Две стороны равновесия. Возвращение к истокам

Максим медленно вдохнул. Глубоко. Полной грудью. И замер. Потому что это ощущение невозможно было перепутать ни с чем другим. Лёгкие словно наполнились прохладной свежестью. Тело мгновенно откликнулось. Меридианы задрожали. Энергия внутри него оживилась. Начала двигаться быстрее. Свободнее. Естественнее. Будто наконец оказалась в правильной среде.

Парень медленно выдохнул. Закрыл глаза. И несколько секунд просто стоял неподвижно. Слушая окружающее пространство. Ощущая бесконечные потоки Инь. Чувствуя знакомое присутствие этого места. Да. Он вернулся. По-настоящему вернулся. Именно здесь он впервые открыл глаза после смерти. Именно здесь началась его новая жизнь. И именно здесь он впервые понял, что отличается от остальных жителей этого мира. Что способен использовать то, чего боится весь окружающий мир.

Максим открыл глаза. Взгляд стал спокойным. Уверенным. Теперь начиналась самая важная часть его путешествия. Он добрался до цели. Добрался до места, где энергия Инь буквально разливалась вокруг подобно бескрайнему морю. Добрался до места, где можно было начать создание собственных запасов силы. Добрался до места, которое для большинства культиваторов выглядело воплощением кошмара. И которое для него самого ощущалось почти как дом.

Несколько минут Максим просто стоял возле выхода из тоннеля. Не двигался. Не спешил. Словно позволяя самому себе окончательно осознать, что он действительно вернулся. Перед ним простиралось дно Ущелья Чистой Инь. Настоящее сердце этого странного места. Не та мрачная и пугающая территория, которую представляли себе большинство культиваторов. Не тот кошмар, о котором рассказывали легенды. А совсем другой мир. Тихий. Древний. Почти неподвижный. Мир, живущий по собственным законам. Где вместо солнечного света царили вечные сумерки. Где вместо зелени росли колонии серебристого мха и чёрные кристаллические образования. Где вместо обычных ручьёв текла концентрированная энергия Инь. Именно его он сейчас увидел. Тот самый ручей. Тонкая извилистая лента серебристо-чёрной жидкости неспешно текла между камнями. Журчание было удивительно тихим. Мягким. Почти убаюкивающим. Если бы кто-то случайно оказался здесь, не понимая природы этого места, то мог бы даже залюбоваться этим зрелищем. Лишь опытный культиватор понял бы весь ужас происходящего. Потому что это была не вода. Даже близко не вода. Перед ним текла чистейшая эссенция Инь. Настолько концентрированная, что фактически приобрела физическую форму. Каждая капля содержала больше энергии, чем некоторые культиваторы могли накопить за месяцы тренировок. Для большинства существ прикосновение к подобному ручью стало бы смертельным.

Но Максим смотрел на него совершенно спокойно. Даже немного равнодушно. Потому что за прошедшее время успел привыкнуть к подобному зрелищу. Более того. Сегодня его интересовал вовсе не ручей. Его цель находилась дальше. Намного дальше. Там, куда стекали все эти потоки. Там, где располагалось озеро. То самое озеро. Центр всей местной системы. Источник бесчисленных потоков энергии. Место, возле которого он прожил почти половину года.

Максим глубоко вдохнул. После чего неспешно направился вперёд. Вдоль знакомого русла. По дну ущелья. Между огромными валунами. Между выступами скал. Между чёрными кристаллами, выросшими за время его отсутствия ещё сильнее. И чем дальше он двигался, тем заметнее менялась его походка. Точнее... Она исчезала. Сторонний наблюдатель вряд ли смог бы описать происходящее обычными словами. Потому что Максим словно перестал идти. Его тело скользило между камнями. Мягко. Плавно. Естественно. Без единого лишнего движения. Без ненужного напряжения мышц. Без характерных для человека остановок и корректировок шага. Каждое движение рождалось из предыдущего. Перетекало в следующее. Будто передвигался не человек. А какое-то существо, идеально приспособленное к этим условиям. И сам Максим прекрасно понимал причину. Именно здесь всё началось. Именно среди этих камней. Именно возле этого ручья. Именно в этих сумерках. Он впервые начал наблюдать за местными обитателями. Изучать их. Копировать. Анализировать. Особенно ледяных сколопендр. Эти создания стали настоящим открытием для него. Потому что двигались совершенно не так, как люди. И даже не так, как большинство зверей. Их движения выглядели неправильными. Ломанными. Нелогичными. Внезапными. Словно существо в один момент находилось в одном месте, а в следующий уже оказывалось совсем в другом. Без предупреждения. Без подготовки. Без очевидной траектории. Многие культиваторы назвали бы такую манеру движения уродливой. Неэффективной. Лишённой внешней красоты.

Но Максим видел другое. Он видел эффективность. Он видел смертоносность. Он видел возможность атаковать из положения, которое большинство людей считали невозможным. Именно здесь появились первые наброски Стиля Ледяной Сколопендры. Сначала неуклюжие. Примитивные. Почти смешные. Затем всё более сложные. Более опасные. Более совершенные.

Парень невольно улыбнулся. Проходя мимо знакомого участка скал. Он прекрасно помнил, как десятки раз падал здесь. Как набивал синяки. Как пытался повторить движения местных тварей. Как постепенно перестраивал собственное тело. Заставляя его двигаться непривычным для людей образом. Тогда он ещё не понимал, насколько полезными окажутся эти навыки. Сейчас понимал. Очень хорошо понимал. Особенно после столкновений с культиваторами Академии. Потому что большинство противников ожидали от него именно знакомых, и в чём-то даже человеческих телодвижений. Человеческой логики. Человеческой биомеханики. А получали нечто совершенно иное. Нечто, напоминающее повадки хищника из этих древних ущелий. Порой даже опытные бойцы терялись на краткий миг. Не понимая, как именно он оказался в новой позиции. Откуда пришёл удар. Почему траектория движения внезапно изменилась. И этого краткого мига часто оказывалось достаточно.

Максим бесшумно перескочил через узкий поток эссенции Чистой Инь. Почти не касаясь земли. Затем проскользнул между двумя валунами. Сделал короткий поворот. И продолжил путь. И теперь двигался он настолько естественно, словно действительно был частью этого места. Одним из его обитателей. Одним из местных хищников. Возможно именно поэтому окружающая энергия Инь реагировала на него столь спокойно. Не сопротивлялась. Не давила. Не пыталась разрушить его меридианы. Наоборот. Она словно узнавала его. Принимала. Позволяла находиться здесь.

Шаг за шагом. Камень за камнем. Он двигался вдоль знакомого ручья. А впереди постепенно начинало ощущаться нечто гораздо более мощное. Гораздо более древнее. Гораздо более насыщенное. Источник. Центр. То самое озеро. Место, возле которого когда-то началась его новая жизнь. И место, ради которого он проделал весь этот долгий путь почти через половину этого мира.

Хищники дна Ущелья

Путь вдоль ручья эссенции Инь оказался не таким спокойным, как первые несколько сотен шагов. Ущелье жило собственной жизнью. Не шумной, не суетливой — скорее медленной и хищной. Здесь редко что-то бросалось в глаза сразу. Опасность обычно обнаруживалась тогда, когда уже заняла правильную позицию для удара.

Сейчас Максим двигался уверенно, почти не сбавляя темпа. Он давно запомнил большинство очевидных ловушек местности. Те самые участки, где кристаллические наросты могли обрушиться от вибрации. Трещины, из которых внезапно вырывался поток переохлаждённой Инь. Тёмные карманы между валунами, где особенно любили устраивать засады мелкие сколопендры. Но даже знакомая дорога никогда не становилась полностью безопасной.

Первого кристаллического паука он заметил по паутине. Не глазами — ощущением. Тонкие нити из полупрозрачного материала пересекали проход между двумя валунами. Они почти не отражали тусклый свет кристаллов Инь и становились заметны лишь под определённым углом. Максим остановился в двух шагах от них, слегка наклонил голову и медленно перевёл взгляд вверх.

Там, на стене, сидел паук. Крупный. Не меньше взрослого человека ростом, если бы расправил все восемь конечностей. Его тело выглядело словно выточенное из мутного льда и дымчатого кварца. Внутри прозрачного панциря лениво циркулировали струйки чёрно-серебристой энергии. Несколько глаз, похожих на капли замёрзшей ртути, были неподвижны и одновременно казались внимательными. Паук ждал. Максим не стал проверять того, насколько быстро эта тварь умеет бросаться вниз. Он сделал короткий шаг в сторону — не назад, а именно в сторону, уходя с оси предполагаемого броска. Правая рука уже сжимала посох. Тот самый посох из древесины пропитанной Чистой Инь выглядел непримечательно лишь для человека, не чувствующего энергию. Тёмное, почти чёрное древко, изготовленное из древесины, которая сама за годы пропиталась эссенцией Инь до состояния природного проводника. На его поверхности местами проступали тонкие серебристые прожилки, будто застывшие молнии.

Паук сорвался с места мгновенно. Не прыжок — скорее падение, которое внезапно превратилось в атаку. Длинные кристаллические лапы сложились, направляя тело прямо на человека. Максим шагнул ещё на полшага в сторону, пропуская тушу мимо плеча, и одновременно снизу вверх ударил концом посоха под основание передних лап. Раздался сухой хруст. Энергия Инь, проведённая через древко, не взорвалась и не вспыхнула. Она просто вошла в кристаллический панцирь, как ледяная вода входит в трещину. По прозрачному телу паука мгновенно побежала сеть серых прожилок. Существо дёрнулось, потеряло координацию и ударилось о камень боком. Второй удар пришёлся уже в центр головогруди этой твари. Панцирь монстра раскололся, словно тонкое стекло. И паук затих.

Максим быстро осмотрел останки. Даже такая добыча была бы ему полезной. Несколько целых сегментов панциря, пригодных для алхимических фильтров, и небольшое ядро Инь размером с перепелиное яйцо. Всё это отправилось в мешочек-хранилище.

Второй встретился примерно через четверть часа. Этот оказался хитрее. Он устроил засаду на потолке узкого прохода, где свисающие кристаллы скрывали его силуэт. Максим заметил лишь слабое искажение воздуха и едва различимый скрип паутины, натягивающейся под весом тела. Не останавливаясь, он резко опустился почти до земли. В тот же миг сверху ударили лапы. Кристаллические когти вспороли воздух там, где мгновение назад была его шея.

Парень перекатился под нависающим выступом и развернулся. Паук уже разворачивался для новой атаки, но узкий проход мешал ему полностью расправить конечности. Максим использовал именно это. Он скользнул внутрь минимальной дистанции, где длинные лапы становились неудобны, и короткими жёсткими ударами посоха перебил две передние конечности. Тварь заскрежетала, выпуская облачко ледяного тумана. Но Максим не дал ей восстановиться. Удар пяткой в нижний сегмент тела, смещение в сторону, затем прямой укол концом посоха в область ядра. Кристаллическое тело треснуло, и паук рухнул на пол. Этого он тоже разделал быстро и без эмоций. Здесь это была не охота ради трофеев, а расчистка маршрута.

Первая из трёх сколопендр появилась из трещины в стене. Всего метра полтора длиной, тонкая и быстрая. Она бросилась к ногам, пытаясь вцепиться в голень. Максим даже не остановился. Его короткий диагональный удар посохом сбил её в сторону, а следующий шаг раздробил голову о камень. Вторая тварь оказалась чуть крупнее и попыталась уйти после того, как почувствовала человека. Парень перехватил её на выходе из узкого кармана между валунами. Одним движением прижал древком к полу и отсёк голову обратным концом посоха. За всё это время он почти не замедлился. Эти твари были частью местного пейзажа. Опасными для невнимательных, но не для него.

Настоящая проблема ждала дальше. Проход расширился, образуя длинную каменную галерею. Ручей эссенции Инь здесь уходил под скалу, и воздух был насыщен холодом настолько, что изо рта вырывался белёсый пар. Максим сразу почувствовал чужое присутствие — тяжёлое, плотное, агрессивное.

Ощутив всё это, он остановился и прислушался. Но вокруг стояла фактически гробовая тишина. Затем слева, из-под нависающего уступа, раздался сухой скрежет множества лап по камню. Из тени выдвинулась ледяная сколопендра. Эта уже не была мелочью. Почти десять метров длиной. Сегментированное тело толщиной с человеческий торс переливалось полупрозрачным синим льдом. Каждый сегмент был покрыт кристаллическими пластинами, а между ними клубилась густая энергия Инь. Голова напоминала странное сочетание многоножки и хищной рыбы. Широкие жвалы, зазубренные внутренние пластины, несколько рядов тёмных глаз.

Она не отступала и не предупреждала. Просто стремительно ударила. Передняя часть тела твари взметнулась вверх с пугающей скоростью, пытаясь накрыть человека сверху и прижать к камню. В обычном бою большинство противников инстинктивно отпрыгнули бы назад.

Максим тут же ушёл вперёд. Сделав рывок под углом, почти под саму голову твари. Камень под ногами хрустнул, когда массивное тело ударило в место, где он стоял мгновение назад. Посох уже двигался. Его первый удар пришёлся сбоку по основанию головы. Не для того, чтобы пробить панцирь — для того, чтобы сбить траекторию и заставить сколопендру раскрыть сегменты при развороте.

Существо заскрежетало и попыталось захлестнуть его телом. Десятки лап ударили по камню, поднимая ледяную крошку. Максим скользнул вдоль внутренней стороны дуги, двигаясь не по-человечески плавно и ломано одновременно. Именно те самые движения, которые он годами вырабатывал, наблюдая за местными хищниками.

Второй удар посоха был уже не силовым. В этот момент парень вложил в древко посоха поток собственной Инь. Дерево, пропитанное этой энергией до самой сердцевины, отозвалось почти живым холодом. Конец посоха вошёл между сегментами шеи сколопендры, туда, где защита была тоньше. Вспышки не произошло. Просто по телу твари побежала волна серо-синего инея, но не снаружи — изнутри. Энергия посоха вошла в её собственные каналы и на мгновение нарушила циркуляцию. Этого мгновения хватило.

Максим резко провернул древко, вырывая его вниз. Сегменты сместились, жвалы захлопнулись мимо цели, а голова ударилась о камень. Парень тут же сменил хват и нанёс короткий тяжёлый удар сверху в область ядра за головным сегментом. Тут же раздался звук, похожий одновременно на треск льда и ломающееся стекло. Тварь дёрнулась всем телом. Затем ещё раз. Последние конвульсии прокатились по десятиметровому телу волной от головы к хвосту. Многочисленные лапы беспорядочно застучали по камню и постепенно замерли.

Максим несколько секунд стоял неподвижно, внимательно следя за тушей. Лишь убедившись, что остаточная активность исчезла, он медленно выдохнул.

— Слишком крупная для этого прохода… — Тихо пробормотал он.

На разделку этой туши ушло куда больше времени, чем на сам бой. Ядро такой сколопендры стоило дорого само по себе, а кристаллические пластины панциря могли пригодиться и в алхимии, и в создании защитных элементов для формаций. Парень забрал только наиболее ценные части — тащить десяток метров тела через лабиринт не имело смысла. Когда он закончил, вокруг снова воцарились вечные сумерки ущелья. Лишь ручей эссенции Чистой Инь тихо журчал где-то неподалёку.

Потом Максим вытер посох о чистый участок камня и продолжил путь. Ни трофеи, ни сама охота не были главной целью сегодняшнего спуска. Это был лишь неизбежный шум дороги. Настоящее ожидало впереди — озеро Чистой Инь, где он собирался установить артефакты-жертвенники и начать превращать бесконечные потоки энергии ущелья в собственные кристаллы силы.

И после встречи с большой сколопендрой он лишь сильнее убедился, что решение спуститься именно сейчас было правильным. Местная экосистема уже успела измениться за время его отсутствия, а значит откладывать работу становилось только опаснее.

Максим же привычно занимался куда более важным делом. Сбором добычи. Без лишней спешки. Без жадности. Но и без расточительности. За прошедшие месяцы жизни в этом мире он слишком хорошо усвоил одну простую истину. Любой ресурс имеет цену. Особенно тот, который удалось получить без серьёзных повреждений. Поэтому парень тщательно осмотрел добытые трофеи ещё раз. Ядро сколопендры. Несколько наиболее ценных пластин панциря. Кристаллические сегменты. Жвалы. Части внутренних энергетических каналов. Всё это аккуратно сортировалось и исчезало внутри мешочка-хранилища. Со стороны подобное зрелище выглядело довольно необычно. Стоило предмету коснуться горловины неприметного серого мешочка, как тот просто исчезал внутри пространственного кармана артефакта. Без вспышек. Без свечения. Без громких эффектов. Словно предмета никогда и не существовало. Максим давно уже привык к подобным вещам. Настолько, что даже перестал задумываться над тем, насколько подобные артефакты были ценны. Особенно для обычных людей. Да и для многих культиваторов тоже. Впрочем... У него уже давно имелись и другие пространственные артефакты. Кольца. Браслеты. Даже несколько весьма качественных экземпляров, доставшихся ему в качестве трофеев. Некоторые из них превосходили этот старый мешочек по вместимости. Некоторые были удобнее. Некоторые выглядели куда солиднее. Но пользоваться ими Максим пока что не спешил. Просто потому, что привык именно к этому мешочку. Слишком долго он был его единственным пространственным артефактом. Слишком часто спасал в нужный момент. Слишком много полезных вещей уже успело перекочевать внутрь него. Поэтому сейчас парень лишь привычно затянул шнурок. Проверил печати. После чего спрятал мешочек обратно во внутренний карман своей одежды. Туда. На грудь. Где тот находился практически постоянно. Только после этого он двинулся дальше. Ущелье постепенно менялось. С каждым пройденным десятком шагов. С каждым новым участком пути. Особенно заметно это было по ручью.

Когда Максим только вышел на дно ущелья, поток эссенции Инь напоминал обычный лесной ручеёк. Тонкий. Неспешный. Спокойный. Но теперь всё выглядело иначе. Поток постепенно расширялся. Становился глубже. Мощнее. В некоторых местах его ширина уже достигала нескольких метров. Поверхность жидкости медленно переливалась серебристо-чёрными оттенками. Будто внутри текла не энергия. А расплавленное зеркало. И чем дальше он шёл. Тем сильнее ощущал её мощь. Чистейшая эссенция концентрированной Инь. Концентрированной настолько, что обычный культиватор не рискнул бы даже приблизиться к ней. Иначе его разъело бы как от кислоты. Сам воздух вокруг ручья стал заметно холоднее. На камнях появлялся иней. Некоторые кристаллические образования полностью покрывались тонкой серебристой коркой. Однако самому Максиму становилось лишь комфортнее. Он чувствовал себя так, словно приближался к тёплому очагу после долгого путешествия. Странное ощущение. Особенно если учитывать природу этого места. Но именно так всё и было.

Постепенно окружающий ландшафт начал казаться всё более знакомым. Вон тот валун. С характерной трещиной. Он помнил его. Возле него когда-то прятался от стаи мелких пауков. Чуть дальше возвышался высокий чёрный кристалл. Именно возле него он впервые заметил следы крупной сколопендры. Ещё дальше располагался узкий проход между двумя скалами. Через который однажды убегал от целой колонии местных тварей. С каждым новым шагом воспоминаний становилось всё больше. Словно само ущелье постепенно возвращало ему кусочки прошлого. Того самого времени. Когда он только появился в этом мире. Когда ещё ничего не понимал. Когда каждый новый день мог стать последним. Когда приходилось учиться выживать буквально на ходу. Именно здесь. Среди этих камней. Среди этих сумерек. Среди этого бесконечного холода. Он стал тем, кем является сейчас.

Наконец впереди показался знакомый проход. Широкая расщелина в скале. Почти незаметная со стороны. Но Максим узнал её сразу. Сердце невольно ускорило ритм. Даже несмотря на всю его сдержанность. Он ускорил шаг. Прошёл между двумя выступами. Свернул направо. Затем ещё раз. После чего оказался в просторной пещере. И остановился. На несколько секунд. Просто молча осматриваясь.

Перед ним находилось то самое место. То самое убежище. Та самая пещера. Где почти полгода назад началась его новая жизнь. Где он впервые сумел выжить. Где впервые научился использовать силу Инь. Где строил свои первые планы. Где тренировался. Где лечил раны. Где просто пытался понять, что вообще произошло после его смерти. Именно здесь. Посреди этой древней пещеры. По-прежнему находилось небольшое озерцо чистейшей эссенции Инь. Оно тоже почти не изменилось. Всё такая же тёмная гладь. Всё те же серебристые переливы на поверхности. Всё та же чудовищная концентрация энергии. И всё тот же ручей, который непрерывно подпитывал его. Словно время здесь вообще остановилось. Почти. Потому что кое-что всё же сохранилось. Практически возле одной из стен. Там, где когда-то располагалось его первое подобие лежанки. По-прежнему лежали старые тряпки. Изорванные. Поблёкшие. Почти превратившиеся в лохмотья. Остатки его земной одежды. Той самой. В которой он появился в этом мире.

Максим медленно подошёл ближе. Присел. Провёл рукой по ткани. Та оказалась холодной. Почти ледяной. За прошедшие месяцы энергия Инь пропитала её настолько сильно, что обычный человек едва ли смог бы прикоснуться к ней без неприятных последствий. Но для него это не имело значения.

Несколько секунд парень просто смотрел на эти старые тряпки. На жалкие остатки одежды. Не представляющие никакой ценности. Никому не нужные. Никому не интересные. Но именно они неожиданно напомнили ему о том, каким он был тогда. Растерянным. Уставшим. Испуганным. Человеком, который понятия не имел, где оказался. И что вообще делать дальше.

Вспомнив всё это, Максим тихо усмехнулся. После чего покачал головой.

— Забавно... — Глухо пробормотал он. Тогда ему казалось, что выжить здесь невозможно. Что этот мир слишком опасен. Слишком жесток. Слишком чужд. А теперь он сам добровольно преодолел огромное расстояние лишь для того, чтобы вернуться сюда. Домой. И пусть он никогда не произнёс бы это вслух. Но где-то глубоко внутри прекрасно понимал одну простую вещь. Из всех мест мира культиваторов Дао Цзы именно эта мрачная пещера возле озера Чистой Инь была первым местом, которое он действительно начал считать своим.

Некоторое время Максим просто стоял возле озера. Молча. Неподвижно. Наблюдая за серебристой гладью. Озеро эссенции Чистой Инь выглядело почти так же, как в день его первого появления здесь. Небольшое. Скрытое в глубине пещеры. Окружённое чёрными скалами и кристаллическими наростами. Но стоило присмотреться внимательнее, и становилось понятно, что перед ним находится не обычный водоём. Даже близко не обычный. Поверхность жидкости не колыхалась от сквозняков. Не отражала окружающий мир так, как это делала бы вода. Вместо этого по ней постоянно проходили медленные серебристые волны. Словно внутри находилась какая-то невероятно плотная субстанция. Что-то среднее между жидким металлом и водой. Иногда в глубине озера вспыхивали слабые серебристые огоньки. Будто сама энергия двигалась внутри собственной стихии. Ручей эссенции Чистой Инь тихо вливался в озеро. И столь же тихо вытекал из него через другой край пещеры. Создавая бесконечный цикл движения этой концентрированной энергии.

Максим чувствовал исходящую от озера силу буквально каждой клеткой своего тела. Настолько густую концентрацию Инь невозможно было встретить практически нигде в мире культиваторов Дао Цзы. По крайней мере среди известных мест. Для большинства культиваторов это озеро выглядело бы настоящим кошмаром. Но для него оно было сокровищницей. Именно поэтому парень наконец оторвал взгляд от поверхности озера и потянулся к мешочку хранилища. Настало время заняться главным.

Из пространственного артефакта появился первый треножник. Тяжёлый. Массивный. Изготовленный из древней зелёной бронзы. Он с глухим звуком опустился на каменный пол. Даже сейчас, спустя столько времени, Максим невольно задержал взгляд на этом артефакте. Потому что вещь действительно была необычной. Высотой примерно по пояс взрослому человеку. На трёх массивных ножках. Каждая ножка напоминала лапу какого-то древнего зверя. Когтистую. Мощную. Покрытую сложнейшей резьбой. По всей поверхности бронзы тянулись бесчисленные символы. Настолько древние, что большая их часть давно утратила привычные очертания письменности. Они больше напоминали узоры. Спирали. Переплетения линий. Странные геометрические структуры. И всё же Максим прекрасно знал, что это не украшения. А элементы формаций. Огромной и невероятно сложной системы преобразования энергии. Верхняя часть треножника представляла собой глубокую чашу. На её внутренней поверхности располагались тысячи мельчайших каналов. Настолько тонких, что заметить их можно было лишь вблизи. Они образовывали концентрические круги. Спирали. Плетения. Словно кто-то создал внутри треножника настоящий энергетический лабиринт.

Максим поставил его рядом с озером. На расстоянии нескольких метров. После чего достал второй. Этот выглядел иначе. Чуть более узкий. Более высокий. По его поверхности ползли изображения каких-то длинных существ. То ли драконов. То ли змей. То ли чего-то промежуточного. Их тела переплетались между собой. Образовывали замкнутые круги. Переходили в сложнейшие энергетические схемы. На краях чаши располагались небольшие выступы. Напоминающие раскрытые пасти. Словно треножник собирался проглотить всё, что попадёт внутрь. Даже сейчас от него исходило ощущение древности. Такое, какое невозможно подделать. Словно артефакт существовал сотни. А возможно и тысячи лет. Пережив не одно поколение культиваторов. Максим аккуратно установил его с другой стороны озера. Затем достал третий. Последний треножник был самым крупным. И самым странным. На первый взгляд он выглядел проще остальных. Но стоило задержать взгляд чуть дольше, как возникало неприятное ощущение. Будто поверхность бронзы постоянно меняется. Будто узоры слегка двигаются. Перетекают друг в друга. Исчезают. Появляются снова. Причём увидел он это не глазами. А где-то на границе восприятия. Словно артефакт воздействовал непосредственно на сознание наблюдателя. Его ножки больше напоминали человеческие руки. Многочисленные пальцы вцеплялись в камень пола. Будто удерживали всю конструкцию на месте. По ободу чаши тянулись ряды неизвестных символов. Некоторые из них были заполнены чем-то чёрным. Похожим на застывшую смолу. Другие светились едва заметным серебристым оттенком. Максим установил его напротив первых двух. Образовав своеобразный треугольник вокруг части озера. После чего сделал несколько шагов назад. И замер. Наблюдая.