Песнь о Красном Ниле. Тепло души.

— Ты! Лотосовое вино?! Серьезно?! — юная шезму уперлась яростным взглядом в знакомую. Та сконфужено отступила назад.

— А что такого? Я же… это для того, чтобы тебе легче работалось.

— Это вино является сильным возбудителем! Я не собираюсь проникать в твой сон, когда ты не в себе.

Феоноя виновато опустила глаза. Эвтида же тяжело вздохнула.

— Ладно, ложись, но вино я заберу с собой. Это.. — Эва подбирала слова. — дополнительная плата за то, что я могу увидеть в твоем сне.

— Да, конечно, забирай, — девушка облегченно выдохнула. — я могу засыпать?

— Да, давай уже начнем.

Через десять минут Феоноя уснула. Все это время Эвтида рассуждала о жизни: как ей вести себя в Фивах? Как не попасться охотникам? Может купить перед отъездом все-таки тот усех?

«Опять ты про ошейник этот. Хватит», — оборвала себя Эва.

Девушка подошла к Феоное и убедилась, что та крепко спит.

«Без маски будет тяжело долго удержаться в ее сне, поэтому времени у меня мало, — шезму склонилась над новой знакомой и попыталась проникнуться ее чувствами, — такая юная. Нежная. Не может любимого забыть, мучается».

Окружение начало блекнуть.

Оглянувшись, Эвтида разглядела очертания комнаты: стеллажи с маслами, стол ломился от свитков с рукописями, кровать со сбитыми простынями, очевидно, что она не пустовала ранее.

Эву передернуло от отвращения. Она подошла к столу, чтобы разглядеть рукописи, но они оказались на греческом.

«Почему греческий?», — удивилась черномаг и направилась к окну. Оттуда она разглядела храм Амона-Ра, который находился…

«Я в Фивах! Любопытно», — Эвтида обернулась и заметила на кровати обнаженную Феоною. Она не была здесь изначально, просто появилась и с этого момента начинается ее сон.

Где-то послышался шум воды.

«У мужчины своя вода в доме для купания? Да он богач», — ехидно заметила Эва.

Она прошла вдоль стеллажей, разглядывая разные масла. Остановившись у самого края, девушка взяла один флакон с нежно-розовой жидкостью и принюхалась.

«Ммм, такой нежный запах».

Эва капнула пару капель на запястье и растерла его.

«Не обеднеет».

Обернувшись, она заметила, как в комнату вошел высокий молодой юноша. Он был полностью обнаженным за исключением пояса, на котором едва держалось тонкое полотенце. По его мускулистому тему стекали капли воды. Девушка заприметила красную дымку, окружившая незнакомца.

«А вот и главный источник вожделения Феонои. Миленький, у девочки неплохой вкус», — Эва пробежалась оценивающим взглядом по незнакомцу.

Мужчина сразу направился к свиткам.

— Ливий, кровать опустела без тебя, — жалобно проскулила Феоноя.

— Ты еще здесь?

— Ч-что? Но, Ливий, пожалуйста, не гони меня, нам же хорошо вместе.

— Мне будет хорошо, когда я раздобуду лекарство для всех этих больных, — не обращая внимания на девушку, ответил мужчина.

— Но, как же…

«Пора это кончать».

Эва взяла небольшой ножик со стола и направилась в сторону любовников. Дойдя до них, девушка заметила, что между ними не было связывающих души нитей, как бывают у влюбленных.

«Феоноя не любит. Она просто хочет его».

Эвтида шагнула ближе к незнакомцу и разглядела тонкую алую нить, тянувшуюся от Феонои к Ливию.

«Это ярость! Страсть и ярость, потому что она не может получить желаемое», — Эвтида подошла к мужчине в плотную, нагло развернула его, держа за предплечье, и полоснула ножом по алой нити.

Феоноя охнула.

— Ты кто? — мужчина внимательно всмотрелся в Эву.

Она была частью сна, декорацией. И Ливий, проснувшись, не вспомнит о ней.

«Может, ему еще что-нибудь почикать?» — Эвтида пробежалась вниз по сильному телу и остановилась на полотенце, еле державшемся на крепких бедрах мужчины.

Усмехнулась.

Эва оставила Ливия без ответа, отпустила его и направилась в сторону выхода. Чтобы выйти из сна, надо было либо умереть в нем, либо покинуть место активности.

Добравшись до выхода, ее остановила крепкая мужская рука. Эва обернулась. На нее смотрел мужчина.

— Как тебя зовут?

Не зная почему, девушка ответила:

— Эвтида.

Мужчина поднес запястье девушки к своему лицу и вдохнул.

— Знакомый запах. Так ты воровка, Эвтида?

Девушка дерзко хмыкнула и освободила руку.

Ей не терпелось поскорее покинуть сон.

Эве понадобилось пара минут, чтобы прийти в себя. Она посмотрела на Феоною, та сладко спала.

«Исфет, надо было вторую часть оплаты забрать сразу, где мне теперь искать ее?» — Эва заглянула в поясную сумку девушки и там обнаружила такой же мешочек с монетами.

«Отлично, дело сделано. Все прошло даже как-то слишком легко. Пора возвращаться», — девушка кинула прощальный взгляд на знакомую и покинула двор.

Возвращалась Эва уже в приподнятом настроении. Еще бы: кувшин дорого вина и достойная оплата за заказ по онейромантии, в которой юная шезму была слаба.

К концу обучения черной магией, шезму должен определиться с одним из двух направлений: работа с мертвыми, что и выбрала Эвтида, либо работа через сны. Невозможно было заниматься двуми направлениями сразу, потому что каждая сфера требовала строгой последовательности действий и полной концентрации. Работая между направлениями черномаг рисковал и вовсе ослабить свои навыки к темным искусствам. Но Эву это не волновало.

Подойдя к храму, Эвтида услышала мужские голоса. Один принадлежал Амену, второй другому охотнику.

Хорошее настроение тут же улетучилось.

«Клянусь, если он меня и второй раз поймает ночью, это с рук мне не сойдёт», — но любопытство взяло верх. Девушка на носочках прокралась к стене храма и даже перестала дышать, чтобы хоть что-то услышать.

— ... наблюдает за ним. — голос Амена.

— Каков будет приказ господин? — послышался голос второго охотника.

— Забираем всю шайку. Среди щенков один будет наш или одна. Остальные тоже лишними не будут, в Фивах нужно много рук, — Эва не видела лица Амена, но нутром почувствовала его недобрую ухмылку.

«Щенки? Это он про нас? — у шезму затряслись поджилки, — хотя отряд ведь большой собрали, эпистат мог говорить о ком угодно. Все равно предупрежу своих, чтобы избавились от масок и накидок, — кивнув своим мыслям, Эвтида решила зайти с другого входа».

Тихий хруст ветки.

— Слышал? — эпистат напрягся.

— Может девица местная? Тизиан рассказывал, гуляет одна тут.

— Гуляет значит.

Этого диалога Эва не услышала, так как старалась как можно быстрее добраться до второго входа и зайти в свою комнату. Миновав ворота, девушка шла по темному коридору. Когда впереди уже виднелось женское крыло и Эвтида прибавила шаг, мужская крепкая рука схватила ее за предплечье.

Девушка вскрикнула.

Обернувшись, она увидела верховного эпистата, который с высоты своего роста строго смотрел на нее.

— Ты меня напугал, господин! — Эва попыталась изобразить недовольство и освободить руку.

Не отпустил.

— Второй раз ловлю тебя после заката, Эвтида, в чем проблема? — Амен предупреждающе сжал пальцы на нежной коже.

Эва знала, что охотник не прикладывал силы, иначе в коридоре бы послышался хруст переломанных костей.

Не дождавшись ответа Амен все-таки отпустил девушку и строго сказал:

— Показывай сумку.

Черномаг расстегнула ее и протянула эпистату.

— Где была? — разглядывая содержимое поинтересовался Амен.

— Ночная пробежка, — выпалила Эва первое, что пришло в голову.

Эпистат достал кувшин и принюхался.

— За вином? — выгнув бровь, он в упор посмотрел на девушку. Та глупо кивнула. — отличная мотивация.

Охотник вернул вино в сумку и немного помедлил, после чего кивнул одному из своих, дав немую команду.

— По поповду того вечера, узнаешь?

Подручный принес черный сверток, и когда верховный эпистат развернул ткань, девушка еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

«М-моя м-м».

Шезму подошла ближе и склонилась над свертком, словно разглядывая содержимое.

— Узнаю, госоподин, — Эвтида подняла взгляд на эпистата, — в такой маске на меня и напали, где нашли?

Девушка пыталась задавать вопросы, чтобы сбросить с себя любые подозрения.

— У хет-ка, где тебе встретил.

Амен внимательно следил за чужой реакцией, выискивая нужную ему эмоцию.

— Правда? А…а накидки моей там не было, господин?

Главный охотник строго выгнул бровь.

— Не было, Эвтида, думаю, что проклятый черномаг воспользовался…воспоспользовалась.

— Воспользовалась? — черномаг незаметно постаралась обтереть вспотевшие ладони о ткань.

— Да, — Амен специально растягивал слова и следил за девушкой. — Маска слишком маленькая и узкая для лица мужчины, поэтому думаю, что черномага, которого мы преследовали в тот день была женщиной. Очень быстрой.

Главный охотник неотрывно смотрел в янтарные глаза.

«Узнал! Все узнал! Что же делать?!».

Эвтида еле выдавила:

— Чтобы накидка моя ей поперек горла встала.

— Твоя правда, Эвтида, — Амен довольно хмыкнул. — Собирайся, неферут, через день поедешь с моим отрядом в Фивы.

— Но... но, я не вызывалась добровольно! — Эва была возмущена, она понимала, что уже все давно решено, но приказной тон Амена вызвал бешенство.

— А я и не спрашивал, — мужчина хищно улыбнулся и прошел мимо девушки, слегка задев ее плечом.

Эва тяжело вздохнула и направилась в комнату, морально готовясь к скорой поездке.

Глава 3. Покидая Гермополь

По утру Эва рассказала друзьям о разговоре эпистата.

— Уверена, что речь про нас? — нарушил задумчивую тишину Рейм.

— Нет, но лучше ведь перестраховаться и избавиться от масок и накидок.

Двое учеников и наставник кивнули, соглашаясь. Они сожгли все вещи, предназначенные для черной магии, хоть и были недовольны. Но, как оказалось, не зря, в один из дней в храм пришел эпистат с отрядом, провел обыск и дал команду на сбор необходимых вещей для поездки в Фивы.

Завтра.

А сегодня вечером весь город собирался на праздник в честь отважных добровольцев, которые вызвались поехать на помощь в самое сердце хвори.

Эва и Дия весь день собирали необходимые вещи и параллельно готовились к Хатору.

Как танцевать и веселиться, Эва, конечно, не представляла, предстоящая поездка ее сильно беспокоила. Но она всегда старалась хорошо выглядеть, не зависимо от настроения. Поэтому сейчас девушка надела длинную лёгкую юбку с глубокими разрезами на бедрах цвета панг. Грудь она прикрыла хлопковой накидкой того же цвета. Подкрасив глаза кайалом, подруги направились в сторону праздника.

За всю дорогу Дия так и не проронила ни слова, как бы Эвтида не пыталась ее разговорить. Чем ближе они подходили к площади, тем громче слышали музыку, громкий смех и чувствовали запах свежеваренного хека.

Дойдя до места прездника, подруги заметили наставника и Реймсса. Девушки направились к ним.

— Много не пейте сегодня, завтра на рассвете выезжаем, — старший черномаг строго посмотрел на воспитанников. — вещи все собрали?

Подруги в унисон кивнули.

— Хорошо, я должен отлучиться по делам жреца, Реймсс за старшего. Чтобы до полуночи были все в своих кроватях. — Реммао окинул учеников внимательным взглядом и отлучился.

— Предлагаю не слушать твоего брата и напиться, — Эва окунула кружку в бочонок с пивом и сделала пару больших глотков, — в Фивах такой возможности нам не выпадет, я уверена.

Рейм смотрел на подругу с легкой насмешкой.

— Дорога до Фив не ближняя, тебя вывернет в пути не один раз, если переборщишь с хеком.

Эвтидаа махнула рукой.

— Надеюсь, я это сделаю под ноги господину эпистату, — последнее слова она словно выплюнула.

— Кстати о нем.. — голос подала Дия и посмотрела куда-то в сторону.

Эва обернулась и заметила Амена в сопровождении некоторых охотников, они направлялись к навесу, который жители соорудили специально для отряда.

Девушка прошлась заинтересованным взглядом по новой форме охотника. Строгая, идеально сидящая на могучей фигуре хлопковая ткань, подчеркивала рельеф ситела. Массильноговные золотые браслеты добавляли величия и богатства образу. Только кинжал оставался неизменным и рука охотника, как всегда, покоившаяся на рукояти оружия.

На площади собралась большая часть Гермополя: молодые девушки в своих лучших нарядах старались держаться как можно ближе к охотникам, они танцевали перед ними, соблазнительно вращая бедрами и громко смеясь. Быть женщиной охотника было престижно, поэтому каждая старалась привлечь к себе внимание своими способами. Мужчины из отряда же жадно пожирали глазами юных неферут. Только Амен не обращал ни на кого внимание, его взгляд постоянно блуждал по лицам, словно он кого-то выискивал.

Вдруг, Эва заметила знакомую девушку, которая несла в руках кружки и раздавала охотникам, подойдя к эпистату, она улыбнулась и протянула ему напиток.

Амен сдержано кивнул.

Ученица храма Тота оказалась не из робких, поэтому смело присела на колено эпистата, обвивая его руками. Мужчина, выгнув бровь, посмотрел на незнакомку, но прогонять не стал.

«Это же та нерасторопная, ну и наглость».

Что-то в груди Эвы неприятно кольнуло, но девушка поспешила избавиться от этого чувства. Она припала губами к кружке и снова сделала несколько больших глотков.

— Тише-тише, — Рейм оказался рядом. — смотрите, как на хек набросилась.

Эвтида повернулась спиной к эпистату и облокотилась на высокую стойку.

Парень повторил ее движения.

— Где Дия? — девушка начала искать глазами подругу.

— Со мной так скучно? — притворно обиделся Рейм. — она с твоим дружком пошла разговаривать.

Юная шезму обернулась и заметила Дию, стоявшую в компании Исмана и громко смеящуюся над его шутками.

Эвтида улыбнулась.

«Со мной и слова не проронила».

— Где твой новый усех? — Рем придвинулся ближе.

— Представляешь, потеряла все деньги, выронила их пока была на рынке, — девушка с вызовом посмотрела на парня и глотнула ещё пива.

Тот ей не поверил, но решил подыграть.

— Я же говорил, что ты невнимательная, — Реймсс одним глотком осушил кружку с хеком.

Эва закатила глаза.

С ее стороны вдруг встала компания парней, которые громко смеялись и с интересом на нее поглядывали.

Друг нахмурился и уверенно положил руку на талию Эвы, придвигая ее ближе к себе.

Девушка искренне удивилась.

— Великий Ра, Реймсс. Когда ты стал таким заботливым?

— Когда в Гермополь отряд эпистата прибыл, — парень сверху вниз внимательно посмотрел на нее и наклонился к уху. — не переживай, Эва, как только все вернётся на исходную, мы продолжим быть соперниками.

Что-то ей подсказывало, что это не так.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Эва обернулась через плечо и встретилась с недовольным взглядом Амена.

На его колене все также сидела девушка и что-то увлеченно рассказывала эпистату, проводя тонкими изящными пальцами по его воротнику. Главный охотник перевел взгляд на руку Рейма, что лежала на тонкой талиии. Его глаза сузились, а рука повторила движение Реймсса, кладя широкую ладонь на бедро девушки. Та довольно захихикала.

«Что это было?» — Эва резко отвернулась и уставилась в одну точку.

Реймсс, заметив озадаченный вид подруги, усмехнулся:

— Эпистат хмурится?

Друг искренне засмеялся, когда Эвтида подняла на него полный удивления взгляд.

— У меня рука скоро от его взгляда расплавится. И я не первый раз замечаю, как он недобро на тебя смотрит, так что не удивляйся.

Эва выгнула бровь и лукаво посмотрела на парня.

— Ты всегда так внимательно следишь за теми, кто на меня смотрит? — юная шезму игриво начала накручивать прядь волос на палец. — может, это не забота, Рейм, а симпатия?

Парень довольно хмыкнул.

— Не зазнавайся, привлекательней некромантии ничего не может быть. Хочешь подыграть?

— Эй, предлагать безумные мысли - моя работа, что с тобой стало? — Эва шутливо пихнула друга в бок.

— Кто знает, что нас ждёт в Фивах, почему бы не повеселиться?

В ту же секунду рука парня двинулась ниже и, достигнув округлого бедра, слегка сжала ткань. По телу Эвы пробежали мурашки. Она поспешила скрыть дрожь, опрокинув кружку с хеком.

— Делай вид, что смущаешься, — друг низко склонился к уху девушки и стал шепотом рассказывать ей про тонкости работы с мертвыми.

Озорной огонек в душе Эвы загорелся ярче, ей нравилась эта игра. Шаловливое настроение приподнялось, когда шезму перевела взгляд на эпистата.

Тот смотрел точно на Эвтиду и его взгляд был полон... недовольства?

Не сдержавшись, девушка прыснула со смеху, но тут же поспешила закрыть рот рукой.

— Эва, я сказал смущаться, а не ржать, словно лошадь.

Подруга снова рассмеялась.

— Знаешь, очень сложно изображать смущение, когда ты мне рассказываешь про мертвых.

Реймсс посмотрел на Эвтиду, и друзья вместе засмеялись.

Успокоившись, друг кому-то кивнул.

— Я отойду, не нарвись на неприятности в лице верховного эпистата.

— А что на счёт других неприятностей?

— С ними ты справишься.

Эвтида осталась одна. После их коварной шутки настроение приподнялось, и девушка захотела потанцевать. Она пошла на поиски Дии.

После хека голова немного кружилась, а желание подразнить верховного эпистата становилось все сильнее.

— Братец! — Эвтида подошла к парню и звонка чмокнула того в щеку.

— Ого, кто-то увлекся пивом? — Исман засмеялся и приобнял сестру за плечи.

— Я хочу забрать Дию потанцевать, потом верну ее к тебе, — она шепнула это другу на ухо.

Парень скептически посмотрел на сестру, прикидывая в состоянии ли та крепко держаться на ногах.

— Дия, Эва хочет потанцевать, подстрахуешь ее? Я боюсь после хека ее ноги плохо держат, — парень с улыбкой посмотрел на подругу.

— Я?... Не знаю... Я — девушка явно занервничала, но не успела возразить, как Эвтида схватила подругу за руку и потащила за собой в круг, где танцевали другие жители Гермополя.

— Эва, на нас же все будут смотреть! — Дия старалась переубедить подругу, пока та тащила ее в центр круга.

— Правило «не выделяться» не работает. Мы уже повязаны с охотниками. Расслабься, Дия, вдруг, такого шанса уже не будет.

Девушки дошли до круга, и Эва сразу позволила музыке завлечь себя в танец. Она подняла руки к небу, плавно двигая кистями и вырисовывая бедрами восьмёрку. Эвтида была гибкой, в каждом ее движении чувствовалось изящество и соблазн. Она была красива и знала это.

Поворот. Волна. Плавное движения бедрами. Она ощущала на себе не только восхищённые взгляды мужчин, но завистливые и недовольные взгляды женщин.

«Пускай все смотрят. Я не знаю, что меня ждёт в Фивах, поэтому пока я здесь, я буду свободной. Перед смертью не надышишься, но я попытаюсь».

Эва развернулась в сторону эпистата. Некоторые из охотников не сводили пристального взгляда с Эвы, но юная шезму их не замечала, она смотрела только на него. На того, кто нес смерть подобным ей. Почему тогда она намеренно привлекала к себе его внимание? Эвтида не могла объяснить. Но все то, что происходило, ей безумно нравилось: его хищный недовольный взгляд, напряжённая поза, хмурая складка меж бровей. Он следил за каждым ее движением, не замечая, что неферут, сидевшая у него на ноге, что-то шептала на ухо.

Мужчина раздраженно отдернулся в сторону и приказал жестом ей уйти.

Девушка обижено поспешила скрыться.

«Так-то!»

Она продолжала свой завораживающий танец. Эвтида танцевала только для Амена, также как Дия танцевала только для Исмана.

Посмотрев на подругу, Эва заметила, что та уже не стояла сконфуженно, а уверенно и плавно двигалась под музыку, глядя в сторону парня. Исман же смотрел на Дию и искренне любовался ей.

За долгое время на душе Эвы стало радостно. И нет, это не из-за выпитого хека.

Она подхватила Дию за руки, и подруги вдвоем закружились, звонко смеясь.

— Да, девочка, вот так! — ободряюще выкрикнула Эвтида.

Они протанцевали ещё какое-то время и вышли из круга. Дия направилась к Исману, а Эвтида пошла в сторону своей кружки с пивом.

«Выдохлась, хоть бы немного горло смочить».

Как только она поднесла напиток к губам, за спиной раздалось строгое:

— Тебе на сегодня хватит.

Амен.

Она знала, что он подойдет к ней.

Девушка уверенно развернулась. Не смотря на недовольный взгляд эпистата, Эвтида сделала пару уверенных и вызывающих глотков пива.

Мужчина угрожающе шагнул к ней.

— Не зли меня, неферут. Завтра я не буду кортеж останавливать из-за тебя, если дурно сделается, брошу в пустыне.

— Тогда сделай это, господин, не далеко от Гермополя, чтобы пешком смогла домой вернуться, — Эва снова поднесла кружку к губам, но ее руку перехватила большая мужская ладонь.

Амен подошёл к девушке в плотную и пригвоздил ее руку с пивом к столешнице, второй рукой опёрся о стол рядом с талией Эвтиды, почти касаясь ее.

Юная шезму ахнула от неожиданно сократившегося расстояния. Охотник возвышался над ней неприступной скалой, такой сильный и опасный, но его рука, лежавшая поверх тонкой кисти, была нежна и аккуратна.

— Дрожишь, неферут? — Амен склонился к Эве, расстягивая губы в оскале. — куда подевалась спесь?

«От него так вкусно пахнет, — Эва стушевались, — а от меня несёт, наверное, как от пьяницы. Хотя нет запаха прекрасней, чем свежесваренный хек».

Девушка осмелела и подняла взгляд на охотника.

— Почему только ко мне придираешься, господи? Проследил бы лучше за той нерасторопной, что тебя речами своими утомила.

Эва постаралась высвободить руку, но эпистат не позволил.

Сделал шаг ближе.

Слабого вдоха хватило бы, чтобы Эва коснулась грудью охотника. Поэтому она затаила дыхание.

Амен выгнул бровь и довольно хмыкнул.

— Меня интересуют только члены моего отряда.

Но в отряде ли дело?

Амен еще раз посмотрел на Эву и отпустил ее, окинул оценивающим взглядом. Он уже давно заметил, что девушка носила дорогие ткани и хорошие украшения, у девочки определенно был вкус.

— Эва, — к ней подоспел Исман. — пошли я вас провожу с Дией до комнаты. Господин эпистат, — парень с почтением кивнул мужчине. Тот ответил сдержанным кивком.

— Верно мыслишь. Проследи, чтобы сестра в комнату вошла, а то, как я знаю, она любит погулять по ночам, — Амен кинул последний взгляд на Эву. — на рассвете выезжаем.

Ушел.

Эва, все еще чувствовавшая тепло рук эпистата, проводила охотника презрительным взглядом.

Грудь сжималась не то от смущения, не то от ненависти, от чувства безусходности или полного обречения.

Верховный эпистат определенно вызывал в юной душе ворох противоречивых чувств.

«Сожри тебя Апоп».

Не дожидаясь друзей девушка быстрым шагом направилась в сторону храма.

Эвтида стояла со своими вещами под палящим солнцем. Перед отъездом она встала пораньше и минут тридцать отмокала в купели, пытаясь смыть с себя вчерашний день и привести мысли в порядок.

Их перепалка с эпистатом, его странные взгляды и действия выбивали Эву из колеи. Она не понимала его мотивов и из-за этого все становилось еще более запутанным.

«Великий, Ра!», — девушка прикрыла глаза и вспомнила, как вчера дерзила ему и с вызовом смотрела в его небесно-голубые, вечно подозрительные глаза. Вспомнила, как его сильная, теплая рука, сжимала ее кисть. Он не делал ей больно, но крепкая хватка говорила о полной власти над девушкой.

Эва отмахнулась от противоречивых мыслей, которые эпистат вызывал в ней, и вгляделась в собравшихся. Почти все расселись по повозкам, кроме нее. Эвтида двинулась к свободной, но заметила девушку, стоявшую рядом с колесницей и весело беседовавшей с одним из охотников.

«Это же… — Эва резко отвернулась и пошла в противоположную сторону, — Феоноя, что она здесь забыла? Пощади меня, Сет».

Юная шезму встала на свое прежнее место и крепко задумалась.

«Что она забыла в Фивах? Едет к своему дружку? Но если я оборвала нить, то она не должна к нему ничего испытывать, если только…», — Эва не успела закончить мысль.

— Почему еще не в повозке? — раздался грубый мужской голос.

Эва вздрогнула и обернулась.

«Конечно, кто еще будет со спины подкрадываться?»

На нее со всей строгостью смотрел эпистат. На мужчине была накидка, в которой Эвтида видела его в первый день приезда отряда.

«От солнца прячется? Хотя с его белой кожей я бы вообще только по ночам передвигалась».

— Что, уже не такая разговорчивая? — охотник выгнул бровь и сложил руки на груди.

Эва стыдливо опустила голову.

— Я не нашла свободной повозки, — еле слышно ответила она на первый вопрос Амена.

Мужчина снова нахмурился и подозвал к себе уже знакомого Эвтиде охотника, который остановил ее ночью, когда она шла на встречу с Феоноей.