Окраплённые-Z. Новый бой – новые герои

Захаров закончил отжиматься и доложил.

— Товарищ капитан, ваше приказание отжимания в количестве пятидесяти раз, выполнено.

— Встать.

Захаров поднялся и занял место в строю.

Политин еще пару секунд грозно посмотрел на него, а затем объявил вторую часть наказания.

— За неуважительное отношение к оружию запрещаю тебе пока пользоваться им… Но так как оружие у тебя должно быть, то поступим так. Сделаешь себе лук и стрелы. И будешь ходить с ними. Постоянно! Понял?

— Так точно.

Боец стоящий сзади произнес.

— Легко отделался, Профессор. Повезло.

Захаров, у которого среди бойцов было прозвище Профессор, согласившись, легко кивнул головой.

— Всё! — немного успокоившись, подвел черту Политин. — К машинам! По местам!

Бойцы быстро заняли свои места на технике, та развернулась и взяла курс на пункт постоянной дислокации…

---

Всё было подготовлено к чистке оружия. Бойцы сидели на табуретках, держали оружие в руках перед грудью и хором произносили «Клятву оружию».

— Это мой автомат! Он моя жизнь, и я должен дорожить им как своей жизнью. Мой автомат ничто без меня, а я ничто без моего автомата. Я должен лучше всех владеть им, стрелять быстрее и точнее своего врага. Мой автомат и я призваны защищать нашу страну. Пусть трепещут враги! Пусть знают, что мы сильнее их! Мы должны быть неразлучными с моим автоматом, быть частью друг друга. КЛЯНУСЬ В ЭТОМ!

Клятва закончилась.

— К чистке оружия приступить, — дал команду командир группы.

Бойцы положили оружие на табуретки и стали разбирать его для чистки. Удостоверившись, что процесс пошел, Политин зашел в канцелярию.

Как я писал в своей первой книге «Окрапленные. Если не мы, то кто?», спецназ не гнушался брать на вооружение традиции подразделений зарубежных армий, в том числе и армий потенциального противника, если эти традиции соответствовали духу нашего спецназа. В первой книге это говорится про «выколачивание».

В данном эпизоде показана еще одна традиция, пришедшая из-за океана, — «Клятва оружию» морпехов США. Она была показана в фильме «Цельнометаллическая оболочка». И безусловно, эта традиция полностью соответствует духу нашего спецназа — уважение и любовь к оружию!

Клятву взяла на вооружение группа спецназа Внутренних Войск «Берсерк».

В 1998 году в Новосибирске был создан 19-й Отряд специального назначения, позже получивший имя «Ермак». «Берсерк» была одной из ГСН (группа специального назначения), на базе которых формировался отряд, и постепенно «Клятва оружию» распространилась на все подразделения отряда, со временем став официальной традицией «Ермака». Молодые солдаты произносят ее так же, как и воинскую присягу, в торжественной обстановке, перед всем отрядом и развернутым знаменем отряда.

Захаров отрабатывал наказание за свою ошибку, нес службу в суточном наряде. И нес он ее в бронежилете и в шлеме, как приказал Политин. Ночью он смастерил лук, три стрелы и колчан под них. И с утра, после утверждения изделия «Чингачгук» командиром группы, он начал носить их за спиной.

В таком виде он и стоял на посту дневального, когда открылась дверь и вошел Козлов.

— Смирно! — прокричал Захаров.

Все бойцы группы моментально замерли, повернувшись на звук команды.

Солодун, заступивший дежурным по группе, сразу шагнул навстречу командиру отряда, приложив руку к головному убору.

— Товарищ полковник, за время моего дежурства происшествий не случилось. Группа занимается согласно распорядку дня. Дежурный по группе, сержант Солодун!

— Вольно, — дал команду Козлов.

— Вольно! — Захаров сразу продублировал команду для всей группы, и она сразу «ожила».

Козлов с интересом глянул на Захарова.

— Где командир группы? — спросил он.

— В канцелярии, товарищ полковник.

Политин, услышав команду, вышел уже из канцелярии и, увидев командира отряда, сразу представился.

— Товарищ полковник, командир первой гээсэн капитан Политин!

Козлов протянул руку.

— Привет, Сергей.

— Здравия желаю, товарищ полковник! — ответил на рукопожатие Политин.

— Это что за индеец у тебя? — Козлов кивнул головой в сторону Захарова.

Он, конечно, понимал, что боец накосячил где-то, и это наказание. Но хотел узнать детали.

Политин кинул взгляд на провинившегося Захарова.

— Прививаем уважение к оружию — пояснил он.

Командир отряда, всё поняв, улыбнулся.

— Я понял… Ладно пойдем, разговор есть.

Офицеры зашли в канцелярию. Козлов подошел к столу и увидел лежащий на нем мужской журнал, раскрытый на странице с девушкой месяца.

— Оу! — шутливо отреагировал он. — Да эта леди совсем голая!

— Да-а… — в тон командиру ответил Сергей. — Мы вот поэтому и просматриваем журнал, хотим узнать, где она оставила одежду.

Козлов оценил шутку, и они оба рассмеялись.

— Я понял…

Командир отряда положил журнал на стол и увидел учебник по английскому языку. Взял его и повернулся к Политину.

— Продолжаешь учить английский?

— Yes. I do, — отрапортовал Политин.

— Молодца, — улыбнулся Козлов и положил учебник обратно на стол. — А ты просто для себя или какая-то конкретная цель?

— Ну-у… — Сергей пожал плечами. — Не знаю… — Он секунду подумал. — Может, после службы рвану в Голливуд. Буду играть русских бандосов.

Он сделал паузу, а затем, сильно коверкая слова, произнес фразу из фильма «Красная жара».

— Как-кие ващ-щи док-козательства?

И он развел руки в стороны: «Нормально же?»

Офицеры снова рассмеялись. Козлов, конечно, тоже смотрел в 90-х все эти фильмы на VHS-ках и поэтому с удовольствием подыграл. Так же изображая жуткий акцент, произнес ответную фразу Шварценеггера из того же фильма.

— Кко-кко-инум!

Они снова рассмеялись, и Сергей поднял большой палец вверх.

— Ништяк, Артур Леонидыч! Чё, может вместе рванём?

— Ага… — задумчиво, с улыбкой произнес Козлов, кивнув головой.

Затем, вернувшись в настоящее, снова посмотрел на Сергея.

— Ладно. Я чего зашел. Значит, смотри. На следующей неделе в дивизии сборы молодых лейтенантов проводят. Попросили офицера штаба провести занятие. Тема, как всегда, на хрен никому не нужная. Поэтому я хочу, чтобы вместо штабиста ты провел с ними занятие… И научил чему-то полезному. Тому, что поможет им стать хорошими офицерами и командирами. А в случае боевых действий поможет выжить им и их бойцам.

— Понял, — спокойно ответил Сергей.

Командир отряда удовлетворенно кивнул головой.

— До́бре. К начальнику штаба подойди, он скажет где и когда.

— Есть.

Козлов кивнул головой.

— Так… Кто у тебя сегодня ответственный?

— Серков.

Козлов кивнул, задумался на секунду и спросил.

— Я думаю, его уже можно на зампоспеца ставить. У него же всё в порядке со спецухой?

— Да. Он готов, — уверенно подтвердил Сергей.

— Во-от… Поэтому тебе надо еще хотя бы одного командира взвода найти.

— Согласен, — кивнул головой Сергей. — Надо. Но достойных пока нет.

Козлов понимающе кивнул в ответ.

— Понимаю… Надо поискать… Посмотреть желающих... Подумай.

— Понял, — снова кивнул Политин. — Поищем… Посмотрим… Подумаем… — и вспомнив, продолжил: — Послушаем… Понюхаем…

Козлов, снова поняв, о чем он, улыбнулся и, кивнув, снова подыграл.

— Вы отоприте гараж-то*.

Оба снова рассмеялись.

— Показал бы группе на выходных. Пусть посмотрят хорошее кино. Сейчас такого уже не снимают…

Сергей задумчиво глянул на командира.

— Хм… — хмыкнул он. — Отличная идея, кстати… Да, пусть приобщаются к высокому.

Козлов поднял палец вверх, как бы подтвердив: «Да! Именно так!» и подытожил:

— Точно… Всё. Давай.

И шагнул к выходу. Вдруг остановился и повернулся к столу.

— Так, я журнальчик возьму. Прямо интересно стало, что у нее с одеждой случилось.

Он подмигнул Политину, тот засмеялся и кивнул в ответ. Козлов взял журнал и вышел из канцелярии, а Политин вышел его проводить.

* Крылатая фраза из к/ф «Берегись автомобиля».

---

Утренний развод начался с представления нового офицера.

— Подполковник Демидович! — пригласил его командир отряда.

Тот вышел из строя и стал рядом с Козловым.

— Внимание! — обратился командир отряда к отряду. — К нам для дальнейшего прохождения службы прибыл Подполковник Демидович Александр Станиславович. Подполковник Демидович окончил Академию Фрунзе и назначен на должность помощника начальника штаба. Как говорится, прошу любить и жаловать.

И дал команду новичку.

— Стать в строй!

— Есть! — Демидович четко приложил руку к головному убору.

Повернулся и занял свое место в строю. Козлов проводил его взглядом и повернулся к отряду.

— Увольняемые в запас, ко мне!

Из строя быстро выбежали четыре спецназовца. Одеты они были в новые камуфляжи. На голове у них были оливковые береты, четко заломленные влево. Бойцы быстро подбежали к командиру отряда и стали справа от него.

— Спецназовцы! — обратился к ним, командир. — За время службы вы многому научились. Вы стали хорошими рукопашниками. Научились ценить мужскую дружбу и выживать в экстремальных ситуациях. И самое главное, вы научились побеждать в бою. Я надеюсь, что вам никогда не придется применять полученные навыки на гражданке, и желаю вам занять достойное место в нашем обществе.

Козлов закончил и указал рукой на плац, приглашая дембелей к «финальному аккорду».

— Пожалуйста.

Дембеля быстро выбежали на середину плаца и стали в «коробку»*.

* «Коробка» — построение подразделения (или отдельных спецназовцев) в квадрат или прямоугольник для выполнения каких-либо упражнений, чаще выполнения комплексов рукопашного боя.

Из строя вышел Парпай и стал лицом к увольняемым, ноги на ширине плеч, руки за спину.

— Стойку ожидания, — дал он команду дембелям. — ТЭ!

Дембеля, с громким, резким выдохом, приняли стойку ожидания.

— Третий комплекс спецупражнений! — прозвучала новая команда. — ТЭ!

Дембеля четко прокрутили 3-й комплекс РБ и, закончив с громким «ТЭ!» на последнем ударе, замерли в ожидании. Это был еще не конец.

— СПЕЦНАЗ! — резко выкрикнул Парпай.

— ТЭ! — громко, хором выдохнули дембеля.

— СПЕЦНАЗ! — еще раз выкрикнул Парпай.

— ТЭ! — еще раз ответили дембеля.

— ТЭ! — крикнул Парпай, на третий раз они менялись текстом.

— СПЕЦ-НАЗ! — рубанули по слогам увольняемые в запас.

Вот теперь это был конец, и весь отряд наградил их аплодисментами.

Традиция выполнять, или, как говорят сами спецназовцы «крутить», 3-й комплекс рукопашного боя перед увольнением в запас родилась в «Витязе».

Парпай вернулся в строй, а дембеля опять стали рядом с командиром отряда.

— Спасибо за службу, парни, и всего наилучшего!

И командир отряда по-братски обнял каждого дембеля. Потом повернулся к отряду и дал команду.

— Напра-ВО! В колонну по одному вперед!

Отряд, в колонну по одному, двинулся к дембелям. Все, прощаясь, обнимались с ними и говорили пожелания.

Демидович стоял в стороне и с недоумением наблюдал за чем-то непонятным… Повернувшись к женщине-делопроизводителю, которая стояла рядом с ним, он поинтересовался:

— Это что такое?

— Прощание с увольняемыми в запас…. Наша традиция.

Она улыбнулась и тоже шагнула в сторону увольняемых спецназовцев.

Демидович еще раз недовольно глянул по сторонам, слегка покачал головой и произнес про себя:

— Бред какой-то.

И сделал шаг в сторону, чтобы пропустить тех, кто двигался к дембелям. Сам он этого делать не собирался.

Команда «ТЭ» родилась в «Витязе» еще в конце семидесятых годов прошлого века.

Тогда «Витязь» был еще не «Витязем», а первой в войсках учебной ротой спецназа (УРСН).

Пришла эта команда в УРСН, как сказал Сергей Иванович Лысюк, из какой-то секции по карате, где она использовалась как команда к началу выполнения упражнений. И в УРСН ее сперва так и стали использовать, как команду к началу упражнений на занятиях по рукопашному бою: «Первые номера выполняют удар, вторые номера выполняют блок! Внимание! ТЭ!»

Но по сути своей это была команда к действию. Именно так она и стала восприниматься бойцами УРСН и постепенно стала выходить за пределы спортзала и применяться в повседневной жизни. «30 секунд все наверху! ТЭ», «Приготовились к выполнению норматива. Внимание! ТЭ!», «Двадцать отжиманий! ТЭ!» и т. д.

Кроме того, спецназовцы стали использовать «ТЭ» при ударах, вместо «КИАЙ», который используется в карате.

То есть постепенно команда «ТЭ» вошла в обиход спецназовцев. И так как она использовалась только в спецназе, то через какое-то время стала считаться одним из атрибутов спецназа, его символом.

А со временем эта команда стала и командой к действию, и боевым кличем, и девизом спецназа («СПЕЦНАЗУ ТЭ!» Или «СПЕЦНАЗ! — ТЭ!»).

Сразу после развода дембеля пошли попрощаться со спортзалом.

«Прощание со спортзалом» — еще одна традиция «Витязя». Спортзал был священным местом для спецназовцев! В нем они проводили бо́льшую часть своего времени во время службы.

Физическая подготовка всегда была во главе угла в спецназе. А рукопашный бой в «Витязе» был культом! Об этом я писал в первой книге. Поэтому спортзал для спецназовца — это особое место! Так сказать «МЕСТО СИЛЫ».

Увольняемые не спеша обходили зал и по разу били по каждому снаряду. На выходе каждый делал поклон залу и негромко произносил.

— Спасибо.

Это было очень душевное, эмоциональное действо. И поэтому многие спецназовцы выходили из зала со слезами на глазах.

---

Служба в спецназе — это не только боевая и специальная подготовка. К сожалению, как и во всей армии, здесь присутствуют различные совещания, которые офицеры очень не любят, так как считают их напрасной тратой времени. Но правда хорошие командиры понимают, что это не главное в спецназе и стараются не рассусоливать. Быстро решают все вопросы, доводят нужную информацию и отпускают офицеров заниматься спецназовской работой дальше.

— Так, слушай, Гена, — обратился Козлов к командиру 3-й ГСН сразу, как только началось совещание, — я Купцова тут встретил и офигел от его синего лица. У тебя что там в группе происходит? Кто его так?

— Я, — спокойно ответил командир 3-й ГСН.

— Не понял, — брови у Козлова резко поднялись вверх.

— Да не, не в том плане, Артур Леонидыч, — быстро успокоил его командир 3-й группы и, сделав паузу, начал рассказывать: — Сижу я, значит, в канцелярии, работаю, вдруг стук в дверь. Заходит Купец и говорит: «Товарищ капитан, вы не поспаррингуетесь со мной? А то все в группе боятся со мной спарринговаться». И смотрит на меня выжидающе.

Все присутствующие офицеры улыбнулись и покачали головами. А командир 3-й группы обвел всех взглядом и, снова посмотрев на Козлова, пожал плечами, типа: «И что мне оставалось делать?»

— Я во-о-обще не хотел спарринговаться!!! — продолжил он. — Вообще не хотел вставать и куда-то идти. Но мне что надо было сказать: «Нет, Лёха, извини, не хочу», чтобы он потом пошел и говорил «все очкуют со мной спарринговаться, и даже командир группы очкует»?.. Извините, но тут уже вопрос офицерской чести.

Он снова глянул на всех командиров групп. Те снова улыбнулись и покивали согласно головами.

— Понятно, — вздохнул Козлов, — в общем-то он тоже был с этим согласен. — Ну, а как-то... потише, что ли, нельзя было? Ты же знаешь нам прокуратура тут весь мозг выносит с этими синяками и травмами.

— Ну опять же, Артур Леонидыч… Во-первых, просить его работать потише, — он неправильно поймет. Решит, что командир группы боится нормально биться. Так что работали как положено, по-спецназовски, в контакт! Ну, а во-вторых, нужно было парню всё конкретно объяснить, где он не прав, — он снова пожал плечами. — А то в следующий раз он к вам придет.

Все офицеры засмеялись, в том числе и Козлов. В общем-то, он, конечно, всё это и так понимал.

— Ладно, — согласился он и, закрыв вопрос, начал совещание. — Теперь к нашим баранам…

— Напоминаю, что завтра мандатная комиссия. — Козлов обвел всех взглядом. — Всем быть готовыми принять молодых бойцов.

Все кивнули и пометили в рабочие тетради.

— И следующее, — продолжил командир отряда, — в субботу у нас в городе будет проходить футбольный матч. «Спартак» приезжает. На прошлой игре фанаты «Спартака» устроили беспредел. Разнесли стадион, посрывали сиденья трибун, устроили массовую драку. Есть раненные. Полиция и полк эСэМВэЧэ* не справились. Поэтому на этот матч задействуют нас. — Он глянул на офицеров и, предвидя их вопросы, объяснил. — Да, спортивные мероприятия — это не наши задачи. Но учитывая возможность экстремизма, теперь наша… — он сделал паузу, чтобы офицеры уловили важность мероприятия. — Стоять в оцеплении мы не будем. Только как резерв, на случай если повторится прошлый сценарий…

Он оглядел офицеров, которые, согласившись с доводами, без вопросов вносили задачу в рабочие тетради и в свое подсознание.

— Вопросы? — традиционно спросил Козлов.

Вопросов больше не было, всё было понятно.

— Тогда всё! По подразделениям.

Офицеры поднялись из-за стола и двинулись на выход.

* СМВЧ — специальные моторизированные воинские части. Это части внутренних войск (войск национальной гвардии), в задачи которых входит охрана общественного порядка. Вы все их могли видеть на улицах. Военнослужащие СМВЧ одеты в форму полиции и занимаются охраной общественного порядка, зачастую совместно с сотрудниками полиции.

Политин вернулся в группу и довел всю информацию до командиров взводов. Рассказал про футбол и задачу отряда. Сразу определились с необходимым снаряжением и спецсредствами для выполнения.

— Дежурный, — крикнул Политин, и через пару мгновений дверь открылась.

— Товарищ капитан разрешите войти?

— Передай группе — форма спортивная, — поставил задачу Политин. — Построение для кросса через пять минут.

— Есть! — ответил дежурный и вышел.

Через пару секунд дневальный громко оповестил группу о готовности к 10-километровому кроссу.

— Кто бежит? — Сергей посмотрел на Беса и Серкова.

Те переглянулись и подняли кулаки. Решали, как мужчины!

На «камень, ножницы, бумага»!

«Повезло» Бесу, и тот, вздохнув, поднялся и стал переодеваться.

— Да, еще, чуть не забыл, — вспомнил Политин. — Завтра мандатная комиссия в учебной группе. После обеда в группу поднимутся молодые. Необходимо принять, распределить по взводам, разместить, закрепить за каждым оружие и спецсредства, пообщаться с каждым, познакомиться.

— Ясно, — Бес с Серковым спокойно кивнули, не первый раз.

— Ну, тогда вроде всё, — подумав, сказал командир группы.

Бес переоделся и вышел из канцелярии к бойцам, которые уже стояли у поста дневального.

— Слушай, Серег! — откинувшись на стул, посмотрел на командира Серков. — А почему ты не ходишь перед мандаткой в учебку?

— В смысле?

— Ну все командиры групп ходят в учебку, отбирают бойцов получше, потом на мандатке их забирают. А ты не делаешь этого. Почему?

— Ты знаешь, я как-то задал этот же вопрос одному из своих наставников. И он мне ответил: «А мне плевать из кого делать профессионалов!»

Серков слегка рассмеялся от неожиданного ответа.

— Вот и я тогда тоже рассмеялся. А через несколько минут меня осенило: «А ведь это должен быть один из принципов офицера!»… Мой друг сказал это в форме шутки. И сам не понял, что провозгласил принцип для офицеров. Настоящий командир из любого бойца сделает профессионала. Сможет подобрать нужный подход к любому.

С тех пор я отталкиваюсь от этого. И кого бы мне ни дали в подчинение, я любого вывожу на нужный уровень. И если офицер говорит: «С этим бойцом ничего не получается. Он тупой, он трудный, он вообще не тянет», то это значит — офицер слабый. Если ты настоящий офицер, командир, профессионал, ты к любому бойцу ключик найдешь.

И на самом деле с трудными бойцами интереснее. Когда он изначально вроде бы не тянет. Но ты с ним работаешь и через какое-то время смотришь — он не только на одном уровне с теми, кто изначально был лучше него, но и обгоняет их на голову…

У меня таких немало было. Самый яркий пример Петя Клушин. Когда пришел ко мне, в нем от спецназовца вообще ничего не было. Дрищ дрищом! Тинейджер с испуганным взглядом… Но я с ним работал, искал подходы, где-то помягче, где-то, наоборот, пожестче. Характер у него оказался бойцовский, сам постоянно тренировался и в итоге стал матерым спецназовцем. Краповик, старшина группы. Накачался, здоровый стал… Как-то с отпуска приезжает и рассказывает мне: «Товарищ старший лейтенант, были с девушкой в баре. И тут трое к нам подваливают и начинают быковать. Ну, и я, как вы учили, — двоичку: левый джеб, сразу правый вдогонку… В общем, всех троих уложил».

Серков рассмеялся.

— Да-а… — продолжил Сергей. — А после увольнения смог в «Альфу» попасть. Сейчас офицер. И в ММА бьется профессионально…

— Да ты чё? Ну красавец.

— Да, красавец. Но вообще у меня много бойцов по различным спецподразделениям разошлись после дембеля. Но Клушин как-то ярче других показал себя. И случаев с ним разных больше было… — он замолчал, но, вспомнив случай, продолжил: — Как-то к нему в воскресенье на КэПэПэ девушка его приехала, из его города. Ну, я отпускаю его на два часа, через два часа должен прийти отметиться. Он приходит через два часа, я ему в шутку: «Ну чё, как Петруче? Уединились там с подругой?» Тот замялся немного и так уныло: «Да негде, товарищ старший лейтенант»… Я рассмеялся… И чё-то, как-то идея безумная мне приходит. Настроение у меня хорошее было, и боец был хороший. Ну, решил поощрить его. Говорю ему: «Ну, давай. Хорошо. Приводи ее сюда, я вам час дам в каптерке».

— Да ладно! — Серков широко улыбнулся.

— Да-а… Тот смотрит на меня ошалелыми глазами, не поверил, конечно, сначала… — Политин засмеялся, вспомнив. — Ну, час, как и обещал, я им дал. И он не злоупотребил. Ни минуты лишней не сидели там… — Политин улыбнулся, вспомнив об этом. — А после армейки он на ней женился.

— Во как! — снова с улыбкой отреагировал Серков.

— Да-а… Крепкий брак, двое детей уже…. Так что я верю, — и он поднял указательный перст вверх, — что я этим свиданием не дал погаснуть юной любви и внес вклад в создание крепкой ячейки общества.

Оба офицера рассмеялись.

— Он после этого, наверное, молился на тебя, Серёг?

— Да, по-всякому… Я же не только слабости бойцам разрешаю, но и под жопу пинка даю, за косяки. А это, как ты знаешь, бывает чаще. — Политин засмеялся. — Захожу как-то с утра, он спит. Я ногой по кровати: «Не понял! Какого хрена ты спишь???». Тот глазенки открывает испуганные: «Так я контрактник». Это он насмотрелся на контрактников с другой группы, которые с подъема не вставали, на занятия не ходили, сидели в канцелярии чаи гоняли… Ну и подумал, что у него в моей группе так же будет, когда он контракт подпишет. Ага… Сейчас… Я как зарычал: «Да мне насрать, кто ты!!! Вскочил и побежал на зарядку!»… Вскочил, конечно, сразу побежал…

Серков снова засмеялся.

— Но бойцы же они как дети… Обижаются, когда их дрючишь и заставляешь умирать на занятиях… Только потом понимают, что именно за счет этой жесткой дисциплины они и стали матерыми воинами…

— Это да, — согласился Серков.

— В общем… — Политин задумался. — А с чего мы начали этот разговор?

Серков задумался вспоминая.

— Мне плевать, из кого делать профессионалов!

— А да, точно! — вспомнил Политин. — Итог такой. Если ты настоящий офицер, профессионал, то тебе должно быть плевать, кого тебе дали. Из любого бойца ты сделаешь профессионала!

— Согласен. Отличный принцип! Спасибо, Серёг! Беру на вооружение.

— Да не вопрос. Пять тысяч с тебя.

Серков снова засмеялся и кивнул головой.

— Хорошо. Ожидайте перевода.

---

— Первая группа к вокзалу, — ставил задачи Козлов. — Вторая группа — у входа на стадион. Третья — за северными воротами, четвертая — за южными… Всё, вперед, по местам.

Первая группа приехала на «Урале» к вокзалу, и Политин с Серковым и Бесом пошли на рекогносцировку.

— Расположимся здесь, на поляне, — указал рукой Политин на небольшой парк рядом с железнодорожной станцией. — И сделаем следующее…

Через какое-то время подошла электричка с первой партией фанатов, и, как только они вышли и двинулись в сторону стадиона, раздались громкие «завывания» и выкрикивание речевок. Шли они нагло, по проезжей части, никого не боясь.