поняла Аня. Да и Лена, кажется, тоже.

- Не представляю, как обнимать такую холодную. Бр-р…

- А-а, - рассмеялись обе девушки, - Тогда ищи, погорячей.

- Вот я и выбираю, кто тут из вас, погорячее.

- Вася, может? Он же предложил строить теремок.

- Не, Вася пусть свою компанию греет, - высказал негромко, чтобы не услышал находившийся рядом сам Василий. И чуть приуныл.

Может, тот и вправду предложил строить шалаш, чтобы напроситься ко мне? В палатке, пусть и четырехместной, втроем все же тесно, а мой «теремок» построен с запасом. Не откажешь ведь, если напросится. Мне и одному было бы совсем не скучно. А еще и появилась надежда, что одна конкретная девчонка решится обогреть мой нынешний аватар. Хотя, какой уж теперь аватар? С этим телом я уже полностью сроднился. Мои мысли, память, мои желания, давно воссоединились с жизнью и реальными ощущениями этого молодого организма.

Оставлять лагерь совсем без присмотра, все же не решились. Пока не начались споры о том, кому остаться, я сразу предложил свои услуги. Зная, что никаких великих открытий не ожидается, я не очень-то и расстроюсь, что отложу знакомство с пещерой на один лишний день. Проводил товарищей до лаза в глубь пещеры, сам продолжил заготовку сосновых веток в шалаш, одновременно собирая сушняк для костра. А через два часа все туристы, чрезмерно возбужденные, выползли из провала, собираясь у костра и делясь впечатлениями.

Через завал можно было переползти и так, но они все же потратили какое-то время, чтобы убрать часть крупных камней сверху. И с большими удобствами перебрались на другую сторону. И очень скоро уткнулись в тупиковый зал пещеры. Не очень большой, но с сюрпризом. А в качестве сюрприза, им предстал человеческий скелет в истлевшей одежде и в частично уцелевшей коже штанов. Скелет, кое-как сохраняя форму, навалился передом на выступающий камень, возле которого и сидел. А в спине его, поперек ребер, застрял проржавевший длинный тесак. Спустя какое-то время справившись с эмоциями, досмотрели пещеру, но ничего примечательного больше не обнаружили. И сейчас, периодически обсуждая версии, кто это мог быть, за что, и кто - его убил, решали, что делать. Бросать все и сообщить милиции? Промолчать и продолжить свою экспедицию до конца намеченного срока? Мне было смешно за их болезненное чувство ответственности перед обществом и силовыми органами. Ну, пролежал труп сотню, или сколько лет? И что случится, если еще лишних пару дней пролежит? Не сбежит ведь. И преступник за это время не скроет улики, которых уже давно не обнаружить, как и самого преступника.

Спросив для приличия, у ребят разрешения, я решил тоже спуститься в пещеру, посмотреть на мертвеца. Со мной тут же вызвалась Аня, удивив меня своей решительностью. Вот только рассказывала какой ужас испытала, когда они в таинственном темном месте обнаружили человеческие останки, и тут же просится туда опять. Я-то за свою жизнь насмотрелся на всяких мертвецов, в разной сохранности. И древним скелетом меня не запугать.

Нам выделили один фонарь с относительно свежими батарейками и, второй фонарик – «Жучок», тот, у которого нужно постоянно жать рычажок, чтобы он светил за счет электродинамического устройства. Отличный прибор для этого времени, когда любые батарейки в дефиците и нет долгодействующих литий-ионных аккумуляторов! Пусть громко жужжит и рука отваливается после длительного использования, зато не останешься в темноте, из-за неожиданно севшей батарейки. Но, у любого фонаря есть другое слабое место – лампочка! Поэтому, в темном незнакомом месте надо обязательно иметь запасной фонарь.