Где демон выжигает небеса

Полная версия

Где демон выжигает небеса

текст

Соня Середой

Жанр: городское фэнтези героическое фэнтези

Язык: Русский

Год издания: 2026

Добавлена: 24.06.26

Серия «NoSugar. Соулмейты»

Настройки чтения

Размер шрифта

Высота строк

Поля

<1 2 3 4 >

На страницу:

Перейти

3 из 4

Проглотив все возмущения, он опустил взгляд.

– Этот заклинатель понял приказ.

– А вот я не поняла, – отозвалась Вэй Учэнь. – И отказываюсь…

– Эта барышня дала понять своё отношение к духовной школе Тайян. Если она не хочет, чтобы от клана Шэнь остались только воспоминания, то подчинится приказу.

– Вы…

Синь Юй сообразил, что дело обрело неприятный поворот. Хао не пошёл бы против воли своего учителя, но взор Вэй Учэнь лишь вспыхнул жарким пламенем протеста. И это могло обернуться трагедией.

Выйдя вперёд, Синь Юй рискнул выступить посредником между двумя сторонами, почтительно поклонившись Шуан Тяню и постаравшись объяснить злость Вэй Учэнь:

– Достопочтенный старейшина желает лишь добра, но, возможно, не догадывается, насколько жестоки его слова могут быть для Вэй Учэнь. Парное совершенствование без добровольного согласия – это унизительное, болезненное и порой опасное и бессмысленное действие.

– Значит, придётся возыметь из этого смысл. – От жестоких слов Шуан Тяня дёрнулись не только Синь Юй с Вэй Учэнь – что-то дрогнуло даже во взгляде Хао. – Я отдал этим заклинателям приказ. Воплощать его через бессмысленное насилие или нет – решать вам. Но если я не обнаружу никаких улучшений в совместимости ваших духовных потоков, хуже будет всем. Скажу вам одну простую истину. Духовная школа Тайян предоставила шанс для девы Шэнь, но она решила не только отказаться от него, но и навредить нам всем. Бестолковых собак на псарне не держат и, сколь бы редкой и ценной породой они ни отличались, от таких животных сразу же избавляются.

Глава 33. Шаг доверия этого заклинателя

Возвращение в духовную школу помогло Вэй Лу выдохнуть с облегчением. Его вымотала не столько миссия, сколько обратная дорога. К своему удивлению, он всё чаще начинал думать о Тайян как о своём доме, хотя порой и боялся этого слова. После турнира адептов атмосфера здесь поменялась, но это мало его волновало. Он не обращал внимания на косые взгляды учеников, старался игнорировать их грубость, и, к собственному удивлению, всё получалось довольно неплохо. Потому что голова оказалась забита совершенно другими мыслями. Мыслями, крутящимися вокруг одного человека.

– О, это же Яшмовое лаоцзю[20], верно? – с улыбкой предположил Вэй Лу, стоило ему поднести пиалу к губам и уловить лёгкий сладковатый запах.

– Оно ведь тебе нравится.

– И не жалко денег? – с ухмылкой уточнил Вэй Лу, наблюдая за тем, как Асура принимал свою порцию напитка.

– К счастью, тебе нельзя много пить, иначе начнёшь буянить.

– Да разве я могу?

– Напомнить, как две недели назад тебя пришлось лишить сознания, чтобы ты не натворил бед? Вэй Лу, так нельзя.

Насупившись, Вэй Лу пригубил пиалу и, скосив взгляд, пробормотал:

– Не помню такого.

– Вот именно, поэтому верь своему покровителю, который запомнил всё до мельчайших деталей. Особенно то, как ты пытался призвать Бай Шоу и спрыгнуть на нём с балкона.

Не удержав снисходительный вздох, Вэй Лу уже в который раз убеждался, что Асура не улавливал подтексты шуток, воспринимая всё всерьёз. Отчего-то это не надоедало, а даже наоборот: каждый раз Вэй Лу глупо улыбался, когда ему удавалось подтрунивать над Асурой. Особенно ему льстила реакция окружающих – люди никак не понимали, почему их прославленный суровый заклинатель-воин позволяет так с собой обращаться.

На языке распустился сладкий привкус забродившей сливы, лаоцзю обожгло желудок, разливаясь теплом по телу. В покои Асуры через открытый балкон задувал прохладный ветерок, принося не только облегчение, но и ароматы наступившей осени. Сидя за низким столиком, Вэй Лу невольно засмотрелся на Асуру, на лицо которого падали лучи закатного солнца, – будто высечен из самого нефрита.

Заметив его взгляд, Асура вопросительно поднял брови.

– Что?

– Да так, ничего, задумался, – отвернувшись, пробормотал Вэй Лу. От волнения – или же одного глотка лаоцзю – сердце забилось быстрее. – Просто подумал, что только мы с тобой смогли найти общий язык и подружиться. О Вэй Учэнь и Хао такого не скажешь.

В последнее время Вэй Лу редко виделся с Вэй Учэнь, на которую теперь все смотрели как на опасного зверя. Отчасти он радовался, что её действительно не заперли в клетке, а лишь ограничили возможность передвижения по усадьбе. Хао следил за ней, подобно сторожевому псу, а старейшина Шуан Тянь напоминал охотника, готового в любой момент выпустить стрелу, чтобы избавиться от угрозы.

Вэй Лу тяжко вздохнул. Задумчиво перекатывал остаток лаоцзю на дне пиалы, и его не отпускала мысль, что он делал что-то неправильное. Перемену его настроения сразу же подметил Асура:

– Почему ты грустишь?

Сухо хмыкнув, Вэй Лу позавидовал этой особенности собеседника зачастую не понимать человеческих переживаний.

– Чувствую себя виноватым перед Вэй Учэнь. С тех пор как мы попали в духовную школу Тайян, я пожинал сладкое, а она вкушала лишь горькое[21]. Не припомню ни одного момента, чтобы, находясь здесь, она искренне улыбалась или радовалась.

– Но в этом нет твоей вины.

– Думаешь?

– Если она не желает принять условия, с которыми согласился ты, то продолжит мучиться. Разве так плохо жить по правилам школы? Нет. У неё также есть сильный покровитель, Хао, но барышня Вэй предпочла сопротивляться своей судьбе. Она остаётся жива лишь потому, что ей служит феникс Фэнхуан.

Услышанные слова болезненно ранили Вэй Лу, хотя он прекрасно понимал, что, не будь Вэй Учэнь хозяйкой короля ста птиц, от неё бы избавились. Потянувшись к кувшину, он заметил, как Асура уже хотел остановить его, но в последний миг замер. Видимо, сообразил, что сболтнул лишнего, а глоток Яшмового лаоцзю мог успокоить беспокойное сердце Вэй Лу.

– Но с тобой всё будет хорошо, – поспешил он заверить его. – Глава Шо доволен тобой: ты послушный, и от тебя нет проблем. Я никому не позволю тебе навредить.

Сделав пару глотков и почувствовав, как жар растекается по горлу, Вэй Лу безрадостно произнёс:

– Она моя семья. Последнее, что осталось от неё. Разве ты не понимаешь? Это всё равно как если бы Хао находился в смертельной опасности. Ты, наверное, и так тоскуешь по родителям, ведь прибыл из далёких земель. Без Хао ты останешься один. И я тоже… останусь один, если с Вэй Учэнь что-то случится.

– Ты не останешься один. С тобой буду я.

Вэй Лу с недоверием глянул на Асуру, однако, увидев по-детски растерянное выражение лица, лишь вздохнул. Да уж, порой неспособность Асуры понимать чужие переживания вызывала немалые проблемы в их общении.

– К тому же я не особо любил свою семью, – отвернувшись, неоднозначно подметил Асура. – Для нас с Хао побег из племени стал спасением.

С любопытством навострив уши, Вэй Лу неожиданно для себя отметил, что Асура впервые заговорил о своём прошлом. Он старался не лезть в его тайны, чтобы не спровоцировать неприятную реакцию: Асура всё же довольно опасный и непредсказуемый человек. Поэтому, нервно сглотнув, Вэй Лу попытался как можно беззаботнее уточнить:

– Неужели там были такие плохие люди?

– Хм… У нас в народе говорят: «Плохой человек опозорит доблесть[22]», – неоднозначно протянул Асура, пытаясь понять, подходили ли его слова для точного описания. – Мы с Хао были младшими в нашей семье. Рождение близнецов всегда считалось дурной приметой, ведь, по преданию, один из них – это демон, решивший замаскироваться под второго ребёнка.

– А потенциал к силе обычно проявляется в детском возрасте, – припомнил Вэй Лу. – Хао уже с детских лет научился использовать тёмную энергию?

– В нашем роду у всех была предрасположенность к формированию духовного ядра, чего не скажешь о людях с потенциалом к развитию меридианов, способных выдержать тёмную природную ци. А если рождались… от таких избавлялись.

– Жестоко.

– Действенно. Народ ху или общины юго-востока, как их называют здесь, презирают тёмных заклинателей, презирают эту страну за то, что когда-то секты жили наравне с духовными школами. Сейчас отношения не настолько напряжённые, пограничные духовные школы даже порой сотрудничают с племенами и общинами, но…

– Но?

– Если кто-то узнает, что мы с Хао – это Заклинатель змей, боюсь, всё может измениться. Община – точнее, племя, из которого нас забрал учитель, – имеет огромное влияние в юго-восточном регионе.

– Но ты здесь, – подметил Вэй Лу, одарив Асуру тёплой улыбкой. – Прошло так много лет с тех пор, как вы покинули те земли. Вы уже не дети, никто вас и не узнает.

– Может, и так, – неуверенно кивнул тот, погружаясь в молчание.

Вэй Лу стало больно за Асуру, ведь, в отличие от него, он жил в кругу любящей семьи, которая баловала и лелеяла его. Оказалось очень непривычно наблюдать за тем, сколь грустным выглядел Асура, как залегла морщинка между его бровей, а в глазах сверкнула тревога. То ли лаоцзю, ударившее в голову, тому виной, то ли чрезмерная эмпатия, однако Вэй Лу захотелось потянуться к Асуре, приобнять его и сказать, что нет причин для переживаний. Сердце с предательской болью заколотилось быстрее, а по телу пробежали мурашки, из-за которых он сжал руки в кулаки.

Неужели ему настолько стал небезразличен этот человек? Вэй Лу поднял на него неуверенный взгляд, рассматривая тонкие черты лица: как падали тени от закатных лучей, окрашивая кожу Асуры в нежно-персиковый цвет. Просто не верилось, что этот человек, которого все боялись и обходили стороной, мог быть настолько уязвимым и потерянным.

Ползком обогнув столик, что со стороны выглядело весьма забавно, Вэй Лу подсел ближе к Асуре, вынудив того в недоумении нахмуриться. Отогнав сомнения, Вэй Лу накрыл его плечо рукой и растянул губы в довольной улыбке.

– Ты ведь грозный Асура, не падай духом. Это мне тут нужно бояться, как бы меня в жертву не принесли из-за…

– Тебя не принесут в жертву.

Внезапно брошенная фраза, да с такой уверенностью и ноткой звенящего страха, заставила Вэй Лу озадаченно умолкнуть. Он ведь хотел пошутить, однако реакция Асуры побудила его напрячься, словно его действительно собирались положить на жертвенный алтарь и вонзить нож в сердце.

От возникшей ассоциации лёгкий настрой будто смело прохладой осеннего ветра, залетевшей в комнату. По телу пробежали мурашки, но от сквозняка или жуткого предчувствия – Вэй Лу затруднялся сказать.

– Вэй Лу?

Перед глазами невольно пронеслись картины из сновидения, которое раз за разом настигало его во время контакта с подавляющим количеством тёмной энергии. Почувствовав прикосновение к пальцам, Вэй Лу вздрогнул и непроизвольно отдёрнул руку, словно от паука, который тронул его своими тонкими лапками. Асура неловко сжал кулак. Выглядел он в тот момент обеспокоенным, но только на краткий миг, – как только он посмотрел на Вэй Лу, его лицо стало прежним: невозмутимым и спокойным.

– Извини, если испугал. Подумал, ты всерьёз опасаешься, что тебя могут наказать и за провинность барышни Вэй. Ты под моей защитой, поэтому не бойся. Ты мне веришь?

Сглотнув, Вэй Лу медленно кивнул, с огромным трудом удерживая желание подскочить на ноги и выйти на балкон, чтобы отдышаться. Его волновала неожиданная перемена в настроении Асуры, сколь быстро он взял над собой контроль, напоминая статую божества для поклонения.

– Верю, – выдохнув, невинно улыбнулся Вэй Лу. – Прости, слишком переживаю за Вэй Учэнь.

– Не стоит, – ласково обратился к нему Асура, наполняя их пиалы напитком. – Барышня Вэй уже взрослая женщина, к тому же сильная тёмная заклинательница, не обделённая умом. Она должна понимать, что лучше начать сотрудничать с нами. Ей никто не причинит вреда, не терзай свою душу.

Подвинув наполненную пиалу к Вэй Лу, Асура взял свою и испил из неё, побудив собеседника последовать его примеру. У Вэй Лу сложилось стойкое ощущение, словно его желали напоить и отвлечь от серьёзных проблем, но отчего-то он даже сам предпочёл утопить дурные мысли в сладком напитке.

Асуре незачем ему врать, а Вэй Учэнь достаточно умна, чтобы начать подчиняться духовной школе Тайян. Вэй Лу не покидала тревога, а также чувство стыда, но раз ему не позволяли чаще видеться с Вэй Учэнь и она постоянно повторяла, что с ней всё хорошо, и не изъявляла желания часто видеться, то… всё в порядке?

Вэй Лу выпил ещё лаоцзю. У него приятно закружилась голова, избавляя от тяжёлых мыслей. Солнце скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь слабые жёлтые отсветы на небе, поэтому Асура поспешил закрыть балкон и зажечь бронзовые лампы, грани которых были затянуты бумагой.

Атмосфера уюта граничила с неправильно уединённой обстановкой. Несмотря на то что Вэй Лу зачастую гостил у Асуры, он только сейчас осознал, что находился у него в покоях. Не многое ли он себе позволял для какого-то отщепенца? Неуверенно глянув на кувшин, он озадаченно задумался над тем, сколько пиал уже успел выпить.

Облизнув пересохшие губы, Вэй Лу с трудом отделался от мысли смочить их напитком. Почему он чувствовал себя словно кролик, спутавший свою нору с логовом опасного змея?

– С тобой всё хорошо?

– А? – Немного дёргано отреагировав, Вэй Лу попытался оправдаться: – Да… да, всё хорошо, прости. Жарко как-то стало, вот и всё.

– Жарко? – озадаченно переспросил Асура. – Я закрыл балкон, потому что начал задувать холодный ветер. Пусть мы и заклинатели, но всё же неприятно мёрзнуть.

– Да, ты прав, точно.

Ему следовало меньше пить. Обычно Вэй Лу обходился парой пиал, а сегодня отчего-то пил лаоцзю, словно чистую воду. Обычно Асура его останавливал, но из-за того, что их недавний разговор утёк в неприятное русло, сам перестал контролировать ситуацию. Закрыв глаза, не то стараясь перетерпеть головокружение, не то желая не видеть собственную глупость, Вэй Лу надеялся избежать неловкой ситуации. Но как только прохладная ладонь коснулась его лба, он тут же распахнул глаза и в напряжении замер.

– Похоже, ты выпил больше, чем следовало, – обыденно подметил Асура, измеряя температуру его тела через прикосновение. – Прости, не уследил. А ты, конечно же, не посчитал нужным остановиться.

Вэй Лу будто зашили рот и завязали язык[23]. Казалось, ещё немного, и он потеряет возможность дышать. От прикосновения Асуры по спине пробежали мурашки. Обычно Вэй Лу вполне спокойно реагировал на касания людей, в том числе Асуры, но именно сейчас он почувствовал, словно чужие пальцы затронули саму душу. Он будто только сейчас понял, что играл с бездной, которая в любой миг могла проглотить его. Опасно заводить дружбу с человеком, с которым их разделяла огромная пропасть статуса.

Поднявшись и устало вздохнув, Асура подметил:

– Видимо, ты не дойдёшь до своих покоев. Можешь переночевать здесь, а…

– Здесь?! Ты что, совсем ума лишился, что люди подумают?!

Вэй Лу и сам не ожидал, что с языка сорвутся столь громкие слова. Смотря едва ли не испуганным взглядом на Асуру, который взирал на него с крайней озадаченностью, он почувствовал, как на лбу проступил пот. Из-за своего постыдного поведения ему нестерпимо захотелось куда-нибудь спрятаться.

– А что они подумают? – всё так же негодовал Асура. – Этот заклинатель твой покровитель, разве странно позволять его подчинённому быть рядом?

«Ты вообще не упрощаешь положение», – внутренне сокрушался Вэй Лу, попытавшись взять себя в руки. Шумно выдохнув и поднявшись с пола, он взмолился о помощи всем существующим богам, чтобы выглядеть уверенно и непоколебимо. Но, похоже, они не слишком благоволили тёмным заклинателям, поэтому стоило Вэй Лу резко подняться, как перед глазами всё поплыло.

Он успел только пошатнуться, почувствовав, как чужие руки крепко ухватили его за плечи, останавливая от падения.

– Ты безнадёжный большой ребёнок, – с тяжким вздохом пожурил его Асура и повёл по направлению к спальне.

– Не-не-не, не надо туда, я могу и сам дойти или на полу поспать…

Игнорируя его лепет, Асура без особых усилий уложил Вэй Лу на свою кровать, точнее, ему стоило просто чуть толкнуть его, чтобы тот рухнул на подушки. Вэй Лу с ужасом понял, что от такого позора будет очень проблематично очистить свою репутацию. Ну, или репутацию Асуры.

О них и так много шептались, адепты выказывали недовольство из-за того, что столь благородный воин так рьяно опекал подобранного с улицы тёмного заклинателя. Кто-то даже осмеливался распускать неблагопристойные слухи, приравнивая их к Ай-ди и Дун Сиеню[24]. Вэй Лу жутко злили эти сравнения, но куда больше он страшился гнева Асуры. Ведь тот, бедолага, лишённый навыков общения, вёл себя, вообще не заботясь о чужом мнении.

Вэй Лу уже с трудом отрицал действительность. Он настолько проникся доверием и симпатией к Асуре, что не мог не смотреть на него со слепым обожанием, как на благочестивого спасителя. Его забота стала для него и проклятьем, и благословением.

В горле пересохло от волнения. Вэй Лу боялся показать свои переживания, так как не знал, как мог отреагировать на это Асура. Ведь если того оскорбят его чувства, не сносить ему головы. А станет ещё хуже, если Асура безразлично воспользуется ими, чтобы манипулировать и окончательно привязать к себе Вэй Лу, как покорного преданного пса.

Вот это удручало сильнее. Асура ведь искал человека, которому мог бы доверять, и предать его своими эгоистичными желаниями Вэй Лу посчитал кощунством.

Нет. Нет… всё это бред. Он просто боялся, что его отвергнут, высмеют его слепую преданность и обожание, упрекнут за желание стать друзьями и называться родными душами. А затем прикажут убираться, вышвырнут, как ошмёток грязи, приставший к сапогу.

– У тебя что-то болит?

– Что? – оторвавшись от сумбурных мыслей, переспросил Вэй Лу, подняв растерянный взгляд.

Асура, как и всегда, оставался невозмутим. Присев на край кровати и заставив Вэй Лу только сильнее напрячься, он уточнил:

– Выглядишь обеспокоенным. Может, позвать лекаря?

От такой заботы стало даже слегка тошно, и Вэй Лу невольно ухмыльнулся. Покачав головой, он ободряюще улыбнулся.

– Прости, что этот никчёмный заклинатель занял твою кровать.

– Не вини себя.

– Я могу подвинуться, ляжешь с другого края.

– Не стоит. Этой ночью я буду медитировать. А ты спи и набирайся сил, только не забудь снять сапоги. С этим, надеюсь, ты сам справишься.

Вэй Лу хохотнул. Что ж, порадовавшись, что Асура не стал кружить над ним заботливой матушкой, иначе бы его гордость не выдержала, он разулся. Из соседней комнаты лился тусклый, слабо рассеивающий свет фонарей. Вэй Лу решил отпустить тревожные мысли и, растянувшись на кровати, воспользовался чужим гостеприимством.

Асура уже направился в помещение, где они недавно трапезничали, но стоило ему остановиться, как звенящую тишину разбил его ровный низкий голос:

– Не заботься о том, что подумают люди. Пока их уста запечатаны, это не имеет никакого значения. Но если кто-то посмеет расстроить тебя или навредить, он сурово поплатится за это. Отдыхай, Вэй Лу. И ни о чём не беспокойся.

После таких слов Вэй Лу ещё долго не мог сомкнуть глаз и успокоить быстро колотящееся сердце.

Глава 34. Заклинатель, который пытался приручить феникса

Почему это вызывало столь отвратительные противоречивые чувства? Тошные до омерзения. И речь шла далеко не о принуждении к совместному совершенствованию. Вэй Учэнь куда сильнее травмировали и раздражали люди, косвенно или напрямую причастные ко всему процессу.

Разделить с Хао интимную близость – ладно, допустим, она не настолько нежный цветок, у которого лепестки опадут при одном виде мужских гениталий. А вот выкинуть из головы понимание, что через столь унизительный способ собрались контролировать её силы, оказалось проблематично.

Контролировать. Её. Были вообще на этом свете мужчины, которые не хотели её подчинить? Вэй Лу, наверное… да и покойный брат. Но первый в последнее время вообще забыл о её существовании, второй же в лучшем случаем с небес наблюдает да за сердце хватается.

Она, как всегда, осталась одна. Никто не поможет ей выпутаться из сложившейся ситуации. Несмотря на то что все выходы теперь перекрыты, одно окошко всегда оставалось распахнутым, но мысли о добровольном уходе к предкам на небеса были ниже её достоинства. Да и Синь Юй не позволит ей сбежать.

Синь Юй… Приставучий, словно пиявка, и громкий, как летняя цикада. Как же он раздражал её. А ещё сильнее раздражало то, что его сочувствие отзывалось чем-то болезненным в груди. О ней никто не заботился, а этот дурень предпринимал хотя бы какие-то попытки. Совсем слепой и глупый, раз увидел в ней что-то привлекательное и рискнул проникнуться симпатией.

Поначалу Вэй Учэнь полагала, что Синь Юй испытывает к ней обычную привязанность, привыкнув к её обществу, ведь вместе они провели немало времени в Бянь Сэ Лун. Его отношение немного забавляло, внося какое-то разнообразие в монотонные безрадостные дни. Но как только раскрылась её личность и тот факт, что она девушка, он моментально изменился. Стал осторожничать, нервничать. Видать, распереживался до такой степени, что из-за спутанных чувств заинтересовался ею как женщиной, то и дело заикаясь да нервничая.

Незавидная у них сложилась ситуация, а ведь всё так хорошо начиналось.

Хотя что именно «хорошо» – тоже спорное утверждение. «Хорошо» никогда не было. Они просто несколько месяцев сидели в золотой клетке, и, пока Вэй Лу наслаждался тёплым кровом и компанией своего покровителя, Вэй Учэнь не видела для себя перспектив, не переставая оглядываться на прошлое.

Всё казалось странным с первого дня встречи с Синь Юем. Он бежал из духовной школы Тайян, чтобы спасти свою мать. Но Синь Лин, являясь второй женой Юэ Гуана и имея от него ребёнка, не нуждалась в спасении, к тому же Синь Юй даже не догадывался, что она была замужем. То есть он не стремился уберечь её от брака, а просто желал увести Синь Лин из духовной школы Бянь Сэ Лун.

Ещё одна деталь: Синь Юй поместил духовного паразита, частицу души Хао, в Вэй Лу. Идея о том, чтобы отделаться от Заклинателя змей, вполне вписывалась в общую картину, однако впоследствии Синь Юй пристал к их компании, словно репейник, и всё сложилось так, что они отправились в Чандэ. Ни разу за дорогу он не выглядел обеспокоенным. Нельзя исключать и того, что Синь Юй просто хороший притворщик.

Допустим, он просчитался и не вышло переключить внимание Хао на Вэй Лу и Вэй Учэнь, поэтому ему пришлось увязаться за ними. И потом он придумал предоставить их в качестве разменной монеты для Бянь Сэ Лун.

Вэй Учэнь не столько смущало и злило, что Синь Юй мог намеренно привести их в Бянь Сэ Лун и приложить руку к нападению в местном храме, сколько всё сильнее напрягал момент с передачей духовного паразита. Как простой целитель способен провести столь сложный ритуал? Этим навыком владели экзорцисты, не говоря уже о присутствии осознанного духа в сновидениях.

Вэй Лу встретил Синь Юя во сне с перебинтованными глазами, значит, у того имелись и задатки онейроманта. Помнится, Вэй Лу рассказывал и о том, как «их крикливый друг» использовал талисманы и светлую ци. Добавим к этому отличные способности целителя. Да и за побег Синь Юю влетело только двадцать ударов розгой, что продемонстрировало явное намерение Тайян сохранить ему жизнь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.