Слуга смерти

Марина Гавриловская

Слуга смерти

Глава

Глава 1. Зна харки

Где-то в древней и тихой глубинке,

Где не слышали этих стихов,

Ходят люди по старой тропинке,

В окружении диких лесов.

Та тропинка приводит их к дому,

Где горит для пришедшего свет.

Там надежду подарят больному,

Здесь хранится какой-то секрет…

В небольшой деревеньке из нескольких старых бревенчатых домов стоял жаркий знойный день. Жители привычно занимались своими делами. Кто-то волновался успеет ли до дождей просохнуть скошенное сено, кто-то пас скота, кто-то работал в огороде. Иногда здесь можно было увидеть, как какая-нибудь женщина с палкой в руке прогоняла с огорода чужую свинью или козу. Можно было даже услышать её отборную брань на хозяев наглого животного. По улицам бегали курицы разных мастей, а петухи то и дело устраивали драки за сердца своих пернатых подруг. Словом, эта была обычная деревенька, ничем не примечательная среди множества таких же деревушек, в которой кипела привычная крестьянская жизнь.

По вечерам здесь молодёжь, как и везде собиралась чтобы болтать, петь песни, чтобы хоть немного отдохнуть от работы и жаркого июльского солнца. Изредка к ним присоединялась белокурая голубоглазая девушка. Её волосы никогда не были украшены лентами, как у других девушек, а свои губы она никогда не подкрашивала свёклой. Она была и без того очень красивой, но держалась всегда немного в стороне, часто чувствую себя не в своей тарелке. Юноши подходили к ней, общались, а девушки из зависти к её красоте держались от неё особняком, шептали что-то на ухо друг другу. Обычно девушка вскоре уходила обратно домой, потому что она не любила к себе такого внимания, она хотела просто как все общаться и шутить.

Девушка жила в домике, который находился за деревней на опушке леса. Домик тот был скрыт от посторонних глаз тонкими стройными берёзами. Жители деревни хорошо знали о существовании этого домика у леса, но молодёжь побаивалась туда заходить, потому что там жила то ли старая ведьма, то ли знахарка. Молодая же девушка была её родной внучкой и единственной ученицей, поэтому девушки часто сторонились ровесники. За то старшее поколение охотно наведывалось к этой знахарке: кто-то за мазью от болей в коленях, а кто-то за отваром от лихорадки. Приезжали к знахарке даже из соседних деревень.

Часто бабушка просила внучку отнести лекарство кому-то в деревню, потому что ходить самой такое расстояние было уже тяжеловато в её возрасте. Девушка охотно соглашалась на такие прогулки чтобы заодно развеяться, прогуляться и помечтать. Она бы ни за что не призналась своей бабушке в том, что ей часто бывает одиноко и она мечтает, как другие девушки дружить, влюбляться и думать о замужестве. Бабушка делала для неё всё, что могла, и девушка была ей безмерно благодарна.

Много лет назад, когда маленькой девочке было всего пять лет, её мать и отца забрала тяжелая лихорадка, а бабушка забрала девочку к себе. Бабушка вырастила её, заботилась о ней и со временем начала понемногу посвящать девочку в своё знахарство.

В тот день, когда девушке исполнилось восемнадцать лет, бабушка подарила ей свои старинные книги, которые в их семье передавались из поколения в поколение, потому что в них содержалось много полезной информации, так необходимой для знахарки, а также ценные знания об устройстве этого мира, обо всём, что ей будет необходимо знать.

– Аона, – сказала ей тогда бабушка Веда, – ты моя ученица, ты должна внимательно изучить всё, что написано в книгах. Мы с тобой не просто знахарки, у нас есть редкий магический дар – мы видим то, чего не могут видеть другие люди. Теперь тебе восемнадцать, именно в этом возрасте обычно просыпается дар. Прочитай внимательно книги, в них все знания, которые накопили наши предки. Когда-нибудь ты тоже внесёшь туда свои записи.

В тот же день девушка с большим интересом перелистала книги, в которых говорилось о богах, о духах, о слугах Света и слугах Тьмы. Бабушка в детстве рассказывала девушке некоторые легенды, но она всегда воспринимала их как сказки или страшилки на ночь. Она никогда бы не подумала, что это всё правда. Бабушка Веда пояснила, что раньше восемнадцати лет нельзя рассказывать, иначе психика просто не справится со всем этим и можно просто сойти с ума. А ещё, бабушка хотела хотя бы до этого возраста для неё обычной жизни: без духов и мистики. А теперь, когда дар Аоны может пробудиться в любой момент, она должна быть готова к этому, чтобы не испугаться его.

В целом, новые знания не испугали девушку, а скорее заинтересовали. Она пообещала бабушке, что максимально ответственно отнесётся ко всему этому.

В тот же день в их дверь постучали, на пороге стоял седовласый мужичок небольшого роста:

– Где бабка Веда? – спросил он девушку, когда та открыла дверь.

– Она у себя, у неё вход с другой стороны. Пойдёмте, я покажу.

Аона вышла на крыльцо и повела старика за собой вокруг дома. Их дом был разделен на две половины, в одной из которых жила Аона, во второй половине жила бабушка, там же она занималась знахарством. Бабушка боялась, как бы дурные глаза случайно не приметили её внучку, потому что посторонние люди часто захаживала к ней за лекарствами или настойками трав, далеко не всех она знала лично. Безопасность внучки была для неё всегда на первом месте. Почему этот мужчина перепутал вход было не понятно. Раньше такого не случалось.

Аона отвела человека к бабушке и затем ушла снова на свою половину дома. В их двор вели две калитки. Первая калитка находилась со стороны деревни. Именно с этой стороны обычно приходили гости к бабушке, поэтому бабушкина часть дома была тоже с этой стороны. Аона же жила на заднем дворе. Чтобы попасть обратно к себе девушка снова обошла вокруг дома. На против крыльца девушки находился большой сад – любимое место девушки. Сквозь сад вела тропинка ко второй калитке, которая выходила к лесу. Но о ней знали немногие. Девушка мысленно ещё раз удивилась тому, что мужчина каким-то образом попал к ней на порог. Пожав плечами, она снова пошла заниматься своими делами.

Спустя пару часов Аона решила пойти узнать у бабушки как дела. Она зашла к бабушке и увидела, что бабушка задумчиво измельчает какие-то травы пестиком в ступке. Девушка с интересом спросила бабушку что она делает. Бабушка подняла голову и улыбнулась своей внучке. Бабушка Веда ответила, что делает мазь от болей в спине для одного знакомого.

Девушка тут же вызвалась помочь. Она всегда с удовольствием помогала ей. Бабушка сделала жест рукой, приглашая внучку присоединиться к своему занятию:

– Давай. Возьми там в кладовой сушеные корни сабельника, аира и сушеный цвет тысячелистника. Нужно их измельчить и добавить мёд.

– А кора белой ивы?

Бабушка удивлённо ответила:

– Да, конечно. Неси её тоже. Как я могла забыть? Что-то у меня уже память подводить стала.

Бабушка Веда похвалила внучку за внимательность, они вместе пополнили запасы мазей, отваров и настоек, которые спрашивали люди чаще всего. Потом девушка спросила про того мужчину, что был ранее у неё, на что услышала такой ответ:

– Этот-то? Да мазь вон брал как обычно. Он всегда за ней приходит.

Аона удивилась:

– То есть это твой постоянный покупатель?

– Ну да. А что?

– Да ничего особенного, просто он перепутал вход и сначала ко мне стучался.

Бабушка нахмурилась от слов внучки:

– Странно, как он мог заплутать у нас во дворе. Память что ли подводит тоже.

На этом разговор был закончен и Аона ушла к себе заниматься обычными делами – кормить кур, поливать грядки с овощами и т.д.

После всех привычных дел, вечером Аона вышла в сад на своё любимое место – между двумя яблонями была скамья, а рядом клумбы с цветами (конечно, лекарственными – шалфей, иван-чай, календула, ромашки). Она могла подолгу сидеть здесь, до самой темноты.

В тот вечер она впервые увидела неясную черную тень на фоне леса, которая быстро скрылась из виду. Аона только пожала плечами и списала это на разыгравшееся после такого дня воображение.

Следующие дни прошли спокойно для девушки, а вот у бабушки работы прибавилось. Из соседней деревни стали каждый день приезжать люди и просить лекарство от лихорадки, которой болели уже несколько человек. Очевидно, ходила какая-то очередная хворь. Настроение бабушки портилось. Она ворчала, плохо спала и весь день варила новые отвары. Аона помогала ей, но, если кто-то приходил в этот момент, то бабушка сразу выгоняла внучку. Девушку понимала, что бабушка желает ей добра и просто беспокоится как бы новая лихорадка не пришла и к ним.

В тот вечер Аона снова увидела тень, но уже за калиткой сада, совсем близко к их изгороди. Тень имела очертания человека, но была бестелесная. Теперь сомнений не осталось, это не была игра воображения, она действительно видела что-то, что выглядело весьма пугающее. Аона сразу же побежала к бабушке и принялась стучать к ней:

– Баба Веда, ты не спишь? Зайду? – и не дожидаясь ответа девушка залетела в комнату к своей бабушке.

Бабушка, которая в этот момент уже готовилась ко сну, сильно удивилась и спросила:

– Что случилось? Ты чего такая испуганная? Глаза вон как выпучила.

Аона затворила дверь, отдышалась и рассказала о случившемся, на что бабушка поспешила её успокоить:

– Да не бойся ты их. Это черные призраки. Мерзкие, конечно, пакостные создания. Но ты иди спи, не бойся их.

Аона нахмурилась:

– Как не бояться? А если они снова придут? Что мне делать?

Но бабушка лишь отмахнулась, явно не считая их серьёзной угрозой, и объяснила перепуганной внучке:

– Не ходи ночью за двор, да и всё. А днём они влиять на живых не могут. Я в нашем дворе столько оберегов напрятала, что ни одна подобная тварь пройти к нам не сможет.

– Правда? – с надеждой спросила девушка.

– Конечно, так что иди и ложись, никого не бойся.

– Спасибо, бабушка! Чтобы бы я без тебя делала?

Внучка обняла свою бабушку, пожелала ей доброй ночи и ушла обратно в свой сад. Тёмной фигуры больше не было видно, поэтому Аона немного успокоилась и пошла спать.

На следующий день Аона в свободное время читала одну из бабушкиных книг. Некоторые страницы она читала особенно внимательно.

«В центре всего существующего мира находится Высшее божественное существо. Разные народы дают ему свои имена: и Логос, и Род, и ещё десятки разных имён. Он и Бог Света, он и Белобог, он же Бог урожая и Бог справедливости. А ещё он – Бог Тьмы, Чернобог, Бог ночи и даже разрушения. Если тысяча людей увидят его – все они опишут его по-разному, ибо у него есть одна особенность – его лик меняется в зависимости от того, кто на него смотрит. Для черной, грязной души – он Тьма, он ужас. Для чистой светлой души – он Свет, он надежда. Он – проявление Высшей справедливости. Настоящее же имя его известно лишь его одному...»

«...известно, что Бог Света выбирает среди чистых душ своих помощниц, символизирующих женское начало. Они зовутся Орисны. Орисны благословляют новорожденных детей, когда те появляются на свет, буквально вдыхая в них душу. Они также определяют судьбу человека и его роль в мире. Они посланницы божественной воли. По одной из версий, душа человека может переродиться несколько раз, но доказательств этой теории нет. Т.к. сама Орисна – бестелесный дух, видеть её дано только людям с особым даром, который является редкостью и передается только по наследству. Число таких людей неизвестно, как и Число Божественных посланниц...»

Аона читала страницу за страницей, не замечая, как бежит время.

«...анку – он же Слуга Смерти, он же слуга Тьмы. По мнение одних людей анку – вестники смерти, несущие погибель всякому, по мнению же других людей анку лишь исполняет волю Бога Тьмы на земле. Анку следят за балансом душ между мирами. Они – проводники для человеческих душ, приходят к человеку, чтобы забрать его жизнь и открыть ей дверь в мир душ. По одной из теорий, анку может жить в образе обычного человека, по другой теории анку всегда окутывает черный дым, а в глазах его горит синим огнём воля Тьмы. Также говорят, что анку может приходить и в образе страшного скелета в шляпе, с косой. Возможно, это зависит от его воли или от чистоты души, за которой он пришел. Число анку также неизвестно...»

«Существует и такая легенда. Она гласит, что если анку не проводит душу в другой мир, а оставит её в мире живых, то он может создать себе целую армию слуг, нарушая тем самым баланс душ. Это противоречит правилам этого мира, но эти слуги продолжают существовать в виде черных теней, бестелесных душ, озлобленных и очень опасных. Служат ли они создавшему их анку или имеют собственную волю не известно. Тени появляются на закате и прячутся днём. Тени могу проклинать людей, насылать на них смертельные болезни...»

Мурашки пробежали по спине Аоны, она резко захлопнула книгу. Новой для неё было очень много, её требовалось обдумать. В этот момент в её комнату с улицы вошла бабушка:

– Родная моя, ты до сих пор читаешь? Оставляй свою книгу в сторонку, пойдём поедим.

– Извини, бабушка, что-то время быстро пролетело. Пойдём, я умираю с голоду.

Они пошли обедать, за обедом Аона обсуждала с бабушкой прочитанное ею в книге. Девушка живо интересовалась у своей бабушки о том, существуют ли в реальном мире орисны и анку. Бабушка ответила внучке, что они и правда существуют. Девушка спросила у бабушки видела ли она их лично, на что бабушка тут же рассказала о том, где и как встречала их:

– Конечно, видела. Орисну я видела лишь дважды. Первый раз это произошло, когда я родила свою дочь, а второй раз, когда моя дочь потом спустя много лет родила тебя. Орисны – это Свет, это Божье благословение.

– А анку?

– Анку я видела несколько раз.

– Они правда такие страшные, как описаны в книге?

– И да, и нет. Для обычного человека, который видит анку лишь в минуту своей смерти, наверное, они страшны. Анку выглядит как человек, окутанный черным дымом, его глаза горят синим огнём. Скажу так – красиво, но страшно. Один из умирающих при мне людей кричал при виде анку. Я не знаю, что именно он при этом видел.

– Бабушка, какая у тебя была непростая жизнь.

Бабушка грустно улыбнулась:

– Пожалуй, да. Но я не жалуюсь. В моей жизни было и хорошее тоже. Сейчас ты – моя главная радость в жизни.

Они поговорили ещё какое-то время, после чего разошлись по своим делам. Бабушка ушла в свою половину дома, Аона хлопотала по хозяйству.

В тот же день, ближе к вечеру, произошел неприятный случай. Пока Аона ходила поливала цветы в саду, она услышала с ним подъезжает пожилой мужчина на телеге, которую везла рыжая лошадь. Мужчина неловко слез с телеги и Аона тут же узнала в нём того самого пожилого мужчину, который ошибся дверью несколько дней назад:

– Девка, зови скорей бабку Веду, – сходу закричал мужичок.

Аона выполнила просьбу, бабушка спешно вышла во двор и спросила сердито:

– Ты чего тут командуешь? Чего пришёл?

Мужчина показал рукой в сторону телеги:

– Сосед у меня помирает от лихорадки. Помоги ему.

Знахарка Веда подошла к старой деревянной телеге и увидела в ней бледного больного человека, который то ли спал, то ли был без сознания и начала громко недовольно ругать его:

– А сюда ты зачем его привёз? Увози его отсюда быстрее. Нужно было за мной послать лошадь, я бы там на месте посмотрела! Или отваров бы тебе дала от жара.

Мужчины поёжился от сердитого взгляда старой знахарки и виновато развел руками:

– Так, а я-то что? Мне сказала баба его – вези, говорит, его быстрее, ну я и повёз.

Веда недовольно цокнула языком:

– Ну вот как привёз, так и увози его обратно. Не нужно мне сюда всякую хворь привозить.

– Так помрёт ведь по дороге, что ж делать-то? – проговорил хмуро мужичок.

– Ладно, – вздохнула старая знахарка, покачав головой, – затащи хотя бы его, я попробую помочь. Так, в мой дом только не надо его нести, а вон туда, в тот сарай тащи, там и матрас есть с соломой старый.

Пыхтя как самовар, мужичок кое-как волоком на брезенте перенёс больного в сарай.

Аона всё это время стояла в стороне, а потом решилась спросить, когда увидела, что мужичок сел на свою телегу, стегнул лошадь и спешно убрался восвояси:

– Бабушка, можно тебе помочь?

Бабушка повернулась и заругалась на девушку:

– Так, ты ещё здесь? Уходи бегом к себе, он же больной, вдруг заразный. Я без тебя как-нибудь сама тут... Иди давай.

Аона возразила, что бабушка тоже рискует заболеть, но бабушка быстро выгнала её оттуда, не принимая во внимание аргументов юной девушки. Девушка ушла на задний двор, поджимая губы от досады, потому что ей и правда хотелось помочь. Но с бабушкой спорить было бесполезно.

Глава 2. Ночной гость.

Любовь – не пр о клятое слово,

Что всех лишает сил, ума.

Любовь – надежда и основа,

И ей подвластна даже Тьма.

Он шел по улице, иногда ощущая на себе взгляды людей. Они просто видели в нём незнакомца, не больше. Часто он ловил на себе взгляды юных незамужних девушек и даже молодых замужних женщин. Первые бросали на него смущённые влюблённые взгляды, краснея при виде красивого молодого человека. Вторые же, замужние, были гораздо смелее и часто делали ему красноречивые намёки. Он был совсем как человек, поэтому прекрасно понимал и тех и других. Кто-то хотел его любви, кто-то мимолётного физического удовольствия, но он практически всегда отказывал им или не замечал вовсе. Он жил уже слишком долго и знал, что любые люди, с которыми он бы завязал отношения состарятся и умрут гораздо раньше, чем он сам, потому что его жизнь была гораздо длиннее, чем у них.

К тому же, он понимал, что никогда не сможет жить как нормальный человек, даже если станет притворяться таковым.

Поэтому, чаще всего он странствовал с места на место, нигде не задерживаясь подолгу, то тут, то там, выполняя свою «работу».

Он практически не запоминал лиц людей, даже не пытаясь делать этого. Но одно лицо преследовало его уже много лет. Оно снилось ему ночами, когда он спал словно обычный человек и видел сон. Это было лицо юной девушки, прекрасной незнакомки, которую он никогда не видел в реальном мире. Девушка была очень красивой, яркой, глаза голубые как море, а светлые волосы водопадом рассыпались по её плечам. Ему снилось, как он держит эту девушку за руку, снилось как она робко улыбается ему.

Он не понимал, что значат эти сны. Возможно, он слишком долго был одинок. Но всё-таки где-то в глубине души ему очень хотелось знать, что всё это значит.

Вечером того же дня (когда к знахарке привезли больного человека), её внучка лежала без дела в своей комнатке. Она не знала, что делает сейчас бабушка, могла только догадываться, а проведать её она пока не решалась.

Солнце уже спряталось за горизонт, а месяц уже вовсю светил ей в окошко. Аоне не спалось. Она любила это время суток. Тишина, покой. Раньше Аона часто выходила во двор, чтобы смотреть на звёзды и слушать звуки ночного леса. После той истории с призраком Аона пока немного боялась выходить так поздно в сад, хотя она помнила, что обереги не дадут им подойти близко. Наконец, она решила всё-таки не идти на поводу у страха, не изменять своим привычкам, и выйти подышать свежим воздухом.

Девушка накинула на плечи платок, чтоб не продрогнуть от ночного прохладного воздуха и вышла сад.

Тогда она впервые увидела его. Он заходил через заднюю калитку в их сад со стороны леса. На прозрачную тень или призрака он был не похож. Значит человек. Что могла подумать девушка, когда к ним во двор в такое время суток пытается проникнуть кто-то неизвестный? Она подумала, что это вор. Девушка спешно спряталась за углом ближайшей хозяйственной постройки, где по счастливой случайности ей под руки попались вилы.

Когда неизвестный человек появился из-за угла, она закричала:

– Стоять!

Мужчина не испугался, не вздрогнул от неожиданности, но замер. Повернув голову в её сторону, он спросил:

– Ты – местная знахарка? – голос человека был спокойным и уверенным, но при этом не громким, с лёгкой хрипотцой.

Теперь, когда он повернул голову к ней, света стало достаточно, чтобы разглядеть его. Молод, морщин нет, худощав, высок. Чёрные вьющие волосы лежали хаотично на голове. Невероятно красив. А глаза – серые, пугающие своей стеклянной глубиной. Эти глаза внимательно изучали её. Мурашки пробежали по спине девушки. От испуга, волнения и ...восторга. Прошло какое-то время, а он всё ещё смотрел на неё, и она вдруг вспомнила, что он задал ей вопрос.

– Да, то есть нет! – сбивчиво ответила девушка.

– Так да или нет? – на лице незнакомца отразилось любопытство.

– Я внучка знахарки и её ученица. А ты кто? Вор?

Аона вдруг вспомнила, что по-прежнему держит в руках вилы. Незнакомец засмеялся:

– Что можно украсть у твоей бабушки? Её сушеные травы?

Она замялась, опустив вилы. Наверное, он прав, красть у них было особо нечего. Жили они очень скромно.

– Или может мне стоит украсть тебя? – вдруг серьезно спросил незнакомец, улыбка его исчезла.

Сердце девушки пропустило удар. Связные мысли рассыпались в её голове как карточный домик. Очевидно все её эмоции отражались у неё на лице, потому что незнакомец изменился в лице и сказал:

– Я напугал тебя? Прости. Я просто пошутил. Я не буду красть тебя.

– Почему? – растерянно спросила она. Слово сорвалось у неё с языка прежде, чем она сама поняла смысл своего вопроса и его причину.

Мужчины снова улыбнулся:

– Ты расстроена? Неожиданно. Ты хоть знаешь кто я?

– Нет, ты же так и не сказал кто ты. А если не ответишь, я могу снова взять вилы, – ответила девушка.

Аона попыталась прийти в себя и перестать тонуть в этих странных глазах, какими бы красивыми они не были. Всё-таки она стояла ночью с незнакомцем у себя во дворе и цель его визита к ним до сих пор неизвестна.

Мужчина несколько секунд молчал и, как будто, изучал её, а потом всё же заговорил:

– Пожалуй, я могу представиться. Моё имя – Аникей или просто Кей. Но мне уже пора. А ты немедленно иди в дом, тебе не нужно здесь быть сейчас.

Внезапно он прикоснулся к её русым волосам, пропуская гладкую прядь между своими пальцами, а потом резко ушёл, исчезнув также внезапно, как и появился.

Аона несколько секунд стояла как столб, пытаясь прийти в себя от такого внезапного знакомства, а затем пошла к себе в спальню. Она так и не поняла, кто это был и что он здесь делал, но сердце её билось как сумасшедшее. Такое с ней было впервые за её восемнадцать лет. Она была красивой, многие юноши пытались ухаживать за ней, но никто до этого момента не вызывал в ней столько эмоций за одну короткую встречу.

– Он даже не спросил моё имя, – с грустью пробормотала девушка, засыпая в своей кровати.

На следующее утро её разбудила бабушка:

– Просыпайся, родная. Как спалось?

– Спасибо, спалось хорошо, – ответила Аона, потягиваясь после сна, – как дела?

– Пойдём завтракать, я заварила твой любимый чай с мятой, заодно поговорим.

Завтракали они обычно на общей кухне, выход на которую был и со стороны комнат бабушки, и с её стороны дома. После нескольких минут ничего не значащей болтовни, бабушка поднялась из-за стола и сказала:

– Мне нужно пойти в деревню, поискать мужчин на помощь. Не заходи, пожалуйста, в тот сарай, куда вчера больного с лихорадкой привезли, хорошо?

– Я и не собиралась, – пробормотала Аона, – А зачем мужчин искать? Что случилось?

– Ночью умер мужчина, которого я пыталась вылечить. Нужно сообщить его родным в соседнюю деревню, где он жил и организовать перевозку тела. Странная болезнь, я впервые с такой сталкиваюсь. Какие-то серые пятна по телу. Жар не сбивается совсем. В общем, туда не ходи. По хозяйству одна справишься сегодня?