Окраплённые-Z. Новый бой – новые герои

И получается, что вы подражаете ОТСУТСТВИЮ профессионализма!

Это они все ДОЛЖНЫ стремиться ПОВТОРЯТЬ за нами, т.е. УЧИТЬСЯ!

Я решил узнать, как сейчас в военных училищах (институтах) обучают курсантов. Как положено «Понял» или уже «Принял». Вместе со мной в зал ходят несколько молодых офицеров «Витязя». Я пришёл на тренировку и встретил одного из них. Выпускник нашего училища 2022 года. Спрашиваю: «Как?». Он подумал секунду и ответил: «Принял». «Да ладно!» — я был шокирован! «Да, принял» — подтвердил тот.

«Вот, блин! И туда эта зараза уже проникла» — разочаровано подумал я. — «Если уж в военных училища учат так, то это ВСЁ!». Решил узнать, в каком году это примерно произошло. Написал одному из подписчиков (тоже выпускник моего училища). Спросил в каком году он выпустился? Думал, может он уже после десятого выпустился, и у них уже преподавали неверно. Но оказалось, что он выпустился в 2002 году. То есть его точно учили правильно, как и меня. Я объяснил ему, почему я спросил и он сказал:

— Я спрошу у своего друга, он сейчас преподаватель на кафедре, которая раньше называлась «Тактика внутренних войск».

Буквально через час написал мне.

— Я спросил у него, и он мне ответил: «Принять можно сто грамм! А у нас “ПОНЯЛ! ПРИЁМ!”».

На следующей тренировке в зале я встретил другого офицера «Витязя». Выпускник питерского училища 2019 года. Тоже спросил его: «Как?» Он тоже, подумав секунду, ответил: «Принял». «Да ну нафиг! Не может такого быть», — ответил я и рассказал ему всю историю. И в конце спросил: «Может быть, у вас просто наложилось уже одно на другое?» Он подумал пару секунд и согласился: «Да, может быть, и наложилось».

Потом я вспомнил, что у меня в подписчиках есть курсант моего училища. Написал ему. Его ответ меня обрадовал.

— Здравия желаю, Геннадий Владимирович! Нет, нас за «принял» прямо ругают. Типа. «Принимать ты будешь роды в роддоме! А тут: “Понял! Приём!”». Именно «Понял!». На этом акцент делается!

«Ну, слава Богу!» — подумал я. — «Значит не всё ещё потеряно!»

Поэтому я благодарю преподавателей военных вузов, которые продолжают учить курсантов ПРАВИЛЬНОЙ культуре военной речи (речи военного профессионала) и пресекают этот сленг охранника.

Так что да, у офицеров, которые мне ответили, что их учили «Принял!», просто наложилось одно на другое. Со мной тоже произошло подобное, когда я снимал короткометражный фильм «Окраплённые» в 2019 году. Я, конечно же, всё там делал правильно. Поэтому, когда я снимал сцену с вручением крапового берета, берет был без кокарды. Потому что я был на МИЛЛИОН ПРОЦЕНТОВ уверен, что я получал берет без кокарды на вручении. А потом я открыл свой фотоальбом и обалдел - у меня берет с кокардой. И у всех, кто получил береты, тоже. Потом я понял, в чем проблема. Когда я собирал фотографии для своей первой книги, я нашёл фото с белорусской сдачи. Там берет был без кокарды. Плюс были ветеранские сдачи, где вручали береты без кокард. И у меня наложилось это. Мои воспоминания изменились, и мне казалось, что на моей сдаче береты тоже были без кокард. Вот так вот играет с нами наш разум.

Так что с этим «принял» такая же ситуация, парни. Вас учили правильно. Но, когда вы пришли в части, где все говорили НЕПРАВИЛЬНО, вы тоже начали говорить неправильно, у вас наложилось одно на другое, и воспоминания исказились.

Я не знаю, почему офицеры, прийдя в войска, начинают говорить: «Принял». Возможно, они считают, что это «круто». Но на мой взгляд использовать военному профессионалу терминологию охранника ВООБЩЕ НЕ КРУТО.

В конце ещё раз повторю.

«Принял» — это сленг (терминология) охранника. А «Понял, приём!» «Понял, до связи!» — это терминология ВОЕННОГО ПРОФЕССИОНАЛА. Так что каждый сам пусть решает, кто он — охранник или военный профессионал. Я никогда не употреблял этот термин, потому что считаю себя военным профессионалом. И в моих произведениях герои говорят и будут говорить, как подобает профессионалам.

В то время, как 1-я группа во главе с Серковым заступила в дежурное подразделение, Демидович заступил в свое первое дежурство по отряду в качестве оперативного дежурного*. И ночной обход подразделений он начал, конечно, с 1-й ГСН.

Вместе с Серковым он шел по расположению группы, заглядывая во все помещения. Серков шел рядом, спокойно и терпеливо соглашаясь с «недостатками», на которые указывал Демидович.

— Я понял, товарищ подполковник. Устраним, — спокойно и терпеливо отвечал Серков.

Осмотрев последний кубрик со спящими бойцами, Демидович двинулся на выход. Открыл дверь, вышел из кубрика и сразу же офигел от увиденного! Дневальный на «тумбочке» отрабатывал приемы рукопашного боя: блоки и удары, а дежурный напрочь «игнорировал» это «безобразие»!

— Товарищ солдат! — окрикнул Демидович дневального. — Вы чем занимаетесь?! Вы на посту или где?!

Подобного он, конечно, не видел в частях, в которых служил раньше. И этот «беспредел» его настолько шокировал, что он даже не смог, как обычно, спокойно и жестко пресечь это.

— Товарищ старший лейтенант! — он повернулся к Серкову. — Это что такое?!

— Товарищ подполковник, — Серков, понимая, что «дежурной фразой» уже не отделаться, начал спокойно объяснять: — Сейчас ночь. Все спят, двери закрыты. Ничего страшного нет в том, что спецназовец использует это время для дополнительной тренировки.

Такая реакция офицера еще больше шокировала Демидовича!

— Товарищ старший лейтенант! — повысил он тон. — Есть устав! И там все четко определено! Чем должен заниматься дневальный, а чем не должен! — и после ОСОЗНАНИЯ, какой бардак твориться в «этом спецназе» и что надо ЧТО-ТО ДЕЛАТЬ, «Остапа понесло». — И я рекомендую вам почаще заглядывать туда! — назидательно произнес он, чувствуя свою правоту и превосходство. — А то черт знает что у вас тут творится!

Это была грань! И Серков уже не мог не пресечь это.

— Во-первых, товарищ подполковник, — он жестко посмотрел на Демидовича. — Эта методика подготовки разработана легендарным спецназовцем, полковником Лысюком. — Он сделал паузу, чтобы мысль проникла в мозг «ганса». — И, во-вторых, командир отряда об этом знает. Он сам нас этому научил. И это, кстати, есть в книге «Окраплённые». Прочитайте ее, раз уж в спецназ пришли.

Демидович растерялся. Чувство правоты и превосходства разлетелось. Мозг очередной раз «взорвался». Несколько секунд Демидович просто смотрел на Серкова, не зная, что сказать. Затем, собравшись, недовольно пробурчал.

— Я уточню у командира отряда.

Кинул недовольный взгляд на дневального и вышел из подразделения. Дежурный закрыл за ним дверь и повернулся к Серкову. Тот задумчиво и жестко смотрел вслед ушедшему Демидовичу. Затем качнул головой, вздохнул и негромко произнес:

— Очередной ганс…

И, посмотрев на дежурного и дневального, задал риторический вопрос.

— Вот кто их направляет в спецназ? Враги какие-то, сто процентов!.. Присылают их, чтобы развалить спецназ!

Дневальный и дежурный улыбнулись рассуждениям офицера. А тот продолжал.

— Как говорил мой преподаватель ФэПэ в училище: «За баню завести и расстрелять нахрен врагов этих»!

Дневальный и дежурный засмеялись. Серков еще раз вздохнул и покачал головой.

— Продолжай, — дал он команду дневальному и зашел обратно в канцелярию.

А дневальный продолжил отработку.

* Помимо дежурного по части, который руководит всеми дежурными службами, назначается еще оперативный дежурный. Это офицер из управления (штаба) части, который наблюдает за процессом жизнедеятельности части (контролирует его).

----

Политин проводил осмотр оружия у нескольких бойцов. Прошел за их спинами и осмотрел.

— Общая команда — осмотрено. Магазины в разгрузы.

Бойцы сделали контрольный спуск, поставили оружие на предохранитель. Магазины убрали в разгрузочные жилеты.

— Сейчас проведем занятие «Раз, два, три», про которое говорил командир отряда в учебном центре — довел он до личного состава план занятия. — Вы, — он указал на тех, у кого проверил оружие, — бежите на указанный рубеж и изготавливаетесь с колена. Магазины не присоединять. Они… — он указал на вторую часть ГСН, — …сейчас будут делать перебежки в вашу сторону. Ваша задача. Отводите затворную раму назад. После того как они поднимаются, поймать их в прицел и сделать спуск курка. Но только если вы точно прицелились. Ясно?

— Так точно, — ответили спецназовцы.

— Всё, на исходную.

Спецназовцы повернулись и побежали на указанный рубеж. А Политин повернулся к оставшимся.

— Так вы… Делимся на две группы.

И он рукой разбил их пополам.

— Первая группа на исходную, напротив них становимся.

Он указал на тех, кто убежал и уже изготовился к «стрельбе».

Первая группа бегом стала на исходную, удерживая оружие в руках стволом вниз.

— Разбиваетесь на двойки — один бежит, второй прикрывает.

Бойцы быстро переглянулись и определились с парами.

— Двигаетесь перебежками по три шага. Поднялись — раз-два-три — упали, изготовились. Снова три шага, упали. Бежать не прямо на них, а немного под углом. Всё ясно?

— Так точно!

Политин, кивнув, подвел итог постановке задачи и дал команду:

— К бою!

Бойцы быстро легли и изготовились.

— Добегаете до флажков и заканчиваете, — уточнил Политин.

Он посмотрел на убежавших «стрелков» и поднял руку, дав сигнал приготовиться.

— Вперед!

Часть бойцов поднялись и сделали перебежку.

— Раз, два, три! — отсчитал Политин. — Упали! Изготовка.

Бойцы упали и изготовились для стрельбы.

Увидев, что первые готовы прикрывать, вторые номера двинулись в атаку.

— Раз, два, три! — услышали они голос командира. — Упали! Изготовка.

Как только вновь прибежавшие изготовились для ведения огня, они дали команды своим первым номерам.

— ТЭ!

Услышав команду к действию, первые номера вновь поднялись и повторили маневр. Группа «вражеских стрелков» пыталась поймать товарищей на мушку. Как только те поднимались, «стрелки» сразу наводили на них оружие. Но прежде, чем зафиксировать их на прицеле, те ложились, «уходя с радаров». Группа дошла до конечной точки, все поднялись и бегом вернулись назад.

Политин посмотрел на вторую группу и указал на исходную позицию.

— На исходную.

Следующая группа вышла на рубеж, и Политин довел до них замысел.

— У вас другая задача. Бежите так же парами. Но сразу бежите до конца, до флажков. Одной перебежкой. Максимально быстро, по прямой! Всё понятно?

— Так точно! — ответили бойцы.

— К бою! — дал команду Политин.

Спецназовцы легли и изготовились.

— Вперед! — прозвучала новая команда командира.

Первые номера поднялись и рванули к флажкам, которые находились на расстоянии порядка 15 метров. «Стрелок» поймал одного из бегущих и сделал плавный спуск курка.

К кабинету командира отряда подошел Демидович и, заправившись, постучал в дверь.

— Да! — услышал сразу голос Козлова.

Демидович открыл дверь.