The Train

Тут меня отвлёк Майк, подошедший ко мне:

- Глаза разбегаются Ник?

- Да, очень.

- Как ты уже понял по моим фото, я полицейский, но в отставке, пару лет как. До этого следил за порядком в нашем посёлке.

- Как же я сразу не догадался.

Действительно, у Майка были все качества присущие полицейскому или начальнику полиции. Чего стоил один его пронзительный взгляд.

Майк продолжал:

“Что до Мари, то она всегда меня удивляла, да и сейчас не перестаёт. В восемь руководила бандой местных мальчишек, уважали, ещё бы, такую бесстрашную. Учила их, животных любить, маленьких не обижать. Всегда впереди всех, весёлая, боевая, таких поискать. Не, я не хвалю, не подумай, сам увидишь. В семнадцать уехала автостопом, Париж смотреть, жила там, у разных знакомых ребят, я сам разрешил ей такую авантюру. Скажешь странный я? Может и так, но я ей всегда верю, как верил её матери”.

Майк рассказывал с упоением, а на лице его сверкала гордость. Конечно, любой отец хотел бы такую дочь. Но как тут сказать однозначно, наверное, всё же каждому своё. Я уже не столько слушал Майка, сколько наблюдал его счастливый вид.

Мари вернулась неожиданно, так тихо, что мы с Майком и не услышали. Она положила руку отцу на плечо:

- Как вы тут пап?

- Хорошо, дочка, вот хвастаюсь Нику!

- Да ладно тебе, - зарделась дочь.

- Ничего не ладно, - усмехнулся Майк, - дай погордиться.

Мы постояли у памятной стены ещё минут пять, затем Майк стал собираться спать: “Ладно ребята, пойду я, спать пора, уже десять, да и вы не задаливайте. Ник, Мари тебе покажет гостевую комнату! Доброй ночи!”. Он поцеловал дочь и направился в комнату смежную с гостиной. Мы остались с Мари вдвоём.

- Хорошие у тебя фото, Мари! – сказал я.

- Благодарю! Да, стараюсь жить насыщенно, - ответила она слегка задумчиво.

Мари взяла с камина металлический подсвечник со свечой.

- Ник! Хочешь проветриться?

- Да, с большим удовольствием!

За массивными шторами гостиной была дверь на террасу. Мы распахнули её, нас встретила темнота. Было тихо, лишь чуть слышно моросил мелкий дождик. На террасе стоял небольшой столик и пара стульев. Мы расположились напротив друг друга. Мари зажгла свечу, слабый свет лёг на наши лица. Я смотрел вдаль, на участок, мало что удавалось разглядеть, да я и не старался особенно. Уставший за день я отдыхал, темнота действовала расслабляюще. Моя подруга молчала, тоже наблюдая ночь, некоторое время мы так и сидели безмолвные, слушая тихое постукивание дождя о крышу.

Я перевёл взгляд на Мари, её лицо при слабом свете виделось мне ещё более утончённым, а глаза, в которых отражался язычок огня, казались и вовсе магическими. Мари тоже внимательно изучала моё лицо. Затем улыбнулась и нарушила естественную тишину ночи:

- Как тебе у нас Ник? Как тебе мой папа?

- Чувствую себя как дома. Если честно, давно такого не испытывал. Твой отец мне очень понравился, хороший он человек.

Мы помолчали, затем заговорил я:

- Мари, почему ты это для меня делаешь? Почему так подробно познакомила с отцом? Обычно, пуская незнакомца в дом, нужно быть осторожным, а вы со мной общаетесь открыто, как со своим давним другом. Всё это выглядит как нечто большее, нежели простое желание помочь мне.

Мари ответила, смотря мне в глаза:

- Насчёт общения, ты не удивляйся. Мы со всеми людьми по-разному общаемся, общее только желание чем-то помочь человеку. А если я чувствую доверие к тебе, почему бы мне не раскрыться, - она покраснела.

- Когда я увидела тебя, то у меня что-то дернулось внутри, что-то сильное сдвинулось, я никогда ещё не чувствовала такого. Да, иногда я влюблялась в красивых парней, но всё это быстро проходило. С тобой совсем иное чувство, такое будто я всю жизнь ждала тебя. Такое глубокое, монолитное, пронизывающее насквозь. Будто бы я всегда тебя знала, будто мы с тобой одно целое, будто мы с тобой навсегда.

Её голос осёкся, такая спокойная всегда, теперь, она неровно и часто дышала. На её лице блеснули слёзы, пара капель упала на стол. Мари открылась мне, доверилась. Моё сердце забилось, а ведь я первый хотел признаться ей.

Я взял её руку в свою и сказал: “Мари, как только я тебя увидел, то сразу понял, что не могу пропустить тебя, не подойти к тебе я просто не смог”.

Тут я притянул Мари к себе и наши дрожащие губы медленно соединились, мы застыли в длинном нежном поцелуе. Я будто растворился, меня не было. Был только импульс, его энергия погасила всё. Она наполнила меня, я чувствовал себя сильным, безграничным. Мари "слилась" со мной, мы словно стали единым целым, я чувствовал нас "единым потоком".

Поцелуй закончился и через пару минут я вернулся в реальность. Это было что-то божественное, я не мог и представить себе, что такое возможно. Говорят, что поцелуй лишь физиология, может у кого-то оно и так, но не у нас. У нас это было как слияние душ, я не знаю, как точнее описать.

Я качался, как пьяный, мы стояли, обнявшись, и нас просто трясло, в прямом смысле. На небе показалась луна, минуты летели, я не считал их.

Нас отрезвил раскат грома и усилившийся дождь, крупной дробью ударивший по крыше.

- Мари, пойдём в дом? - тихо спросил я.

- Пойдём, зябко становится.

Мари хотела зажечь свет в гостиной, но я остановил её руку, достаточно было огня в камине, он создавал очень романтичную обстановку. Мы уселись у очага, на мягкий ковёр, объёмный как одеяло и пушистый, как медвежья шкура. Мари положила голову мне на плечо:

- Знаешь, Ник, я никогда не думала, что всё у меня будет вот так. Что я, буду целоваться в первый день знакомства!

- Признаться, Мари, и я тоже. Я удивлён всем событиям сегодняшнего дня, начиная с пяти вечера. Сегодня произошло то, чего я никак не ждал и таким особенным образом, который я не мог представить.

- Я думаю, что жизнь частенько несёт нам то, чего мы никак не ждём, - ответила Мари.

- Сегодня я стал понимать, что каждый день это тайна, - задумчиво сказал я и пододвинулся к огню.

Я помешал угли, и пламя вспыхнуло с новой силой, обдав нас жаром. Мари засыпала на моём плече, я же наблюдал поднимающиеся вверх, сгорающие искры.

На огонь можно смотреть долго, я бы наверное так и заснул, если бы не почувствовал, что Мари совсем повисла на мне. Пора нам по комнатам. Медленно поднявшись, я поднял мою полуспящую леди на руки и направился на второй этаж к комнатам. В конце длинного коридора было две двери. В тёплом свете бра, висевшего рядом, я разглядел их внимательнее, одна дверь ничем не особенным не отличалась, вторая же, была весьма интересной, белого цвета с желто-оранжевыми узорами, походившими на что-то вроде цветов.

- Мари, ведь это твоя комната?

- Моя, - ответила спросонья моя подруга, - спусти-ка меня милый.

Я аккуратно опустил её. Мы обнялись.

- Доброй ночи, Ник! Твоя комната напротив моей.

- Доброй!

Мари скрылась в своей комнате. Я прошёл дальше по коридору и посмотрел в окно. Дождь закончился, лунный свет освещал округу. На небе отчётливо были видны звёзды, в городе их увидишь нечасто. Я чувствовал, что с сегодняшнего дня моя жизнь изменится, всё у меня пойдёт на лад. Мари и её отец, это люди особого склада, они не мыслят шаблонами и стереотипами, мир выстраивается перед ними абсолютно по-иному. Я вошёл в свою комнату. Едва я лёг в кровать, как на меня неумолимо стал наваливаться сон. Сознание постепенно стало отдаляться и отдаляться. Вот я и пережил этот день второй раз, снова ощутил эти сильные и светлые впечатления.

Всё это произошло за неделю до того, как мы отправились в Дувр, за неделю до “Поезда”.

Глава 2. Дувр

"Быть маленькой частицей великой

тайны, не это ли и есть жизнь?"

Мари Венсан

Меня разбудило солнце, его яркие лучи слепили. Минут десять я пытался укрыться от света, но потом мне вдруг расхотелось спать. Я поднялся, а вернее сел на кровати. Недавний сон всё ещё согревал теплом душу, непередаваемое ощущение. В комнате было прохладно, я заметил, что дверь на балкон открыта, а шторы качает ветерок. Вероятно Мари там.

Я привёл себя в порядок и оглядел наш номер, он был совершенно непримечательным, лишь красивые шторы и выход на балкон делали его менее заурядным. В холодильнике на кухне я обнаружил апельсиновый сок. "Что может быть лучше с утра?" – подумал я, и, налив два стакана, направился на балкон.

Мари стояла ко мне спиной, наблюдая то ли за немногочисленными людьми внизу, то ли за солнцем, поднимавшимся всё выше. Волосы её развевались на ветру, как и белое платье, очерчивающее её хрупкую правильную фигурку.

– Доброе утро! – окликнул её я.

– Доброе, Ник! – ответила Мари, повернувшись ко мне с улыбкой.

Я подал ей стакан сока. Мы стали вместе осматривать окрестности с балкона. Отель находился несколько на возвышенности и нам были видны рыжие крыши домов. Это была такая красивая, старинная черепица, которой сейчас не делают. Мне она крыши домиков в Хорватии, кто там был, тот поймёт, о чём я.

Собственно весь Дувр состоял из невысоких домиков этажа в три, изредка в четыре. Для меня это было необычным и очень нравилось, ведь я вырос в высотном Париже, да и Орлеан немногим отличался от него. В маленьких же городках я почти не был. Вдалеке виднелось очень живописное озеро и лес, мне захотелось туда. И где-то тут ещё есть пляж.

Ход моих размышлений прервала Мари:

– Прекрасное утро! Мне так и хочется спуститься поскорее на улицу. Будем завтракать? Мне не хочется есть.

– Рановато для завтрака. Пойдём так, – ответил я, – Куда направимся?

Сделаем небольшое отступление; идея поехать в Дувр принадлежала Мари. Маленькой, она была тут когда-то, ещё с матерью. У неё были тёплые воспоминания об этом городке, но помнила она всего несколько мест, которые теперь ей так хотелось отыскать.

– Не знаю, - ответила она, – Пойдём наугад, городок небольшой.

– Окей, так даже интереснее! – улыбнулся я.

Мы собрались быстро. Через десять минут мы уже стояли напротив отеля, на главной улице. Было тепло, будто даже теплее чем вчера утром. Я вспомнил поезд, Пьера. "Решилось ли там что?". Впрочем, мне не хотелось сейчас крутить в голове эту тему, и я переключился на настоящее.

– Ну что, Мари? Веди! – сказал я.

– Пойдём туда! – Мари указала на широкую улицу слева от отеля.

Я кивнул. Шли мы медленно, шагом людей, про которых говорят – "часов не наблюдают". Впереди виднелся какой-то собор приличных размеров, высотой он был с восьмиэтажный дом.

– Тебе знаком этот собор? – спросил я у Мари.

– Нет. Пока не узнаю, вряд ли я его видела раньше, – ответила она.

Вдруг я услышал за спиной звонок. Мы разошлись в стороны, пропустив вперёд велосипедиста. А не плохо бы сейчас по велосипеду достать. И вот, минут через пять нам и попался магазин велосипедов, вот это удача.

Едва мы зашли внутрь, как нас поприветствовала приятная женщина лет сорока:

– Доброе утро, ребята! Как вы рано! Мы ещё закрыты, но для вас работаем.

– Здравствуйте! – ответил я, – Нам бы по велосипеду взять.

– Выбирайте, – сказала женщина, – У нас тут на любой вкус транспорт.

Мари тем временем уже осматривала велосипеды, которых и в самом деле было много. Мужские и женские, дорожные и горные. Туризм здесь процветает.

– Ник, я выбрала себе! – окликнула меня Мари.

Она взяла чёрно-оранжевый полуспортивный велосипед.

– Отлично! Сейчас и я посмотрю на них.

Я осмотрел велосипеда четыре, прежде чем мой взгляд упал на отдельно стоящий серебристый велосипед в самом углу магазина.

– Этот новый, ещё никто не катался, – сказала хозяйка магазина, заметив мой взгляд.

– Я беру его, – ответил я.

Велосипед был отличным. Мы оплатили сутки проката и покинули магазин. Сев на велосипед, я понял, что не ездил с тех времён, когда жил в Париже. Но езда на велосипеде, это из разряда тех навыков, которые не забываешь однажды им научившись. Проехав метров двести, я чувствовал себя так, будто последний раз ездил вчера.

Расстояние до собора быстро сокращалось. Мне вдруг захотелось вообще не слезать с велосипеда, просто ехать, чтобы дорога не кончалась. Странная красивая мечта.

Вскоре мы подъехали к массивным воротам собора. Собор оказался католическим, вид он имел совершенно традиционный (для католического храма) и не выделялся ничем особенным. Построен он был недавно, судя по табличке на воротах, двенадцать лет назад.

– Я не была тут, – сказала Мари, – Его построили уже после того, как я приезжала.

– Да, – сказал я, – Ты ведь была тут в восемь лет. Зайдём внутрь?

– Давай посмотрим его, ради интереса.

Но внутри собор оказался таким же непримечательным, как и снаружи. Не пробыв там и пяти минут, мы вернулись к воротам. Дорога направо, судя по указателю, вела на пляж. Дорога в другую сторону была ничем не обозначена. На пляж нам ехать не хотелось, было ещё слишком рано, и мы выехали на неизвестную дорогу.

Мы не проехали и ста метров, как дорога резко пошла под уклон. Колеса крутились всё быстрее, скорость росла. Я признаться, никогда не любил крутых склонов, у меня был страх высокой скорости.

– Мари! Я от тебя немного отстану, сброшу скорость, – прокричал я.

– А? Да, хорошо! – откликнулась она.

Я наполовину зажал ручки тормозов, Мари стала резко отдаляться и скрылась за поворотом. Я продолжал спуск на своей скорости, уклон горы становился меньше и меньше, скоро я отпустил тормоза. После очередного поворота моему взгляду, наконец, предстало подножье горы. Спустившись вниз, я заметил Мари, она стояла рядом с каким-то старым домом, и, по-видимому, была чем-то увлечена и обрадована, её лицо светилось.

– Что такое? – спросил я, – Этот дом тебе знаком?

– Да, Ник, он знаком мне, по-моему отсюда начинается старый район города, и можно сказать, что отсюда начинаются мои воспоминания, – она показала рукой в сторону маленьких каменных домиков, ряд которых начинался метрах в двухста от нас.

– Ты прямо светишься, – улыбнулся я, – Рад за тебя!

– Поехали же скорее дальше! – воскликнула Мари.

Дувр менял свой облик постепенно, строения вокруг становились всё более изящными, сейчас так не строят. Городок нравился мне всё больше и больше. Мари живо смотрела по сторонам, у неё горели глаза и мне было очень приятно видеть её такой счастливой.

Когда мы оказались на небольшой площади, она остановилась и сказала:

– Вот это место я помню отлично, мы с родителями отдыхали здесь.

С этими словами она указала на самый крупный фонтан в центре площади и продолжила игривым тоном: "Я ещё монетки со дна доставала!".

Мы подошли ближе к фонтану, он был очень изящным, я совершенно не ожидал увидеть здесь такой фонтан, подобные ему я видел только в Париже. Элементами его были статуи дельфинов, их было пять штук, четыре внизу по периметру и одна в центре на пьедестале. Мы сели отдохнуть на позеленевший от времени мрамор фонтана.

"До чего красивая площадь," – думал я, – "Этот район Дувра поистине историческое место".

Мари вновь заговорила:

– Знаешь, это ещё не всё, что я помню с детства, где-то тут должна быть башня.

– Башня? – удивился я, – Настоящая каменная?

– Да, старинная каменная башня, – задумчиво сказала она, будто вспоминая что-то.

– Спросить бы у кого, – сказал я, – Но похоже мы одни на площади.

– Ничего! – подмигнула мне Мари, – Давай осмотримся!

– Да! – кивнул я.

Мы снова сели на велосипеды и двинулись по окружности площади. Когда мы объехали площадь, то оказалось, что от неё идёт всего три дороги, одну из них, ту, которая вела к собору, мы уже знали. Вторая дорога, судя по направлению, тоже вела в центр города. Нам оставалась третья, туда мы и направились.

Через пару километров пути домики стали попадаться всё реже. Дорога изменилась, сначала брусчатка мостовой, а затем и асфальт на исчезли, уступив место грунту. Скоро домики пропали вовсе, а растительности заметно прибавилось – мы выехали за город.

Дорога превратилась в достаточно узкую тропинку, такую, что мы ехали друг за другом. Мари разогналась, я несколько отставал от неё. Скрывшись за очередным поворотом, она крикнула мне, каким-то дрогнувшим голосом: Ник, быстрее, гляди! Завершив поворот и поравнявшись с Мари, я обомлел: на окаймлённой лесом, широко раскинувшейся опушке, расположилась внушительная старая башня. Весь пейзаж напоминал, какую-то древнюю забытую долину. - Вот это да! – воскликнул я, - Какая огромная! - А представь, какой она мне казалась в детстве! – сказала Мари. - Понимаю! Небоскрёбом казалась, не меньше! – ответил я. В диаметре башня достигала метров шести или восьми, а высотой была метров пятнадцать. Оставив велосипеды, мы подошли поближе и на некоторое время застыли, рассматривая огромные камни стен. Некоторые из них, лежали на земле, судя по всему уже довольно давно. Нам надо скорее внутрь!– сказала Мари таинственным тоном. Входа как такового не было, на его месте зияла огромная дыра. В полутьме виднелась винтовая лестница. Едва мы вошли в пролом, как нас обдал запах сырости. Сколько же лет этой башне? – думал я. Лестница выглядела весьма прочной, она вела и вниз, и вверх. Внизу определённо был подвал, но проход вниз, к моему сожалению, был завален. Мари устремилась вверх по лестнице: Осторожней там! – только и успел крикнуть я, немедленно последовав за ней. Я поднимался, окружавшую меня темноту несколько рассеивал свет, проникающий через похожие на бойницы бреши в стенах. Чем дальше я шёл, тем становилось светлее. Неожиданно лестница закончилась, и я очутился на широкой каменной площадке. Когда-то над этим каменным полом была крыша, об этом свидетельствовали многочисленные каменные опоры, ещё не упавшие вниз. Вид отсюда открывался потрясающий, башня оказалась даже выше некоторых деревьев. Мари стояла с широко разведёнными руками и не замечала меня, она ловила ветер, наслаждаясь им. Я аккуратно присел у каменной опоры. Не то, чтобы я боялся высоты, нет, просто я был осторожен. Мари, наконец, посмотрела на меня и сказала: - Как же тут хорошо! Такие прекрасные виды отсюда открываются! Я была тут с родителями, столько времени прошло - Много, - ответил я. - Да, порядком, - сказала она со вздохом, - Но ничто не вечно, жизнь не стоит на месте, сейчас мы стоим на верху этой башни, потом будет стоять кто-то ещё, а потом и башни не станет. Ник, иди сюда! Я подошёл к ней, и взял её за руку. Мы доверились налетевшему потоку ветра и развели руки, ловя его. Он был таким сильным, что мне начало казаться, что мои руки сами держаться навесу. Если бы кто-то видел нас, он удивился бы красоте этой сцены. Она была завораживающей, не хуже чем в каком-нибудь дорогом фильме: прекрасные молодые люди на вершине древней полуразрушенной башни на фоне движущегося к зениту солнца. Мы легли на тёплые камни башни. Небо было безмятежно ясным, лишь изредка показывались белые полупрозрачные облака. - Что ты сейчас чувствуешь, Мари? - спросил я свою подругу. Ответ последовал не сразу. - Чувствую себя маленькой частицей чего-то очень большого и значительного. Маленькой частицей мира, в котором, всё непостоянно, всё каждую секунду меняется. Не смотря на то, что я лишь малая часть всеобщего механизма, я верю, что у меня есть своя роль во всём этом круговороте. Верю, что у каждого есть определённая роль. Мари всегда очень любила говорить на темы мироздания, миропонимания. Я заметил эту её склонность ещё при нашем знакомстве. Мне нравилось слушать её размышления, такие размышления, высказанные вслух, всегда позволяют лучше понять внутренний мир человека. Осмыслив её слова, я ответил ей: - Определённая роль, да, мне тоже в это верится. В каждом из нас что-то есть. Вот сейчас, когда я вижу небо - я шире понимаю мир. Небо оно как напоминание о том, что есть вещи более глубокие, оно меня отрезвляет от суеты, от рутинной жизни, вдохновляет. В Париже, в погоне за вдохновением я часто бывал на различных крышах. Тут я прервался, размышляя. Мари продолжала: - Небо, да! Оно прекрасно, оно окрыляет, отрывает от земного бытия, настраивает ум. Она произнесла ещё половину слова, которую я не расслышал, и внезапно притихла. Я повернул голову в её сторону и посмотрел ей в лицо. Оно приняло особенное выражение, глаза быстро двигались, но, казалось, что они не смотрели на небо. Мари что-то соображала. ''Что же за мысли рождаются в её голове? - думал я. Она повернулась в мою сторону и пристально посмотрела мне в глаза. - Скажи мне, Ник! Что самое величественное в мире? - Человек, - ответил я. - Да, душа человека. Ты, я, другие люди, все мы воистину безграничны. Стоит лишь поверить себе, настроиться на свою волну. Всё, что есть в мире, море, небо, лес, всё, что вдохновляет, оно уже есть в нас. Чтобы это увидеть, нужно открыть двери своей душе, выйти из условных границ. - Непросто это, - вставил я, - Ты видела людей без таких границ в голове? - Может и не так сложно, по-моему, я периодически попадаю в это состояние, - ответила Мари, - Да, видела пару раз, когда путешествовала. Знаешь, я бы назвала их состояние - состоянием расширенного восприятия. - Мм, восприятия? – призадумался я. - Да, они умеют очень хорошо переключаться с одного события на другое, то есть управлять своей мыслью. Я много думала об этом, и пришла к тому, что иногда нужно быть в моменте, то есть в действии, которое ты совершаешь, а иногда полезно отстраниться, и рассеяно поразмышлять, попытаться оценить общую взаимосвязь всех и каждого в мире. Ведь так оно и есть, в мире столько невидимых связей, неведомых событий, которые могут явиться результатом того или иного выбора каждого человека. Помнишь, я говорила тебе, что случайностей не бывает? Так и есть. Есть только причина и следствие в жизни каждого из нас. Мы всегда делаем выбор... Я слушал её и понял, что раньше не мог бы себе представить, девушку, которая могла бы вести такие речи. Она продолжала: - Порой мы встречаем людей, которые меняют нас, переворачивают наши представления о мире. Прежде всего участием в нашей судьбе, своей поддержкой. Каждому нужен такой человек. Многие люди закрылись в себе, страх обуял их. Хуже него нет ничего, страх это рамка, иллюзия в нашем уме. Страх определённо корень всех зол. Иногда я спрашиваю себя, как помочь людям, находящимся в страхе? И мне кажется, что я нашла ответ, он прост. Мы можем показать людям добрый пример, а если они не желают слушать или не понимают, то тут, к сожалению мы бессильны, только сама жизнь научит их. И после этого они, возможно, будут готовы слышать нас. - Да, этот мир несомненно имеет свои законы, - задумчиво ответил я и добавил, больше обращаясь к себе, - Но все ли из них нам дано понять? - У нас с тобой ещё всё впереди, познание ещё только начинается, - сказала Мари весело, и, поднявшись добавила, - По-моему, Ник нам на сегодня достаточно размышлений. Пойдём вниз, становится жарко! - Согласен, пойдём! Мы вновь сели на велосипеды и двинулись в обратный путь. Настал полдень, воздух прогрелся и теплом обволакивал землю. На краю городка, на старой площади у фонтанов теперь было многолюдно, сегодня был выходной день. Дети залезали в фонтаны, плескались. Одним словом, городок, наконец ожил. Проехав площадь, мы выехали к горе, про которую я уже и забыл, пришлось подыматься. Осилив подъём, мы вновь очутились у собора. - Ну что, Мари? На пляж? - спросил я. - На пляж, Ник! Самое время. Уже предвкушая прохладную воду, я с удвоенной энергией выехал на дорогу к пляжу, Мари не отставала. Дорога с этой стороны тоже шла под уклон, он хоть и был небольшим, но всё же достаточным, крутить педали не приходилось. Мы выехали сразу к пляжу, по всей его территории было несколько широких металлических зонтиков, призванных защищать от палящего солнца. Пляж был весьма большим, тут свободно могло разместиться человек двести. Сейчас же на пляже было человек пятьдесят. Позади пляжа располагался лес. Местная река, название которой я забыл, была в трехстах шагах от дороги. Попробовав песок голыми ногами, мы сразу разулись, я присмотрел свободный зонтик и мы двинулись туда с нашими велосипедами. Едва мы оставили велосипеды, как Мари убежала к воде. Она зашла в воду по щиколотки. "Какая тёплая! Ник, давай скорее! - донёсся до меня её крик". Увидев, что я приближаюсь, она стала от меня удаляться всё дальше и дальше в реку. Я не хотел мочить одежду и остановился, едва вода дошла до моих коленей. Мари же была в воде уже где-то по пояс, находясь в шагах в девяти от меня. - Мари, иди сюда! Зачем нам мокнуть насквозь? - крикнул ей я.- Нет! Это ты иди за мной, Ник! - игриво ответила она, - Я здесь! Она сделала ещё пару шагов вперёд и вдруг нырнула в воду. Я испугался за неё и через десять секунд уже сам стоял на её месте по шею в воде. Я уже собирался нырнуть, как она вынырнула сзади и, обрызгав меня, вновь скрылась под водой. Несколько опешив от такой игры, я сам нырнул под воду. В такой воде, к сожалению, глаз было не открыть, я сделал наугад пару движений вперёд и тут почувствовал, что меня дёрнули за рубашку. "Как она меня видит?". Я стал разводить под водой руками, надеясь поймать Мари, но мне всё не удавалось. Я вынырнул вдохнуть воздуха. В тот же момент прямо передо мной показалась Мари, обвила меня руками и страстно поцеловала в губы, я не успел этого понять, как она уже скрылась под водой. Я нырнул вслед за ней. Не знаю как, но на этот раз мне удалось поймать её. Я держал её на руках, и мы были по шею в воде.- Ты всё же поймал меня, Ник! Твоя взяла! - сказала Мари.- Ты меня здорово удивила, озорница! - ответил я.Горячо поцеловав Мари, я понёс её на берег. Мы расположились под зонтиком. Тёплый ветер быстро сушил нашу одежду. Я пришёл в себя от водных пряток и спросил Мари:- А с пляжем у тебя есть какие-то воспоминания? - Обрывочные. Мы купались здесь, на реке, но ничего такого особенного не помню, пляж такой же, как раньше. За пляжем лес, там мы собирали ягоды когда-то. Больше собирала я, а родители за мной приглядывали, - ответила она. - Счастливые у тебя воспоминания. Мы замолкли. Скоро я услышал размеренное дыхание моей подруги, она заснула. Мне же спать решительно не хотелось. Народу на пляже заметно поубавилось, видимо из-за жары. На моих часах было около трёх. Мне захотелось пройтись, я встал и двинулся вдоль берега. Тёплый мягкий песок, редкие ракушки, чистое ясное небо. Минут через десять я заметил трёх молодых людей играющих в пляжный бол, двух парней и девушку. Я подошёл к натянутой сетке и окликнул их: "Ребят, можно мне сыграть с вами?". Один из парней бросил на меня быстрый оценивающий взгляд и спросил своих напарников: "Джей? Саша? Возьмём его?". Девушка в купальнике кивнула и улыбнулась. Джей же кинул мне мяч и со словами: "Держи! Погнали! - и добавил, - Жан, бери его к себе!". Я встал на одной стороне с Жаном.- Я Ник! - представился я.- Подавай, Ник! - крикнула мне Саша. Игра началась. Мою первую подачу поймал Джей. "Неплохо, Ник! - услышал я". Он дал пас Саше, она сделала подачу под острым углом, такие броски всегда сложно поймать, но Жан справился. Его бросок оказался успешнее, мяч упал на песок, первое очко было в нашу пользу. "Ах, так! - крикнул Джей, - Ну держитесь!". Резко ускорившись, он сделал подачу в мою сторону, я едва поймал её. Саша всё бросала на меня короткие взгляды и улыбалась, было очевидно, что я понравился ей. "Весьма симпатичная девушка, - думал я, - Но что-то в ней есть странное".- Ты ведь не отсюда, Ник? - бросил мне в пылу игры Жан.- Нет. Путешествую, - ответил я.- Оно видно, - включился в диалог Джей, - Местных мы всех знаем. - Один путешествуешь, Ник? - спросила Саша.Я не успел ответить, сосредоточившись на своей подаче, которая определённо удалась. Мяч был в воздухе, и было ясно, что ни Джей, ни Саша не поймают его. Но тут, вдалеке, я увидел белый силуэт. "Вам везёт!" - крикнул Жан. Наши противники удивлённо обернулись, там, на краю площадки стояла Мари, мяч был у неё. "Продолжаем? - крикнула она". И не дожидаясь ответа, сделала хороший бросок в нашу сторону. Жан не смог поймать мяч, который прокатился по песку прямо к моим ногам. Все на секунду застыли. - Ты кто? - спросили Джей и Саша у Мари одновременно.- Меня Мари зовут. Я с Ником, - ответила она.- Так, отлично, теперь нас больше, - усмехнулся Джей, - А то мы отставать начали. Я Джей, кстати, а это Саша и Жан.- Привет! - кивнула Саша Мари и как-то по- особенному посмотрела на неё, словно видела её когда-то.- Рада познакомиться! - сказала Мари.- Хороший бросок! - крикнул Жан.Мы продолжали. Счёт выровнялся, все играли на пределе. Мари играла отлично, несмотря на то, что была в платье. Наконец игра окончилась вничью. - Пойдёмте, перекусим! - предложил Жан, обращаясь к нам с Мари.- Будем рады! - ответил я.В тени, под "зонтиком", у ребят был разложен просторный ковёр, и стояла пара пикниковых корзин. Все сели, Жан достал хлеб и овощи, Джей принялся делать бутерброды.- Мари, ты не была здесь раньше? - спросила её Саша, пристально разглядывая её лицо.- Была, в детстве, мне было лет восемь, - ответила она и посмотрела в глаза Саше.Тут они обе затихли, рассматривая друг друга, потом вдруг вскрикнули и обнялись.- Лия! Ты ведь так себя называла, - Мари засмеялась, - А ведь я и забыла, что тебя Сашей зовут. - Эмма, это и правда ты! - сказала Саша, с трудом сдерживая своё волнение.- Давно я не слышала этого имени. Меня так мама звала, - ответила Мари.- Как твоя мама? - спросила Саша.- Её с нами больше нет, - с грустью сказала Мари.- Извини! Столько времени прошло, - вздохнула Саша.- Ничего. Да, много времени.Старые подруги живо беседовали. Я же в это время активно ел, не очень следя за их разговором, то же делали Джей и Жан. Наконец мы окончили перекус, и я снова обратил внимание на разговор подруг:- Мари, так Ник твой парень? - спросила Саша.- Да, мы вместе, - ответила Мари.- Здорово! Рада за тебя! Они снова обнялись. Саша продолжала:- Жан - мой двоюродный брат, а Джей - родной. Ты, правда их не видела тогда, когда мы с тобой познакомились.- Да, я и не знала, что у тебя есть братья, - ответила Мари.Тут в разговор включился Жан:- Я ещё не видел, чтобы девушка так управлялась с мячом, - восхищённо сказал он, - Ты занималась бросками?- Нет, - ответила Мари, - Иногда только играю у себя дома с отцом, да с местными ребятами.- Тебе в сборную надо по волейболу, в команду Парижа, ну или Орлеана, - добавил Джей.- Спасибо! Но я только так, для себя играю, - ответила Мари. - Зря, - разочарованно качнул головой Жан, - Ты хоть, Ник, скажи ей!- Посмотрим! - улыбнулся я.Тут тему сменила Саша:- Ник, Мари! Слушайте, а пойдёмте-ка к нам? - Пойдём, Лия! - ответила Мари и спросила меня - Пойдём, Ник? - Конечно, сейчас только велосипеды возьмём, - ответил я.- Берите велосипеды и встречаемся на краю пляжа, - сказал Жан, указав в сторону видневшегося вдалеке небольшого моста через реку.Мы расстались с ребятами, но скоро встретились, уже у моста, на окраине пляжа. Дальше за рекой шла грунтовая дорога, вокруг нас в основном были поля, редко попадались кустарники и небольшие деревья. Мари снова общалась с Сашей, а я общался с Джеем и Жаном. Мы говорили о Дувре, о путешествиях, а когда мы несколько отставали от наших дам, то ребята заводили разговоры о Мари. Всё восхищаясь её красотой и ловкостью. На главный вопрос: "Как ты её нашёл?", я отвечал скромно: "Повезло". Впрочем, ребята мне очень нравились и наше общение становилось всё более открытым и интересным. Саша, иногда оглядывалась назад и кидала на меня такие взгляды, что мне даже становилось не по себе. Жан и Джей тоже их замечали. "Влюбилась в тебя по уши, с первого взгляда, - говорил Джей, - Я её знаю". А Жан добавлял: "Не гостите у нас долго, Ник, Саша она непростая, ох какая непростая, умеет наворотить дел". Я понимающе кивал Жану, и говорил, что буду осторожен в общении с Сашей. Мари тоже заметила, Сашины "взгляды", но пока молчала. Прошло около часа, прежде чем мы обогнули Дувр и очутились в северной части городка. Дом семьи Броссар, такая была фамилия у Саши и Джея, оказался на одной из крайних улиц. Он бы достаточно просторным, хоть и одноэтажным, на небольшом крыльце нас встречала, мать Саши, Эльза, очень приятная женщина лет пятидесяти. - Саша, Джей, Жан, кого это вы привели? Да это же Эмма, - она всплеснула руками и обняла Мари, - Какая ты теперь большая! Какими судьбами? А где же Авелин?Добродушной Эльзе Броссар очень хотелось услышать ответы на эти вопросы. Мари не заставила себя долго ждать, искренно обняв Эльзу, она заговорила:- И я рада вас видеть, Эльза! Я приехала навестить Дувр, впервые за много лет. Кстати, знакомьтесь, это Ник!- Очень приятно, Ник! - сказала Эльза, - Вы с Мари очень хорошо вместе смотритесь, поверьте, я в этом понимаю. - Взаимно, - ответил я, - О, благодарю!Мари продолжала:- Сашу я встретила на пляже случайно, хотя нет, я не верю в случайности! Саша первая меня узнала. А насчёт мамы, её больше нет с нами, с тех самых пор почти, когда мы были у вас.- Соболезную, Эмма, - лицо Эльзы заметно погрустнело, - Очень жаль. Мы с твоей матерью были подругами юности.- Об этом я не знала, - сказала Мари.- Да, она видно тебе не успела рассказать, - ответила Эльза и обратилась ко всем - Пойдёмте в дом, скоро будет ужин!Я взглянул на часы, они показывали шесть вечера. Мы зашли в дом, едва мы разулись, как в прихожую вбежала большая собака и громко пролаяла несколько раз, это был лабрадор.- Тихо, Лу, спокойнее, - сказал ей Жан и взял её за ошейник, - Лу смирный ребят, не бойтесь!- Мы не боимся, - ответила Мари и погладила волнующегося пса, который сразу как-то притих и завилял хвостом. - Идите к столу! - позвала нас из гостиной Эльза. На столе уже стояли кушанья, мы принялись за еду, но к удивлению хозяйки отказались от мяса, впрочем, Жан его тоже не ел. Эльза на это сказала: - Как хоть вы ещё ходите без мяса, впрочем, выглядите отлично, может в такой диете что-то есть.- Конечно, есть, - ответила Мари, - Себя чувствуешь легче. К тому же я животных люблю, любовь это первопричина, животные тоже любят жизнь, поверьте!- Ты всегда убедительна, Эмма, - ответила Эльза, - Даже когда маленькой была. Что-то в этом есть. Жан тоже перестал есть мясо, как у тебя это было Жан?- У меня жена не ест его, да и я не очень мясо люблю. У меня от него лишних мыслей много в голове, что-то оно со мной делает. Да и наука против мяса говорит.- Согласен, Жан, - поддержал я, - Без мяса мысли ясные и чистые.- А я люблю мясо, - сказала Саша, посмотрев на меня острым взглядом - И ни на что не жалуюсь. Ужин окончился. Джей и Саша остались убирать со стола, Эльза ушла с Мари показать ей старые фото, а я сел на диван пообщаться с Жаном. Жан был самым взрослым из нас, на вид ему было около тридцати лет, а может и тридцать. Среднего роста, широкий в плечах, он производил впечатление очень уверенного в себе человека. У него была короткая модная стрижка и карие глаза. Держался и общался он просто и добродушно. - Чем ты занимаешься, Ник? - спросил он меня, когда мы удобно расположились на диване. - Я вольный фотограф последние три года.- Хм, я тебя вижу в чём-то более значительном. Пока не могу сказать кем, не знаю.- Интересно, Жан, интересно, а чем живёшь ты?- У меня небольшое кафе в Париже. Мне нравится кормить людей.- Так ты из Парижа?- Да.- Я тоже из Парижа на самом деле, по отцу и по матери.- Ну вот, земляки, - улыбнулся Жан.- Сколько тебе лет, Жан? Давно ты женат? - Тридцать. Четыре года, у меня двое детей.- Здорово.- Знаешь, твоя Мари очень редкая девушка. В отличие от нашей Саши, она уже совсем взрослая и знает чего хочет.- А что же Саша?- Саша ещё мала. Физически зрелая, но духовно нет. У неё нет стержня, в отличие от Мари. Она на тебя так смотрит, по этому, я и просил долго у нас не быть. Ладно, сменим тему. Как насчёт того, чтобы на озеро вместе сходить? Там очень здорово. - С удовольствием. Я видел его утром из окна отеля.- Я думаю, это лучшее место в Дувре.Наш разговор прервали, на диван села Саша. - Ник, расскажи, чем ты занимаешься? - спросила она.- Он фотограф, - ответил за меня Жан. - Жан, ну не тебя же я спрашиваю, - укоризненно взглянула на него Саша, впрочем, тут же переключившись на меня, - Круто! Пофотографируй меня, Ник!- Хорошо, - ответил я.Тем временем к нам присоединился Джей. Он взял сестру за плечи и сказал ей:- Не приставай ты к Нику! - Да мы просто общаемся, - отмахнулась от него Саша.Джею на вид нельзя было дать более двадцати трёх лет. Он был худощав, ловок и остёр на язык, подвижен и импульсивен. - Кого ждём ребят? - начал Джей.- Мари ждём, - ответил Жан.- Как же так интересно получилось? - сама себя спросила Саша, - Даже не верю до сих пор, что встретила Эмму.Тут к нам подошли Эльза и Мари. - Ник, я нашла старые фото мамы! - сказала мне Мари, сияя от счастья.- Здорово, милая, очень здорово! - ответил я.- Ребята, давайте собираться, вечереет. Пора нам на озеро ехать. Берите вещи, палатки, мешки, заночуем там, - сказал Жан.- Мари, ты как насчёт такой затеи? - спросил я.- Конечно, я за, - ответила она, - Классная идея Жан! Я, Мари и Жан вышли на задний двор. - Вы надолго в Дувре? - спросил нас Жан.- Собирались на пару дней, - ответил я, - скорее всего так и будет.- Хорошие тут места, - продолжал Жан, - Тишина, природа, я здорово отдыхаю после Парижа.- Не думал в пригород переехать из Парижа, Жан? - спросил я.- Думал, собираюсь уже даже, - ответил он.Мы подошли к гаражу, Жан открыл его, внутри стоял новый внедорожник.- Классная машина, Жан! - сказала Мари.- Спасибо. Переплатил правда, - ответил он.- Хороша, - добавил я, - Хоть и переплатил.Открыли багажник. У Жана там было походное снаряжение, нашлись и спальники с палаткой для нас. Мы с Мари устроились на заднем сидении. Жан включил что-то мелодичное по радио. Мари говорила с Жаном о музыке, а я расслабился и отдыхал. Вот подошли Саша и Джей, погрузив свои вещи, они заняли места. Саша села рядом с Мари, а Джей сел вперёд. Джип тихо завёлся и поехал. Я даже не заметил, как мы покинули Дувр и выехали с асфальта на грунтовку. Всего минут через пятнадцать показался лес, а через пару поворотов и озеро. Оно оказалось довольно большим, мы остановились недалеко, и Жан заглушил мотор. Я вышел из машины первым. Джип стоял на небольшой поляне, под раскидистым деревом. Тут было красиво, по обе стороны поляну окаймляла плотная кустовая растительность. В центре было кострище, а вокруг него пара-тройка длинных брёвен, на них мы могли разместиться без особого труда. Друг за другом вся наша компания покинула машину, Мари подошла ко мне, а ребята занялись багажником.- Прекрасное место, Ник! - сказала она.- Отличное, просто отличное, - ответил я, - Что-то мне напоминает, но не вспомню что. Вероятно что-то родное. Мари улыбнулась и пошла помогать ребятам с вещами. Я же отошёл на некоторое расстояние от машины, достал фотоаппарат и сделал кадр. Ребята и джип на фоне озера получились здорово. Увидев, что я с фотоаппаратом Саша подскочила ко мне. - Ник, пофоткай меня с Мари, пожалуйста!- Я уже фотографирую нас, по ходу наших занятий. - Хорошо, только отдельно нас щёлкни ещё!- Нет проблем.Стрельнув глазами, Саша убежала обратно к машине. "Пофоткаю их позже, - подумал я." Не успел я убрать фотоаппарат, как ко мне подошёл Джей.- Ник, пойдём соберём дров для костра? - спросил он.- Пойдём, - ответил я, - Заодно пройдёмся.Мы вышли на дорогу, с которой заехали на полянку. "Тут везде густые кустарники, через них не пройти, а так по дороге мы сможем на другие поляны выйти, такие же, как наша, там и найдём дрова, - объяснил Джей." Не прошло и десяти минут, как нам попалась опушка, подобная нашей. Мы разделились, так было удобнее осматривать поляну. Через полчаса у каждого из нас уже была большая охапка хвороста. Когда мы принесли хворост к нашему кострищу, то там уже было некоторое количество веток. "Ого, теперь нам надолго горючего хватит, - сказал Жан". Мари и Саши на поляне не было, выйдя на дорогу, я различил их фигуры у озера.Направившись туда, я застал девушек стоящими по колено в воде, они молча наблюдали оранжевое солнце, собирающееся, наверное, в ближайшие полчаса за горизонт. Такую композицию упускать было нельзя и я немедленно приготовил фотоаппарат. Едва я сделал фото, как девушки обернулись. "Почему люди чувствуют, когда за ними кто-то смотрит?".- Ник! Как ты тихо подкрался, - засмеялась Мари. На моём лице появилась довольная улыбка. - Готовьтесь, я начинаю фотосессию! - сказал я.- Давно ждём! - ответила Саша.Девушки бегали по берегу, дурачились, брызгались водой. Я наблюдал за ними в видоискатель, и время от времени зажимая спуск, создавал серии кадров. У меня было в районе сотни снимков, когда нас окликнул Джей:- Ребята! Давайте к нам, готовить будем! Мы тут костёр развели!- Идём, - крикнула ему в ответ Саша.Она быстро убежала за Джеем, а мы с Мари неторопливо пошли за ней. Вернувшись на поляну, мы увидели, что она преобразилась: костёр жарко горел, под деревом стояли две палатки. Жан и Джей колдовали над большим казаном, там был рис, грибы и капуста брокколи. От жаркого исходил аппетитный аромат какого-то соуса. Мари подсела к костру намереваясь принять участие в готовке. Я и Саша расположились на брёвнах, наблюдая за процессом. Прошло некоторое время, Жан и Джей отошли от костра и направились к большой палатке, позвав и меня с собой. Присев у палатки мы завели разговор.- Отличный вечер, - начал Жан, - Как тебе эти места, Ник?- Очень вдохновляющие места, - ответил я, - Сегодня мы с Мари были ещё в одном месте, которое понравилось не меньше. - Где же? - спросил Джей.- На старой башне, - ответил я.- Потрясное место! - поддержал Джей.- Любимое место Саши, - добавил Жан, - Она там часто пропадает. Придумала бы себе какое занятие лучше.- А чем она вообще занимается? - спросил я.- Сейчас ничем, - ответил Джей, - Год назад мы с ней вместе в Орлеане учились, в театральной академии, а потом она решила уйти. Сейчас матери только помогает, но больше ездит по друзьям разным. - Её бы пристроить надо, к делу, - добавил Жан, - Замуж бы выдать, за хорошего человека, тогда уж она поумнеет. - В последнее время она что-то совсем распустилась, - вздохнул Джей, - Хорошо, вы приехали. Мари её вдохновляет, вон она готовкой увлеклась, - он указал в сторону костра.Мы посмотрели на девушек, Мари мешала рис в казане, что-то рассказывая рядом сидящей Саше, та её увлечённо слушала. Мы помолчали. Наблюдая за девушками, я подумал: "Интересно, какими были подруги в детстве?". Тут нас окликнули: "Мальчики, идите есть!". Нас не нужно было звать дважды, голодные мы накинулись на ароматный плов, который так и таял во рту, огромный казан почти опустел через полчаса. Поздний ужин окончился. Становилось прохладнее, но жаркий костёр не позволял холоду нарушить наши посиделки. Мари созерцала пламя, Джей подкидывал ветки, а Жан собирался что-то рассказывать. Саша всё смотрела на меня, а я, как и Мари, загляделся на огонь. Жан начал говорить об Орлеане, Париже, о том, что сейчас там происходит. Я слушал его мельком, меня сейчас больше увлекал костёр, солнце давно скрылось и вокруг нас всё больше темнело. Тут Жан переключился на другую тему, на недавние местные новости. Об одной из них он рассказывал с особым интересом, я вслушался в его рассказ. Вот как звучала новость: "Близ Бессе-Сюр-Брей вчера был остановлен прогулочный поезд, при странных обстоятельствах, изучаемых сейчас полицией, пропало двадцать восемь пассажиров. Два пассажира, оставшихся в поезде дали полиции свои показания. В настоящее время поезд отбуксирован в Бессе-Сюр-Брей. Наш полицейский отдел занимается этим делом, мы будем держать вас в курсе событий". К новости было приложено две фотографии, фото самого поезда и наше с Мари фото в офисе Пьера. Дочитавший новость Жан побледнел и чуть было не выронил планшет на землю, затем он удивлённо посмотрел на нас. Лица Саши и Джея, тоже изменились, едва они увидели наше фото под статьёй. - Ник, вы действительно были в том поезде? - спросил Жан, спустя минуту.- Да, странный случай произошёл с нами вчера, - кивнул я, - мы с Мари задремали в поезде, потом же остались в нём совсем одни.- Мне не верится в это, - сказала Саша, - Напоминает фильм ужасов.- Очень странный случай, - сказал Джей, - Не думал, что такое бывает. Надеюсь, полиция разберётся в этом. - Увидим, - добавил Жан.После этой новости все притихли, даже Жан больше ничего не рассказывал. Всех поразило странное происшествие. В моей же голове, как и накануне утром, стали всплывать всевозможные догадки и предположения относительно всего этого, от них становилось не по себе. Жан и Джей пожелали всем "доброй ночи" и пошли спать, мы остались у костра втроём, вокруг была кромешная тьма. Саша подсела к Мари, обняла её и спросила:- Мари, как ты познакомилась с Ником?- Долгая история, Саш, - ответила Мари, - Скажу вкратце, мы просто не смогли пройти мимо друг друга, когда наши взгляды встретились.- Ух ты, - удивлённо сказала Саша.Скоро и Саша оставила нас. Обнявшись, мы некоторое время сидели молча, затем я заговорил:- Как у тебя дела Мари? Ещё не засыпаешь?- Всё хорошо, Ник, ребята отличные, вот только "поезд" меня тревожит, вот ведь напоминание на сон грядущий.- Вот и мне он теперь не даёт покоя, как будто я что-то забыл там сделать, в поезде.- Странно это, Ник, мы вроде всё сделали верно.- Да, кажется так, но почему же эта мысль преследует меня? Ладно, утро вечера мудренее.- Конечно, Ник! - сказала Мари, поцеловав меня. Костёр и не думал угасать. "Видимо он ещё полночи прогорит, а то и до утра, -подумал я". Мои часы показывали первый час нового дня. Мы решили не тушить огонь, вокруг костра был песок, пожара можно было не опасаться. Уходить от тёплого пламени не хотелось, но мы встали и двинулись к нашей палатке. Разместившись в спальном мешке и поцеловав на ночь Мари, я ещё раз мысленно прокрутил события сегодняшнего дня. "Отличный выдался день, - сказал я про себя". Я попытался заснуть, но мне не удавалось, едва я закрывал глаза, как разные тревожные картинки начинали мелькать в моей голове. Я поднялся и вышел к костру. Огонь несколько успокоил меня, побыв у него немного, я отправился к берегу озера. Водная гладь была безмятежна, стояла полнейшая тишина. Я присел на большой камень, размышляя о том, чем нам заняться завтра. "Поехать домой? Но ведь у нас завтра ещё целый свободный день. А если остаться? То чем мы займёмся в Дувре? Мы уже везде были". Мысли путались, сонливость стала накатываться с новой силой, и я поспешил вернуться в лагерь. Очутившись в палатке, я сразу же заснул...